Глава 25. Кара
Чанбин даже не успел подойти к двери, как она открылась, и рука Хёнджина затащила парня внутрь. Он вручил ему телефон с будильниками, а сам пополз на кровать Чонина. Разбудить Чонина оказалось труднее всех — он спал уже тринадцать часов.
— Подъём! — крикнул Хван. — Приём, нахуй! Связь есть?!
— Он уже тринадцать часов спит… — констатировал Хан.
Разбудить Чонина удалось только через пять минут. Его спячка длилась четвёртый день — с тех пор, как Гун Сок уволил его. Организм наконец-то восстанавливался.
Пока Чонин, Хёнджин и Бан Чан отправились на зачёт, остальные остались в общаге. Феликс и Минхо уехали в офис. Чанбин заметил, как Джисон быстро проглотил таблетки и спрятал упаковку в тумбочку.
— Лови, — сказал Чанбин, бросив сэндвич. — А что ты спрятал?
Джисон не ответил. Чанбин указал на тумбочку. Хан достал антидепрессанты.
— Из-за них есть начал, уже результат, — сказал он.
В окне показался Сынмин. Джисон попросил спрятать упаковку, но Ким уже всё видел.
— Ты вообще не собирался мне рассказывать? — спросил Сынмин.
— Хватит на него давить, — вступил Чанбин.
— Нет, Сынмин прав, — неожиданно сказал Джисон. — У нас правда какая-то хуйня происходит. Мне надоело.
— И что предлагаешь?
— Мне кажется, что тебе всё это не нужно. Ты не ведёшь себя как человек, которому есть дело до чужих проблем.
Сынмин не обиделся.
— Слушай, мне не плевать. Я просто не знаю, как это показать. Минхо носится, Флекс лечит, а я молчу, чтобы не сказать лишнего.
Он помолчал.
— Я умею отличать серьёзные вещи от тех, над которыми можно поржать.
Джисон усмехнулся. Сынмин протянул кулачок, но вместо этого Хан его обнял.
— На, — сказал Сынмин, протянув сэндвич. — Чтобы весь съел.
— Постараюсь.
---
На паре Хёнджин узнал, что Феликс и Минхо попали в аварию. Оба без сознания. Вся компания помчалась в больницу.
Минхо пришёл в сознание первым. У него диагностировали ушиб головного мозга. Феликс всё ещё был без сознания. Хёнджин рвался в палату, но его не пускали.
— Как это случилось? — спросил Чанбин.
— Я за рулём был, — ответил Минхо.
Хёнджин набросился на него с кулаками, но его оттащили.
— Мы все понимаем, что ты переживаешь, — сказал Джисон. — Не ищи крайнего.
— Не лезь, — огрызнулся Хёнджин.
Чан и Чонин вывели его из палаты.
---
Феликс очнулся через несколько часов. У него были трещины в ребре и руке, порезы от стекла, но жизни ничего не угрожало. Хёнджин зашёл к нему, поцеловал и прошептал: «Я убью его и вернусь».
Он вышел из больницы.
---
Хёнджин нашёл Кая в подвале. Тот сидел привязанный к стулу. Хван избил его, сломал ногу и заставил подписать бумаги об отказе от сотрудничества с Феликсом.
— Ты конченый, блять?! — кричал Кай.
— Ты чуть не убил двоих людей. А я просто чуть-чуть разукрасил твоё лицо.
Он сделал селфи с избитым Каем на память.
— Теперь ты забудешь о нас.
Кай подписал документы. Хёнджин отпустил его.
— Если пойдёшь в полицию, сам сядешь. Уговор?
Кай молча кивнул.
---
Вернувшись в палату, Хёнджин рассказал Феликсу всё. Тот выслушал молча.
— Ты понимаешь, что чуть не убил человека? — спросил Феликс.
— Зуб за зуб.
— Туда эту тварь, — улыбнулся Феликс. — Не злишься на меня? — спросил Хёнджин.
— Моя ж ты умница…
Феликс знал: Хёнджин был готов сжечь весь мир, если кто-то угрожал ему. И эта — пусть больная, пусть не принятая обществом — любовь была тем, ради чего стоило жить.
---
Вечером все собрались в больничной палате. Чонин принёс фрукты, Ханна позвонила по видео. Феликс, несмотря на боль, шутил.
— Ты как? — спросил Чан, заходя с пакетом.
— Живой, — усмехнулся Феликс. — Кстати, я компанию продал. Всю.
Нависла гробовая тишина.
— Ты серьёзно? — не поверил Хёнджин.
— Да. Заебало меня всё. Хочу свободы.
— А деньги?
— Денег теперь дохуя и больше. Я таких цифр, блять, не знаю!
Джисон, который сидел в углу с костылями, сказал:
— Я тоже кое-что сделал. Медиатор закопал. На могиле Юнсо.
— Зачем? — спросил Минхо.
— Чтобы перестать жить прошлым. Я хочу будущего. С вами.
Все замолчали.
Потом Хёнджин сказал:
— Знаете, я одну вещь понял. «Иногда, чтобы обрести свободу, нужно потерять всё, чем ты не являешься. А настоящее начинается там, где заканчиваются чужие ожидания».
— Это ты сам придумал? — спросил Феликс.
— Нет, в тиктоке увидел. — Хван улыбнулся. — Но теперь это про нас.
Феликс рассмеялся, поморщился от боли в ребре и сказал:
— Тогда поехали. К новой жизни. Без офисов, без Кая, без дерьма.
— И без наркоты, — добавил Джисон.
— И без дилдаков на руках, — кивнул Сынмин.
— И без пьяных ёршиков в руках, — усмехнулся Хёнджин.
Комната взорвалась смехом. Впервые за долгое время — по-настоящему, от души.
Они ещё не знали, что их ждёт впереди. Но знали главное: они будут вместе. А всё остальное — просто детали.