Глава 8
Девушка тихо закрыла дверь квартиры и медленно направилась к лифту, на ходу поправляя ремешок сумки на плече. Понедельник. Раннее утро. Сонный подъезд и привычная тяжесть после выходных. Всё было слишком обычно. Она устало нажала кнопку вызова лифта и опустила взгляд в телефон, даже не пытаясь окончательно проснуться. Двери почти сразу разъехались в стороны. Она уже шагнула внутрь, но тут же неожиданно замерла. Кирилл. Он стоял внутри лифта, облокотившись плечом о стенку, в тёмной футболке и серых спортивных штанах. Волосы ещё были слегка влажными после душа, а в руках бутылка воды.
«Слишком домашний. Слишком спокойный. Слишком... привычный.»
Дана медленно вскинула брови, но всё-таки зашла внутрь и встала рядом. Лифт плавно тронулся вниз. Несколько секунд между ними стояла тишина. А потом девушка всё-таки хмыкнула:
— Надо же. — она повернула голову к нему, — Дядя Сережа, всё-таки разрешил тебе вернуться обратно?
Парень лениво скользнул по ней взглядом. По светлой кофте. По собранным наспех волосам. По сонному лицу без макияжа. И почему-то внутри снова неприятно кольнуло от того, насколько она сейчас настоящая. Он усмехнулся уголком губ:
— Ну... Я же примерно себя вёл на празднике.
Последнюю фразу он специально произнёс с явной насмешкой. Она тихо фыркнула:
— Примерно? — и покачала головой, — Я бы очень поспорила.
Он тихо рассмеялся, отпивая воду.
— Но, как видишь... — он обвёл рукой лифт, — Теперь я снова твой сосед сверху.
Девушка натянуто улыбнулась:
— Какое счастье. — она медленно повернулась к нему и сквозь зубы проговорила, — Я очень этому рада, Егоров.
Кирилл внимательно посмотрел на неё пару секунд. Слишком внимательно для обычного утра в лифте. А потом чуть наклонился ближе и тихо хмыкнул:
— А я как рад, Воронцова.
И почему-то именно от этого спокойного голоса у неё снова сбилось дыхание.
Вниз они ехали молча. Только тихо гудел лифт да где-то наверху хлопали двери квартир, а между ними снова повисло это странное напряжение, к которому Дана уже начинала привыкать. Она упрямо глядела перед собой, будто присутствие Кирилла рядом вообще её не волновало.
Хотя слишком хорошо чувствовала его рядом. Даже молча.
Когда двери раскрылись, парень неожиданно сделал шаг в сторону и пропустил девушку вперёд:
— После вас.
Она лишь хмыкнула и вышла первой. Но стоило им подойти к двери, как Кирилл, обошёл её у выхода из подъезда и распахнул тяжёлую дверь, придерживая её рукой:
— Прошу.
Она медленно подняла на него взгляд:
— Что с тобой сегодня?
— Я перевоспитываюсь.
— Не получается.
Он тихо засмеялся и пошёл рядом с ней к парковке. Утренний воздух был прохладным, двор ещё почти пустым, и почему-то именно в этой обычной утренней тишине всё ощущалось слишком... по-домашнему. Уже возле машин парень вдруг остановился и как бы между прочим спросил:
— Ну и как тебе мой подарок?
Девушка лениво достала ключи из сумки:
— Я его ещё не открывала.
Кирилл сразу посмотрел на неё:
— Серьёзно?
Она пожала плечами:
— Не успела.
Он на секунду замолчал, а потом неожиданно уже серьёзнее произнёс:
— Думаю, тебе понравится.
Она тут же подозрительно прищурилась:
— Что-то мне уже страшно.
Кирилл усмехнулся:
— Почему это?
— Потому что от тебя можно ожидать всё что угодно. — она открыла машину и, опершись рукой о дверь, добавила, — Вдруг там вообще дохлая мышь.
Парень сначала ошарашенно посмотрел на неё, а потом громко засмеялся, запрокинув голову:
— Господи, Воронцова... — он покачал головой, — Вот какого ты вообще мнения обо мне?
Дана невинно вскинула брови:
— Не забывай, что в десять лет ты подарил мне лягушку в коробке из-под конфет.
Кирилл тут же довольно ухмыльнулся:
— Между прочим, ты тогда сама сказала, что любишь животных.
— Я неделю после этого боялась открывать подарки.
— Зато запомнила.
