bonjour, mister! (РЕДАКТИРУЕТСЯ)

***

Парень сильнее сжал женские бёдра, разворачивая беднягу лицом к холодному кафелю. Анастасия ахнула, ожидая, что сейчас просто рухнет на скользкое дно ванны, но Пятый не дал ей упасть, уверенно подхватив под живот и прижав к себе спиной.

— Пятый? — голос девушки прозвучал тихо, почти неслышно за шипением воды.

Парень замер, глядя ей в глаза, на что Ная лишь замерла в ответ. Они оба, словно сговорившись, прислушались к монотонному звуку струящейся воды, но псих резко мотнул головой, отбрасывая наваждение, и лишь сильнее прижал юное тело к покрытой испариной плитке. Холод обжёг груди и живот, но сзади всем своим естеством давил Пять. Его руки поползли по девичьей коже, с наслаждением сжимая некоторые участки. Он не отрывал взгляда от профиля Виннице, от губы, которую она нервно прикусила. Анастасия зажмурилась, когда его ладонь снова легла на промежность. Спина покрылась мурашками и девушка дёрнулась, неосознанно подаваясь назад, чтобы вновь встретиться лицом к лицу. Осторожно, будто боясь спугнуть пассивный настрой юноши, она завела руки под его лопатки, всё ещё не открывая глаз, и уткнулась лицом в сильное плечо. Пятый шумно выдохнул, сжимая пальцами покрасневшие от горячей воды мягкие ягодицы. На бледной коже тут же проступили багровые следы. Виннице лишь крепче обняла тюремщика, рвано выдыхая куда-то в ключицу. Он что-то коротко буркнул и впился губами в нежную шею, прямо в то место, где бешено колотилась жилка.

Буквально через несколько секунд Ная дёрнулась, пытаясь оттолкнуть маньяка, но в ответ чужие ногти больно полоснули по бёдрам, оставляя после себя зудящие следы.

— Пятый! — прошипела Виннице сквозь зубы, пытаясь с силой оторвать от себя чужую голову.

Эйдан поднял на неё мутные глаза. На его губах блестела кровь. Не капли, нет, именно размазанная тонкая плёнка, смешанная со слюной. Чуть-чуть, самую малость, только вот этого хватило, дабы внутри всё оборвалось. Пятый перевёл взгляд на свою шалость, туда, где уже начинало пульсировать болью место укуса.

— Ты чего творишь? — выдохнула Ная, жмурясь от болезненных ощущений.

— Ахахахах! Ахахахаха!

Девушка дёрнулась, отшатнувшись и вжавшись в холодный кафель. Пятый хохотал, запрокинув голову, и этот смех метался по маленькой комнатке. Было жутко и безумно страшно. Девушка чувствовала, как кровь стынет в жилах. Маньяк оборвал смех так же резко, как начал. Снова поддавшись вперёд, его лицо оказалось в сантиметре от её губ. Почему этот долбанный псих так быстро меняется? Почему его настроение скачет, как бешеное? Почему невозможно предугадать, что будет в следующую секунду?

— Смотри! — прошептал он с каким-то детским восторгом. — Смотри, как это чудесно!

Тюремщик провёл пальцем по припухшей коже укуса. Виннице зашипела от боли, простонав сквозь зубы. Она тут же схватила душ, сорвав тот с держателя. Мотнув переключатель температуры, Ная направила уже ледяную струю себе на шею. Вода окатила и Пятого, но виновник даже не вздрогнул. Мужские руки дрожали, тело вибрировало от нетерпения, а ноздри хищно раздувались, ловя каждый вдох. Анастасия ахнула, ведь сквозь мутную пелену разглядела свою шею в отражении сантехники. Алое пятно. Яркое, сочное и пульсирующее дискомфортом. Оно такое... Цветное и одновременно чужое. Вдруг в моменте голова стала ватной и неподъёмной. Её словно налили свинцом. Пятый недовольно рыкнул, вырывая душ из ослабевших женских пальцев. Пластиковый держатель жалобно хрустнул из-за того, как юноша сильно вдавил в него лейку.

— Это чудесно! — воскликнул Эйдан. — Я сделал это! Метку! Смотри! И твоего любимого цвета! Ты же любишь такой цвет, мышка? Да? Скажи мне! Ты же его любишь?!

