Let's Dream...

Следующие две недели

Их гоняли как никогда.

Каждое утро начиналось с распевки в семь. Каждый вечер заканчивался растяжкой в десять. Между ними - бесконечные часы танцев, вокала, языков.

Танцевальный зал.

Джихë сидела на стуле у стены, вытянув ноги и скрестив руки на груди. Перед ней, тяжело дыша, замерли четыре девушки. В зеркалах отражались их мокрые от пота лица и опущенные плечи.

- С начала, - сказала Джихë. Голос её звучал ровно, без тени жалости.

Никто не возразил. Элена первой вернулась на позицию. Хана встала справа от неё, Белла и Мика - сзади. Заиграла музыка.

Элена двигалась чисто, выверенно - каждый шаг, каждый поворот были отточены до автоматизма. Белла выглядела жёстче, но тоже справлялась. Мика сбилась на переходе между вторым и третьим припевом - ноги запутались в собственном ритме.

- Не останавливайся, - крикнула Джихë. - Проходи до конца.

Мика стиснула зубы и закончила связку. Когда музыка стихла, она выдохнула и, не сдержавшись, выругалась себе под нос.

- Почему у меня не получается этот поворот? - спросила она, обращаясь скорее к себе, чем к Джиëн.

- Потому что ты думаешь о нём, - ответила Джиён. - Перестань думать. Делай.

Мика подняла голову, кивнула и попробовала снова. В этот раз получилось. Джиён коротко кивнула - вот и вся похвала.

Хана танцевала молча, как всегда. Она вообще редко разговаривала на репетициях, словно берегла каждую каплю энергии для движений. Её тело работало чётко, без единого лишнего жеста, как хорошо отлаженный механизм. Джихë иногда поглядывала на неё и удовлетворённо хмыкала.

Через час, когда все уже валились с ног, Джиëн подняла руку.

- Пять минут перерыва.

Никто не ответил. Белла рухнула на пол, Мика прислонилась к станку, Элена и Хана молча взяли бутылки и пили - жадно, не поднимая головы.

Зеркала отражали их усталые лица, и казалось, что в зале не четыре человека, а восемь - четыре настоящих и четыре призрачных, повторяющих каждое движение.

В вокальной комнате

В соседней комнате всё было иначе. Здесь не гремела музыка, не скрипели кроссовки. Здесь царила тишина, которую нарушал только голос учительницы да редкие аккорды пианино.

Учительница сидела на высоком стуле, листая ноты. Короткая стрижка, строгий взгляд, никаких лишних слов.

- Мина, начинай, - сказала она, не поднимая головы.

Мина шагнула к микрофону и запела. Голос её звучал ровно, технично, но учительница поморщилась, даже не дослушав до конца.

- Скучно, - сказала она. - Ты не чувствуешь слова. Ты их просто произносишь.

Мина опустила глаза.

- Я чувствую, - тихо сказала она.

- Тогда покажи.

Мина закрыла глаза, сделала глубокий вдох и повторила. На этот раз голос её дрогнул - не от слабости, а от того, что внутри наконец что-то зашевелилось. Учительница кивнула.

- Лучше.

Следующей была Суа. Она пела уверенно, даже слишком громко, будто пыталась перекричать саму себя. Учительница подняла руку.

- Ты форсируешь. Не надо давить. Твой голос сам по себе достаточно сильный. Просто пой.

Суа удивилась - ей всегда казалось, что громко значит хорошо. Но она послушалась, попробовала тише, и голос её вдруг зазвучал глубже, теплее, будто освободился от ненужного напряжения.

- Вот так, - сказала учительница.

Лина вышла к микрофону с заметной робостью. Она всегда нервничала перед пением - даже сейчас, спустя столько репетиций. Запела тихо, почти шёпотом, словно боялась, что кто-то услышит.

- Громче, - сказала учительница. - Ты не на исповеди.

Лина сжала кулаки, вдохнула поглубже и повторила. Громче. Ещё громче. Голос её окреп, наполнился силой, о которой она сама не подозревала.

- Запомни это ощущение, - сказала учительница. - И не теряй его.

Наконец подошла очередь Джиа. Она вышла в центр комнаты, встала перед микрофоном, но не спешила начинать. Секунду стояла молча, собираясь с мыслями.

