15 Глава.
- Фушигуро? - Юдзи выдохнул, затем перевёл взгляд на Нанами - Нанамин? Киёми? - он запнулся, указывая пальцем на Ино, который стоял рядом с ней с недоуменным выражением лица - А... это ещё кто?
Ино почувствовал, как к щекам прилила кровь. Обида, смешанная с неловкостью, неприятно уколола его.
- Серьёзно? Меня он даже не знает? После всего, что мы делаем?- Он непроизвольно выпрямился, пытаясь выглядеть солиднее, но слова Юдзи задели его за живое - Значит «Нанамим» было серьезно про Нанами - Ему было досадно, что в таком критический момент фокус внимания сместился на такие глупости.
На крыше высотки, где собралась группа, ветер треплет одежду, а вдалеке, над станцией, уже поднимается барьер, искажающий само пространство. Юдзи Итадори стоит у самого края, сжимая в руке небольшое устройство-марионетку Мехамару. Вокруг него тени: Нанами, Мегуми. А Ино и Киёми были поодаль. Кэнто стоял, поправляя галстук, его лицо было как обычно невозмутимым, но глаза выдавали крайнюю степень концентрации.
Марионетка Мехамару, подрагивая от помех связи, проскрипела металлическим голосом.
- ...А точнее говоря, то, что живет внутри Гето Сугуру сейчас, на станции Сибуя, устроило настоящий хаос. Там полно проклятий особого уровня и проклинателей, заодно с Гето. А также обычных и трансформированных людей - Слова эхом отозвались в пустоте крыши.
Киёми вздрогнула. Имя «Гето» ударило её по сознанию, как электрический разряд.
- Гето... Где я его слышала? Это имя... давольно знакомое, словно заноза в памяти - Она сузила глаза, пытаясь пробиться сквозь пелену воспоминаний - Это не может быть просто совпадением. Если он стоит за этим... то значит, моего брата не запечатали сами проклятия. Неужели сила врага настолько велика, что даже великий Годжо не смог его вычислить?
Нанами нахмурился, переключая внимание на проблему.
- В таком случае действительно будет быстрее напасть с соседних станций, но для этого нужно сначала поднять завесу.
- Ситуация экстренная - проскрипел Мехамару - постарайтесь учесть всё.
Нанами тяжело выдохнул, развернувшись к молодым магам. Его взгляд на мгновение задержался на каждом: на взволнованном Итадори, на сосредоточенном Мегуми, на решительном Ино и на Киёми, которая выглядела так, будто вышла погулять.
- Похоже, не время жаловаться - проговорил Нанами, поправляя манжеты - Есть вещи, с которыми справятся только маги 1-го уровня. Поэтому я выйду наружу и разберусь с ними вместе с Иджичи - Он сделал шаг к выходу с крыши, но остановился, не оборачиваясь. Дверь уже была приоткрыта, свет из лестничной клетки падал на его фигуру, делая её почти монументальной.
- А вы четверо - он кивнул в сторону ребят-попробуйте разобраться с завесой от магов. Ино, Кусакабэ и Дзенин особого 1-го уровня должны быть где-то внутри. Если встретитесь с ними-доложите о ситуации и попросите о помощи. Хотя, возможно, они уже всё поняли... по крику - Нанами замер, когда почти уже закрыл за собой дверь. Он помедлил секунду, и в его голосе промелькнула редкая нотка отеческой заботы - И... ещё присмотрите за ними.
- Хорошо! - громко ответил Ино. Мысли Кэнто были тяжелы.
- Снова дети. Им приходится делать работу взрослых, пока мы играем в дипломатию. Надеюсь, они выживут. Я обязан их спасти, даже если для этого придется переступить через свои принципы
На крыше повисла тяжелая тишина после ухода Нанами, но её мгновенно развеял Ино. Его глаза, до этого момента полные тревоги, вспыхнули ярким, почти детским восторгом. Он выпрямился, и его плечи расправились.
- Нанами доверил мне дело - прошептал он сам себе, едва сдерживая широкую улыбку. Гордость переполняла его, ведь для него одобрение Кэнто значило больше, чем признание магического сообщества. Он резко повернулся к остальным, его тон стал наставническим, почти пафосным, как у бывалого командира.
