Рождественское Желание

Следующие два дня прошли как в тумане.

Камилла почти не спала. Каждую ночь она лежала в темноте, глядя в потолок, и прокручивала в голове события рождественского вечера. Гирлянды. Крик. Тело на полу. Серые глаза Дэмиана, когда он смотрел на неё сквозь лупу.

Она достала визитку Финна — серый картон, только имя и телефон — и перевернула её раз десять, но так и не набрала номер. Не потому, что передумала. Потому что не знала, что сказать.

Эби в эти дни была сама не своя.

Она перестала есть почти совсем. На работу не пошла — отпросилась, сказав, что простудилась. Но Камилла видела правду: подруга боялась выходить из дома. Боялась, что видения вернутся на людях. Боялась, что тот, кого она увидела, найдёт её.

В первый день после убийства Эби провела в своей съёмной квартире, задёрнув все шторы. Камилла приехала к ней с продуктами и застала подругу сидящей на полу в обнимку с колодой карт Таро.

— Ты что делаешь? — спросила Камилла, ставя пакеты на кухонный стол.

— Пытаюсь понять, — ответила Эби, не поднимая головы. Карты были разложены вокруг неё веером — не в привычном порядке, а как попало, словно их просто высыпали из колоды. — Они не слушаются. Раньше они говорили со мной. Теперь молчат. Или говорят на языке, которого я не понимаю.

Камилла села рядом. Пол был холодным — Эби не включила отопление.

— Может, тебе нужно отдохнуть, — осторожно сказала Камилла. — А не гадать на убийцу.

— Я не гадаю на убийцу, — Эби подняла голову. Её почти чёрные глаза покраснели — то ли от бессонницы, то ли от слёз. — Я гадаю на тебя.

— На меня?

— Карты показывают тебя, — Эби провела рукой над веером, не касаясь карт. — Всё время тебя. Я пытаюсь узнать, что с тобой будет, но вместо этого вижу только воду. Холодную, тёмную воду. Она поднимается всё выше. А ты стоишь в ней по колено. И не боишься.

Камилла поёжилась.

— Это просто карты, — сказала она. — Бумага и краска.

— Это не просто карты, — Эби убрала колоду в шкатулку. — Но ты права. Не время для гаданий.

Она встала, подошла к окну и раздвинула шторы. За окном был серый декабрьский день — низкое небо, мокрый снег, пустая улица.

— Финн звонил тебе? — спросила Эби.

Камилла удивилась.

— Откуда ты знаешь про Финна?

— Он звонил мне, — Эби усмехнулась — впервые за два дня. — Спрашивал твой номер. Я не дала. Сказала, пусть сначала представится нормально.

Камилла не знала, смеяться или ругаться.

— Он тебе не звонил, — сказала она через секунду, сообразив. — Ты просто проверила, скажу ли я правду.

— Ты становишься лучше, — Эби кивнула. — Да, он звонил. Вчера вечером. Сказал, что Дэмиан собирает команду. И что ты ему нужна.

— И что ты ответила?

— Я сказала, что ты сама решишь, — Эби повернулась к ней. — Но будь осторожна. Тот детектив — он не такой, как кажется.

— Ты видела его в картах?

— Я видела его тень, — тихо сказала Эбигейл. — Она длинная. И холодная. У людей с такой тенью внутри пустота. Будь осторожна.

Камилла не ответила. Она смотрела на подругу и впервые за много лет думала о том, что, возможно, магия существует. Не как в фильмах — с заклинаниями и волшебными палочками. А как тихий голос на грани слышимости. Как карты, которые раскладываются не так, как ты хочешь. Как видения, от которых не спрятаться.

— Я позвоню ему, — сказала Камилла. — Финну. Сегодня.

Эби кивнула, и в её глазах мелькнуло что-то, похожее на облегчение.

---

Она позвонила в тот же вечер.

Финн ответил после первого гудка — будто ждал.

— Завтра, десять утра, — сказал он без приветствия. — Кафе «Уголок» на Бейкер-стрит. Знаешь такое?

— Знаю, — ответила Камилла. — А Дэмиан?

— Дэмиан будет занят, — в голосе Финна послышалась усмешка. — Он поехал в морг. Смотреть тело во второй раз. Говорит, что пропустил что-то в первый. Не хочет говорить, что именно. Но я знаю, что он думает о царапине на своей руке.