- Бридж, - сказала учительница. - Та самая строчка. Не переигрывай.

Джиа запела « But I'm confused ». Голос её чуть дрогнул - не от неуверенности, а от той самой честности, которую так долго требовала учительница. Дрожь эта вышла не слабостью, а силой.

- Оставляем, - кивнула учительница. - Всё. Завтра в восемь.

Джиа выдохнула и отошла от микрофона.

По вечерам их собирали вместе. Джихë и учительница вокала сидели в первом ряду, словно судьи на конкурсе. Девочки стояли перед ними - восемь напряжённых фигур под яркими лампами.

- Прогоним целиком, - сказала Джихë. - Танец и вокал вместе. Без остановок.

Заиграла музыка. Элена пошла первой, за ней Хана, Белла и Мика замкнули круг. Голоса подключились на втором куплете. Всё шло гладко, пока Суа не сбилась с ритма - ноги запутались, голос поехал. Лина попыталась её подхватить, но сама потеряла нить.

- Не останавливайтесь! - крикнула Джихë из зала.

Они дотянули до конца. Кое-как, с ошибками, но дотянули. Когда последняя нота затихла, в комнате повисла тишина - тяжёлая, как после бури.

Джихë встала со своего места.

- Много ошибок, - сказала она. - Но вы не развалились. Это уже что-то.

- Что-то? - устало переспросила Белла. - Мы убиваемся каждый день, а вы говорите «что-то»?

- А ты хочешь, чтобы я сказала «гениально»? - ответила Джихë. - Это было далеко не гениально. Но лучше, чем вчера. А завтра будет лучше, чем сегодня.

- Если мы не умрём, - буркнула Мика, вытирая лицо краем футболки.

- Не умрёте, - сказала учительница, закрывая ноты. - Идите спать.

Девочки начали расходиться. Стулья заскрипели, кто-то зевнул, кто-то потянулся. Сонные, мокрые, но всё ещё держащиеся на ногах.

Джиа не торопилась уходить. Она осталась в зале одна - если не считать призрачных отражений в зеркалах. Подошла к стене, прислонилась к ней лбом. В комнате было тихо и пусто.

- Ты чего? - раздался голос сзади.

Джиа обернулась. В дверях стояла Элена - тоже не ушла.

- Ничего. Думаю.

- О чём?

Джиа помолчала, подбирая слова.

- О том, выдержим мы или нет.

Элена подошла и встала рядом. В зеркале отразились две усталые девушки с решительными глазами.

- Выдержим, - сказала Элена. - У нас нет другого выхода.
Джиа посмотрела на неё и усмехнулась - впервые за весь день.

- Ты мои слова повторяешь.

- Потому что они правильные.

Они постояли ещё минуту, глядя на свои отражения. Потом Джиа отлепилась от стены и потянулась к выключателю.

- Пошли. Завтра рано вставать.

Они вышли в коридор, и свет в зале погас. Зеркала опустели. До утра.

Вечер. Общежитие AEVRIX

Джиа лежала на кровати, поджав под себя ноги, и листала ленту в YouTube. За окном уже стемнело, в общежитии было тихо - кто-то спал, кто-то сидел в наушниках, кто-то возился на кухне.

Она уже хотела отложить телефон, когда глаз зацепился за знакомую картинку. Их лица. Восемь девушек на обложке. Заголовок: «Let's dream.... / MNET».

Сердце пропустило удар.

- Девочки! - крикнула она, вскакивая с кровати. - Соберитесь в гостиной! Сейчас!

Она выбежала в коридор и помчалась в гостиную.

Девочки стягивались медленно, но верно. Кто-то тащил за собой плед, кто-то приходил с чашкой чая, кто-то вообще с тарелкой.

Мика пришла последней, в пижаме, заспанная, с телефоном в руке.

Через три минуты все восемь были в сборе.
- Ну и зачем ты нас собрала, Джиа? - спросила Мика сонным голосом. - Я вообще-то спать хотела.

Настигла тишина. Джиа смотрела на них и улыбалась - широко, как могла.

- Ну давай, не томи! - сказали девочки хором.

Джиа выдержала паузу.

- Выложили первый выпуск. Нашего реалити-шоу. На MNET. Прямо сейчас.

