Глава 4 «Спаси и сохрани»
Утренние лучи солнца сонно скользили по бледным впалым щекам Авроры. Она всю ночь пролежала на заднем сиденье машины, кутаясь в пледик, который так предусмотрительно взял Вадим с собой. За окном слышалось пение ранних пташек, в камышах настойчиво квакали местные болотные жители.
Девушка с нежеланием поднялась, ощущая своё тело тяжёлым и болезненным после столь неудобной позы для сна. Вадим всё ещё спал на переднем сиденье и прятал лицо в капюшон толстовки, натянув его на лоб. Аврора не очень хотела спать с ним в одной машине, но он скорее был готов выкинуть её на улицу в палатку, чем доверить свою «лайбу». Аверинцевой ничего не оставалось, как надеяться на его благоразумие...(остатки благоразумия?)
Сонливо потирая глаза, Аврора выбралась из машины. Благодать. Солнце ласково грело щёки, сочная зелёная трава навевала далёкие воспоминания о детстве, когда весь мир казался по колено, а мама сильнее всех в мире. Но сильнее всех в мире оказалась смерть: она забрала у неё единственного родного человека. С тех самых пор её было некому защитить: Аврора совершенно одна.
Она добралась до озера, умыла лицо, разглядывая себя. Вчера на ней сверкали бриллианты, сегодня она обычная девушка в простенькой курточке. Это не могло не радовать. Аврора улыбнулась своему отражению и воодушевлённая направилась прогуляться по периметру озера, стараясь не терять из виду машину.
Гуляя по оврагам, Аврора любовалась пробивающимися через кроны деревьев лучами солнца и с детским любопытством трогала мокрый мох на огромных торчащих булыжниках. Где-то слышалось пение дроздов и зябликов. Аврора с широкой улыбкой задрала голову кверху и попыталась, щурясь от солнца, отыскать взглядом незримых, но очень громких лесных певцов. Она медленно разводила руки по сторонам, изображая плавные движения, как будто Аврора танцевала в объятиях природы.
«Подумать только, я свободна! Могу делать что хочу и вести себя как хочу! В этом огромном лесу, в этом большом необъятном мире я так ничтожно мала, что теперь все запреты, нормы этикета кажутся бесполезными! Теперь я могу..!»
Аврора не успела выразить всю свою радость, танцуя и кружась между кустами можжевельника, как споткнулась об торчащий корень сосны и упала.
Ком встал в горле. Даже вскрикнуть не получалось. Она упала в сантиметре от мёртвой косули. Несчастное животное было всё обглодано, осталась от него только полуоторванная голова с пустыми глазищами. Муха гуляла по глазному яблоку, обсасывая остатки плоти и потирая лапки. Вся смятая трава у безжизненного тела окрасилась в грязно-багровый, смешавшись со сгнившими кишками, которые хищник оставил нетронутыми.
Аврора медленно приподнялась, страшась лишний раз моргнуть. Её движение были крайне осторожными, словно она боялась, что косуля проснётся и испытает всю боль заново, завопит на весь лес и напомнит Авроре о том, что она следующая жертва. Стоит только вопрос, кто первый до неё доберется? Люди Адилхана? Наёмники отца? Или же... Вадим главный хищник?
«Но свобода не гарантирует безопасность. Каковы мои шансы не быть съеденной жестоким миром? Сколько кошмаров обитает за стенами дворца моей семьи?»
Аврора села на колени и уставилась в одну точку, прямо в блеклый мёртвый глаз. Он смотрел на неё. Чем больше она в него вглядывалась, тем больше ей начинало казаться боковым зрением, что косуля растягивает широкую пасть в кровавой улыбке. У зверя отсутствовал язык, его обглодали хищники и оставили только оторванный корень, которым наверняка лакомились муравьи. Эта фантазия с каждой секундой казалась всё реальнее, скребущийся звук лапок насекомых громче и громче резал слух, как будто даже во рту у Авроры они нашли своё пристанище и начали грызть постепенно мягкие ткани. Солоноватый привкус казался более чем настоящим.
Вдруг Аврору коснулась ледяная рука. Костлявая пришла за ней? Косуля издевательски залыбилась ещё шире. Эх, будь у этого животного язык, оно бы с таким удовольствием напело Авроре о том, что та скоро ляжет рядом с ним.
Но всё вмиг вернулось на свои места: животное безжизненно таращилось на Аврору и вовсе не улыбалось. Вадим с непониманием держал её за плечо и сжал его даже чуть сильнее, чтобы убедиться, что она не окоченела.
– Совсем дурная? Уже от голода косулей жрать начала?
Аврора всё так же заторможено обернулась на Вадима. Её длинные ресницы чуть дрожали, изысканная красота девицы сейчас совершенно не к месту особенно выделялась в лёгких изгибах спины. Она красива, но красота никого не спасёт, зло обглодает кости любому, безумие заберёт своё.
– В мире, где нет правил, значит, нет гарантий в завтрашнем дне. Вадим, я не хочу быть съеденным животным.
Вадик чуть прищурился, подумывая, а не ударилась ли она головой...
– Конечно. Ты будешь съеденным карасём.
Аврора нахмурилась, снова состроив этот раздражающий Вадима взгляд, который предвещал очередные бурчания девушки о том, какой он дурак и ничего не понимает.
– Я к тому, – начала сдержанно она, стараясь сохранить незыблемое равнодушие, – что теперь меня никто не защитит кроме тебя. Мы же команда?