— Той, что от кулона?

Той самой, — Финн понизил голос. — Он проверил застёжку. Она действительно сломана. Кусок металла торчит острым краем. Если бы он не заметил царапину на своей руке, он бы не обратил внимания. А он заметил — потому что ты ему показала.

— Я ничего не показывала, — сказала Камилла. — Я просто спросила, откуда у него порез.

— Вот именно, — Финн хмыкнул. — Он бы никогда не спросил. Он вообще не смотрит на себя. Только на других. Поэтому ты ему и нужна.

— Я ещё не согласилась.

— Ты позвонила, — парировал Финн. — Это уже согласие.

Он дал отбой, и Камилла осталась сидеть с телефоном в руке, глядя на серый экран.

Завтра, десять утра. Кафе «Уголок».

Она не спала всю ночь.

---

В десять ноль-ноль она была на месте.

Кафе оказалось маленьким — пять столиков, стойка с пирожными, витрина, за которой мерцали рождественские огоньки. На дверях висели бумажные снежинки, на стенах — гирлянды из сосновых веток. Пахло корицей и свежим кофе.

Финн сидел в углу, у окна. На нём был тот же ярко-синий пиджак, но галстук сменился на вязаный шарф — полосатый, длинный, обмотанный вокруг шеи два раза. Перед ним стояла кружка с чем-то дымящимся и тарелка с тремя круассанами.

— Ты голодный? — спросила Камилла, садясь напротив.

— Всегда, — Финн отодвинул тарелку в сторону. — Но это не мне. Это тебе. Будешь работать — надо есть.

— Я ещё не согласилась работать.

— Ты здесь, — Финн улыбнулся. — Это уже работа.

Камилла взяла круассан, но есть не стала. Кусок не лез в горло.

— Что ты хочешь, чтобы я делала?

Финн откинулся на спинку стула и огляделся по сторонам. В кафе было пусто — только бармен протирал стаканы за стойкой. Никто не слушал.

— Дэмиан сейчас в морге, — сказал он тихо. — Вернётся через пару часов. Сегодня он будет допрашивать подозреваемых. Официально. С полицией. А неофициально он поедет в одно место, где полиции не будет.

— Куда?

— В дом менеджера Лирен. Того самого, который организовывал тот вечер. Дэмиан думает, что он врёт. Не может доказать, но чувствует.

— И я должна поехать с ним?

— Ты не можешь поехать с ним, — Финн покачал головой. — Он не возьмёт. Но ты можешь приехать туда сама. За час до него. Осмотреться. Поговорить с соседями. Узнать то, что он не узнает, потому что он — это он. С официальным значком и репутацией. Люди боятся Дэмиана. С тобой — нет.

Камилла отложила круассан.

— Ты предлагаешь мне шпионить.

— Я предлагаю тебе помочь, — поправил Финн. — Разница в том, что шпионы работают за деньги. А ты — за правду.

— Откуда ты знаешь, что я хочу правду?

— Дэмиан сказал, — Финн усмехнулся. — Ты носила его брелок в кармане три дня. Ты могла выбросить. Ты могла оставить себе. Но ты вернула. Ты не взяла чужое. Такие люди хотят правды. Потому что они знают, что ложь — это тоже чужое.

Камилла молчала. В окне кафе падал снег — крупный, медленный, как во сне. Люди на улице спешили по своим делам, никто не знал, что здесь решается её судьба.

— Адрес, — сказала она наконец.

Финн протянул ей листок бумаги, исписанный аккуратным почерком.

— Буду ждать отчёта.

---

Она приехала к дому менеджера в начале двенадцатого.

Это был не особняк, как у Лирен, а обычный викторианский дом — красный кирпич, кованая ограда, заснеженный палисадник. Окна на первом этаже были зашторены, на втором — горел свет. Кто-то был дома.

Камилла постояла у калитки, собираясь с духом. Сердце колотилось где-то в горле. Она никогда не делала ничего подобного — не стучалась в двери к незнакомцам, не задавала вопросы, не играла в детектива.

Но ты же всегда этого хотела, — сказала она себе. — Вот он, шанс. Бери.

Она нажала на кнопку звонка.

Никто не открыл. Она позвонила ещё раз — и ещё. Наконец за дверью послышались шаги.

