Часть 152. Навестить Аддисона.
Азраэль опешил, широко раскрывая глаза и замирая на месте, но в следующую секунду он уже притягивал меня как можно ближе к себе и страстно отвечал на поцелуй. Я протянула руки к его плащу и стала расстёгивать пуговицы, а затем скользнула по его обнажённой груди, расторопно снимая с него верхнюю одежду. Платье с меня он стягивал медленнее и осторожнее, словно страшась память его или задеть меня. Его действия умиляли, но их нерасторопность заставляла всё внутри изнывать.
— Азазель будет в ярости. — Напомнил он, прижимая уста к коже под моим ухом и протягивая пальцы к застёжкам моего бюстгальтера.
— Ну и пусть.
Когда я расстегнула пуговицу на его брюках, Азраэль поднял меня на руки, придерживая под ляжками и, не отрываясь от моих губ, направился к кровати. Как только он опустил меня на мягкую постель, то тут же навис сверху, покрывая горячими поцелуями мою шею и пальцами осторожно стягивая с меня нижнее бельё. Пол у кровати уже местами был покрыт элементами наших одежд, а поверх спадали последние.
В помещении были прохладно, пахло не то сыростью, не то свежестью, однако все эти запахи сбивал Азраэль, нависающий сверху, позволяя одной из своих ладоней блуждать по моему телу и избегать повязок на моём животе. Где-то за тяжёлым дыханием ангела раздавался и шёпот ручейка по другую сторону комнаты.
Я обняла ногами его бёдра, а он обхватил ладонью одну из них под коленом и подтянул выше, снова накрывая мои губы. Свободная рука завилась вокруг моих запястий у его шеи и неспеша повела их к подушкам над моей головой, придерживая их там в неподвижном состоянии.
Я прикусила его нижнюю губу и в неё же выпустила негромкий стон, когда стала ощущать его в себе, и в то же мгновение по всему телу стал разливаться жар, а кровь в венах начинала кипеть от стольких ощущений, от которых голова шла кругом, и всё чувства сливались в одно желание.
Я стискивала его бёдра своими ногами только сильнее, прижимая его ближе и мыча в его губы каждый раз, когда чувство его внутри меня становилось отчётливее...
***
Азраэль, сколько он себя помнил, по своему желанию не оставался после совместной ночи в одной кровати с партнёрами, с которым не собирался повторять события. Он пытался скрыться как можно быстрее, ссылаясь на дела и работу, однако мог задержаться, если нужно было поговорить с душой, стереть ей память или изменить её чувства, если та попросит, но сейчас он лежал в одной кровати с Дездемоной по своей воле, прижимал её к своей груди одной рукой и поглаживал волосы другой. Она спала уже около часа, а он до сих пор не мог оторвать глаз от её мирного личика.
С тяжёлым вздохом и осознанием он вынырнул из-под одеяла и свесил ноги с кровати, сперва взглядом выискивая свою одежду, а затем и собирая её в разных местах на полу. Он наскоро оделся, оставил тёплый поцелуй на её лбу и по коридорам направился в главных холл.
Азазель ещё не спал, продолжив чтение книги, которую он держал в руках, когда они с Дездемоной пришли.
— Я же сказал, что не хочу видеть тебя в её комнате. — Произнёс он, не поднимая глаз со страниц.
— Ты и не видел. — Ответил ангел Смерти, плечом прильнув к косяку арки. — Брось, Зель, это наше с ней дело. Ты знаешь, она уже взрослая и самостоятельная.
— Она моя дочь. Мог бы и постыдиться хотя бы ради приличия. — Скользнул он по нему холодным взором.
Ангел усмехнулся в сторону, однако смешно никому из них не было.
— Ты знаешь, я ей не наврежу.
— Знаю. Но если ты вдруг нарушишь своё слово, пощады можешь не ждать... Доброй ночи.
По последним словам Азраэль понял, что это было завершением короткого разговора. Без лишних слов он разорвал пространство и шагнул в золотой портал, искренне надеясь, что их взаимоотношения с Азазелем не ухудшатся из-за его любви к Дездемоне.
Но на сегодня его дела в Аду ещё не завершены. Азраэль очутился в отеле, тихом и спящем. Он стал шагать по коридорам на самый верхний этаж, полагаясь на свои предположения, что тот демон ещё не спит.
В дверь он постучал, однако ответа не дождался и вошёл сразу. Спальня оказалась пуста. Азраэль взглянул на часы, узнал, что новый день только начался, и решил дождаться Аластора там.
