Слишком близко чтобы ненавидеть

Мы не то чтобы бежали, но шли достаточно быстро, стараясь не отставать от Минхо. Теперь мы уже точно поняли, что цилиндр каким-то образом действительно ведёт нас в определённом направлении.

Стоило свернуть не туда, как его писк становился заметно медленнее, словно сигнал постепенно терял силу. Но стоило нам вернуться на правильный путь, как звук снова ускорялся, становясь всё чаще и громче.

Чем дальше мы продвигались вглубь сектора, тем сильнее это начинало действовать на нервы. Казалось, цилиндр отсчитывает последние секунды до чего-то, о чём мы совершенно ничего не знали, а с каждым новым поворотом мы лишь приближались к этому неизвестному.

От постоянного писка у меня уже начало неприятно сводить живот, а тревога постепенно превращалась в тяжёлое ощущение где-то под рёбрами.

— Эта штука когда-нибудь заткнётся? — наконец не выдержал Бен, поморщившись и прикрыв одно ухо ладонью. — У меня так скоро голова взорвётся.

— Думаю, мы уже почти пришли, — ответила я, не сбавляя шага и крепче сжимая цилиндр. — Не может же она так быстро пищать, когда мы ещё далеко.

— Очень на это надеюсь, — пробормотал Томас, оглядывая очередной поворот. — И всё же... что мы вообще найдём? Может, она ведёт нас к гриверу?

Я на секунду задумалась. Объяснение действительно звучало логично. В конце концов, именно этот цилиндр мы нашли внутри гривера. Возможно, он был какой-нибудь частью системы навигации или чем-то вроде маячка.

Может, где-то в лабиринте находился ещё один механизм, связанный с ним, а сейчас цилиндр просто пытался установить соединение. Но чем больше я прокручивала эту мысль в голове, тем более абсурдной она казалась.

Если бы создатели хотели спрятать здесь гривера, зачем вообще оставлять нам такую очевидную подсказку? И почему она появилась именно сейчас, спустя столько времени?

— Не думаю, — наконец сказала я. — Если бы это был какой-нибудь трекер, он бы вёл нас к конкретному гриверу. А мы даже не знаем, есть ли он здесь.

— Тогда что это? — спросил Томас.

Я уже собиралась ответить, но Минхо наконец подал голос.— Понятия не имею.

Я невольно посмотрела на него. Это было странно. С того самого момента, как цилиндр начал пищать, он почти не произнёс ни слова. Обычно Минхо хотя бы комментировал происходящее, раздражался, отпускал какую-нибудь колкость или пытался построить предположение раньше всех остальных. Сейчас же он просто шёл впереди, постоянно сверяясь с проходами и время от времени оглядываясь на цилиндр.

— Но одно я знаю точно, — продолжил он после короткой паузы. — Это не случайность.

Стоило ему договорить, как цилиндр внезапно издал настолько громкий и частый писк, что я едва не выронила его из рук. Теперь звук уже почти не прерывался, сливаясь в непрерывное электронное жужжание, от которого хотелось закрыть уши. Бен резко согнулся, поморщившись от боли в голове, а Томас выругался и попытался перекричать шум.

— Блять! Что с ней такое?!

— Не знаю! — крикнула я, пытаясь не потерять цилиндр. — Ускоряемся!

Нам больше не пришлось ничего объяснять. Все четверо одновременно перешли на бег, и теперь мы буквально мчались по каменным проходам, стараясь не отставать друг от друга. Цилиндр пищал всё громче, будто реагировал на каждый метр, который мы преодолевали. Сердце колотилось уже не только от бега. Внутри появилось неприятное предчувствие, что мы приближаемся не просто к очередной загадке лабиринта, а к чему-то, чего вообще не должны были здесь находить.

Очередной поворот показался впереди неожиданно быстро. Минхо первым завернул за угол, и мы почти сразу последовали за ним. Но стоило нам сделать несколько шагов, как цилиндр резко замолчал.

