глава 25.
от лица главной героини.
02:43.
час.два.третий.
в моих руках телефон - погасший экран, сейчас он как кирпич, я не осмеливаюсь даже включить его, я внушаю, что боюсь яркого света экрана, но под этим всем спрятан страх увидеть что то, что заставит меня понять, что я снова его ранила, что снова оставила его справляться одного и убежала, что сделав больно ему - ранила себя в два раза сильнее.
включаю, глаза сразу же закрываются от вспышки, едкой, резкой, выдающей сотни сообщений.
открываю чат, сердце сжимается, низ живота тянет то ли от душевной боли, то ли от недавнего полового акта.
гудок, два, три.
принимает.
- включи камеру, - голос совсем не похож на голос моего любимого человека, сейчас это голос Григория Ляхова.
- гриш.. я усн.., - он обрывает меня резко включая свою камеру, я теряю дар речи, в горле ком.
он заплаканный, его глаза были, наверное, краснее моих, краснее чем те самые цветы, которые так и остались стоять на нашей кухне, пока я уже улетала сюда.
за его спиной горел свет на кухне.
я заметила кружку, которую утром оставила на столешнице перед вылетом.
он так и не убрал её.
телефон в его руках был подключен к зарядке.
словно он боялся, что тот разрядится раньше, чем я отвечу.
футболка была надета наизнанку, словно он натянул первое, что попалось под руку.
я молчу, мне нечего сказать, эти глаза смотрят на меня сквозь экран в тысячи километрах, но ощущается так, словно я чувствую все, что происходит за этим взглядом.
я не знаю сколько он не спал, сколько не ел, я не знаю, что он делал, и сейчас я впервые за очень долгое время почувствовала, что мы «не вместе» - душевно, психологически.
- где ты блять была.., - не грубо, не криком, словно немой звук пронизывает уши, барабанные перепонки гудят от белого шума.
- солнце, прости, прости, я.. я уснула, у меня.. я на сьемке.. устала.., - запинаюсь, прерываюсь, все очень невнятно, все слишком искренне на фоне того, что есть на самом деле.
- включи камеру, - тон не меняется, он словно пустой, такой холодный и родной одновременно голос.
выбора нет - включаю.
всплывает картинка, я смотрю сама на себя и не понимаю, как отреагировать самой, я в первые не знаю, как себя сейчас подать.
я размазанная настолько, что это не спихнешь на «долгий сон», уставшая настолько, что не спихнешь на «тяжелую сьемку», заплаканная настолько, что не спихнешь на «я скучаю».
он молчит, вглядывается, и мне в первые больно от того, что даже сейчас я не вижу в нем хоть капли недоверия, он хочет мне верить, он мечтает об этом, и он правда верит.
махает головой, устало улыбается, словно понимает, насколько много нервов было убито из за того, что я «заснула», и наверняка сейчас думает о том, на сколько он глуп.
остальной час диалога пролетает незаметно, он рассказывает мне о том, как тоскует, я отвечаю тем же полностью забывая о том, в чьих противных руках была несколько часов назад.
- даааа, ха-ха, и темыч еще со мной был, он успокаивал меня даже, прикинь, - воодушевленно рассказывает активно жестикулируя, я залипаю на него, я не хочу ничего кроме него.
- передай ему спасибо, и.. пусть скажет, что ему купить, я должна как то отплатиться за его сеанс психологии, на его месте должна была быть я.. успокаивать тебя, - смеюсь, улыбаюсь, не свожу глаз от Ляхова, улыбающегося в камеру мне в ответ.
мы оба выглядели не на 100, но для друг друга на весь миллиард.
- лил, я люблю тебя, - так нежно, так робко, с этой его привычной хрипотцой.
- и я тебя люблю гриш..
иди спать, пожалуйста, - отвечаю с той же нежностью, чувствую, как накатывают слезы.
- спи сладко, бусинка, - посылает мне смешной воздушный поцелуй, так неуклюже пытаясь выстроить сердце из своих грубых, длинных пальцев.
посылаю воздушный поцелуй в ответ, смеюсь напоследок, связь обрывается.