Тишина стала другой - не сонной, а шокированной.

- Что?! - крикнула Белла, мгновенно открывая глаза и садясь.

- Не может быть, - выдохнула Мика, вся сонливость слетела с неё за секунду.

- Включай! - закричала Элена, откладывая чипсы.

- Быстро! - добавила Хана.

Джиа потянулась к пульту, включила телевизор, открыла YouTube. Нашла видео.

На обложке были они - восемь девчонок в чёрном и белом, стоящие на фоне зеркал в танцевальном зале. Холодные, красивые, чужие.

- Боже, мы там такие серьёзные, - сказала Мина, глядя на экран.

- Потому что мы и есть серьёзные, - ответила Суа.

- Не всегда.

- Тсс! - шикнула Белла. - Давайте уже смотреть.
Джиа нажала Play.

Экран ожил.

Первые кадры - чёрно-белые титры, потом резкий монтаж: они входят в здание JYP, они сидят в конференц-зале, их растерянные лица, когда директор объявил о шоу на выживание.

- О боже, я там выгляжу как испуганный хомяк, - простонала Мика, закрывая лицо руками.

- Ты всегда выглядишь как испуганный хомяк, - заметила Хана.

- Неправда!

- Правда, - сказала Мина, и все засмеялись.

На экране показали, как Джиа будила всех утром. Сцены шли одна за другой - и казались совершенно незнакомыми, хотя прошло всего несколько недель.

- Смотрите, это я! - крикнула Белла, когда на экране появилась она с микрофоном в кабинке.

- И поёшь ты там неплохо, - заметила Лина.

- Неплохо? Я там великолепно!

Сцена, где Джиа и Белла писали текст на полу в танцевальном зале, вызвала улыбки.

- Мы такие уставшие, - сказала Джиа.

- Мы такие реальные, - поправила Белла.

Потом показали, как Элена сидит над корейским текстом и чуть не плачет.
- А это обязательно было вставлять? - возмутилась Элена.

- Да, - ответили все хором.

Сцена в студии с Бан Чаном. Джиа замерла на несколько секунд - на экране она стояла в кабинке, он сидел за пультом. Красная лампа горела.

- Смотрите-ка, - тихо сказала Хана. - Вы там оба выглядите так, будто понимаете друг друга без слов.

Джиа ничего не ответила. Просто смотрела на экран.

Показали тренировку с Джихë, их усталые, но упрямые лица, падения и подъёмы, смех и слёзы.

- Мы правда прошли через многое, - сказала Суа.

- И ещё пройдём, - ответила Лина.

Финальные кадры - они стоят на сцене перед директором. Напряжённые, собранные. А потом титры.

Экран погас.

В гостиной повисла тишина. Потом Мика сказала:

- Это странно - видеть себя со стороны.

- Но круто, - добавила Мина.

- Очень круто, - кивнула Белла. - Даже те кадры, где я выгляжу как чучело.

- Ты там ни разу не чучело, - мягко сказала Элена.

- Правда?

- Правда. Ты там настоящая.

Девушки улыбнулись. Белла шмыгнула носом.

- Ладно, - сказала Джиа, выключая телевизор. - Всем спать. Завтра рано вставать.

- Ты всегда это говоришь, - простонала Мика.

- И всегда права. Давай, расходимся.

Девочки начали подниматься, потягиваться, зевать. Кто-то обнял кого-то на прощание. Кто-то просто ушёл молча.

- Спокойной ночи, - сказала Лина.

- Спокойной, - ответила Джиа.

Ночь

Она лежала в своей кровати, и листала YouTube. Пальцы замерзали, но она не могла остановиться.

Под выпуском были уже сотни комментариев. Она читала их медленно, впитывая каждое слово.

«Они живые. Не наигранные».
«Джиа - огонь».
«Мика и Мина - талант».
«Вокал подтянуть надо».
«Слишком сыро для дебюта».

Хорошие и плохие. Тёплые и холодные. Она читала их спокойно - уже привыкла.

Потом пальцы замерли.
Один комментарий. Маленький. Без восклицательных знаков, без хештегов. Тихий, как шёпот.

«Джиа и Чан очень милые вместе. И в жизни, и в работе. Такое чувство, будто они говорят на одном языке. Даже когда молчат».