Я остановилась настолько резко, что чуть не врезалась в Томаса. После непрерывного писка тишина показалась оглушительной. Несколько секунд никто даже не произносил ни слова. Мы просто стояли и пытались привыкнуть к тому, что больше не слышим этот противный звук. Затем я подняла взгляд и увидела то, ради чего он привёл нас сюда.

Перед нами возвышались огромные металлические конструкции. Сначала я даже не смогла понять, что именно вижу. Они напоминали стены, но вместо обычного камня перед нами стояли длинные вертикальные металлические полотна с острыми краями. Каждая конструкция была высотой почти с настоящие стены лабиринта и уходила далеко вверх, скрываясь где-то над уровнем нашего взгляда. Они казались совершенно чужими этому месту. Серый металл покрывала ржавчина, местами на поверхности виднелись глубокие царапины, а острые края ловили тусклый свет, пробивавшийся сверху.

— Что это за хрень?.. — тихо произнёс Томас.

Никто ему не ответил.

Я медленно подошла ближе, несмотря на то что Минхо почти сразу бросил в мою сторону предупреждающий взгляд. Мне хотелось понять, насколько они действительно острые. Я протянула руку и едва коснулась пальцем края ближайшей металлической пластины, после чего тут же резко отдёрнула ладонь.

— Сука... — прошипела я, встряхнув рукой.

На пальце уже появилась небольшая полоска крови.— Элли! — Минхо мгновенно оказался рядом. В его голосе было столько тревоги, что я даже удивилась. — Что с пальцем? Покажи.

— Мин, всё нормально, небольшая царапина...

— Я сказал, покажи палец.

Он произнёс это настолько спокойно, но одновременно твёрдо, что спорить было бессмысленно. Я нехотя протянула ему руку, а Минхо уже расстёгивал передний карман своего ранца.

— Откуда у тебя вообще это? — спросила я, заметив небольшую аптечку. — Раньше ты её не носил.

— После твоих забегов начал носить, — коротко ответил он. — Одолжил у Клинта и Джеффа.

Он достал бинт, вату и перекись, после чего осторожно обработал порез. Делал он всё быстро и уверенно, будто проделывал это уже не первый десяток раз. Я молча наблюдала за его руками, пока он аккуратно обматывал мой палец бинтом, стараясь не затянуть слишком сильно.

— Не давит?

— Нет. Всё нормально. Спасибо.

Я забрала руку и только тогда заметила, что Бен и Томас стоят чуть поодаль и с одинаковыми ухмылками наблюдают за нами. Я сразу поняла, что сейчас последует.

— Ну что, голубки, закончили? — протянул Бен.

Я медленно повернулась к нему.— Бен, ещё одно такое слово — и я тебя сама оставлю здесь среди этих железок.

— Молчу, — тут же ответил он, но улыбка никуда не делась.

Томас тихо хмыкнул, а Минхо раздражённо закатил глаза.— Ладно, хватит, — резко сказал он, снова переводя внимание на металлические конструкции. — Пошли дальше. Мы и так слишком много времени потеряли.

Он сделал несколько шагов вперёд, но почти сразу остановился и обернулся к нам.— И не трогайте эти штуковины.

Мы одновременно кивнули. На этот раз никто даже не стал спорить.

Мы двинулись дальше, осторожно проходя между рядами металлических лезвий. Чем глубже мы заходили, тем сильнее становилось ощущение, будто кто-то специально построил здесь отдельную ловушку. Их было огромное количество — не меньше сотни, а может, и больше.

Они стояли строго рядами, один за другим, с одинаковым расстоянием между каждой конструкцией. При этом они совершенно не напоминали обычные стены лабиринта. Они не образовывали привычных поворотов и проходов, не соединялись между собой и не создавали нового маршрута. Это было скорее огромное металлическое поле, разделённое десятками одинаковых острых пластин.