откладываю телефон, в ту же секунду я снова в полной тишине - нет ни его смеха, ни его крика, ни разочарования, и глядя в потолок понимаю, что я не боюсь больше ничего, кроме того, что все, что от него останется, и будет - ничего.
все ощущается иначе, я понимаю, что впереди еще хуева туча дерьма, которое я буду делать собственными руками, и я не отмоюсь от этого никогда.
приходит сообщение от босса, очередная мерзкая встреча ждет меня завтра, и послезавтра, и после послезавтра, и весь следующий период здесь.
я засыпаю тогда, когда начинается рассвет, обнимаю подушку представляя торс Ляхова, а последней мыслью так и остается:
«а что, если я так и останусь спать одна, и он больше не станет напевать очередную строчку, посвященную мне?».
месяц спустя.
от лица главного героя.
я просыпаюсь в привычном месте, в том, что привык считать домом, но временно это квартира, ведь здесь нет Адель.
главное, что это временно.
будильник звенит слишком рано - 04:17, уши режет, в глаза еще даже не бьется солнце, но автоматом тянусь к телефону.
я ненавидел расстояние, ненавидел переписки в нем, но сейчас я живу от сообщения до сообщения, и так по кругу.
открываю чат, последнее сообщение от нее, и оно еще не прочитано мной.
- я люблю тебя!
улыбаюсь.
перечитываю еще раз.
улыбаюсь снова.
еще раз.
снова.
откидываюсь обратно на подушку.
странно.
всю жизнь думал, что любовь — это что-то громкое.
скандалы.
ревность.
страсть.
оказалось — нет.
любовь это когда в четыре утра смотришь на одно и то же сообщение и понимаешь, что день уже удался.
с кухни доносится звук кофе машины - это снова темыч, он - единственное спасение.
- боже, а когда то тебя даже телки в кровати лежащие рядом не будили, что произошло с моим кентооом, - слышу его голос за стеной, смеюсь, знаю, что он не несет в этом чего то плохого, он просто такой, какой есть.
усмехаюсь.
- и тебе доброго утра, мой любимый друг, - хриплю, глаза закрываются.
- у Ляхова доброе утро?, - саркастично извивается в эмоциях делая вид, что задумывается.
- бляяяя, дайте ка подумать, че, малая твоя фотку свою очередную кинула?, - доигрывает до конца, актерская игра в этот раз филигранна, я реально ржал.
киваю головой в полном одобрении, потягиваюсь, расползаюсь в улыбках.
- да не дай бог, чтобы я так попал когда нибудь, боже упаси, - складывает две руки ведя их к небу.
спустя три секунды его отпускает, и он смеется, он выходит из образа и возвращается в себя.
а я нет.
потому что он прав.
потому что я действительно попал.
воскресенье. 13:01.
сижу на студии, выпускаю очередной трек, невольно поглядываю в телефон хоть и знаю, что сейчас она на новой сьемке и будет нескоро.
втыкаю в комп, свожу треки, ищу подходящий бит, хочу, чтобы цепляло, знаю, что нужно слушателям и что нужно мне.
спустя несколько часов стол вибрирует - это телефон.
каждый раз вздрагиваю, это словно триггер, только он приятный.
- я в номере, устала очень, вечером созвонимся, люблю тебя!
читаю, вчитываюсь несколько раз заостряясь на фразе «люблю тебя», в голове играет, даже кричит ответ взаимности.
впервые отвожу взгляд с компа вдаль комнаты - висит плакат с ожидающим меня туром, где последняя дата загорелась особенно ярко в моих глазах - конец тура выпадает через 5 месяцев, возвращаюсь домой не только я, вернется и она.
я знаю, что она моя, но я хочу придать этому серьезности, а серьезнее моего будущего намерения уже нет ничего.
открываю альбом в галерее снова - там первой возгорается та самая, где мы еще не знаем, что будем вместе - всего лишь два веселых человека стоящих в зеркале и кривляющихся на камеру ради нелепого селфи, нашего первого, моего любимого селфи.
провожу пальцем так, словно смогу ощутить хоть сантиметр ее физически, люблю все, что с ней связано, каждый божий день пишу о ней, говорю о ней и дышу ей, я горжусь ею, горжусь собой за то, что она - моя, горжусь тем, что она наконец нашла себя, что оставила все прошлое позади.