Концовка №2.
Азраэль медленно поднял свою косу вверх, не в силах оторвать свои заплаканные глаза от лица девушки, чьи склеры постоянно менялись тот на светло-жёлтый цвет, то на чёрный. Она глядела на него с мольбой в глазах, не замечая тонких полос своих слёз и стараясь впечатать каждый изгиб его лица в свою память перед смертью.
Оба одновременно закрыли глаза: никто не хотел видеть, как любящий убивает любимого, и всё замерло.
Послышался разрез воздуха — через долю мгновения остриё легло на землю. Азраэль тяжело дышал, сжимая рукоять косы до боли в костяшках.
— Я не могу... — Прошептал он, ниже опустив голову.
Дездемона в лёгком неверии распахнула глаза.
— Азраэль, пожалуйста... — Просила она. — Ты должен....
— Я не могу! — Повторил он громче, выпрямляясь и отбрасывая своё оружие куда подальше.
Ангел обернулся назад, больше готовый встретить разочарованные и взбешённые взгляды своих братьев, чем смерть его любви. Он знал, что ему что-то кричат, знал, что оверлорды смеются над его слабостью, и даже видел, что кто-то несётся к нему, но предпочёл вглядываться в пустоту, пока его друзья и братья боролись за свою жизнь.
Внезапно Азраэля что-то сбило с ног. Сквозь приоткрытые глаза он едва узнал лицо Аластора, что уже опустился на его живот и замахнулся каким-то клинком. Он попытался противостоять, откинув Аластора с себя волной яркого света; демона отбросило на землю, что дало Азраэлю некоторое время.
За секунду он оценил обстановку: на одного оверлорда было по два-три демона из отеля или ангела, и оба неплохо справлялись с работой в паре, раскидывая оверлордов в стороны к деревьям или прикрывая друг друга от новых атак. Он повернул голову, чтобы узнать, что стало с Дездемоной, и тут же пожалел, что потратил драгоценную секунду на остальных.
Его ноги что-то обвило, притягивая упасть на землю на колени. Корни с красными глазами вокруг стали окутывать его точно змеи, не давая даже вдохнуть полной грудью. Его магия исчезла, и единственная надежда оставалась лишь на его братьев.
Внезапно по его волосам прошлась чья-то рука; пальцы болезненно сжали локоны и грубо вздёрнули его голову вверх, вынуждая глядеть прямо на Дездемону. У уха раздался низкий шёпот:
— Тебе следовало убить её самому.
Азраэль не видел, что происходило у него за спиной, но всё ещё слышал отчаянные звуки битвы, выкрики Вегги, ругательства Хаска и выстрелы братьев дела Морте. Он знал, что те заняты защитой друг друга и вряд ли вообще обратили внимание на него, связанного на земле. От стискивающих его тело щупалец Ру его простреленное плечо снова пронзило острой болью, и тот что-то невнятно проскрежетал, не сдвигая глаз с девушки.
— А теперь смотри... — Снова послышался её извращённо весёлый голос.
Взгляды Дездемоны и Азраэля столкнулись, и оба за миллисекунды успели мысленно поговорить друг с другом в последний раз, но так ничего и не произнеся. Ангел всё шептал нечто отрицательное, сам того не осознавая, а она плакала, не передвигая даже зрачки.
Внезапно её тело изогнулось под неестественным углом: голова наклонилась назад почти до пола, а с глотки слетел ужасающий, нечеловеческий возглас. Из груди вырвался столб чёрного дыма, тело стало исчезать на глазах, а через секунду всё стихло, и на месте Дездемоны осталась пустота.
В груди у Азраэля всё упало, а вокруг — исчезло. Он понял, что что-то кричал, когда глотка начала болеть, а тело — изгибаться над землёй в оглушающем вопле. Ангел сам не понял, как сумел накрыть голову руками, как его тело вновь обрело способность двигаться, как он упёрся лбом в землю, накрывая себя куполом из собственных вороньих крыльев.
Азраэль продолжал словно статуя сидеть на земле, не в силах сдвинуться даже с места, в то время как отчаянный бой продолжался.
Демоны, слишком сильно сосредоточенные на битве, не могли осознать произошедшее, они защищались, а оверлорды наносили всё больше новых ударов, подпитываемые силой Ру. Сама Ева взяла на себя несколько высших ангелов, скорее играя с ними, чем сражаясь. Серафимы едва переводили дыхание, каждый раз сдавая назад и чуть ли не пропуская удары оверлордов.