Я невольно замедлила шаг, рассматривая их. Чем дальше мы проходили, тем страннее всё становилось. На каждой конструкции были практически одинаковые следы ржавчины, одинаковые царапины и даже одинаковые небольшие вмятины. Это выглядело так, будто кто-то не строил их одну за другой, а просто сделал одну конструкцию и затем каким-то образом скопировал её сотни раз.

— Я так понимаю, такого вы никогда не видели? — спросила я, посмотрев сначала на Минхо, потом на Бена.

— Никогда, — ответил Минхо без малейшего сомнения. — За всё время, что мы бегаем, ничего подобного здесь не было.

От его ответа мне стало ещё неуютнее. Если бы Минхо сказал, что не знает, я бы ещё могла попытаться себя успокоить. Но Минхо знал лабиринт лучше всех нас. Он видел его в разные дни, запоминал изменения, изучал сектора и мог заметить даже небольшую перестановку стены. А теперь стоял посреди места, которого не существовало ещё совсем недавно, и сам не понимал, что перед нами.

— Значит, это появилось недавно, — тихо сказала я.

— Похоже на то.

Мы продолжали идти. Под ногами скрипел мелкий песок, ветер почти не доходил сюда, а металлические конструкции создавали странное ощущение замкнутого пространства, несмотря на то что над нами по-прежнему оставалось открытое небо. Иногда я замечала на поверхности металла слабые отблески света и каждый раз инстинктивно отводила взгляд, вспоминая, насколько легко этот край порезал мне палец.

В какой-то момент я начала думать, что этот ряд действительно никогда не закончится. Казалось, сколько бы мы ни шли, впереди продолжались одни и те же металлические стены. Одинаковые, безликие и совершенно неподвижные. Даже цилиндр больше не издавал ни звука, словно выполнил свою задачу и теперь просто ждал.

Но спустя ещё несколько минут впереди наконец появилось свободное пространство.

Сначала я заметила лишь небольшой просвет между последними конструкциями, а затем мы вышли из металлического коридора и все одновременно остановились.

Перед нами раскинулся огромный участок ровного каменного пола. Он был настолько непривычно пустым после бесконечных рядов металлических лезвий, что от этого становилось ещё тревожнее. Никаких стен, никаких проходов, никаких следов гриверов. Только гладкий серый камень, окружённый со всех сторон теми самыми конструкциями.

И прямо в центре этого пространства находился огромный круг.

Я медленно сделала несколько шагов вперёд, не сводя с него взгляда. Он был вырезан прямо в каменном полу и занимал почти половину всей площадки. По его краям проходили тонкие линии, складывающиеся в сложный узор, который издалека напоминал какую-то схему или огромный механизм. Некоторые участки круга были почти стёрты временем, но в центре всё ещё оставался чёткий геометрический рисунок.

Я остановилась у самого края и почувствовала, как по спине пробежал холодок. Всё это время цилиндр в моей руке молчал, но теперь его поверхность снова едва заметно нагрелась.

Этот круг напоминал какой-то огромный механический люк, который каким-то образом можно было открыть. Я медленно обошла его по краю, внимательно рассматривая каждую деталь. Теперь, когда мы оказались рядом, стало заметно, что это действительно не просто рисунок на полу.

Между каменными плитами проходили тонкие металлические линии, а по окружности через одинаковые промежутки виднелись небольшие углубления, будто сюда когда-то устанавливались какие-то детали. В центре вообще находилась почти незаметная щель, идеально ровная и слишком правильная для обычного каменного пола. Я присела, провела пальцами по поверхности и нахмурилась.

— И что это за хуйня... — тихо произнёс Бен, оглядываясь вокруг.

— Без понятия, но меня больше интересует, что это за круг, — ответила я, продолжая смотреть на него. — Неужели это и правда тот самый обрыв?

Минхо подошёл ближе и тоже присел возле края. Он внимательно изучил поверхность, провёл рукой по одному из металлических участков и покачал головой.

— Возможно. Но если это обрыв, почему он выглядит так, будто его можно открыть?

— Вот именно, — пробормотала я. — Значит, это вообще не обрыв.

