Глава 22
Прибыв домой, я отправил Томаса в ванную. Естественно, он уже начал возмущаться о том, что хотел поехать домой, а не ко мне, но я не оставил ему выбора. Он вышел из душа с полотенцем на голове — какой-то сонный, вялый…
— Ты плохо спал? — Я подозвал его к себе.
Он медленно подошёл и уставился на меня своими хрустальными глазами. Почему хрустальными? Потому что каждый раз, когда я смотрел, мне казалось, что он вот-вот заплачет.
— Я устал, — проговорил он, опустив взгляд, когда моя рука легла на его голову.
Я аккуратно помог ему вытереть волосы, параллельно усмехаясь. Это было чем-то нереальным после очередного тяжёлого дня. Возможно, мне хотелось бы сейчас обнять его, но я знал, что не могу. Я не могу делать всё то, что делают обычные парочки.
Улыбка медленно угасла на моём лице.
— Ты кушать хочешь? — хрипло спросил я.
— Вы обращаетесь со мной как с маленьким…
— Ты младше меня — могу себе позволить. И, кстати, ты опять ко мне на "вы"? Что это за отношения, когда мой партнёр обращается ко мне как к деду какому-то?
— А мы… встречаемся? — с каким-то подозрением спросил он.
Честно говоря, я даже на секунду замялся, но всё же ответил твёрдо:
— Да, Томас, мы встречаемся.
— Мне больше нравится "Томми"…
Я заканчивал просмотр кадров, которые мы отсняли за сегодня. Чашка кофе стояла на моём столе, хотя за окном уже было темно.
Почему-то мне вспомнился тот айдол.
Мне было немного стрёмно его вот так оставлять одного в номере, но я быстро откинул эту мысль. У этого парня явно никакой личной жизни в Корее — пусть хотя бы здесь почувствует себя свободным.
Ледяная рука легла на моё оголённое плечо — я часто любил сидеть в чёрной майке, которая идеально подчёркивала мои подтянутые руки.
— Ты не идёшь спать? — Томас стоял сзади меня.
— Чуть позже пойду. Закрой дверь в свою комнату, чтобы я тебе не мешал.
Я не знаю, чего я больше хотел в этот момент. Возможно, я хотел, чтобы меня оставили в покое, а может, это был крик о нужде в прикосновениях… Я мимолётно наклонился щекой к его ладони. Моё сердце замерло, ибо я почувствовал лёгкую дрожь. Томас не отпрянул, не ушёл. Он стоял на месте, а внизу живота завязался нервный узел из недосказанного. Я слегка повернул голову и легонько коснулся губами тыльной стороны его ладони. Было совершенно очевидно, что в следующую секунду он убрал руку, слегка отойдя от меня.
— Я люблю тебя, — проговорил я, будто пытаясь спасти ситуацию.
— …Спокойной ночи, — Томас направился к своей комнате.
Я не злился на него.
Когда моя голова соприкоснулась с подушкой, я почувствовал ужасную головную боль. Сжавшись в комочек на кровати, я почувствовал себя самым ничтожным человеком на свете. Мне так хотелось, чтобы кто-то пришёл и просто лёг рядом. Просто лёг… Возможно, это глупо и стыдно, как для 30-летнего человека, но я ничего с этим не мог поделать.
Глотнув порцию таблеток, я наконец-то почувствовал, как всё тело постепенно немеет. Отключился я примерно за 4 часа до подъёма.
И снилось мне не сказочное поле, не мир грёз. А пустота. Хотя где-то внутри я всё ещё хранил образ: бескрайнее поле, разрисованное цветами. Лёгкий ветер, бежевый плед, чьи-то колени под моей головой. Чьи-то руки перебирают мои волосы. А слова между нами такие лёгкие, что кажется — я могу парить.
Так сложно определиться во всём. У меня нет того человека, которому я могу высказать все свои переживания.
Честно, я просто.. Боюсь не справится. Начать встречаться с Томасом — большая ответственность. Я просто боюсь сделать ему больно, я боюсь снова ошибиться и потерять того, кто стал мне дороже всего. Почему мы так часто думаем о ком-то, позабыв о себе? А что на счёт меня? Кто-то беспокоится вообще о том, что чувствую я?
Вряд-ли.
Но, я справлюсь.
Я всегда справлялся.
Мне правда нравится Томас, но я боюсь, что всё может поменяться в любой момент. Он как ранимый котёнок, а я как травмированный пёс. Но я всё равно...Кхм. люблю.