Около часа его голова находился в раздумьях о Дездемоне и том, что у них наконец-то всё выходит, что им дали официальное разрешение, что их заклинание работает и что Азазель уже не зол, как прежде. Взгляд был прикован к золотому лезвию в его руках, пальцы неосознанно выводили незатейливые узоры на металле в терпеливом ожидании.
Дверь наконец открылась, и Аластор замер на пороге лишь на секунду при виде ангела, а затем, как ни в чём не бывало, вошёл в свой номер, снял с себя пальто, передняя часть которого была запачкана в крови, и повесил на вешалку у двери.
Азраэль заметил ещё несколько пятен крови, что практически сливалась с цветом рубашки.
— Снова охотился на души?
— Отнюдь. — Ответил он, хохотнув. — Был на ужине со своими друзьями. У твоей сестры получаются отменные запечённые конечности.
— Как Рози?
— Как нельзя лучше! — Отвечал он, не спеша составлять зрительного контакта и оставляя галстук-бабочку на полке. — Но, полагаю, ты не о ней пришёл говорить. Как Дези? Обустроилась?
— Будто для тебя это имеет значение. — Вздёрнул он бровь, прослеживая глазами за изменениями в его лице, которых толком-то и не было.
— Ты прав, не имеет, однако... мы не чужие друг другу люди.
— Что ты знаешь о Лилит? — Внезапно спросил Азраэль, поспешив поскорее вернуться к этой теме.
— Первая женщина... Жена пресловутого гнома... Мать...
— Ты знаешь, о чём я говорю. Я проинформирован, что вы с ней по ночам разгуливаете по городу.
Аластор усмехнулся, расстегнул пару пуговиц на шее и подошёл к столику, вынимая из-под него открытый бурбон.
— Я слышал, что сейчас подделать фотоснимки ничего не стоит. К тому же, меня на цифровые камеры не поймать. На тех фотографиях был не я.
— Думаешь, я в это поверю? — Переложил он косу с одной руки в другую, продолжая сидеть в его кресле.
— У тебя нет другого выбора. Я уже сказал Дездемоне, что с поглощением душ завязал и даже, — он не сдержал усмешки, наполняя два стакана алкоголем, — вернул её накопленное. Считай, я чист, не так силён, как раньше, и начал жизнь с белого листа.
— И почему ты передумал?
Аластор нагнулся над столом, а затем обернулся назад, сверкнув хитростью в глазах.
— Мне достаточно того, что я имею. Собственные души, территория, товарищи по мысли. Зачем бы мне терять это всё?
Аластор неспешно выпрямился и, обхватив оба бокала, подошёл к ангелу, передавая ему один.
— Я не пью.
Аластор пожал плечами и уселся напротив него. Азраэль только разглядел, что тот уже был подшофе, вернувшись с ужина.
— Ради чего-то большего. Ты так легко отказался от того, к чему вы шли несколько лет?
— Поверь, Азраэль, я уверен, что вскоре Дездемона разочаруется. В своих друзьях. В своей семье. В своих убеждениях и в тебе. И тогда я вновь окажусь рядом. — Рассказывал он, отпивая немного золотистой жидкости.
— Это тебе вскоре предстоит разочароваться, Аддисон.
Рука с бокалам замерла на полпути к губам; с секунду он молчал, осознавая, что Азраэль только что назвал его по фамилии, после чего снова поднял на него глаза:
— Увидим... — Прожёг он его взглядом, медленно поднося стакан к губам.
Азраэль поднялся и прошёл к дверям, но голос Аластора вынудил его остановиться:
— Знаешь, Азраэль, я даже готов дать тебе подсказку, почему ты вскоре ей надоешь.
— Ну и почему? — Спросил он, составляя с ним зрительный контакт в отражении стекла двери.
— Ей быстро наскучивают развлечения с мужчинами, знаешь ли. Настолько быстро, что я даже не утруждал себя запоминанием имён её ухажёров. Я был ведь когда-то на твоём месте. Наверное, она тебе не рассказывала, но мы с ней тоже были очень близки.
Азраэль сжал кулаки, развернулся с необычайной резвостью и преодолел эти жалкие шаги между ним и Аластором. Громкий удар его кулака по челюсти демона почти кольнул уши, но куда большее удовольствие ему принесло падение Аластора со стула и кровь, стекающая тонкой струей из носа и губ.
Аластор быстро опомнился, привстал на локтях и тыльной стороной ладони вытер кровь, размазывая ту по перчаткам и подбородку. Его ухмылка только дальше растеклась по лицу.
— "Отцы, не верьте больше дочерям,
Как ни были бы невинны их повадки!" — предостерегающе бросил он, но Азраэль предпочёл ничего не отвечать, развернувшись и продолжив свой путь к выходу под шуршащий и насмехающийся хохот Аластора.