Часть 151. Переезд.
— Да мы считаемся родственниками только с магической точки зрения! У нас один вид магии, на этом всё! У неё кровь золотая только потому, что пропитана магией Высшего, а не потому что она Высшая! — Объяснял он, пытаясь отбиться от летящих к нему ножей.
— Это правда! Он меня не использует! Это всё выдумка для остальных! — Пыталась докричаться я, но подходить не смела.
— Откуда... Тебе... Это... Знать? — Повышал он тон, с каждым словом нанося очередной удар.
— Мы любим друг друга! — Прокричала я, и Азазель замер в тот же миг, развернувшись ко мне. — Мы любим друг друга, — тише повторила я. — И мы... мы врали нашим друзьям, чтобы они ничего не заподозрили. Мы уже написали заклинание, осталось ещё одно, но ты уже в курсе. Вчера мы говорили с Лелиэлем и Кармайн. Мы им всё рассказали, и они дали нам разрешение продолжать, и этим мы и займёмся.
Азазель, пытаясь отдышаться, повернулся к Азраэлю, а тот лишь кивнул, опираясь на свою косу.
— Если честно, — тяжело дышал он, обращаясь ко мне, — я устал всем доказывать это. Всё? Раунд завершён? У меня уже спина болит.
Он прогнулся в пояснице и снова вздохнул.
— А ты не теряешь форму. Наверное, часто бои с Каином устраиваете, да?
Однако вопрос Азраэля так и продолжил виснуть в воздухе, пока мой отец с трудом анализировал сказанные мною слова. Азраэль прошёл к стене и подобрал мою сумку, которую он выронил во время боя, а затем, пройдя мимо своего брата, похлопал его по плечу и приблизился ко мне. Отец обернулся, продолжая переводить недоумевающий взгляд с одного на другого.
— Лео и Кармайн в курсе? — Повторил он.
— Да. Мы им всё рассказали: про заклинания, про наши планы и про нас. А они сказали что... сюда приходила Лилит. Это так? — Спросила я, надеясь до его первых слов, что он соврал и у Аластора не оказался ещё один ингредиент для ритуала.
— Да. — Ответил он, не отрывая испытующего взора от Азраэля. — Лилит была здесь, сказала, что если я отдам ей кровь, она предупредит тебя о том, что Азраэль хочет подобрать ближе, чтобы узнать про обряд и сдать тебя. Я хотел защитить тебя...
Строгие глаза Азазеля снова скользнули к ангелу.
— Брось, Зель, ты же не думал, что я действительно на такое способен!
— Несмотря на то, что ты спускаешься в Ад и поддерживаешь отношения со всеми нами, ты предан Раю. Если они скажут тебе, что Дездемона опасна и её надо обезвредить, ты её обезвредишь.
— Но я узнал её до того, как получил приказ. — Вставил он. — Я на её стороне. И я уверен, что те нападения совершает не она.
— Я знаю. Я с первой нашей встречи понял, что представление Высших о ней ошибочно.
Мы с Азраэлем незаметно для отца облегчённо выдохнули, осторожно переплетая кончики наших пальцев. Верхняя губа Зеля дрогнула в отвращении, и поэтому он быстро увёл глаза. Цепи на его запястьях исчезли, и тогда он скрестил руки на груди.
— Я подготовил тебе комнату. Оставайся здесь столько, сколько тебе будет угодно. Я буду только рад.
— Спасибо, — слабо улыбнулась я, и мы с Азраэлем направились за моим отцом.
Из огромного зала с арками-входами в другие рукава пещер мы направились в самый высокий проход через величественную стеклянную дверь с узорами цепей в качестве оконтовки. Мы шагали по одному из туннелей, освещённому факелами с красным пламенем. Пол был гладким, и в некоторых местах по нему ползли тонкие каменные выступы, что больше походило на дизайнерское решение. За поворотом на стенах стали появляться редкие трещины, из которых исходил золотой свет. Теперь он на пару с факелами озарял огромные коридоры, где каждый стук наших каблуков отталкивался от стен и развивался эхом по туннелю. С каждым шагом трещин с золотым свечением становилось больше; где-то оказывались ещё какие-то двери или просто проходы, из которых исходили уже уличные красноватые лучи.
Наконец путь упёрся в чёрную стеклянную дверь, что вела в просторное помещение, где надломов и расщелин был чуть больше, однако и ночной свет просачивался сквозь стекло, находящееся вместо потолка, а под ним, прямо в центре комнаты, располагался огромный сигил из светящихся углублений, обозначающий огонь.
Вдалеке справа находилась двуспальная кровать, застеленная чёрными простынями; по обеим сторонам кроватный тумбочки с тусклыми лампами. Перед нею стоял круглый низкий столик на шерстяном ковре. А напротив входа в углублении стены находился альков, а с каждой стороны книги на встроенных в стены полках.
Слева, помимо ещё одного шкафа с красивой и тонкой резьбой языков пламени, две ступеньки вели к неглубокому ручейку, тихо журчащему какую-то мелодию вдоль угла комнаты. Её освещали отростки жёлтых кристаллов, расположенных по краям. Ручей утекал куда-то в ещё один проход, куда вела лестница, параллельная потоку.
Я с разинутым ртом разглядывала каждую деталь и каждую мелочь, каждую трещину, каждый предмет, каждую резьбу на каменных арках с необъятным восхищением.
— Я постарался как мог. Думаю, это лучше обычной каменной комнаты.
— Это очень красиво... — Отвечала я Азазелю, преодолевая несколько низких ступенек в спальню.
— Если тебе не понравилось, я могу подстроить под тебя любое другое помещение. Здесь их... где-то... несколько тысяч.
— Нет! — Быстро развернулась я к нему, — Мне всё нравится.
— Это и вправду красиво. — Разглядывал комнату Азраэль, стоя в проёме возле своего брата. — Сколько дней ты на это потратил?
— Два часа.
— Впечатляет.
— Мони, мне нужно работать и, если ты не против, я пойду.
— Ты что, работаешь? — Усмехнулась я.
— Вроде того. Только мне за это не платят. — Закатил он глаза. — Обустраивайся, а ты! — Резко обратился он к Азраэлю. — Тебя в этой комнате я видеть не желаю.
— Не переживай, не увидишь. — Ехидно усмехнулся он.
Падший ангел в последний раз одарил его суровым взором, а меня — ласковым, и удалился. Азраэль продолжал стоять в дверях, провожая ушедшего глазами, после чего спустился по ступеням и подошел ближе, оставляя мою сумку у кровати.
— Что ж... Думаю, здесь и вправду не так уж плохо.
Азраэль прошагал к столику и, проведя над ним руками, перенёс сюда стопку книг о сигилах.
— Я писал Лео. Он сказал, что отправит одну схему, по которой можно будет сразу вычёркивать определённые символы, — рассказывал он, деля книги на стопки. — Это должно сократить нам время в разы. Я, в свою очередь, постараюсь как можно больше проводить времени за этим же, избавляться от ненужных сигилов и тому подобное.
Пока он разворачивался ко мне, продолжая лепетать о сигилах с серьёзным видом, я притянула его за воротник его плаща и впилась в его губы.