Глава 14. О гнетущем
Феликс не выходил из офиса уже седьмой день. Он покидал его, только чтобы посетить пары в университете. Ли тонул в море бумаг, договоров, присутствовал на собраниях — отвлекался. Он решил загрузить себя настолько, чтобы времени не хватало даже на приём пищи.
— Войдите, — сказал Ли, услышав стук.
Сначала показалась макушка, а за ней выглянула ладонь с выставленным средним пальцем.
— Это за то, что в универ не пошёл, — объяснился Хван. — Нас там ебали, как проклятых!
— Тебя боятся, — Хёнджин плюхнулся на диван. — Ты у нас мальчик влиятельный. Возьмёшь и выкупишь этот сарайчик.
Феликс вышел из-за стола. Хван осмотрел его с ног до головы и не смог сдержать улыбку. Феликс стоял перед ним в тапочках, чёрной футболке и штанах с принтом Хеллоу Китти, подаренных Хваном.
— Ваша Светлость, сегодня на парадном?
— Ой, блять… — цокнул Феликс. — Всё?! Опять?!
— Что опять?
— Затычка из твоего пиздака вылетела! Я тут уже живу, вот и хожу, как обдристанный!
— Ты зачем штаны так оскорбляешь? — спросил Хёнджин. — Я, может, их два часа выбирал?
— Да я бешеный уже который день, — признался Феликс. — Работа, работа, работа… Мне уже снится, как я с Пеппой договор заключаю!
— Так не работай, — пожал плечами Хёнджин. — Тут и без тебя справятся.
— Не могу я не работать. Это хоть как-то отвлекает. Только освобождаюсь — сразу про Джисона думаю. Хуй знает, когда он в себя придёт, да и придёт ли вообще…
— Нет ощущения, что ты из-за смерти батька не так сильно переживал?
— Я до сих пор из-за неё переживаю, — слабо улыбнулся Феликс. — Кажется, что вокруг меня все дохнут, как мухи. Может, меня прокляли?
— Я же живой, — сказал Хёнджин и обхватил запястье Феликса. — Не помнишь, случайно, кто меня из окна на втором курсе выкинул?
— А ты, случайно, не помнишь, по чьей воле этот кто-то был под дозой?
— Подловил. Принцесс, ты ни в чём не виноват, просто так получилось. А загружать себя работой — не лучшая затея.
— Все люди отвлекаются.
— Ты всегда доходишь до фанатизма. То бухал, то в казино чуть всех не депнул, а сейчас работаешь до такого, что уже Пеппа в смокинге снится.
Хван обнял Феликса со спины.
— Давай домой? Хватит тут свои розовые штаны просиживать.
---
Вернувшись в общежитие, Чанбин и Сынмин сидели в тишине. Минхо старался реже появляться — проводил в больнице два часа, а остальное время на улице. Он не хотел показывать эмоции. На шее у него появилась чёрная верёвка с медиатором Джисона.
— Врачи ничего не сказали? — спросил Чанбин.
Минхо помотал головой.
— Повлияла не только потеря крови, но и истощение. Я рассказал врачу про психику, он заподозрил психоз. Сказал, что Джисона надо сводить к психиатру.
— Флекс с деньгами всё решит, — заявил Сынмин.
— Проблема в самом Джисоне. Он ведь даже под ружьём не пойдёт.
Скрип лестницы возвестил о приходе Феликса, Хёнджина и Бан Чана. В сборе были все, кроме Чонина, который перед уходом сказал, что не уверен в возвращении.
— Чанбин, загрузи к себе, — сказал Чан. — Сынмин, ты завтра в шопе будешь?
— Да. Вместе пойдём.
— Как там Джисон? — спросил Феликс у Минхо.
— Нормально. Дрыхнет.
— Вы бы знали, как мы обкакались, когда он пару недель назад футболку снял, — сказал Хёнджин. — Там пиздец. Кости торчат, кожа серо-фиолетово-синяя.
— И при этом к нему катила девчонка, — подметил Чанбин.
— Все мы видели, — сказал Чан.