Джиа прочитала один раз. Потом второй. Потом третий.

Пальцы замерли над экраном.

Она не знала, что ответить. Не знала, радоваться этому комментарию или нет. Не знала, правда ли это или просто фантазия случайного зрителя.

Отложила телефон, выключила свет и закрыла глаза.

Но не спала ещё долго. Смотрела в потолок и думала о том, что человек, который написал этот комментарий, увидел то, чего она сама боялась признать.

За окном шумел город. Чёрное небо, редкие звёзды.

Джиа перевернулась на бок и закрыла глаза. Завтра был новый день. А этот комментарий останется в её голове надолго.

Утро

Солнце только начинало пробиваться сквозь шторы. Джиа спала на боку, подложив руку под щёку. И вдруг - открыла глаза.

Ни звонка, ни будильника. Просто проснулась. И в ту же секунду в голове что-то щёлкнуло.

Она села, посмотрела в стену, потом улыбнулась своим мыслям. Встала, накинула толстовку и вышла в коридор. На кухне зажгла свет, открыла холодильник и принялась за дело. Яйца зашипели на сковороде. Рис закипел в кастрюле.

Когда остальные начали просыпаться, она уже раскладывала еду по тарелкам.

- Чего это мы? - спросила Мика, входя на кухню с закрытыми глазами.

- Садись, - ответила Джиа. - Есть дело.

Мика села. Потом подтянулась Мина. Элена, Суа, Хана, Лина, Белла. Все сонные, растрёпанные, но любопытные.

Джиа встала во главе стола, положила руки на спинку стула и сказала:

- Сегодня мы ничем не занимаемся.

Тишина.

- В смысле? - не поняла Белла.

- В прямом. Никакой записи, никаких танцев, никакого корейского. Мы едем в Lotte World. На весь день.

Девочки переглянулись.

- Это шутка? - спросила Хана.

- Нет.

- Тогда чего мы ждём?! - Мика вскочила первой.

Девочки засмеялись, зашумели, начали собирать со стола, спорить, на какие аттракционы пойдут. Белла уже смотрела карту парка на телефоне. Элена выбирала, что надеть.

А Джиа просто стояла и выбирала что надеть. Но потом она решила одеть :

Через полчаса они стояли у выхода. Никакой формы. Джинсы, кроссовки, кепки, лёгкие куртки. Джиа окинула их взглядом.

- Все?

- Да!

- Тогда пошли.

Сев в машину, девочки поехали в парк.

В парке аттракционов

Автобус остановился у главного входа. Девчонки высыпали наружу, щурясь от яркого солнца. В воздухе пахло попкорном, сахарной ватой и свободой - тем особенным запахом, который бывает только в парках аттракционов, где нет места расписаниям и тренировкам.

- Не может быть, - сказала Белла, оглядывая огромные ворота. - Мы правда здесь.

- Правда, - ответила Джиа, поправляя кепку. - Поэтому давайте без слёз.

- Это счастье, а не слёзы.

- Тогда давай быстрее.

У входа их уже ждали. Четверо операторов с камерами на плечах - молчаливые, сосредоточенные, в чёрных куртках, похожие на спецагентов, которые потеряли чувство юмора где-то по дороге. Девочки вздохнули хором, будто репетировали этот вздох заранее.

- Операторы, - простонала Мика. - Мы сегодня отдыхаем, забыли?

- Зрители тоже хотят увидеть как вы отдыхаете, - ответил главный оператор, даже не улыбнувшись. - Включайте свои.

- Вы серьёзно?

- Абсолютно.

Девочки нехотя включили свои мини-камеры, и взяли в руки. Элена направила объектив на лицо оператора и сказала:

- Улыбнитесь, вы на съёмках.

Оператор даже бровью не повёл. Стоял как памятник самому себе.

- Безнадёжно, - вздохнула Элена, опуская камеру.

- Пошли уже, - сказала Джиа. - Время идёт.

Она развернула карту парка, которую взяла у входа, и окинула её быстрым взглядом. Все склонились над разноцветным прямоугольником, тыча пальцами в названия аттракционов.

- Так. У нас есть пять часов. Предлагаю: сначала самые страшные горки, потом поесть, потом более спокойные и на закуску - сладкая вата.