— Так не пойдёт! — Кричал Лелиэль, отражая атаку Евы. — Нам нужно остановить их общей силой!!!
— И как ты предлагаешь это сделать!? — Саркастично спрашивал Джоэль, в следующую же секунду откинутый назад, проломив несколько веток спиной.
— Нам нужна помощь Ванессы!
— Ты не притащишь ребёнка на поле битвы! — Отвечал ему Галим.
— Она уже не ребёнок!!!
— Азраэль! Поднимайся! Нам нужна помощь!
Но тот не откликался, продолжая прятаться в объятии собственных крыльев.
— ЭТО ПРИКАЗ!!! — Снова прикрикнул Михаил, выставляя меч перед собой и останавливая навал Рози.
— Парень скорбит, — ядовита прошипела она, — оставь его горевать.
Но Михаил пытался продолжать отзывать Азраэля, а тот всё не отвечал. Его братья его окликали и не раз, что-то кричали, угрожали, но не могли приблизиться — оверлорды охватывали всё их внимание.
Рози светящимися лианами точно щупальцами или лассо ограничивала движение ангелов, постоянно забрасывая Михаила и Кассиуса куда-то в сторону, однако те не сдавались, прикрывая друг друга и наваливаясь общей силой. Чарли с Вегги пытались противостоять Маэстро, демону с синим огнём на голове, но даже вдвоём они не могли справиться, что вынудило Галима оставить Ру остальным братьям и помочь принцессе. Братья дела Морте старались простреливать корни деревьев, обвивающих остальных и блокируя их способности. Ниффти клинком разрезала лианы, связывающие Бакстера, а прямо за ними Хаск метал Карты в Зестиала на пару с Лероем. С Аластором и его тенями сражался Джоэль и Каин, пытаясь не подпустить того к Азраэлю. Остальные ангелы прилагали все усилия, чтобы окружить Ру и общими силами подавить в ней энергию, подпитывающую других демонов.
Где-то на земле уже растекались лужи крови: то ангельской, то демонической, смешиваясь в собственный странный цвет и запах, пробивающийся в ноздри остальных.
Они пытались кричать друг другу подсказки и команды, старались как можно громче предупреждать их о хитрых манёврах оверлордов или Ру, но иногда не успевали, и именно поэтому Аластор сейчас стоял за сферой чёрных крыльев Азраэля, готовясь нанести удар его же косой...
И в единственный момент всё замерло.
Оружия застыли в воздухе в взмахах, ангелы и демоны окаменели, а звуки застыли прямо в эфире.
Время остановилось.
В небе открылся проход, состоящий из двух колец с двенадцатью чертами, репрезентирующих часы. В Ад влетали Высшие, а посередине находилась помладше из них, которую держали за руки Лелиэль и Сера. Их ладони сияли, а лицо среднего серафима искажалось в неком подобии мучения, точно сжатые ими её ладони приносили ей устрашающую боль.
— Давайте быстрее! — Выдавливала она слова. — Я не смогу долго продержаться!!!
Лелиэль стал действовать незамедлительно, шепча какое-то заклинание под нос и пробуждая братьев к жизни. Те на одно мгновение продолжали свои движение и удары, но остановились сразу, как только осознал отсутствие ответа. Высшие стали оглядываться по сторонам, а потом друг с другом, не решаясь спросить, что происходит.
— Быстрее!!! — Тут же повелевала Сера. — Нужно остановить её, Ванесса не сможет долго их удерживать!
— Вы слышали её?! — Прикрикнула она. — Быстрее подняли свои задницы, пока я тут не откинулась!!!
Ангелы подлетели вверх, мгновенно вставая в широкий круг по периметру поляны, начали высвечивать свои сигилы из золотых узоров. Знаки подплыли по воздуху в центр и слились в один огромный символ с десятками ломанных линей окружностей и звёзд, накрывших центр поля битвы.
Чёрный дым стал втягиваться в землю с каждого оверлорда и самой Ру, точно Ад впитывал их силы, опустошая наполненные чёрной магией души. Высшие продолжали хором шептать какое-то общее заклинание, пока Лео, парящий в воздухе благодаря какому-то из заклинаний, и Сера подпитывали магию Ванессы, помогая ей удерживать время.