- Слушайте сюда! Сейчас я расскажу вам о важности нашей миссии. И так, две главные проблемы, которые влечет исчезновение Годжо. Первая: прервется род Годжо. Сейчас в роду остался только один человек-сам Годжо Сатору.
Киёми, стоявшая чуть в стороне, тихо фыркнула, прикрыв рот ладонью, чтобы скрыть ироничную улыбку. Её глаза блеснули холодным весельем.
- Род Годжо... Как забавно. Интересно, что бы они сказали, если бы узнали, что у «единственного и неповторимого» Сатору есть сестра? И что кровь этого столпа баланса течет и в моих жилах? - Она представила их лица-шок, неверие, страх. Это было бы куда интереснее, чем скучная битва. Она не собиралась открывать им этот секрет. Пусть живут в неведении, пока это выгодно.
Ино, не замечая её реакции, вошел в раж. Он начал увлеченно рассуждать о крахе баланса сил в мире магов, о том, как хаос на Сибуе может привести к полному коллапсу магического общества, если они не вернут «Небо» на место. Его жестикуляция становилась всё более активной. В кульминационный момент своей речи он в порыве чувств толкнул Мегуми и Юдзи в плечи, заставляя их чуть пошатнуться.
- А теперь в перёд малышня! - почти прокричал Ино, вкладывая в слова всю свою преданность - Спасём Годжо Сатору!
Киёми, наблюдая за этой сценой, мысленно закатила глаза.
- Слишком много пафоса...
Юдзи, который до этого слушал Ино с предельной серьезностью, резко кивнул, а в глазах загорелся решительный огонь.
- Чем быстрее мы разберёмся с завесой, тем меньше у них будет времени подготовится к нашему приходу. Погнали! - уверенно выкрикнул Итадори, уже готовый сорваться с места. Фудзивара демонстративно поправила ремень лука на плече, и холодно саркастичным тоном вставила.
- Вам бы пора завязывать с драмой - Не дожидаясь ответа, она развернулась и первой уверенно направилась к выходу с крыши. Юдзи, Мегуми и немного смущенный Ино двинулись следом за ней, навстречу окутанной проклятиями Сибуе.
Переход через крыши зданий превратился в смертельный аттракцион. Используя импульс и магическую нить, группа, подобно снарядам, вылетела на крышу, где, согласно расчетам, засели архитекторы завесы. Перед ними предстала странная троица: двое мужчин один более худощавый, второй с рельефной мускулатурой, и старуха, сидящая неподвижно, как изваяние, с плотно сомкнутыми веками. Они явно не ожидали такой прыти.
Ребята рванули вперед, как разжатая пружина. Воздух взорвался от ударов и вспышек проклятой энергии. Киёми вытянула руку, призывая свою энергию, но в этот момент Юдзи, совершая невероятный кувырок, зацепил противника магической нитью. Вся конструкция здания задрожала. Итадори с рывком потянул мага вниз, увлекая того за собой в пропасть, и в этой неразберихе, из-за неудачного маневра, Юдзи случайно сбил Киёми.
Мир для неё на секунду перевернулся.
- Черт возьми, Итадори! - пронеслось в голове у Киёми, когда земля ушла из-под ног. Ветер свистел в ушах, смешиваясь с криками внизу.
Она видела, как Юдзи пробил собой окно этажом ниже и скрылся в темноте, крикнув Мегуми
- Развеивай Нуэ! - Фудзивара инстинктивно выбросила руку, вцепившись в обломок бетонного парапета. Пальцы обожгло от трения. Хватка была слабой бетон крошился под весом её тела.
И Киёми почувствовала, как гравитация вновь берет своё. Секундная потеря контроля, свист ветра в ушах, и вот уже мелькают этажи здания. Сгруппировалась, напрягая каждую мышцу кора и ног, превращая свое тело в пружину. В момент пролета мимо разбитого окна, она с точностью совершила рывок, вкладывая всю оставшуюся проклятую энергию в прыжок. Перед самым контактом со стеной и оконной рамой она активировала свою технику щита.
Прозрачный, слегка мерцающий шар из концентрированной энергии окутал её, приняв на себя удар. Глухой гул, скрежет и она, погасив инерцию, мягко приземлилась на заваленный осколками пол этажа.