- А порядок можно поменять? - спросила Хана, которая уже поглядывала в сторону уличных лотков с едой.

- Нет. Страшные горки на голодный желудок - чтобы не вырвало.

- Романтично, - буркнула Мина.

- Эффективно, - парировала Джиа.

Мика уже схватила карту и впилась в неё глазами. Она всегда была самой смелой из них - или самой безрассудной, тут мнения расходились.

- Смотрите! - закричала она, тыча пальцем в схему. - Там есть «Атлантида» - это спираль! Падаешь почти вертикально! А вот «Змей» - там переворот!

- Ты на это пойдёшь? - спросила Белла с сомнением в голосе.

- Ещё как! Джиа, со мной?

Джиа побледнела. Это было заметно даже на ярком солнце. Но она кивнула - упрямство оказалось сильнее страха.

- Только не снимайте моё лицо, - попросила она.

- Обязательно снимем, - усмехнулся оператор, впервые за день проявляя признаки жизни.

- Ненавижу вас всех, - сказала Джиа беззлобно.

Очередь ползла медленно. Мика болтала без умолку, пересказывая все страшилки, которые слышала про этот аттракцион. Джиа молчала и держалась за поручень так, что костяшки побелели. Каждый раз, когда вагонетка с криками проносилась над их головами, она вздрагивала.

- Зачем я согласилась? - прошептала она.

- Чтобы было что вспомнить, - ответила Мика жизнерадостно.

- Я вспомню, как меня вырвало. Это будет моё воспоминание.

- Не вырвет. Дыши ровно. И не смотри вниз.

- Мы будем вниз падать. Это весь смысл.

Мика засмеялась и хлопнула подругу по плечу.
Внизу, у выхода, Суа снимала их на телефон. Она стояла на безопасном расстоянии, откуда были видны и верхушки горок, и лица тех, кто на них решался.

- Выглядишь как привидение! - крикнула она Мине.

- Так и есть! Я уже умерла! - донёсся сверху голос.

- Тогда тебе ничего не страшно!

Джиа не успела ответить - вагонетка рванула вверх.

Крик Джиа был слышен даже на земле. Мика, напротив, хохотала во всё горло и махала рукой, будто приветствовала старых друзей, а не летела в пропасть.

Элена стояла рядом с Суа и снимала на свой телефон.

- Это мы вставим в альбом группы? - спросила она.

- Это мы вставим в память, - ответила Суа. - В альбом - всё серьёзное. А это - для нас.

Через минуту вагонетка с визгом затормозила у финиша. Мика вышла весёлая, растрёпанная, с горящими глазами. Джиа выползла на ватных ногах, держась за перила.

- Как ты? - спросила Белла, протягивая воду.

- Внутри всё перевернулось, - ответила Джиа. - Но я жива.

- Хочешь ещё раз?

- Нет!

Мика повернулась к Суа.

- А ты? Идёшь?

Джиа посмотрела на спираль, уходящую в небо.

- Давай, - сказала она. - Один раз.

Они поднялись вдвоём.

Обед

Девочки сидели за длинным деревянным столом в тени большого зонта. Перед ними громоздились тарелки с жареным рисом, кимпабы, курица и бутылки с пепси.

- Я никогда в жизни не была такой голодной, - сказала Лина, запихивая в рот рис.

- Ты всегда голодная, - заметила Суа.

- Но не настолько.

Операторы стояли в стороне - в девяти метрах от стола, как учили на курсах. Камеры на плечах, лица серьёзные, желудки урчат.

- И долго они есть будут? - спросил молодой оператор.

- Пока не закончится.

- Это надолго.

- У нас весь день.

Джиа подняла палочки.

- А давайте накормим операторов?

Девочки переглянулись. Хана встала, взяла тарелку с кимпабами и подошла к ним.

- Держите, - сказала она. - Вы тоже люди.

- Нельзя, - отрезал главный оператор. - Это не по правилам.

- А я сейчас разрыдаюсь на камеру, - спокойно сказала Хана. - Будет некрасиво. Возьмите.

Операторы переглянулись. Молодой не выдержал первым - протянул руку и взял кимпаб. За ним второй. Потом третий. Даже главный, поворчав, принял тарелку.