Женщина с серой кожей и чёрным плащом даже начала терять красноту своих радужек и глаза на корнях, и с каждой секундой она становилась всё больше похожей на человека: волосы приобрели более каштановый цвет, кожа — светлый, а острые клыки за улыбающимися губами уменьшились до размеров обычных зубов.
Ванесса от изнеможения уже сгибалась пополам, сдерживая крики за стиснутыми зубами и негромко покрывая всеми возможными ругательствами своих братьев за нерасторопность, даже если они не могли ничего с этим поделать.
Последним шагом стало решение Михаила: он взмахом руки собрал всё оружие из рук демонов и сложил их в кучу в стороне у первых деревьев.
— Готово! — Первым объявил Галим.
Ванесса с облегчение опустила руки сестры и брата, осторожно подлетая к полу и опускаясь на колени там. Её грудь раздувалась в попытках схватить больше воздуха, а с лица стекали капли пота.
Демоны двинулись, но стали промахиваться и сваливаться на землю, в изумлении оглядываясь по сторонам. Из-за отсутствия корней, что ранее поддерживали Ру над землёй, она стала падать на пол, но Кассиус тут же подхватил её золотой сетью, а Джоэль мгновенно надел на неё наручники.
Оверлорды быстро осознали, что остались без оружия и авторитета, что больше не способны использовать ни одно заклинание.
Они потеряли свой статус.
— Всё закончилось?.. — С надеждой спрашивала принцесса у своей девушки, подходя к ней и кладя испачканную в крови ладонь на плечо. Обе стали разглядывать ангелов, но те были уж слишком сосредоточены на Еве.
— Что вы натворили?.. — Спрашивала она, в неверии озираясь по сторонам и не найдя ни одного сражающегося демона.
— Спасли мир. —Дружественно улыбнулся Лерой, давая "пять" Габриэлю. — Снова, кстати.
— Мы типа победили? — Обернулась Краймини к Арахниссу, однако тот пожал плечами и почесал затылок дулом пистолета, вновь обращая внимание на Высших.
— О, да! — Вдруг подала язвительный голос Ванесса с земли. — Я в полном порядке, спасибо, что спросили!
К девушке в длинном голубом платье до пола подбежал Кассиус и помог подняться, вежливо протягивая ей руку.
— Тебя ждёт божий суд, Ева. Уведите её. — Строго произнесла Сера, после чего Джоэль и Габриэль подхватили её за руки и потащили за собой в открытый часовой портал, пока та, казалось, перестала понимать, что происходит. — А вы можете идти домой. Вас лишили вашего статуса, и вы теперь простые грешники. Кассиус, останови истребление в городе и возвращайся сюда.
— Да как вы смеете?? — Первой вылезла Вельвет. — Я была достойна этого статуса! И вы не...
— Silentium. — Подняла ладонь Сера, и губы Вельвет больше не расступались.
Оверлорды поспешили убраться, и только Рози с Аластором укрылись золотисто-розовой воронкой.
— А вы... — резко обратилась она к собравшимся в кучу отелевским ребятам; те замерли в ожидании её следующих слов. — Спасибо вам за помощь. Можете возвращаться домой, мы ещё вас навестим.
— Погодите! — Подбежала к ней Чарли, когда Сера стала разворачиваться и уходить. — А... как же... Дездемона?
— Мне жаль, Шарлотта, но... она была ничем большим, чем фрагментом души Ру и Азазеля.
Только сейчас грешники поверили в смерть Дездемоны; ребята стали переглядываться в отчаянии, точно пытались узнать друг у друга, действительно ли они правильно расслышали страшные слова серафима.
— Но она... Она была не просто чьей-то частью! Она была... Реальным человеком! Живым! Независимым, с собственной душой!!!
— Она могла такой казаться. — Слегка повысил голос Лелиэль. — На самом деле она всегда была Евой.
— Мои соболезнования. — Сдвинулся глаз Галима в сторону Каина, но тот лишь кивнул, плотно сжав губы.
— Но... как же... — Вегги направила взгляд на Азраэля.
Ангел Смерти с момента смерти Дездемоны так и не шевельнулся, оборачивая крылья щитом вокруг себя, словно отрезая от внешнего мира. До него не доходила никакая информация: он игнорировал каждый звук, слово, обращённое ему, и даже сейчас не мог поднять головы и воспроизвести хоть какую-то мысль.