Киёми выпрямилась, развеивая защитную сферу. В нос тут же ударил удушливый, липкий аромат разложения.
- Фу... Запах гнилого мяса? - она поморщилась, прикрыв нос тыльной стороной ладони - Как же жалко видеть вас такими - Её голос звучал холодно, почти безразлично, но в глубине глаз плескалась горечь. В темноте офисного пространства, среди поваленных столов и разбитых мониторов, зашевелились тени. Трансформированные люди-существа, которые когда-то были живыми, теперь представляли собой лишь гору пульсирующей плоти.
Она привыкла, что все маги считают её «лучником». Лук, висящий на плече, был её визитной карточкой оружием для дистанционного подавления. Но здесь, в узких коридорах, навязывать игру на дистанции было бы глупо. Она плавно опустила руку в свою собственную тень, которая на полу казалась густой и осязаемой. Её пальцы погрузились в чернильную пустоту, и через мгновение она извлекла оттуда рукоять катаны. Холодная сталь со звоном покинула ножны.
- Раз вы такие неповоротливые - прошептала она - давайте закончим это быстро.
Киёми двинулась вперед. Она двигалась не как професионал, но каждое движение был экономичным. Первое существо рвануло к ней, размахивая деформированными конечностями, но лезвие описало идеальную дугу, отсекая ему голову еще до того, как оно успело издать звук. Следующие минуты превратились в кровавый танец. Она входила в клинчи, уклоняясь от бьющих во все стороны отростков, и наносила смертоносные удары. Мало техники владения оружием, и по большее части только грубая энергия и сила.
Когда последний враг повалился на пол, оставляя после себя лужу темной жидкости, Киёми остановилась. Она с раздражением посмотрела на свои руки и край куртки кровь трансформированных людей не испарялась, как у обычных проклятий, она была вязкой и противной.
- Мерзость - выругалась она, вытирая клинок о лохмотья одного из трупов - И так запачкалась, как будто в помойку упала.
Она неспешно вложила катану обратно в тень, откуда та бесследно исчезла, словно её там никогда и не было. Снова поправив лук на плече, она с безразличным видом направилась к лестничной клетке. Шла, не оборачиваясь, оставляя за собой лишь тишину и следы грязных подошв на полу, полностью готовая к тому, что ждет её на следующих этажах.
Она поднималась по лестничным пролетам, на удивление не встречая сопротивления. Офисные этажи, которые должны были кишить трансформированными, стояли в гробовой тишине. Фудзивара не теряла времени зря-проходя мимо каждого дверного проема, она щелчком пальцев или легким жестом создавала барьеры, наглухо блокируя входы. Пусть эти твари останутся там, где они были изночально. Добравшись до двери, ведущей обратно на крышу, она прислонилась к стене, тяжело выдыхая.
- Опять эти чертовы лестницы... - проворчала она под нос, вытирая капельки пота со лба. Она глубоко вдохнула, концентрируя проклятую энергию внутри себя. Её тело начало слабо светиться это была не исцеляющая техника в классическом понимании, а скорее процесс принудительной регенерации внутреннего резерва, восполнение потраченных сил. Киёми чувствовала, как жжение в мышцах утихает, а разум становится чистым.
Слегка приоткрыла тяжелую металлическую дверь. Сквозь щель она увидела Ино. Такума был на пределе, он яростно сражался с оставшимся магом, но противник был хитер-он то и дело уходил от атак Ино, отвечая болезненными контрударами, от которых Такума едва успевал защищаться. Она сорвав с плеча лук, быстро выпустила серию стрел из чистой энергии. Свист рассекаемого воздуха предупредил мага-противника, и он с легкостью увернулся, насмешливо оскалившись в сторону Ино. Её взгляд метнулся к старухе, которая всё еще неподвижно сидела в центре крыши.
- Киёми, забудь о нем! Вся проблема в ней! Я сам разберусь с ним - крикнул Такума тяжело дыша.