Я поднялась и начала медленно ходить вокруг круга, стараясь рассмотреть всё пространство целиком. Сначала ничего необычного не находила, но, когда обошла примерно половину окружности, заметила небольшую конструкцию, почти сливавшуюся со стеной.

Она стояла чуть в стороне от самого круга и выглядела так, словно кто-то специально постарался спрятать её от посторонних глаз. Небольшая металлическая панель, сверху — чёрный экран, а ниже несколько едва заметных кнопок.

На первый взгляд всё выглядело совершенно мёртвым, будто устройство давно не работало, но стоило мне приблизиться, как цилиндр в моих руках неожиданно задрожал. Я замерла и посмотрела на него. Красная лампочка на его поверхности мигнула один раз, после чего медленно сменилась на зелёную.

— Что блять...

— Что такое? — крикнул Томас с противоположной стороны площадки.

Я хотела ответить, но экран передо мной вдруг ожил. Чёрная поверхность засветилась холодным белым светом, и на ней появилась короткая надпись: «Введите код». Я несколько секунд просто смотрела на неё, не понимая, откуда вообще взялось питание. Надпись исчезла так же быстро, как появилась, а вместо неё на экране возникла цифровая клавиатура. Десять цифр, расположенных аккуратными рядами, словно эта штука ждала, что кто-то действительно знает нужную последовательность.

— Мин, — позвала я, не отрывая взгляда от панели. — Какая последовательность у секторов?

— 83147526, — сразу ответил он, а затем нахмурился. — А что?

— Возможно, сейчас узнаем.

— Элли, подожди...

Но я уже начала вводить цифры. Первый символ. И почти сразу после первой нажатой кнопки по всему лабиринту прокатился оглушительный вой сирены. Он был настолько резким и громким, что я рефлекторно отшатнулась от панели и закрыла ухо рукой. Звук эхом разнёсся между стенами, уходя куда-то вдаль и возвращаясь обратно многократным гулким отражением.

— Ты чего там, блять, нажала?! — крикнул Минхо.

— Не знаю! — ответила я, пытаясь перекричать сирену. — Тут надо было код ввести!

— И нахуя ты...

Он не договорил. Где-то глубоко внутри лабиринта раздался такой грохот, будто одновременно рухнуло несколько огромных металлических конструкций. Под ногами прошла дрожь, с ближайшей стены посыпалась мелкая каменная крошка, а затем последовал ещё один удар, от которого я на секунду потеряла равновесие.

Минхо мгновенно изменился в лице.— Блять, уходим! Эллисон, быстро дай мне эту херню!

На этот раз в его голосе не было ни раздражения, ни привычной насмешки. Только приказ и настоящее напряжение. Я даже не стала спорить: сразу бросила ему цилиндр, развернулась и побежала следом за Томасом и Беном. Мы едва успели преодолеть несколько метров, как позади нас раздался протяжный металлический скрип. Сначала один, затем второй, а после него сразу несколько.

Я обернулась через плечо и увидела, как огромные металлические конструкции начали двигаться.

— Блять...

Лезвия пришли в действие. Они медленно, но с невероятной силой начали вращаться вокруг своих оснований, перекрывая проходы между рядами. Их острые края двигались с таким странным механическим ритмом, будто весь этот участок лабиринта только сейчас включили. Одно лезвие пронеслось перед нами, заставив Бена резко отскочить, а следующее уже закрыло проход позади него. Через несколько секунд мы оказались разделены: Минхо, Томас и Бен успели пройти вперёд, а я осталась по другую сторону металлических конструкций.

— Эллисон! — закричал Томас.

Я развернулась и увидела, что впереди меня одно за другим начинают закрываться лезвия. За ними виднелся проход, в котором стояли парни, но расстояние между нами стремительно увеличивалось.

— Беги! — крикнул Минхо. — Быстрее!