— Мы разберёмся. — Вдруг похолодел голос Серафима. — Возвращайтесь домой.
Сера открыла белое кольцо, ведущее в отель, для грешников, но те сразу следовать не хотели, вновь дискутируя лишь озадаченными взорами.
— Что с ним будет? — Спросил Арахнисс.
— Это уже не ваша забота. Азраэль заслужил наказание и он его получит. — Вынес вердикт Галим, а затем оглядел грешников повнимательнее, замечая их глубокие раны, ссадины, порезы и у некоторых крылья, вывернутые под неестественным углом. — Лучше позаботьтесь друг о друге.
Только спустя с пару десятков секунд мёртвой тишины ребята стали перешагивать порог отеля. Последней была Чарли, однако прежде, чем заходить, она снова перевела тревожный взор с Галима на Азраэля и обратно, и только потом замкнула цепь. Портал захлопнулся.
Михаил незамедлительно стал шагать к Азраэлю, выкрикивая его имя, но так и не дождавшись ответной реакции. Он обошёл брата, просунул руку в перья и схватил ангела точно за нижнюю челюсть, заглядывая в его глаза, холодные, пустые и безжизненные.
— Ты хотя бы имеешь хоть малейшее представление о том, что ты натворил? — Яростно прошептал он.
Азраэль молчал, не сдвигая взгляда с мёртвой точки, и тогда Михаил только жёстче обхватил его, переместив руку на шею.
— Ты ослушался закон, нарушил множество правил, предоставил ценнейшие знания вечному злу, не повиновался приказам и подверг опасности всё живое... Ты опасен для мира...
— Мне правда жаль, — двинулись его губы, но голоса как не было.
— Мне тоже... — Ответил Михаил, поднимая меч.
Азраэль знал, что к этому всё и приведёт. Единственным его желанием было в последний раз увидеть братьев, но те стояли за его спиной, и никто из них, включая Лелиля, не хотел смотреть в глаза предателя, и от этого Азраэлю было лишь больнее.
Он закрыл глаза, тем самым выдавливая на поверхность сразу пару слёз и мысленно усмехаясь тому, что никто из его братьев не собирается останавливать Михаила.
Михаил правда не хотел этого делать, но он должен был, и поэтому, не мешкая, вонзил остриё своего меча в грудь брата.
В глазах Азраэля застыл ужас, а потом его тело повалилось на землю. От звука упавшего тела его братья дёрнулись, жмуря глаза и даже уводя лица в стороны, не желая признавать тот факт, что ощутили облегчение.
Лелиэль снял свои очки, потёр глаза, тем самым размазывая слезу поскорее, дабы её не увидели, и первым вылетел из Ада. За ним почти сразу последовали и другие, и в самом конце задержался только Михаил перед самым порталом, глянув назад: на том месте, где лежало тело Азраэля, оставалась только золотистая лужа крови.
Так умирают Высшие ангелы, растворяются, исчезают, точно никогда и не существовали.
Ангел вдохнул поглубже и влетел в Рай.
***
Возвращаться к прежней жизни было тяжело, и дело было даже не в смерти Азраэля.
С того дня ангелы получали по сотню писем в день от ребят из отеля, и каждое было похоже не предыдущее с одним и тем же требованием: поговорить. Люцифер продолжал названивать Михаилу и другим братьям и сёстрам, но те не отвечали, и никто не знал, почему, но больше всего он пытался связаться именно с Азраэлем.
Покоя не было ни в отеле, ни в Аду. Среди грешников уже ходили слухи о том, что всё это время в Ад спускался Высший ангел и притворялся демоном на сцене, и по этой причине каждый раз, когда открывались двери отеля, можно было увидеть толпы репортёров за высоким забором, который пришлось установить, или, если это ночь, то несколько фургонов новостных каналов.
Никто не мог найти утешения; никто из них не был близок с Азраэлем или Дездемоной, но все испытывали к ним как минимум уважение за то, что те против правил пытались писать заклинания. И единственное, как они могли отдать Дездемоне дань уважения, это добиться справедливости.
— Ты уже сказал ему? — Спросил Хаск у Каина, передавая ему очередной бокал абсента.