Она закатила глаза, а он вдруг чуть тише добавил, уже внимательно глядя на неё:
— Этот подарок тебе понравится больше.
И почему-то от того, как серьёзно это прозвучало, у неё снова странно кольнуло внутри.
Парень ещё с минуту стоял возле своей машины, молча глядя вслед Дане. Её автомобиль медленно выехал со двора и скрылся за поворотом. А он почему-то всё ещё продолжал смотреть туда, где секунду назад горели красные стоп-сигналы. Слишком задумчиво для человека, который убеждал себя, что всё это ничего не значит. Он тяжело выдохнул и провёл рукой по волосам.
— Чёрт, Воронцова...
Тихо. Почти устало. После чего всё-таки сел в машину и завёл двигатель.
Кирилл уже собирался выходить из университета, лениво закидывая рюкзак на плечо, когда из одного из кабинетов внезапно раздался знакомый смех.
Слишком знакомый. Он бы спокойно прошёл мимо. Правда. Но что-то внутри всё-таки заставило остановиться. Парень нахмурился и медленно повернул голову в сторону полуоткрытой двери кабинета. Снова этот смех. И осторожно подошёл ближе, мельком заглянул внутрь через щель двери. И почти сразу напрягся. Картина была слишком понятной.
На преподавательском столе сидела девушка. А прямо перед ней стоял парень. Слишком близко. Тот целовал её шею, щёки, губы, пока та только тихо смеялась и совершенно не пыталась его остановить. Наоборот. Отвечала на поцелуи так, будто это было абсолютно привычно.
И всё бы ничего. Кириллу действительно было бы плевать, кто с кем зажимается после пар. Вот только парень внутри кабинета был Матвей. Парень Даны.
Он медленно сжал челюсть. На секунду внутри резко вспыхнула злость. Настолько сильная, что он уже почти толкнул дверь шире, собираясь выйти к ним. Хотелось просто врезать ему. Без разговоров. Но уже в следующую секунду он резко остановил сам себя. Пальцы крепче сжались на лямке рюкзака.
— Не твоё дело, Егоров.
Тихо. Сквозь зубы. И качнул головой, отвёл взгляд от кабинета и быстрым шагом направился к выходу из университета.
Вот только почему-то перед глазами всё равно продолжала стоять одна мысль. Дана. И то, как она всё это время пыталась оправдывать человека, который сейчас целовал другую девушку прямо в университете.
Всю тренировку Кирилл был сам не свой. Это замечали все. Он слишком жёстко шёл в силовую. Слишком резко отвечал партнёрам. И уже третий раз подряд едва не ломал клюшку о борт после неудачной передачи.
— Егоров, ты сегодня убить кого-то решил? — крикнул Антипов с другого конца площадки.
Парень только раздражённо махнул рукой и снова рванул за шайбой. Потому что внутри всё кипело.
Перед глазами снова и снова всплывала одна и та же картина.
Он резко ударил шайбу так сильно, что та с грохотом влетела в борт. Тренер сразу свистнул:
— Егоров!
Но он будто даже не услышал. Потому что в голове сейчас была только одна мысль.
Он должен рассказать Дане. Должен. Она имеет право знать, что её идеальный Матвей изменяет ей прямо в университете.
Вот только другая мысль тут же била следом. Она не поверит. Конечно не поверит. После всего между ними. После его вечных подколов в сторону Матвея. Это будет выглядеть так, будто Кирилл просто пытается разрушить их отношения. И от этого становилось только хуже. Он снова слишком сильно сжал клюшку в руках. Настолько, что пальцы побелели под перчатками.
— Да что с тобой сегодня? — уже серьёзнее спросил Федорцов, подъехав ближе.
Кирилл только тяжело выдохнул и отвёл взгляд:
— Ничего.
Но голос прозвучал слишком жёстко даже для него самого. Потому что внутри всё сильнее накрывало злостью.
На Матвея. На ситуацию. И почему-то немного — на саму Дану. За то, что она всё ещё выбирает человека, который её не заслуживает.
Кирилл уже выходил из арены вместе с парнями после тренировки, почти не слушая очередную шутку Димы. Он устал. Раздражение после тренировки так и не ушло. Именно поэтому взгляд почти сразу зацепился за знакомую фигуру возле университета напротив. Матвей. Тот как раз вышел из здания, на ходу доставая телефон и что-то быстро печатая.
Егоров автоматически замедлил шаг. А потом, даже не думая, коротко бросил парням:
— Идите без меня.