Бессмысленные вопросы сыпались градом. Юноша стал каким-то чересчур активным и дёрганым. Глаза горели лихорадочным блеском. Анастасия перестала что-либо понимать. Голова отказывалась работать, а мысли путались. Ная выдохнула, попытавшись отстраниться, но получила лишь давление сильнее прежнего, продолжая слушать что-то про их вечную любовь.

— Ну же, ну посмотри на меня! Ты теперь моя... Моя полностью, ха-ха... Боже, моя...

Он навалился на неё сверху, всей своей тяжестью так, что аж стало трудно дышать. Наглые ладони с обеих сторон сжали недовольное лицо, фиксируя голову, чтобы юноша мог спокойно лизнуть её губы. Раз. Другой. Третий. Псих вылизывал её рот, словно сладкую конфету. Проводил языком по уголкам губ; по верхней, затем по нижней, задевая между делом нос с щеками. Виннице лишь жмурилась, не в силах ответить на эту безумную ласку, которая, вопреки всему, нравилась её телу. Пальцы впились в твёрдый, как камень, чужой корпус. Ная попыталась запрокинуть голову, но Пятый держал крепко, не позволяя и миллиметра свободы. Ноги подкосились, из-за чего тело медленно поехало вниз по скользким бортикам. Маньячина сползал вслед за беднягой, не отрываясь от таких желанных губ, продолжая лизать, кусать, всасывать.

Вниз. Ещё ниже.

Виннице пыталась как-то увернуться от настойчивых ласк, но парень не позволял. Страшно было даже представить, как это выглядит со стороны.

— Пятый! — успела выкрикнуть она, но в следующую секунду поганец решил укусить уже за губу.

Ная захныкала, царапая мраморную кожу и пытаясь отодрать от себя обезумевшего, но тот лишь сильнее вжимался, перемещаясь ртом ниже. Его руки смяли грудь, играя с затвердевшими сосками. Виннице выгнулась дугой, невольно подаваясь навстречу этим рукам.

— Милая Ная, — его лепет, полный умиления, звучал дико и неестественно на фоне того, что он вытворял с её телом.

Голова кружилась, а кожа горела огнём. От его языка, от его дыхания, от его рук... Виннице сделала последнюю, вялую попытку вырваться, что ожидаемо оказалось безуспешно, ведь руки просто безвольно повисли на его плечах. Пятый держал крепко. Девушка шумно выдохнула, когда проворные пальцы скользнули ниже, начав массировать клитор, надавливая и пощипывая. Тело предательски задрожало, откликаясь на ласку. Бёдра затряслись мелкой дрожью, и Анастасия вновь почувствовала, как плавится под сильными руками.

— Ты же теперь моя, понимаешь? — протянул Пять, обжигая шёпотом ухо.

Он ждал. Знал, что она ответит. Знал, что выбора нет. Виннице поджала губы в тонкую линию, прикрывая глаза, но сосредоточиться на коварном вопросе было невозможно. Мысли плавились и стекали по стенкам черепа горячим воском, а когда юноша ввёл в неё палец, она и вовсе забыла, о чём был вопрос. Его пальцы были длинными и такими настойчивыми... Минуту, может, две они простояли в тишине, нарушаемой только шипением воды и её сбитым дыханием. Когда же палец вышел, Ная поймала себя на том, что расстроилась. Тело качнулось вперёд, ища продолжения. Ойкнув, пленница наткнулась на нечто большее.

— «А чего ты ожидала, дурочка?» — ехидно поинтересовался внутренний голос, пока её руки скользили по мокрым бортикам ванной. — «Парень впервые попробовал женщину, теперь ему это нужно как воздух. Постоянно»

Виннице смотрела на психа, а псих смотрел на неё.

— Пятый? — её голос прозвучал тягуче, протяжно, как патока. О чёрт... Мать вашу, она знала этот тон! Тело не обманешь.

— Я задал вопрос, — маньячина перехватил женский подбородок, вынуждая смотреть в его бешеные глаза. — Ты теперь моя, верно?

— Верно, — выдохнула Ная одними губами. Лишь бы просто отстал, она скажет всё, что он пожелает, соврёт так сладко, что ему даже не снилось. А точно ли это ложь? Пятый нахмурился. Его лицо исказила недовольная гримаса. Слишком тихо. Его девочка сказала это слишком тихо, слишком неуверенно, слишком... Фальшиво.

— Нет, — он мотнул головой, сжимая её грудь так сильно, чтобы Анастасия вскрикнула от боли. — Не так. Всё не так!