---
Феликс решил проверить соседнюю комнату. Сынмин открыл окно.
— Чё стоим? — спросил Ким.
— А почему я?! — взбунтовался Минхо.
— Вот надо было тебе?..
Минхо распахнул окно и отошёл к шкафу, делая вид, что разбирает вещи.
— Что с ним? — шёпотом спросил Феликс у Сынмина. — Давно феей чистоты стал?
— У него и спроси. Только подойди максимально близко.
Феликс резко положил руки на плечи Минхо, тот подскочил и вписался в шкаф.
— Твою мать, Флекс! Нахуя так делать?!
— Ты давно такой дёрганый? — усмехнулся Феликс.
Минхо сделал шаг в сторону. Феликс приблизился — Минхо отодвинулся.
— Уберись ты от меня…
— А что так? По прошлому ностальгируешь?
В кармане завибрировал телефон. Джисон написал: «Можешь приехать? Только не говори никому». Феликс обрадовался — Хан смог набрать текст.
— Минхо, съезди в офис, передадут бумаги. И возьми деньги из сейфа.
— Это я могу.
Феликс уехал в больницу. Минхо остался с Сынмином.
---
Джисон сидел на койке с ковриком, нажимая на клавиши. Феликс вошёл.
— Привет.
Джисон кивнул и указал на край кровати.
— Помоги мне.
— Ты говоришь?!
— Пожалуйста, помоги…
Он мог связывать слова, но произношение было смазанным.
— Они хотят положить меня в психушку. Можно не ложиться, если подпишу бумагу о лечении, но это платно. Нужен тот, кто подтвердит оплату.
— Разве тебя могут положить без согласия?
— Бывший наркоман, суицидник. Могут. Феликс, помоги, пожалуйста…
— Я помогу, но у меня два условия. Первое — ты правда походишь к психиатру. Второе — ты вернёшься в общагу.
— Я договорился о твоём восстановлении в универе. Джисон, попробуй проработать тему с Юнсо и мамой.
— Почему тебе так легко?.. Ты ведь тоже остался один.
— Единственный период, когда я был один — это моя жизнь до общаги. Надеюсь, ты тоже это поймёшь.
---
Феликс отвёз Джисона в общежитие. Комендантша ахнула, увидев его. Бомгю помог донести Хана до комнаты. Сынмин, увидев Джисона, запер дверь, потом снова открыл — никого не было.
— Флекс, ёбни меня по башке…
— Обязательно, но потом.
Сынмин попрыгал к кровати, сел рядом с Джисоном.
— Убьёшь, если пошучу?
Джисон кивнул.
— Тебя теперь официально можно называть беззубой пенсией? — он указал на костыли.
Джисон слабо улыбнулся. Сынмин лёг рядом с ним и обнял.
— Охуеть… — высказался Феликс. — Ты так умеешь?
— Это редкая акция.
В окне показался Минхо. Феликс спросил, звать ли его. Джисон кивнул.
Минхо зашёл, и они остались вдвоём. Джисон извинился за вчерашнее. Минхо сказал, что нашёл психотерапевта.
— Дорого?
— В рамках разумного. Флекс оплатит.
— Я не знаю, как буду ему отдавать…
— Поверь, для него это не деньги.
— А если не получится?
— Тебе не о деньгах надо думать.
Джисон попросил вернуть медиатор. Минхо отдал. Хан зарыл его в землю на могиле Юнсо.
— Ты точно не пойдёшь его откапывать?.. — спросил Феликс.
— Нет уж, хватит с меня. Два раза не получилось.
— Значит, ты больше не будешь вскрываться?
— Я что-то покреативнее придумаю. Но лет так через пятьдесят.
---
Ночью Минхо разбудил Джисона. Тот метался во сне, скулил, плакал. Минхо взял его за руку и не отпускал, пока Хан не успокоился.
Утром Джисон проснулся первым. Он посмотрел на перебинтованную руку, на спящего Минхо и впервые за долгое время не захотел умереть. Просто не захотел. И это было странное, пугающее, но такое облегчающее чувство.