— Ты куда? — удивился Захар.
— Сейчас вернусь.
Но по его голосу сразу стало понятно — не вернётся. И уже направлялся прямо к Матвею. Тот настолько был занят телефоном, что заметил его только тогда, когда парень оказался совсем рядом. И мельком опустил взгляд на экран. Сообщение Дане. Очередное:
«Прости, сегодня снова не получится встретиться...»
Кирилл коротко хмыкнул, мельком скользнув взглядом по экрану телефона:
— Что, опять отмазка?
Тот резко поднял глаза. Усталость на его лице мгновенно сменилась раздражением.
— Не твоё дело, Егоров.
Кирилл только лениво усмехнулся уголком губ и чуть склонил голову набок:
— Согласен. — и чуть наклонил голову набок и лениво усмехнулся, — А ты попробуй ради разнообразия написать ей правду.
Тот медленно прищурился:
— Какую ещё правду?
И именно в этот момент улыбка окончательно исчезла с лица Егорова. Он посмотрел ему прямо в глаза. Спокойно. Слишком спокойно. А потом тихо произнёс:
— Что не можешь встретиться с ней... Потому что будешь трахать другую.
Тишина между ними стала почти осязаемой. Матвей резко напрягся. Телефон в его руке сжался так сильно, что побелели пальцы.
— Следи за словами.
Голос прозвучал уже совсем холодно. Но Кирилл только коротко усмехнулся:
— А что?
И продолжал смотреть на того спокойно. Слишком спокойно. Только взгляд уже был откровенно злым.
— И давно ты Дану за дуру держишь?
Матвей быстро взял себя в руки и холодно усмехнулся:
— Ты вообще бредишь. — он попытался обойти парня, — Отойди
Но Кирилл резко остановил его рукой за плечо. Жёстко. Матвей сразу дёрнулся, раздражённо оборачиваясь, но Кирилл уже наклонился чуть ближе и тихо прошипел почти ему в лицо:
— В следующий раз, когда будешь зажиматься с кем-то в кабинете... Хотя бы дверь закрывай.
Матвей мгновенно застыл. Всего на секунду. Но этого хватило.
Кирилл усмехнулся уголком губ, убрал руку с его плеча и специально задел его плечом, проходя мимо. После чего спокойно направился к своей машине. И даже не оборачиваясь чувствовал, каким тяжёлым взглядом Матвей сейчас прожигает ему спину.
Уже вечером Дана в который раз раздражённо отбросила телефон на кровать. Матвей снова написал, что не сможет приехать.
Снова дела. Снова работа. Снова это раздражающее: «Давай позже». Всё как обычно.
Она устало провела рукой по волосам и уже собиралась выйти на кухню, как взгляд неожиданно зацепился за тёмную коробку на тумбе. Подарок Кирилла. Тот самый, который она так и не открыла.
Девушка несколько секунд просто смотрела на неё. А потом всё-таки подошла ближе и осторожно взяла коробку в руки. Сердце почему-то уже билось быстрее.
— Господи, Воронцова... — она нервно усмехнулась себе под нос, — Только бы там не было чего-то странного.
Медленно сняла упаковку. Подняла крышку. И замерла. Внутри лежала книга. Но не обычная.
Дрожащими пальцами она осторожно достала её из коробки и сразу открыла первую страницу. Коллекционное издание. Тот самый редкий тираж, который она когда-то часами пыталась найти на форумах и закрытых аукционах. И внизу страницы — настоящая подпись автора.
«Для Даны.
Пусть однажды рядом окажется человек, который будет любить тебя так же сильно, как ты любишь книги.
Элиас Норт.»
Девушка резко прикрыла рот ладонью. Сердце будто на секунду остановилось.
Элиас Норт. Писатель, чьи книги она перечитывала ночами с пятнадцати лет. Человек, из-за которого вообще полюбила читать. Автор, который почти никогда не подписывал книги лично. И уж тем более не дарил коллекционные экземпляры кому попало.
Она несколько секунд просто сидела неподвижно, не веря своим глазам. Пальцы осторожно скользнули по подписи, будто она всё ещё сомневалась, что это реально.
В памяти сразу всплыл вечер 5-летней давности. Тогда они ещё были вместе.
«Дана лежала поперёк кровати парня в его дома, листая телефон, пока сам парень что-то лениво искал в ноутбуке перед тренировкой. За окном шумел дождь, а у неё в руках уже минут двадцать подряд шло интервью Элиаса Норта.