Дверь открыл мужчина лет пятидесяти, в халате поверх пижамы. Он был бледным, небритым, с красными глазами — словно не спал несколько дней.

— Что вам нужно? — спросил он хрипло.

— Меня зовут Камилла, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я подруга Лирен. Я хотела бы… поговорить.

Мужчина посмотрел на неё долгим взглядом. Потом отступил в сторону.

— Заходите.

Она переступила порог, и в тот же момент за спиной у неё выросла тень.

Она успела увидеть чьи-то руки — и чёрный платок, который опустился на её лицо.

---

Очнулась Камилла от холода.

Под глазами саднило — видимо, ударилась лицом о что-то твёрдое. Пахло сыростью и плесенью. Она попыталась пошевелиться — руки были связаны за спиной, ноги тоже.

Она лежала на бетонном полу. Где-то капала вода.

Тёмная вода, — подумала она. — Эби видела тёмную воду.

Она прислушалась. Голосов не было, только капанье и где-то далеко — шум улицы. Её держали в подвале. Или в подземном гараже. Или в заброшенном здании.

Она закрыла глаза и попыталась не паниковать.

Думай, — приказала она себе. — Что бы сделал детектив?

И вдруг она вспомнила: телефон. Он лежал в кармане пальто. Но пальто сняли.

Или нет?

Она изогнулась, пытаясь нащупать карман. Руки были связаны, но пальцы дотянулись до ткани — пальто всё ещё было на ней.

Телефон был на месте.

Она нажала кнопку вызова — вслепую, потому что не могла смотреть на экран. Последний набранный номер был Финна.

— Алло? — раздался его голос.

— Я в подвале, — прошептала Камилла. — Меня похитили. Я не знаю где. Вода капает. И темно.

— Твою мать, — выдохнул Финн. — Я отправляю геолокацию Дэмиану. Держись.

— Он узнает, что я работала на тебя?

— Узнает, — Финн вздохнул. — Но это будет потом. Сейчас главное — чтобы ты жила.

Он отключился, и Камилла осталась одна в темноте.

Вода капала. Холод поднимался от бетона, пробирался сквозь пальто, забирался под свитер. Она закрыла глаза и стала ждать.

---

Дэмиан нашёл её через сорок минут. Она не знала, как он это сделал — может быть, геолокация, может быть, Финн сказал адрес, может быть, он просто почувствовал. Дверь подвала с грохотом распахнулась, и в проёме показался его силуэт — высокий, прямой, освещённый фарами полицейской машины.

Он спустился по лестнице, перешагивая через две ступеньки. Разрезал верёвки на её руках одним движением. Поднял её — легко, почти невесомо, словно она ничего не весила.

— Ты в порядке? — спросил он.

Голос был ровным, ледяным — но руки, поддерживающие её за плечи, дрожали. Совсем чуть-чуть. Так, что Камилла почувствовала.

— Жива, — ответила она.

Дэмиан ничего не сказал. Только прижал её к себе на секунду — коротко, как будто проверяя, что она настоящая. А потом отстранился и взглянул наверх, где наверху лестницы стоял Финн с бледным лицом и шарфом, который он нервно сжимал в кулаках.

— Мы поговорим позже, — сказал Дэмиан помощнику. В его голосе не было угрозы. Была усталость.

Финн кивнул и отвернулся.

Камилла вышла из подвала на морозный воздух. Снег падал ей на лицо, таял на щеках, смешиваясь со слезами, которых она не замечала.

— Я не знала, что он опасен, — сказала она, имея в виду менеджера Лирен.

— Теперь знаешь, — ответил Дэмиан, не глядя на неё. — Не лезь больше в такие места одна.

— Вы поэтому приехали?

— Я поэтому приехал, — он посмотрел на неё — впервые не ледяным, а усталым взглядом. — Финн без меня не справился бы.

Она хотела спросить, почему он так быстро отреагировал — потому что она была ему нужна как свидетель, или потому что она была просто нужна. Но не спросила. Вместо этого она посмотрела на снег, на полицейские машины, на Финна, который стоял в стороне и не смотрел на них.

— Спасибо, — сказала она.

Дэмиан кивнул и ушёл к машине. Камилла осталась стоять под снегом, чувствуя, как ноет тело, как дрожат колени и как странно колотится сердце.

Ты становишься лучше, — сказала ей Эби сегодня утром.

Может быть, она была права.