Небесный трон
Небесный трон
Несколько дней после возвращения Элисон в лагерь выдались на удивление спокойными. Она восстанавливалась после ранения, братья постоянно крутились рядом, Беллами навещал каждую свободную минуту. Но внутри нее росло беспокойство — за Джаспера и Монти, оставшихся в горе.
— Они не верили нам, — сказала она Кларк, когда они сидели у котера вечером. — А теперь они там, среди монстров.
— Они узнают правду, — Кларк сжала ее руку. — И тогда пожалеют, что не послушали.
— Я скучаю по Джасперу, — тихо призналась Элисон. — Он стал мне как брат. Еще один. Дурацкий, вечно шутящий, но родной.
— Он вернется. Мы вернем их всех.
В горе тем временем Джаспер и Монти действительно узнали правду. Их привели в лабораторию, показали тела, объяснили, зачем нужна их кровь. Джаспера вырвало прямо там, у ног охранников.
— Мы должны были поверить Кларк и Элисон, — прошептал он Монти, когда их вели обратно в комнату. — Они говорили нам. А мы... мы ели их торт.
— Мы идиоты, — Монти закрыл лицо руками. — Настоящие идиоты.
— Но мы выберемся. Мы должны.
---
В лагере тем временем Октавия начала обучение у землянки по имени Индра. Женщина была суровой, жесткой, не давала поблажек. Каждый день Октавия возвращалась с новыми синяками и ссадинами.
— Индра тебя совсем замучила, — Элисон встретила ее у входа в лагерь, осматривая свежий кровоподтек на скуле. — Давай я поговорю с ней.
— Нет! — Октавия остановила ее. — Я сама. Я хочу стать сильнее. Хочу научиться защищать себя и других.
— Ты и так сильная, — Элисон коснулась ее лица. — Но если хочешь, я могу тренироваться с тобой. Научить приемам, которым меня отец учил.
— Спасибо, — Октавия улыбнулась. — Но Индра — лучший учитель для меня сейчас. А ты... ты просто будь рядом. Ладно?
Элисон кивнула, обнимая подругу.
— Всегда.
---
В арсенале лагеря было много оружия, привезенного с Ковчега и найденного в старых складах. Элисон бродила между стеллажами, пока ее взгляд не упал на лук. Простой, но крепкий, с хорошей тетивой. Рядом лежали стрелы — десятки, острые, ровные.
— Мой пропал в горе, — сказала она сама себе, беря лук в руки. — Но этот сгодится.
Она проверила баланс, натянула тетиву, прицелилась в воображаемую цель. Лук слушался, но был непривычным после ее старого, самодельного.
— Придется тренироваться.
Следующие дни она проводила в лесу, восстанавливая навыки. Стрела за стрелой вонзалась в деревья, пока она не добилась прежней точности. Рана в плече уже почти не болела, движения становились все увереннее.
— Неплохо, — раздался голос из-за спины.
Элисон резко обернулась, натягивая тетиву. Мерфи стоял в десяти метрах, подняв руки.
— Спокойно. Я без оружия.
— Ты следил за мной?
— Просто гулял. Увидел, как ты стреляешь. Впечатляет.
Элисон опустила лук, но не убрала стрелу.
— Чего хочешь?
— Поговорить, — он присел на поваленное дерево. — Можно?
Она колебалась секунду, потом кивнула и села напротив.
— Говори.
— Я знаю, ты мне не доверяешь, — начал Мерфи. — И правильно. Я был мудаком. Но ты... ты спасла меня дважды. Я не забыл.
— Я бы спасла любого, — пожала она плечами. — Я не убиваю без нужды.
— Дело не в этом. Ты видела во мне человека. Даже когда все отвернулись.
Элисон молчала, рассматривая его. Мерфи изменился. В его глазах не было прежнего безумия, только усталость и... благодарность?
— Ты тоже изменился, — сказала она наконец. — Я вижу.
— Может, — он усмехнулся. — Или просто научился притворяться лучше.
— Нет, — она покачала головой. — Притворство я вижу за версту. Ты другой.
Он смотрел на нее долго, потом встал.
— Если тебе что-то понадобится... я рядом. Знаю, это странно звучит из моих уст. Но я серьезно.
— Спасибо, Джон, — впервые назвала она его по имени.
Он дернулся, будто его ударили, потом кивнул и ушел в лес.
Элисон смотрела ему вслед и думала, что мир действительно сошел с ума, если Мерфи стал ее союзником.
---
Вечером к ней пришла Рейвен. Механик выглядела уставшей, измотанной, с красными глазами.
— Можно? — спросила она, останавливаясь у входа в палатку.
— Конечно, — Элисон отодвинулась, освобождая место. — Что случилось?
Рейвен села и долго молчала, глядя в пол. Потом заговорила — тихо, сбивчиво, будто боялась, что ее прервут.
— Я не знаю, кому еще сказать. Кларк — она подруга, но она же... она часть этого. Беллами — он занят войной. А ты... ты слушаешь. Ты не осуждаешь сразу.
— Я слушаю, — Элисон взяла ее за руку. — Говори.
— Финн, — выдохнула Рейвен. — Я знаю, что он сделал. Знаю, что он убил тех людей. И я... я не могу его ненавидеть. Потому что он делал это ради Кларк. А я все еще люблю его. Глупо, да?
— Не глупо, — Элисон покачала головой. — Любовь не выбирают.
— Я не виню Кларк, — Рейвен подняла глаза. — Правда. Она не просила его об этом. Она вообще не знала. Но мне больно. Понимаешь? Просто больно.
Элисон обняла ее. Крепко, как обнимала братьев, когда им было плохо.
— Понимаю, — прошептала она. — Ты имеешь право на боль. Имеешь право злиться, плакать, ненавидеть. Но знай одно: ты не одна. Мы все здесь. Мы пройдем через это вместе.
Рейвен разрыдалась у нее на плече, и Элисон держала ее, пока слезы не кончились.
— Спасибо, — прошептала Рейвен. — Спасибо, что выслушала.
— Всегда, — Элисон погладила ее по голове. — Приходи в любое время.
Когда Рейвен ушла, Элисон долго сидела, глядя на огонь. Сколько же боли вокруг. Сколько потерь. И война только начинается.
— Элисон, — Беллами появился бесшумно, как тень. — Ты как?
— Думаю, — она подвинулась, давая ему место. — О том, как много нам предстоит.
— Мы справимся, — он обнял ее, прижимая к себе. — Вместе.
— Знаю, — она закрыла глаза, чувствуя тепло его тела. — Только вместе.
Где-то в лесу выли волки. Где-то в горе мучились Джаспер и Монти. Где-то земляне готовились к войне. Но здесь, у костра, двое людей держали друг друга и верили, что утро принесет надежду.
---
Конец шестого эпизода второго сезона