После она вложила в следующую стрелу колоссальный объем энергии. Это было рискованно: если Ино заметит, какая плотность и тип этой энергии, он сразу поймет, что перед ним способный маг. Но сейчас было не до маскировки. Стрела прочертила в воздухе огненный росчерк и с гулом врезалась в невидимый барьер вокруг старухи. Не дожидаясь результата, Киёми рванула вперед, к самой старухе. Она надеялась, что Ино, зажатый в тиски своим противником, не обратит внимания на то, как она выхватила клинок прямо из своей тени. Фудзивара вытянула из пространственного кармана стальной клинок тяжелый, созданный для пробития мощной брони.
- Сдохни уже! - взревела она про себя, вкладывая в удар весь вес своего тела. Лезвие со свистом опустилось на плечо старухи, разрубая воздух. Раздался глухой, неприятный звук удара металла о что-то невероятно плотное, почти каменное. Старуха даже не дрогнула. Она лишь слегка склонила голову, а из уголка её рта потекла тонкая, почти черная струйка крови.
Киёми отпрянула назад, чувствуя, как отдача от удара отозвалась болью в запястье. Она стиснула зубы, глядя на врага, чья аура начала давить на пространство вокруг них с новой, пугающей силой. Фудзивара была готова ударить снова, не считаясь с последствиями.
Как вдруг она замерла, и в этот момент весь мир вокруг неё словно потерял звук. Тяжелый гул Сибуи, крики, звон металла-всё растворилось. Её взгляд, секунду назад пылавший яростью к пожилой женщине, теперь был прикован к одной фигуре. Глядя на то, как тело мага было насильно возвращено к жизни для воплощения Тодзи, Киёми невольно подумала
- Неужели эта старуха обладает техникой некромантии? Какая изощренная мощь... Хочу такую. Это красиво смотрелось бы в моем арсенале
Его присутствие на крыше ощущалось не как проклятая энергия, а как внезапный вакуум, как черная дыра, поглощающая свет. Киёми перестала дышать. Для неё он не был просто врагом или опасностью. Он был её личным, тайным идеалом.В мире, где каждый шаг мага отравлен проклятиями, Тодзи был единственным, кто смог разорвать эти цепи. Полное отсутствие проклятой энергии-это абсолютная свобода, о которой Фудзивара могла только мечтать под гнетом своих бесконечных запасов.
Тодзи выглядел пугающе обыденно: белая кофта подчеркивала рельеф его плеч, а в расслабленной позе читалась хищная готовность сорваться с места. От него веяло чистой, первобытной мощью, от которой по коже пробежал неприятный холодок. Он начал наносить серию ударов на Такуму.
Но её привлекало не только его внешность. Киёми видела его не так, как другие. Во времена визитов в загробный мир, когда искала дух матери, она не раз натыкалась на эту фигуру. Она видела его другим. Она видела, как этот «Убийца магов», от чьего имени содрогались кланы, рядом со своей женой превращался в нечто иное-в человека, способного на искреннюю, почти детскую преданность. Этот контраст между абсолютной жестокостью к миру и абсолютной нежностью к одной женщине вызывал у неё почти благоговейный трепет.
Бедный Такума, не понимал, с чем столкнулся. Для него это была просто сильная атака, для Киёми воплощение эстетики насилия.
Тодзи двигался с грацией хищника, который не охотится, а просто идет по своим делам. Ино пытался контратаковать, его движения были быстрыми, отточенными годами тренировок, но против Фушигуро это выглядело как попытка ребенка ударить смерч.
Каждое движение Тодзи был четким, ни одного лишнего жеста. Он не дрался-он методично разбирал Ино на части. Фудзивара видела, как его рука, лишенная магии, но наделенная сверхчеловеческой мощью, с хрустом ломает кости, как он использует каждый дюйм пространства. Кровь брызнула на бетон, окрашивая серые плиты в багровый цвет, но Киёми не отвела глаза. Она стояла, собирая в руке энергию, и в её груди росло странное чувство: она одновременно хотела вмешаться, чтобы спасти Ино, и хотела стоять здесь вечность, наблюдая за этим совершенным процессом.
Как это зрелище закончилось тем что Такуму откинуло в сторону, превратив в кровавое месиво. Фушигуро даже не дышал тяжелее обычного. Он был воплощением абсолютной, холодной силы, которая не нуждалась в одобрении неба или магов.