— Нет, ты только послушай, как он говорит про своих героев... — она резко села на кровати и посмотрела на него с совершенно серьёзным видом, — Это же гениально.
Тот мельком поднял взгляд от ноутбука:
— М-м.
— Нет, ты не понимаешь.
Она тут же подползла ближе и сунула телефон ему чуть ли не под нос:
— Вот здесь. Смотри.
На экране автор спокойно рассказывал о своей новой книге и о том, что подписанные экземпляры он почти никогда не продаёт.
— И что? — лениво протянул Кирилл.
Она закатила глаза:
— Кирилл, это же Элиас Норт. — она мечтательно выдохнула, — Я бы всё отдала за его книгу с автографом.
Парень тихо усмехнулся и снова уткнулся в ноутбук:
— Сумасшедшая фанатка.
— Вообще-то это называется любовь к литературе.
— Нет, Воронцова. — покачал головой, едва сдерживая улыбку, — Это уже диагноз.
Дана возмущённо пихнула его подушкой:
— Ты просто ничего не понимаешь.
— Конечно.
Он наконец отложил ноутбук и притянул её к себе за талию:
— Я же простой хоккеист. Куда мне до твоих интеллектуальных страданий.
Девушка тихо засмеялась и уткнулась носом ему в плечо:
— Вот когда-нибудь я достану его книгу с подписью, и ты ещё будешь мне завидовать.
Он тогда только хмыкнул:
— Если ты её достанешь — я лично пожму тебе руку.»
И сейчас, сидя на своей кровати с книгой в руках, Дана вдруг поняла одну простую вещь. Он всё это время помнил. И теперь именно он исполнил эту мечту.
Она медленно опустила взгляд на книгу и тихо выдохнула:
— Как?..
И почему-то именно в этот момент внутри стало опасно тепло.
А потом резко поднялась. Даже не успев толком подумать, зачем вообще это делает. Просто схватила книгу и буквально выбежала из квартиры. Босиком выскочила в подъезд, быстро поднялась на этаж выше и почти сразу нажала кнопку звонка. Сердце колотилось так сильно, будто она сейчас совершает что-то совершенно неправильное. Дверь открылась спустя минуту.
Кирилл стоял на пороге в спортивных штанах, с ещё влажными после душа волосами. И по его лицу сразу стало понятно — увидеть девушку вечером у себя он точно не ожидал. Он только открыл рот, собираясь что-то сказать, но девушка даже не дала ему времени. Резко шагнула вперёд и крепко обняла его.
— Как ты это сделал?!
Книга всё ещё была зажата у неё в руке, голос звучал почти шокированно, а сама она, кажется, даже не понимала, что сейчас делает.
Парень застыл. Буквально на секунду. Потому что Дана сама обняла его впервые за очень долгое время. А потом на губах медленно появилась знакомая самодовольная усмешка. Он лениво развёл руками:
— Ну... Я просто волшебник.
Девушка отстранилась, всё ещё крепко сжимая книгу в руках. Будто боялась, что всё это сейчас просто исчезнет.
— Нет, серьёзно. — она смотрела на него почти ошарашено, — Это же Элиас Норт... Я пыталась достать его книгу два года.
Дана нервно покачала головой:
— Он вообще никому их просто так не подписывает.
Парень лениво облокотился плечом о дверной косяк и только пожал плечами:
— Значит, ты недооцениваешь силу моего обаяния.
— Егоров. — она сразу прищурилась, — Я сейчас серьёзно.
— Я тоже.
На губах снова появилась эта невозможная самодовольная улыбка. Он несколько секунд молча смотрел на неё. На её горящие глаза. На то, как она прижимает книгу к груди. И почему-то именно сейчас понял, что всё это точно стоило того.
Он чуть наклонил голову:
— Иногда Норт делает исключения.
Девушка сразу подозрительно прищурилась:
— Надеюсь, ты не сказал ему, что я смертельно больна?
Кирилл неожиданно громко рассмеялся. Настолько искренне, что Дана сама невольно улыбнулась. Он покачал головой:
— Нет.
А потом вдруг посмотрел на неё уже серьёзнее и тихо добавил:
— Я просто сказал, что моя невеста мечтает о его книге.
Она мгновенно застыла. А он с абсолютно невозмутимым лицом продолжил:
— И если она её не получит, то может вообще передумать выходить за меня замуж.
И усмехнулся уголком губ:
— А я как жених не могу рисковать такой невестой.