— Кому и что? — Строил он из себя дурака, ведь отвечать не хотел.
— Азазелю о её смерти?
Каин опустил голову на барный стол, пробубнив невнятное "нет".
— Парень, ты серьёзно? Уже неделя прошла! Он заслуживает знать, она его дочь.
— Я знаю! Знаю!!! Я просто... Не знаю, как сказать об этом. Это сложнее, чем ты думаешь. — Каин тяжело и медленно потирал глаза, точно только проснулся.
Парень поднял телефон экранном вверх и посмотрел на число пропущенных звонков от Азазеля.
664.
— Была не была... — Выдохнул он, набирая номер, а через несколько секунд заговорил: — Зель... Привет...
— Я знаю. — Тут же раздался его бесстрастный голос.
Каин молчал почти с минуту, после нервно сглотнул и продолжил:
— От... Откуда?
— Люцифер.
Внезапно в голове у Каина сложились два кусочка пазла. Азазель совершил шестьсот шестьдесят четыре звонка в первые два дня, и в ту же ночь по всему Кругу Гордыни ощутилось адотрясение, а в Имп-Сити были даже повреждены дороги. Сперва он не придал этому особого внимание, и только сейчас он понял, что тогда это случилось из-за Азазеля и его срыва.
— Почему ты мне не сказал?
— ... Не нашёл в себе столько мужества. Прости.
В ответ раздались лишь частые гудки, и Кей снова провёл рукой по лицу.
***
— Быстро спускайтесь в гостиную!!!
От внезапно открывшейся двери Хаск и Энджел вздрогнули, слегка отпрянув от объятия друг друга в кровати, ощутив сперва смущение, а затем и интригу. Краймини лишь потребовала спуститься вниз и исчезла сразу после этого, ничего не объяснив
Энджел полностью оторвал спину от груди Хаска и, после недолгих переглядок с ним, поспешил за своей подругой. Все трое очутились на первом этаже одновременно и заходили в гостиную как можно скорее. При виде Высших ангелов они замерли, а Энджел и вовсе тревожно вдохнул, когда разглядел Черри парящую в воздухе вокруг нескольких высших ангелов.
Всё это время её состояние ухудшалось, а помочь ей никто не мог. Она много спала, мало ела, толком не говорила, точно умирая на глазах. Только о ней Энджи мог думать в последнее время, а Хаску приходилось его поддерживать, как только он мог, однако сейчас в груди дела Морте зарождалась надежда с новой силой.
Остальные уже сидели в гостиной и заворожённо наблюдали за тем, как ангелы исцеляют душу Черри, и даже попросили помощи у Люцифера. Через минуту Черри опустили на диван, но она так и не поднялась, хоть и грудь её не переставала подниматься и опускаться так же медленно, как и в последние недели.
— Черр! — Вырвался полушёпот с губ Энджела, и тот мгновенно понёсся к дивану, падая перед ним на колени и оглядывая свою подругу.
— Дайте ей отдохнуть. Завтра ей станет лучше. — Пообещал Высший с зелёным нимбом.
Энджел осторожно убрал локон от её лица, быстро перенося свой взгляд с её глаза, на лоб, губы, щёки — и по всему лицу в целом.
— Мы пришли сюда поговорить по вашим просьбам. — Выступил вперёд Кассиус.
— Где Азраэль? — Спросил Каин, переводя выискивающие глаза с одного ангела на другого, однако все уже перевели кроткий взгляд на Михаила, стоящего поодаль с мрачным видом.
— Казнён. — Только и произнёс Галим.
Всю комнату наполнил один громкий возглас шока, сразу после которого пошли возмущённые голоса, а у кого-то — даже слёзы.
— Что?!
— Вы его убили?!
— Как вы могли?!
— Вы же не казнили собственного брата???
— Как вы посмели?! — Доносились разъярённые голоса от разных лиц.
Как бы стойко не пытались выглядеть братья, в их глазах всё равно проскальзывала боль и сожаление за чувство облегчения.
— Он нарушил множество правил. — Попытался отстоять свою точку зрения Джоэль.
— Ну и что, что он спускался в Ад?! — Кричала Чарли, совсем не сдерживая ярость в её голосе и слёзы в глазах. — Он был здесь не только ради Дездемоны!!! Он был здесь ещё и ради грешников!!! Ради душ, на которые вам всем было ПЛЕВАТЬ!!!