Я сорвалась с места, не думая ни о чём, кроме расстояния между собой и последним открытым проходом. Ноги сами понесли меня вперёд. Первое лезвие закрылось прямо передо мной, и мне пришлось резко изменить траекторию, чтобы успеть проскочить между двумя конструкциями. Второе уже начинало двигаться, и я поняла, что времени практически не осталось.

— Эллисон, быстрее! — снова крикнул Минхо.

— Я, блять, и так бегу!

Я ускорилась настолько, насколько могла. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание сбилось, а в голове осталась только одна мысль: не остановиться. Впереди уже была стена, а между мной и парнями оставалось ещё несколько движущихся лезвий.

— Я не успеваю! — крикнула я.

— Успеешь! — ответил Минхо. — Просто беги! Не думай ни о чём, просто беги!

Я не знала, говорил ли он это мне или самому себе, но продолжила. Ещё одно лезвие прошло передо мной буквально в нескольких сантиметрах. Я резко оттолкнулась ногой от земли и проскользнула дальше. Следующее закрылось слишком быстро, и мне пришлось буквально рвануть вперёд, чтобы не остаться между металлическими конструкциями. Парни уже кричали что-то с другой стороны, но я почти не слышала слов из-за собственного дыхания и оглушительного скрежета вокруг.

Оставалось два лезвия.

Я сровнялась с первым и одновременно с ним начала двигаться вперёд. На мгновение показалось, что оно закроется раньше, но я успела проскочить. Теперь оставалось последнее. За ним был Минхо, и я видела, как он бежал у прохода, уже готовый схватить меня, если я не удержусь на ногах.

— Давай! — крикнул он. — Ещё немного!

Я собрала последние силы и рванула вперёд. До выхода оставался всего метр, когда последнее лезвие начало закрываться. Я буквально влетела в промежуток между ним и стеной, но металлический край всё-таки зацепил мою руку. Ткань футболки натянулась и с резким звуком разорвалась, а меня отбросило в сторону. Я потеряла равновесие, но Минхо успел поймать меня за плечи и удержать на ногах.

На несколько секунд он прижал меня к себе настолько крепко, будто действительно боялся, что я снова окажусь по ту сторону лезвий. Я тяжело дышала, пытаясь прийти в себя, а он быстро осмотрел мою руку, проверяя, не зацепило ли кожу.

— Ты цела?

— Да... вроде.

— Точно?

— Да, Минхо, я цела.

Он ещё секунду смотрел на меня, после чего наконец отпустил, но даже не успел ничего сказать, потому что позади нас раздался новый оглушительный грохот.

— Блять, — выдохнул Бен. — Это ещё что?

Мы все одновременно обернулись.Лезвия были далеко не единственной проблемой.Теперь начали двигаться сами стены.

Огромные каменные блоки сдвигались с места, разрушая привычную структуру сектора. Одни стены медленно уходили в стороны, другие, наоборот, двигались прямо на нас, с каждым мгновением сокращая свободное пространство. Камень скрежетал о камень, с потолка сыпалась пыль, а каждый новый удар отдавался вибрацией под ногами. Казалось, весь лабиринт внезапно ожил и теперь пытался вытолкнуть нас из него или, наоборот, не дать нам выбраться.

— Быстрее! Налево! — крикнул Минхо, заметив узкий проход между двумя движущимися стенами.

Мы снова сорвались с места. Минхо бежал впереди, за ним Томас, Бен и я. Теперь уже не приходилось думать о том, куда мы направляемся. Главное было просто двигаться, пока стены не сомкнулись вокруг нас. Одна конструкция резко двинулась справа, и мы едва успели проскочить. Следом слева с громким ударом закрылась другая. Каменная пыль поднялась в воздух, заставив меня закашляться, но останавливаться было нельзя.

— Не отстаём! — крикнул Минхо.

Мы завернули за очередной угол и практически сразу увидели впереди единственный проход. Но именно в этот момент он начал закрываться.

— Чёрт! — выругался Томас.

Минхо резко остановился на долю секунды, оценивая расстояние, а потом снова побежал.

