Гот-зал. Первое голосование
7 марта 2026 года. Второй выпуск, вечер.
Экстрасенсы собрались в гот-зале. Чёрные стены, свечи в кованых канделябрах, витражные окна. В центре — магическое зеркало в серебряной раме. Участники встали полукругом. Никто не садился — здесь не было стульев. Только холодный пол и отражения в тёмном стекле.
Марат Башаров встал перед зеркалом. В руках — два конверта: белый и чёрный.
— Второй выпуск позади. Вы все показали достойные результаты. Но правила «Битвы» неизменны. Зрители голосовали за вас всю неделю. Магическое зеркало покажет, как распределились голоса.
Он приложил ладонь к раме. Стекло вспыхнуло. По поверхности побежали огненные цифры. Имена заскользили вверх-вниз.
Анзор — резкий взлёт.
Артём — рост.
Лариса — туда-сюда.
Дженнифер — стабильно.
Варя — плюс пятьдесят. Кехно внутри присвистнул: «Ого, народ тебя любит».
Семён — плюс девяносто, почти на самом верху. Варя выдохнула с облегчением.
Виталий — плюс тридцать, стабильно.
Анжела — плюс двадцать пять.
Анна — плюс пятнадцать.
Моханад — плюс двадцать.
Полина — плюс десять.
Сергей — минус тридцать пять. Его имя рухнуло вниз, окрасилось красным. Полина не скрывала удовлетворённой улыбки.
Зеркало затихло. Марат взял белый конверт: «Лучший экстрасенс выпуска. Артём Бесов».
Артём заплакал.
Виталий вскинул руку: «Omedetou! Поздравляю!» Лариса похлопала по плечу.
Даже Семён коротко кивнул.
Чёрный конверт: «Сергей Руфлядко».
Сергей медленно поднял голову. Лицо бледное, в глазах — злоба. Он обвёл зал взглядом и остановился на Полине: «Я выбираю дуэлянта. Полина Книна».
Полина встала, спокойная, прямая: «Я ждала этого. С первого дня. Ты думал, я испугаюсь? Нет, Серёжа. Я готова».
Марат кивнул: «Дуэль состоится в третьем выпуске. А пока — зрительское голосование продолжается».
После голосования Варя задержалась у витражного окна. Семён подошёл неслышно.
— Сергей — проблема, — сказал он.
— От него тёмная энергия. Не просто обман. Что-то глубже.
— Кехно тоже чует. Говорит — «чёрный туман».
— Будь осторожна.
— Ты за меня волнуешься? — Варя подняла бровь.
Семён помолчал. Потом повернулся к ней: «Да. Волнуюсь». Сказал тихо, но твёрдо. «Ты сильная. Но иногда лезешь в чужую тьму, а тьма затягивает».
— Ты смотрел мой эфир? — Варя прищурилась.
— Случайно. Попался в рекомендациях. — Он отвёл глаза.
— Врёшь.
— Возможно. — Он снова посмотрел на неё.
— Я не умею говорить. Но я вижу. Вижу, как ты работаешь. Как Кехно пьёт из тебя. И я не хочу, чтобы ты сгорела. Поняла?
Сердце Вари колотилось где-то в горле. Кехно внутри затих. «Поняла», — прошептала она.
— Вот и хорошо. Спокойной ночи, Варвара.
— Спокойной ночи... Сёма.
Он замер. Уголок рта дрогнул. И он вышел.
Кехно внутри подал голос: «Ну вот. А ты говорила «он не мой». Для такого, как он, «я волнуюсь» — почти признание в любви. Я серьёзно.»
— «Завали».
— «Молчу.»
Поздней ночью Варя включила прямой эфир в TikTok: «Всем здравия. Голосование прошло. Сергей в чёрном конверте, Полина на дуэль. Держу кулаки за неё. Семён... Семён сегодня сказал, что волнуется за меня. Не буду рассказывать подробности. Но это было... важно».
«ОН СКАЗАЛ ЧТО ВОЛНУЕТСЯ?? ШИППЕРЫ КРИЧАТ»
— Ну и кричите, — усмехнулась Варя.
— Я уже привыкла.
Чат взорвался.
В ТГ-канале «Скоты и гавгав» она выложила кружочек: «Всем здравия, terveh. Второй выпуск. Всё сложно. Сёма... Сёма сегодня был настоящим. Спокойной ночи».
Семён в своём номере пересматривал этот кружочек. А потом написал в «Leskov»: «Спокойной ночи». И подписчики снова начали строить теории.