- Восхитительно... - едва слышно прошептала Киёми. Она знала, что следующей целью может стать она.
Мысли Киёми на мгновение унеслись в сторону. Секунда «эстетического транса» закончилась резко и жестоко. Взгляд Тодзи-холодный, пустой, лишенный даже капли человеческого сочувствия, скользнул по её лицу, а затем сфокусировался на ней, как на следующей цели.
Фудзивара вздрогнула. В её памяти мгновенно вспыхнули картины из загробного мира. Сколько раз она случайно оказывалась на его территории? Сколько раз натыкалась на это семейное пристанище Тодзи и его жены? Каждый такой визит заканчивался для неё избиением. Фушигуро, защищавший свою «территорию» и покой своей супруги от незваных гостей, не знал жалости.
В загробном мире она могла позволить себе дерзость, могла испытывать его, но здесь, в реальности, где грань между жизнью и смертью была предельно тонка, она физически не могла поднять на него руку. Это было выше её сил: её мышцы отказывались повиноваться, когда она смотрела на человека, чей идеал она боготворила.
Киёми чувствовала себя беспомощной. Едва шевеля побелевшими губами, она прошептала.
- Выходите... - Ей не нужны были сложные печати или заклинания. Ведь достигла того уровня владения техникой, когда её воля была законом для теней. Имена, сорвавшиеся с её губ, отозвались гулом в самом пространстве крыши.
Из её собственной тени, без единого звука, начали подниматься фигуры. Первым, прорезая воздух тяжелой аурой, возник Сасориби. Массивный черный скорпион с огромным жалом, на кончике которого собиралась капля концентрированного яда, замерло в ожидании.
Рядом, выпрямился Саругами. Его взгляд был сосредоточенным и спокойным он, в отличие от хозяйки, не испытывал к Тодзи трепета, только холодный расчет.
[Обезьяна - Саругами
Крепкий, мускулистый примат ростом чуть выше среднего человека (около 1.8-1.9 м). Шерсть короткая, жесткая, иссиня-черная. Лицо скрыто белой маской театра. Но, у которой двигаются только прорези для глаз. У него две руки, они неестественно длинные в спокойном состоянии достают до лодыжек, а пальцы увенчаны крепкими человеческими ногтями, укрепленными Проклятой энергией.
Способности: Мастер рукопашного боя. Если Саругами умудряется коснуться лица или головы противника своей ладонью, он временно крадет одну из способностей восприятия: зрение, слух или речь. Может служить даже как наставник.
Обладает отличной физической силой, может таскать тяжелые вещи, помогать в тренировках по рукопашному бою как спарринг-партнер, который не знает усталости. Умеет ловко лазать по деревьям, крышам и трубам, оставаясь незамеченным.
Минусы: Чтобы лишить врага чувств, ему нужно коснуться именно головы, что против опытного мага или проклятия сделать очень трудно. У него стандартные две руки, так что против толпы врагов он быстро выдыхается. К тому же, Саругами довольно упрям, и отражает характер самого хозяина, из за чего найти с ним общий язык давольно сложно.]
Она смотрела на своих шикигами, в её голове пульсировало горькое осознание.
- Он мне не ровня. Я проигрывала ему в том мире бесчисленное количество раз, и сейчас... сейчас исход будет таким же -
Она знала, что он-стихийное бедствие. И не пыталась его одолеть она пыталась лишь... задержать его, хотя бы на долю секунды, чтобы сбежать. Её сознание было сосредоточено на одной цели: спасти то, что осталось от Ино, и себя. Она подхватила его обмякшее, окровавленное тело, готовясь броситься в бездну, чтобы уйти с линии огня. В этот момент она почувствовала резкий укол в сознании Саругами, её гордость коллекции, её самый смышленый шикигами, без приказа ушел в тень.
‐ Сбежал? - мелькнула горькая мысль. Но тут же пришло понимание: Саругами, как никто другой, чувствовал истинную силу противника. Он оценил опасность, понял, что лобовое столкновение-это не победа, а стирание из бытия, и счел за лучшее сохранить себя. Его характер, отражение её собственного прагматизма. Она бы поступила точно так же, будь она на его месте, но это не облегчало горечи.