— Пятый, я просто хочу помыться! Отпусти меня, — захныкала пленница, тщетно пытаясь убрать чужую руку со своей промежности.

Парень лишь запрокинул голову, раздражённо выдыхая, а в следующую секунду юноша уже подхватил девушку под бёдрами, приподнимая над скользким дном. Анастасия вскрикнула, ведь совсем неожиданно резкая и рвущая боль ворвалась в тело. Юноша вошёл в неё одним грубым толчком, ударившись о шейку матки.

— Мне больно, Пять! Мне больно, перестань! — хныкала девушка, царапая его плечи и пытаясь вырваться, но куда там. Смазки было недостаточно. Каждое движение отдавалось спазмом где-то глубоко внутри.

— Замолчи! — рыкнул он, подаваясь бёдрами вперёд и входя ещё глубже, раздвигая Наю изнутри.

Виннице потерялась в пространстве, широко раздвинув ноги, потому что между ними было ощущение чего-то чужеродного. Словно внутрь запихнули наждачную бумагу, скрученную в трубку.

— Говори! — голос звучал глухо и требовательно. Эйдан ждал, всё ещё ждал правильного ответа. Такого, который сам хотел услышать. Но бедняга молчала, задыхаясь от боли, и тогда он ударил бёдрами о её бёдра с такой силой, что тело пронзило током.

— Господи! — выкрикнула Виннице, пытаясь отстраниться.

— Отвечай! — его пальцы до боли сжали ягодицы, и Пятый как будто любовался тем, как алеет нежная кожа.

— Твоя я! Твоя! — крикнула Ная, рыдая в голос. — Мне больно! Перестань!

Она не понимала, что за представление устроил этот сумасшедший. Почему эти вопросы так важны? Почему он так мучает её? Член пульсировал, это ощущалось до ужаса чётко. Пятый даже зажмурился на мгновение от ощущения, что они стали единым целым. Ему это нравилось. Безумно нравилось.

— Мне нужно слышать тебя! — прошипел маньяк, начиная двигаться. Ему самому было больно в полусухом лоне, но эта боль тонула в диком азарте, в страсти, которая вспыхнула как спичка, пожирая остатки разума. Каждое движение отдавалось в нём сладкой судорогой. — Говори мне, говори кому принадлежишь?!

Мужская рука легла на её горло, сжимая ровно настолько, чтобы Виннице чувствовала именно безысходность, а не дискомфорт. Приоткрытые губки в попытках вдохнуть больше кислорода заставляли тюремщика млеть в блаженстве.

— Твоя! Боже, я твоя, говорю же! — всхлипнула Ная, больно ударившись при очередной толчке о плитку.

— Ты такая умная у меня, милая Ная, — выдохнул Пятый ей в губы, лихорадочно переводя взгляд с одного глаза на другой.

Движения не прекращались. Он входил в неё ритмично, глубоко, и девушка шипела, удивляясь, как Пять ещё не порвал её там.

— Посмотри, — Эйдан надавил бедняге на затылок, заставляя опустить глаза вниз. — Посмотри, как я заполняю тебя. Мы идеально подходим друг другу... Ты принимаешь меня всего.

Виннице завыла, но послушно опустила взгляд, чтобы сквозь пелену слёз увидеть, как член полностью скрывается в её лоне. Теперь же парень двигался медленно, всё ещё удерживая её голову. Чтобы смотрела, чтобы слышала эти влажные и непристойные звуки. Орган вновь исчез в ней полностью и Анастасия задрожала, ощутив внизу живота тот самый опасный жар, от которого внутри всё сжималось в тугой узел. Она попыталась вцепиться в бортик, ища опору, но Пятый перехватил её кисть, прижимая к своей груди, туда, где бешено колотилось сердце.

— Тебе нравится это, не так ли? — его шёпот обжёг губы, и очередной толчок сопровождался болезненным выдохом.

— Очень, — выдохнула Ная, не в силах сказать подлецу правду.

Виннице обняла юношу за плечи, уткнувшись лицом в мокрую шею. Пар ванной давил на глаза, смешиваясь со слезами. Она проиграла? Окончательно и бесповоротно? Уже не важно, кем она выйдет на свободу, победа или проигрыш не имели значения.

____________________________

Жду вас в комментариях, волчатки ;)

Пятый шизик, в который раз убеждаюсь. Емае, дурачок

Глава отредактирована в 2026 году (изначально написана в 2021)