— Назад нельзя! — крикнул он. — Нужно вперёд, иначе нас здесь закроет!

Мы прибавили скорости. Проход уже закрылся почти наполовину, и казалось, что расстояние до него вообще не уменьшается. Мы бежали изо всех сил, но огромная каменная плита продолжала двигаться навстречу, медленно и неумолимо отрезая нам путь.

И тут одна из стен резко выскочила сбоку и ударила Бена, сбив его с ног.

— Да чтоб тебя, блять! — заорал он, рухнув на землю.

Я даже не успела подумать. Развернулась на сто восемьдесят градусов, подбежала к нему и схватила за руку. Бен попытался подняться самостоятельно, но следующая конструкция уже двигалась прямо в нашу сторону.

— Вставай! — крикнула я, рывком поднимая его на ноги.

— Я пытаюсь!

— Тогда пытайся быстрее!

Мы вместе рванули вперёд. Позади уже слышался грохот приближающейся стены, а впереди проход продолжал сужаться. Томас уже почти добрался до него и обернулся.

— Быстрее! Мы сейчас не успеем!

Я крепче сжала руку Бена и потянула его за собой, понимая, что следующая секунда решит, выберемся мы отсюда или останемся запертыми внутри этого сектора.

Стена закрылась уже больше чем на половину, и до неё оставалось метров двадцать.

Мы бежали со всех ног, и я уже начинала понимать, что не успеваю. Расстояние между нами и закрывающимся проходом сокращалось слишком медленно, а сама стена двигалась слишком быстро.

Казалось, ещё несколько секунд — и она полностью перекроет единственный выход. Я слышала за тяжёлое дыхание Бена,хоть он и обогнал меня,крики Томаса и Минхо, грохот механизмов и скрежет металла, который становился всё громче.

В какой-то момент я уже перестала смотреть по сторонам и просто заставила себя бежать ещё быстрее, хотя ноги после всего дня в лабиринте буквально горели.

До стены оставалось меньше десяти метров.— Эллисон, быстрее! — крикнул Минхо.

Я стиснула зубы и рванула вперёд. Перед глазами уже почти ничего не оставалось, кроме узкого пространства между двумя стенами, которое стремительно исчезало. Я прекрасно понимала, что если сейчас остановлюсь хотя бы на секунду, то всё закончится.

Поэтому продолжала бежать, даже когда лёгкие будто начали гореть изнутри. В последний момент, когда между стеной и землёй оставалось совсем немного места, чья-то рука резко схватила меня за предплечье и дёрнула вперёд. Я даже не успела понять, кто именно это сделал. Меня буквально выдернуло из опасной зоны, и в следующую секунду массивная стена с оглушительным грохотом захлопнулась буквально в нескольких сантиметрах от моего лица.

Я застыла, всё ещё не до конца понимая, что произошло. Перед глазами находилась холодная каменная поверхность, а сердце колотилось настолько сильно, что я слышала его даже сквозь шум собственного дыхания. Ещё несколько секунд я просто смотрела на стену, не в силах заставить себя пошевелиться, пока позади не раздался голос Бена.

— Что это, блять, вообще было?! — заорал он, размахивая руками. — Я думал, всё! Мы сдохли!

— Не сейчас и не тут, Бен, — зло отрезал Минхо, всё ещё тяжело дыша. Он посмотрел на меня так, будто хотел убедиться, что я действительно цела, а затем перевёл взгляд на закрывшийся проход. — Ещё не хватало на гриверов попасться из-за нашего шума. Мы почти добежали до Глэйда. Полчаса бега — и будем дома. Там уже всё обсудим.

Никто не стал спорить. После такого даже Бен впервые за долгое время промолчал. Мы развернулись и продолжили путь. Теперь уже никто не пытался бежать так быстро, как несколько минут назад, но и останавливаться никто не хотел.

В голове у меня всё ещё стоял тот момент, когда стена закрылась прямо перед лицом. Я постоянно прокручивала его снова и снова, пытаясь представить, что было бы, если бы Минхо не успел меня схватить.