Как сзади раздался короткий, сухой звук, похожий на треск ломаемой сухой ветки. Фусигуро даже не пришлось прикладывать титанических усилий: он просто разобрал массивного скорпиона на части, пройдя сквозь него, как через бумажную декорацию. Киёми почувствовала, как связь с шикигами, которого она приручила самым первым, оборвалась с болезненным щелчком в глубине души. Его потеря отозвалась ледяным ознобом, прошибшим её до костей. Это был не просто призыв-это была часть её собственной души, которую она приручила и взрастила.
На долю секунды она замерла, ошеломленная этой внезапной пустотой внутри. В этот крохотный, критический миг концентрации Тодзи оказался прямо за её спиной, и нанёс урон.
Удар был профессиональным, выверенным. Она не почувствовала боли-только мощнейший толчок, который вышиб воздух из легких и отправил её в свободный полет. Мир вокруг завертелся хаотичным калейдоскопом бетонных стен, неоновых вывесок и фиолетовых всполохов барьера. Киёми летела вниз, прижимая к себе бездыханное тело Ино. В ушах стоял свист. Она летела навстречу жесткому приземлению, понимая, что если она не сгруппируется прямо сейчас, этот полет станет для них обоих последним. Фудзивара из последних сил попыталась создать Щит-Шар, но в ту же секунду её тело с чудовищной силой врезалось в выступающий архитектурный элемент фасада, металлическую балку строительных лесов. Раздался тошнотворный хруст, от которого у Киёми потемнело в глазах. Она с силой впечаталась в бетон, выронив Ино, его тело безвольно соскользнуло вниз, во тьму этажей.
Киёми остановилась, прижатая к шершавой поверхности. В легких клокотала кровь, каждое дыхание отдавалось пульсирующей агонией в сломанном позвоночнике.
- Кха... - она с трудом сглотнула, чувствуя вкус железа. Из горла хлынула горячая, густая кровь, окрасившая её губы и одежду в ярко-алый цвет. Боль была настолько острой, что на мгновение выжгла всё сознание. Её тело охватил дикий, неконтролируемый спазм. Позвоночник, пытаясь срастись в неправильном положении, посылал в мозг сигналы такой силы, что реальность вокруг начала расплываться. Мышцы сокращались сами по себе, дергая конечности в неестественных конвульсиях. Как пальцы державшие за край непроизвольно разжались, и она сорвалась.
Тело, повинуясь инстинктам, начало бешено перекачивать почти весь поток проклятой энергии на попытку регенерации, оставляя её разум в состоянии звенящего, парализующего шока. Она попыталась сосредоточиться, чтобы создать хотя бы подобие защиты, но энергия утекала сквозь пальцы, как песок.
В сознании всплыл абсурдный, почти спокойный образ того, как её тело сейчас встретится с асфальтом, превращаясь в бесформенную массу бетона и плоти. Фудзивара не испытывала страха. Она видела обратную сторону мира, она знала, что смерть-это не конец, а просто смена декораций. Киёми всегда считала, что финал жизни должен быть правильным. Не глупой случайностью, а чем-то по-настоящему качественным. Уйти красиво и вовремя, в этом была её личная эстетика. И в этот момент, осознавая близость финала, в её душе расцвело странное, почти экстатическое чувство.
- Смерть от руки Тодзи Фушигуро... - Мысль ударила сильнее, чем падение. Она знала, какой легендой был этот человек. Он был тем, кто переписал правила мира, тем, кто возвысился над самой судьбой магов. Быть поверженной им, это не поражение. Это была высшая честь, доступная немногим. Ей просто не верилось, что всё складывается настолько идеально. О лучшем завершении своей истории она и просить не могла: умереть от рук того, кто стоял выше всей этой системы. Это была её маленькая, тихая победа. Её фанатичное восхищение, которое она скрывала даже от себя, превратилось в пугающую радость.
- Не этого ли я хотела? - прошептала она, и звук её собственного голоса утонул в свисте ветра. Она расслабила мышцы, которые до этого судорожно пытались удержать жизнь, и закрыла глаза. Киёми падала, ожидая удара, который должен был подарить ей покой от руки того, кого она считала единственным истинным богом этого жестокого мира.