- Спасибо, - тихо сказал он.

Хана улыбнулась.

Через пять минут все четверо операторов сидели на корточках в тени и ели, забыв про правила.

- Мы вас сломали, - сказала Белла.

- Оживили, - поправил главный оператор, жуя кимпаб.

- Тогда выпейте с нами пепси, - предложила Мика.

Он вздохнул и взял бутылку.

Весь день девочки катались на американских горках, пока голова не шла кругом. Белла и Элена устроили соревнование - кто громче кричит. Кричали обе так, что операторы зажимали уши, но не выключали камеры.

Хана и Суа пошли на карусели - медленные, старомодные, с лошадками и музыкой из прошлого века. Хана выбрала белую лошадь, Суа - чёрную. Они кружились и махали остальным, как маленькие девочки.

Лина и Мина нашли тир. Лина оказалась метким стрелком - сбила три мишени из пяти и выиграла маленького плюшевого мишку. Мина промахнулась всеми выстрелами, но Лина отдала ей приз.

- Он твой, - сказала Лина.

- Я не заслужила.

- Я тебе дарю. Это другое.

Мина сжала мишку и улыбнулась.

Джиа и Мика налетались на горках так, что голоса сорвали. Сидели на скамейке, пили лимонад и смотрели на остальных.

- Это лучший день, - сказала Мика.

- Ещё не вечер, - ответила Джиа.

- Всё равно лучший.

Ближе к закату купили сладкую вату. Ели её прямо на ходу, пачкались, смеялись. Элена фотографировала всех подряд. Белла построила из ваты усы и ходила так пять минут, пока Хана не сказала, что это некрасиво.

- Зато весело, - ответила Белла.

Операторы к этому моменту уже не стояли в сторонке. Один из них катался с девочками на карусели, другой пробовал сладкую вату, третий смеялся над шуткой Мики. Главный оператор покачал головой, но улыбнулся и ничего не сказал.

- Мы их перевербовали, - прошептала Мика Джиа.

- Они сами сдались, - ответила та.

Вечер. Общежитие AEVRIX

Девчонки попадали в кровати как подкошенные. Кто-то даже не переоделся - так и уснул поверх одеяла в джинсах и футболке. В комнатах погас свет, и общежитие затихло - впервые за долгое время по-настоящему.

Джиа лежала в темноте, но не спала. Смотрела в потолок и думала о сегодняшнем дне. О смехе, о горках, о том, как Мина сжимала плюшевого мишку.

Она тихо встала, накинула толстовку , вышла на улицу и пошла в сторону набережной.

Ночь была тёплой. Река блестела, как чёрное зеркало. Джиа шла не спеша, смотрела на отражения фонарей в воде. В руке - телефон. Она открыла фотографии с сегодняшнего дня.

Вот она с Микой на горках - обе кричат. Вот с Эленой едят сладкую вату, лица в сахарной пудре. Вот общая фотография всех восьми перед колесом обозрения.

Она выглядела счастливой. Не лидером. Не трейни. Просто собой.

Она улыбнулась и пошла дальше.

Она шла по знакомой улице и вдруг остановилась. Узнала здание по голосам. Окна на втором этаже были открыты - музыка, смех, звон посуды.

- ДэДэ, не фальшивь!

- Я не фальшивлю!

- Фальшивишь!

Обычный вечер в мужском общежитии.
Джиа замерла у забора. И тут к окну подошёл он. Чан. В чёрной футболке, лохматый, с кружкой в руке. Он смотрел в небо - на звёзды, которые уже зажглись, - и казалось, что он ищет в них ответ на какой-то свой вопрос.

Потом перевёл взгляд вниз.

Она не знала, увидел ли он её. Наверное, нет - было темно, она стояла в тени дерева.

Чан постоял ещё минуту, потом потянулся, зевнул и задернул штору.

Джиа выдохнула. Сама не заметила, что задержала дыхание.

Она развернулась и пошла обратно. В голове было тихо.

Остановилась у парапета, посмотрела на тёмную воду и сказала тихо:

- Я справлюсь. Мы все справимся.

Ветер трепал её волосы, но ей было тепло.

Она пошла домой. Завтра был новый день. И она была собой.