От этой мысли становилось неприятно, поэтому я каждый раз заставляла себя думать о другом. О цилиндре. О странной панели. О коде. О лезвиях. О том, что именно мы вообще нашли в седьмом секторе и почему всё это появилось именно сейчас.

До Глэйда мы почти не разговаривали. Каждый, кажется, был слишком занят собственными мыслями. Я прекрасно понимала, почему вокруг повисло такое напряжение. Всё произошло из-за меня.

Именно я решила взять цилиндр с собой, именно я подошла к панели и ввела код, именно после этого началось всё безумие с лезвиями и движущимися стенами. Конечно, я не могла знать, что произойдёт, но от этого чувство вины становилось не намного меньше.

Перед глазами то и дело всплывал Бен, которого сбила стена, потом рука, за которую меня буквально вытащили из-под закрывающегося прохода. Если бы мы задержались хотя бы на несколько секунд, последствия могли быть совсем другими.

И всё же где-то глубоко внутри меня не отпускало другое чувство. Мы действительно нашли что-то новое. Что-то, чего раньше не существовало. Тот круг, панель, код, лезвия — всё это явно было частью какой-то системы.

Возможно, там действительно находился выход. Возможно, мы только что наткнулись на часть плана Создателей, которую они не собирались нам показывать. И если так, то я не могла просто забыть об этом только потому, что первая попытка закончилась катастрофой. Мне нужно было понять, что находится под тем люком и почему цилиндр привёл нас именно туда.

Когда впереди наконец показались знакомые стены Глэйда, я впервые за последние полчаса позволила себе нормально выдохнуть. Мы выбежали из лабиринта практически одновременно и только тогда остановились. Никто даже не попытался сразу говорить — все просто стояли, согнувшись и пытаясь восстановить дыхание. После такого забега ноги дрожали, лёгкие горели, а одежда была покрыта пылью.

— Фу, блять... — наконец выдохнул Бен, уперев руки в колени. — Если мы ещё раз так побегаем, клянусь, на следующий день я с гамака вообще не поднимусь.

Томас даже не стал отвечать. Он просто дошёл до ближайшего участка травы и плюхнулся прямо на землю.— Полностью поддерживаю слова Бена.

Я невольно усмехнулась, несмотря на всё напряжение.

— Угомонитесь, — рявкнул Минхо.

По его голосу сразу стало понятно, что он не настроен смеяться. Он выпрямился, несколько секунд смотрел на остальных, а затем перевёл взгляд прямо на меня.

— Пошли. Отойдём.

Улыбка мгновенно исчезла с моего лица. Я посмотрела сначала на него, потом на Бена и Томаса. Оба парня смотрели на меня с каким-то странным, напряжённым выражением, будто уже понимали, чем закончится этот разговор. Я ничего не сказала, только кивнула и пошла за Минхо.

Мы направились в сторону леса. Я почти сразу догадалась, куда именно он собирается идти. Картохранилище. Чем ближе мы подходили к нему, тем сильнее внутри всё сжималось. Я знала Минхо достаточно хорошо, чтобы понимать: сейчас он злится. Очень сильно. И от этого мне становилось не по себе. Он никогда не отличался спокойствием, когда кто-то нарушал правила, особенно если это могло поставить под угрозу жизнь остальных.

Когда мы подошли к картохранилищу, Минхо открыл дверь и жестом показал мне войти первой. Я зашла внутрь, он вошёл следом и закрыл дверь. Несколько секунд мы просто стояли друг напротив друга. Внутри было тихо, и эта тишина казалась намного тяжелее, чем весь грохот лабиринта.

— А теперь объясни мне, блять, что это было, — сказал он грубо, и по голосу было слышно, что он уже находится на самой грани срыва.

— Я не...

— Нет, ты подожди! — не дал договорить он. — Я вообще не могу понять, какого хуя ты начала что-то делать, не предупредив меня?!