— Поэтому мы здесь!!! — Вылетел вперёд Лерой, вставая почти вплотную перед принцессой. — Мы хотим выяснить, что произошло.
— Вы убили своего брата — вот, что произошло. — Строго заметил Люцифер, чью ладонь крепко стискивала Лилит, точно останавливая его от дальнейших действий.
— Эта тема закрыта.
— Вы не можете просто так "закрывать" эту тему!!!
— Можем! Будьте благоразумны: используйте свой шанс, пока мы не передумали, — шагнул вперёд Лелиэль перед Чарли, и та замолчала, хотя лоб визави продолжала буравить. — Мы здесь по большей части из-за просьбы Каина и Азазеля.
Ребята стали глядеть на Каина с немыми вопросами в глазах, пока его собственные были переполнены жалостью и болью.
— У меня была сделка с Высшими: я должен был следить за каждым шагом Дездемоны, а когда у них получится её остановить, они выполнят мою услугу. Сперва я хотел попросить свободу для Азазеля, но... Он отказался, а взамен предложил им выслушать нас. Поэтому он прав: не тратьте такую возможность.
— Докладывать на собственную сестру? Ну ты и ублюдок... — В гробовой тишине из изумления прошептал низкий голос Хаска, остальные пока просто глядели на него с отвращением.
— Знаю. — Медленно моргнул Каин. — Поэтому я хочу искупить свою вину.
— Не будем терять времени. — Подал голос Галим, вынимая из кармана сложенный в три раза лист. — Сейчас я назову имена, и вы по парам разойдётесь по разным комнатам для опроса. Лелиэль и Чарли, Вегги и Джоэль, Энджел дела Морте и Лерой, Хаскер и Кассиус, Краймини и Габриэль, Арахнисс и Рафаэль, Бакстер и Сера, Ниффти и Анаэль, Люцифер со мной, а Лилит с Михаилом.
***
В тот день все говорили как один: Азраэль и Дездемона создавали заклинания, поэтому на другой Высшим пришлось говорить с Азазелем и Кармилой Кармайн, чтобы те подтвердили существование и действие одного из заклинаний. Вторая всё рассказала, как было, чётко и без запинок, точно готовилась к этой роли, хоть и говорила искренне. С Азазелем же пришлось повозиться: как только кто-то из них допускал намёк на то, что все события произошли должным образом и что так было "необходимо", Азазель срывался на них, а в особенности на Михаила, и другим приходилось их разнимать.
После часов переговоров и одних и тех же вопросов, они наконец попросили предъявить им доказательства, и тогда Зель отвёл их в комнату Дездемоны. Как бы они не пытались, удивление на их лицах всё равно проскальзывало, когда те узрели огромные кучи листовок с нарисованными сигилами и ошибочными или неудачными комбинациями. Они рассматривали их довольно долго, а потом Азазель передал им лист с действительно рабочим заклинанием, и следующий месяц Высшие провели в раздумьях и тяжёлом осознании того, что они ошибались.
***
Месяцем спустя ранним утром в Пентраграмм Сити в самом центре, где раньше стояла часовая башня, появилась статуя из двух фигур в моменте танца. Каменные Азраэль и Дездемона словно замерли во времени, пока шагали по кругу, выставляя по ладони вперёд. Их каменные пальцы разделяли всего лишь жалкие миллиметры, и это было самым крошечным расстоянием между ними. Больше никак эти фигуры друг друга не касались, символизируя почти получившуюся историю любви.
***
— Думаешь, это было каким-то проклятьем? — Спросил мужской голос, не отрывая всех восьми глаз от монумента.
— Что именно?
— Те роли. Отелло и Дездемоны. Думаешь, это как-то связано с их смертью напрямую? — Энджел наконец повернул голову на рядом стоящего Хаска, однако тот продолжал смотреть прямо.
— Вряд ли. Наверное, это была просто злая шутка судьбы. — Ответил он.
Энджел снова устремил взгляд на золотую статую Азраэля и Дездемоны, установленную в Раю, на главной площади центрального города управления, где на неё могли взглянуть победители, почитать их историю и над ней надпись:
"Кружатся Жизнь и Смерть в одном танце."
"В память об Азраэле и Дездемоне, даровавшим второй шанс грешникам и отдавших взамен свои жизни".
Конец.