Несколько секунд девушка просто смотрела на него. И почему-то впервые эта его привычная шутка прозвучала совсем не как шутка. Она нервно улыбнулась и легонько толкнула его кулаком в плечо:
— Дурак.
Но сердце почему-то всё равно билось слишком быстро. Кирилл всё ещё стоял слишком близко. Настолько, что Дана чувствовала его тепло. И почему-то именно сейчас это вдруг стало опасно. По-настоящему.
Он медленно сделал шаг вперёд. Она машинально сглотнула и отступила назад.
Кирилл снова подошёл ближе. Дана — снова назад. Пока не почувствовала спиной холод двери. Отступать больше было некуда. И медленно подняла взгляд на парня. Тот смотрел слишком внимательно. Слишком серьёзно. Совсем не так, как обычно. А потом тихо произнёс:
— Надеюсь, мой подарок превзошёл всех.
Дана нервно усмехнулась, всё ещё прижимая книгу к груди:
— Ты даже не представляешь насколько. — она покачала головой и попыталась снова перевести всё в привычную шутку, — Я теперь, наверное, тебе по гроб жизни обязана.
И подняла взгляд на Кирилла — и в ту же секунду внутри всё предательски сжалось. Слишком близко. Она только сейчас по-настоящему заметила, что на нём нет футболки. Только серые спортивные штаны, низко сидящие на бёдрах, и чуть влажные после душа волосы. Тёплый свет квартиры скользил по его коже, подчёркивая напряжённые плечи, сильные руки, линию пресса. И от этого почему-то стало тяжело дышать. Девушка мгновенно отвела взгляд в сторону, будто её поймали на чём-то неправильном. Смущение резко ударило в лицо горячей волной. Господи. Она ведь столько раз видела его раньше. Ещё когда они были вместе. Но сейчас всё ощущалось совсем иначе. Опаснее. Сердце почему-то забилось быстрее, а пальцы только сильнее сжали книгу у груди, словно это могло хоть как-то вернуть ей самообладание.
Кирилл заметил, как девушка поспешно отвела взгляд, и только тихо хмыкнул.
Слишком довольно. Будто её реакция его откровенно забавляла. Он лениво опёрся рукой о дверь прямо над её головой и чуть наклонился ближе:
— Воронцова... — на губах появилась знакомая наглая усмешка, — Ты меня вообще-то и не только без футболки видела.
Она мгновенно вспыхнула ещё сильнее. Потому что память тут же предательски подкинула слишком много моментов. Его квартира. Утро. Сонный Кирилл рядом. Его руки на её талии.
— Замолчи.
Она пробормотала это слишком быстро и снова отвела взгляд. А тот тихо рассмеялся. Беззлобно. Но слишком довольно.
— О-о, — протянул он с усмешкой, — А кто это у нас покраснел?
Дана тут же возмущённо подняла на него взгляд:
— Я не покраснела.
— Конечно.
Он медленно скользнул взглядом по её лицу и тихо добавил:
— Просто тебе внезапно стало жарко.
И от того, каким голосом он это сказал, внутри у неё снова всё предательски сжалось.
Парень продолжал смотреть на неё этим странным тяжёлым взглядом. И в следующую секунду вдруг сделал то, чего она совсем не ожидала. Он наклонился и поцеловал её.
Девушка застыла. Сердце будто мгновенно остановилось. На секунду в голове стало абсолютно пусто. Только тепло его губ. Его ладонь возле её талии. И слишком знакомое чувство, которое когда-то давно она уже испытывала рядом с ним. Она невольно прикрыла глаза и почти по инерции ответила на поцелуй. Всего на короткое мгновение. А потом резко пришла в себя. И сразу оттолкнула Кирилла, тяжело дыша от шока и внезапного страха перед самой собой.
— Ты... — она нервно покачала головой, — Ты вообще нормальный?!
Кирилл явно хотел что-то сказать, но Дана уже выпалила почти дрожащим голосом:
— Может, мне теперь ещё и переспать с тобой за эту книгу?!
В глазах парня мгновенно мелькнуло что-то резкое. Почти болезненное. Но девушка уже не дала ему ответить. Она быстро распахнула дверь и буквально выбежала в подъезд. Сердце колотилось так сильно, что становилось тяжело дышать. И почти сбежала вниз по лестнице к себе, крепко прижимая книгу к груди.
А парень так и остался стоять в дверях своей квартиры. Неподвижно. С сжатой челюстью и всё ещё ощущая вкус её губ.