— Я не знала, что так будет, — старалась сдерживаться я, хотя сама уже не понимала, что именно пытаюсь удержать внутри — злость или слёзы.

— Но ты должна была подумать! — крикнул он ещё громче. — Это лабиринт, а не какие-то шутки!

— Я даже ничего не успела сделать! — начала так же срываться я, чувствуя, как глаза снова начинает щипать. — Я просто ввела код!

— А если бы вы не успели?! Если бы остались там?! За стенами?!

— Ну мы же успели!

— С моей помощью! — Он зло выдохнул и отошёл подальше к столу. — Нахуя ты вообще взяла эту херню в лабиринт?!

— Потому что мне снился сон, и там эта штука была важным объектом! И я была права, между прочим! Она на самом деле открывает что-то!

Он нервно усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья.— Права? Права, блять?! — Он ткнул в меня пальцем. — Ты, сука, нас чуть всех не погубила!

Я застыла. Несколько секунд просто смотрела на него, а потом почувствовала, как по щекам снова покатились слёзы. Я прекрасно понимала, почему он это говорил. Более того, где-то внутри я даже соглашалась с ним. Но слышать это от Минхо оказалось гораздо больнее, чем я ожидала.

Он тоже понял, что перегнул. Его лицо на мгновение изменилось, но было уже поздно. Слова прозвучали, и забрать их обратно было невозможно. Минхо устало потёр лицо ладонями, отвернулся, несколько секунд молчал, а потом наконец произнёс:— Ты отстранена. Отдай снаряжение.

Я медленно подняла на него глаза.— Что, блять?!

— Ты всё услышала, — раздражённо ответил он, хотя теперь говорил гораздо тише. — Я отстраняю тебя.

— Какого хуя, Минхо?! — во мне снова вспыхнула злость, мгновенно перебивая обиду. — Ты ведь знаешь, насколько мне важно быть там! Если ты не заметил, седьмой сектор полностью изменился, и, не взяв эту хуйню с собой, мы бы даже не нашли это чёртово место!

Я начала медленно приближаться к нему, уже совершенно не думая.

— И если ты забыл, то могу напомнить, что это место очень сильно напоминает тот самый обрыв! А там, возможно, выход! И когда я настолько близко к разгадке лабиринта и поиску выхода, ты отстраняешь меня?! Серьёзно, блять?!

— Потому что ты слишком рискуешь собой! — наконец смог ответить он.

— А ты нет?! Ты не рискуешь?! — я подошла ещё ближе. — Ничего не получится в этой жизни без риска, Минхо! Ничего! Абсолютно! Везде нужен риск!

— Но не такой же, от которого ты на волоске от смерти!

— Я могу сказать тебе то же самое, но тебе-то что?! — Я уже стояла совсем рядом и была вынуждена запрокинуть голову, чтобы продолжать смотреть ему в глаза. — Ты сам каждый день лезешь туда, где тебя может убить любая ошибка. Сам бегаешь по этому чёртовому лабиринту, сам принимаешь решения, от которых зависит жизнь остальных. Но когда дело касается меня, вдруг оказывается, что риск — это уже что-то ужасное?!

Минхо ничего не ответил.

Я ждала несколько секунд, но он продолжал молчать. Злость внутри снова начала подниматься.

— И чего ты молчишь, блять?! — сорвалась я. — Я со стенкой разговариваю?!

Он всё ещё смотрел на меня. Только теперь в его взгляде не было прежней злости. Она словно исчезла полностью, оставив после себя что-то совершенно другое. Минхо несколько секунд молчал, будто сам не хотел произносить следующие слова вслух, но в конце концов тихо сказал:

— Я просто не хочу тебя потерять.

Я замерла.

После всего, что произошло за последние несколько минут, я совершенно не ожидала услышать именно это. Злость мгновенно куда-то исчезла, а вместо неё осталось только непонимание.

— Чего?..

Но не успела я нормально среагировать,как он сделал шаг ко мне на встречу и накрыл мои губы своими.