Человеческий долг
Человеческий долг
Ночь в лесу была холодной и долгой. Элисон сидела у дерева, прижимая руку к раненому плечу, и боролась со сном. Если она уснет, может не проснуться — от потери крови, от холода, от диких зверей. Она считала звезды, чтобы не провалиться в темноту.
— Я вернусь, — шептала она вновь и вновь. — Я вернусь.
На рассвете она заставила себя встать. Голова кружилась, ноги подкашивались, но она шла. Ориентируясь по солнцу, по памяти, по интуиции. Лагерь должен быть где-то там. Должен.
Она шла весь день. Падала, поднималась, снова падала. Когда солнце начало клониться к закату, она увидела знакомые очертания — частокол, ворота, людей.
— Эй! — крикнула она, но голос сорвался в хрип.
Она упала на колени, но продолжала ползти.
— Это Элисон! — закричал кто-то на стене. — Открывайте ворота! Быстро!
Ворота распахнулись, и к ней побежали люди. Первой была Эбби Грифин.
— Элисон! Боже, Элисон! — она упала рядом на колени, осматривая рану. — Ты ранена! Кто стрелял?
— Люди горы, — прошептала Элисон, чувствуя, как темнеет в глазах. — Я... я шла...
— Тсс, молчи. Сейчас мы тебя поднимем.
Элисон попыталась улыбнуться, но силы оставили ее. Она потеряла сознание прямо на руках у Эбби.
---
Очнулась она в палатке. Знакомый запах трав, мягкая постель, перевязанное плечо. Кто-то сидел рядом и держал ее за руку.
— Эбби? — прошептала она.
— Я здесь, — Эбби склонилась над ней. — Ты в лагере, ты в безопасности. Я достала пулю, рана чистая. Ты потеряла много крови, но жить будешь.
Элисон слабо улыбнулась.
— Спасибо.
— Это тебе спасибо. Что вернулась. Кларк говорила, вы были вместе. Она вернулась вчера. Ты знаешь?
— Нет... я не видела...
— Она ушла с поисковым отрядом. Ищем Финна и Мерфи. Но скоро вернутся.
— Братья... — Элисон попыталась приподняться.
— Они тоже ушли на поиски. Все трое. Рванули в лес, как только узнали, что ты пропала. Но сейчас они должны вернуться. Отдыхай.
Элисон закрыла глаза. Боль в плече пульсировала, но рядом с ней было тепло и безопасно. Она провалилась в сон без сновидений.
---
Пока Элисон спала, в лесу происходили страшные события.
Кейн пытался договориться с землянами. Он вышел к ним с флагом перемирия, предлагая мир. Но переговоры шли тяжело — земляне не доверяли небожителям после всего, что случилось.
А Финн сходил с ума.
Он искал Кларк. Днями и ночами. Он обыскивал лес, забредал в деревни, расспрашивал землян. И чем дольше не находил, тем сильнее становилось безумие.
— Где она?! — кричал он на пленного землянина. — Где Кларк?!
— Я не знаю, — отвечал тот. — Мы не брали ваших.
— Врешь!
Финн выхватил нож.
Мерфи, который был рядом, попытался остановить его:
— Финн, остынь. Он правда не знает.
— Заткнись!
Нож вошел в тело. Пленный упал. Финн смотрел на свои руки, дрожащие, в крови.
— Что я наделал?
Но остановиться уже не мог.
Они нашли деревню. Маленькую, мирную, где жили старики, женщины и дети. Финн ворвался туда с криком:
— Где Кларк?! Отдайте мне Кларк!
— У нас нет твоей Кларк! — закричала старая женщина. — Уходи!
Он не ушел. Он начал стрелять.
Мерфи с ужасом смотрел, как Финн убивает одного за другим. Безоружных. Невинных. Стариков, которые не могли защититься.
— Финн, прекрати! — заорал он. — Это не они!
Но Финн не слышал. Восемнадцать человек. Восемнадцать тел осталось лежать на земле, когда отряд Беллами, Кларк и Октавии наконец добрался до деревни.
Кларк замерла на пороге, глядя на кровавую баню.
— Финн? — прошептала она. — Что ты наделал?
Финн обернулся. В его глазах было безумие.
— Кларк! — он бросился к ней. — Ты жива! Я искал тебя! Я думал, они взяли тебя!
— Ты убил их, — она отшатнулась. — Ты убил невинных людей.
— Я думал... я думал, они знают...
— Ты убил восемнадцать человек, Финн! — закричала она. — Невинных! Стариков! Женщин!
Финн замер, глядя на свои руки.
— Я... я не хотел...
Кларк отвернулась. Она не могла на него смотреть.
— Не говори со мной. Не приближайся ко мне.
Она ушла, оставив его стоять среди трупов. Беллами и Октавия пошли за ней. Мерфи остался с Финном, не зная, что делать.
---
В лагерь они вернулись глубокой ночью. Усталые, разбитые, молчаливые. Кларк не проронила ни слова всю дорогу.
— Кларк! — Эбби выбежала навстречу. — Ты вернулась! Слава богу!
— Мама, — Кларк обняла ее, но в объятиях не было тепла. — Что нового?
— Элисон вернулась, — сказала Эбби.
Все замерли.
— Что? — Беллами шагнул вперед. — Где?
— В лазарете. Ранена, но жива. Спит.
Беллами рванул к палаткам, не разбирая дороги. За ним побежали Октавия, Кларк и... трое парней, которые только что вышли из леса.
— Элисон вернулась? — Томми бросил охапку хвороста. — Где она?!
— В лазарете! — крикнула Эбби, и братья рванули следом.
---
В палатке было тихо. Элисон спала, укрытая одеялом, бледная, но живая. Беллами вбежал первым и замер у входа, боясь подойти. Боясь, что это сон.
— Элисон, — прошептал он.
Она не шевелилась. Тогда он подошел, сел рядом и взял ее за руку. Холодную, но живую. Настоящую.
— Я думал, потерял тебя, — прошептал он, прижимаясь губами к ее пальцам.
В палатку ворвались братья. Томми, Тео и Тай — такие разные, но такие одинаковые в своем отчаянии и надежде. У Томми были карие глаза, серьезные и глубокие. У Тео — такие же карие, но мечтательные. А у Тая — ярко-голубые, дерзкие, как у матери, которую они никогда не знали.
— Она спит, — Беллами поднял голову. — Тише.
Они замерли у входа, боясь дышать. А потом Элисон вздрогнула от какого-то звука снаружи и открыла глаза.
— Томми? — прошептала она, фокусируя взгляд. — Тео? Тай?
— Элисон! — Тай не выдержал первый, бросился к ней, но замер, увидев перевязанное плечо. — Ты ранена!
— Пустяки, — она попыталась улыбнуться. — Идите сюда. Все.
Они обнимали ее осторожно, боясь причинить боль. Томми прижался лбом к ее виску и замер. Тео гладил по здоровому плечу, шепча: "Жива, жива, жива". Тай сжимал ее руку и смотрел с такой любовью, что у Элисон защипало в глазах.
— Мы думали, потеряли тебя, — прошептал Томми.
— Я обещала вернуться, — ответила она. — Я всегда возвращаюсь.
В палатку влетел Беллами — он выходил на секунду позвать остальных — и замер, увидев ее открытые глаза.
— Элисон!
Она посмотрела на него, и в ее глазах зажглось тепло.
— Беллами.
Он подошел, и братья расступились, давая ему место. Он сел на край койки, взял ее лицо в ладони и посмотрел так, будто видел впервые.
— Жива, — выдохнул он.
— Жива, — эхом отозвалась она.
Он поцеловал ее. Осторожно, нежно, боясь сделать больно. Она ответила, и в этом поцелуе была вся боль разлуки, весь страх потери, вся надежда на будущее.
— Ой, — раздался голос Октавии из входа. — Мы, кажется, не вовремя.
— Октавия! — Элисон рассмеялась сквозь слезы. — Иди сюда!
Они обнимались все вместе — Октавия, Кларк, братья, Беллами. Эбби стояла в стороне и улыбалась, вытирая слезы.
— Кларк, — Элисон посмотрела на подругу. — Ты выбралась. Я не нашла тебя в воде.
— Я выбралась, — Кларк сжала ее руку. — И ты выбралась. Мы справились.
— Финн? — спросила Элисон, заметив тень на лице подруги.
— Не спрашивай, — Кларк отвела глаза. — Потом.
Элисон кивнула, понимая, что случилось что-то страшное.
Вдруг вход в палатку снова открылся, и вошел Мерфи. Все напряглись. Беллами инстинктивно заслонил Элисон.
— Я не за войной, — Мерфи поднял руки. — Я просто... услышал, что она вернулась.
Он посмотрел на Элисон. Та смотрела на него с удивлением.
— Ты здесь? Тебя приняли обратно?
— Да. Странно, правда? — он усмехнулся. — Но я рад, что ты вернулась. Правда рад.
И он улыбнулся. Искренне, открыто, совсем не похоже на того Мерфи, которого они знали.
— Спасибо, — тихо сказала Элисон.
Он кивнул и вышел, оставляя их наедине.
— Ничего себе, — Октавия присвистнула. — Мерфи умеет улыбаться?
— Похоже, мы много о ком не знаем, — ответила Кларк.
Элисон смотрела на дверь, за которой скрылся Мерфи, и думала о том, как странно устроен мир. Вчера она была одна в лесу, истекала кровью и думала, что умрет. А сегодня она в кругу семьи, и даже Мерфи рад ее видеть.
— Я люблю вас, — сказала она вдруг. — Всех. Очень.
Томми, Тео и Тай прижались к ней с двух сторон. Беллами взял за руку. Октавия обняла со спины. Кларк улыбнулась.
— Мы тебя тоже, сестренка, — сказал Тай.
За стенами палатки начиналась новая ночь. Ночь, полная тревог и надежд. Где-то в лесу Финн оплакивал содеянное. Где-то земляне готовились к войне. Где-то в горе люди в белом планировали новые зверства.
Но здесь, в этой палатке, был островок тепла и любви. И Элисон обещала себе, что сделает все, чтобы защитить его. Чего бы это ни стоило.
---
Конец пятого эпизода второго сезона