Каль наклонил голову чуть на бок, вытаращив голубые глаза. Вопрос ему явно не понравился: он видел в нём попытки отяготить его обязанностями, а когда они у него появлялись, Вадик успешно их скидывал на...
– Нас Коля защитит! – и громко расхохотался на весь лес, поднимая девушку за руку. Аврора с хмурым видом поплелась за ним.
Пока Вадим вёл её за собой, пробираясь через овраги, Аврора с поникшим видом продолжала мысленно рассуждать о смерти и цене свободы. Увиденная картина мёртвого животного произвела на неё неутихающее впечатление. Прикосновение холодной ладони Вадима только усиливало странную панику. Вадим почему-то всегда был особенно холодным. Девушка поспешила отпустить его руку, напугав саму себя параноидальными предрассудками.
Спустя некоторое время они вновь сели в автомобиль и помчали по бескрайним дорогам России. Аврора попросилась занять переднее пассажирское сиденье и долго таращилась просто в окно, наблюдая за сменяющими друг друга столбами. На одном из них она заметила похоронный венок и чью-то чёрно-белую фотографию, неизменно улыбающуюся. Аврору всегда пугала мысль о том, что однажды каждый сделает фото, даже не подозревая, где оно потом будет висеть, покрываясь льдом, снегом, а летом омываясь дождём после зноя.
Мысли о смерти преследовали.
«Нужно отвлечься».
И девушка загорелась идеей, засмотревшись на профиль Вадима и поймав себя на мысли, что всё-таки в своих самых сокровенных фантазиях желает быть его другом.
«Я с ним провела ночь в лесу. Сбежала из-под венца тоже с ним. Как в романтических книжках о любви, что я читала... Только вот всю ночь меня кусали комары, а он не хотел закрывать окна машины, видите ли, ему душно! И ничего такого, что обычно пишут, у нас не было... Все эти неловкие ночные разговоры. У меня были разговоры только с комарами, и то, разговаривала только я, посылая их на три весёлые буквы!»
Вадим вдруг заметил, что Аврора на него беспардонно пялится уже минуту, хлопая большими голубыми глазами. Он улыбнулся и указал жестом руки на задние сиденья.
– Возьми там с кармашка планшет. Я игр накачал, ещё аудиокниги есть, а, и ещё читалка. Фильмы тоже имеются. Короче развлекайся, рыба моя.
Аврора впервые улыбнулась. Бледные губы дрогнули в желании выразить благодарность, но смущение одолело, она только кивнула и взяла планшет в руки. Устроилась поудобнее, задрав ноги к груди, и уткнулась в планшет на ещё несколько часов.
К вечеру погода стала портиться: набежали серые тучи, на лобовом стекле появились крапинки намечающегося дождя. Лёгкий майский ветер сменился ревущим вихрем. Аврора поспешила закрыть все окна и слегка пугливо поглядывала на мрачные небеса. Волнение подкрадывалось в самую глубь сердца.
– А можно я вслух почитаю? – спросила Аврора.
Вадим пару секунд не отвечал, только пальцем отбивал такт по рулю. Его выражение лица было сосредоточенным. Затем он медленно кивнул и выключил играющее радио, впервые за долгое время на секунду оторвавшись от дороги, чтобы улыбнуться Авроре и посмотреть ровно ей в глаза.
– Давай сразу с постельных сцен читай.
– Я не читаю такое!
– Я не прошу читать, можешь озвучивать.
Аврора надула красные щёки в смущении и злости, хотела ему как дать пощечину, но всё же не могла отвлекать его от дороги. Она решила действовать хитрее...
– Как пожелаешь, – буркнула девица и, насупившись, стала листать страницы любимой детективной книги, разыскивая определённую сцену, – «Он коснулся её мертвенно-бледной кожи и не мог поверить, что такое изящное тело так безбожно и дрябло распласталось на его мятой кровати. Он убивал её зверски, заливал кровью постель».
С победной ухмылкой на лице Аврора замолкла и с удовольствием наблюдала, с каким шоком посмотрел на неё Вадик.
– Ты просил постельную сцену, вуаля! Нравится? – задорно замурлыкала Аврора.
– Я бы не оценил такие ролевые игры.
Аврора ещё шире заулыбалась, но Вадим снова улыбнулся и сказал:
– Продолжай.
Аверинцева тут же замешкалась.
– Эту «постельную» сцену? Ты уверен?
– Может, мне понравится. К тому же, у тебя здорово выходит.
Аврора неуверенно забегала глазами по тексту. Никто никогда не интересовался её увлечениями, не слушал её болтовню об ещё одном гениально раскрытом убийстве в остросюжетном романе...
«Может, он для приличия попросил?.. На деле ему совершенно неинтересно»
Вадим терпеливо ждал, когда девушка соберётся с духом и продолжит читать жуткую историю.
Сначала Авроре было неловко, она запиналась и местами хотела замолчать и включить обратно радио, но Вадим так увлёкся историей, что почти умолял не останавливаться. Постепенно втягиваясь в их впервые дружескую атмосферу, Аверинцева через полтора часа не затыкалась ни на минуту, восклицая и рассказывая свои доводы и впечатления на каждое преступление и блестящее раскрытие дела, приводила аналоги с реальными случаями из подкастов.
Вадим ласково ей улыбался, поддерживал беседу вопросами и всё внимательно слушал, но где-то в его голове сидела одна нехорошая мысль: «Я тоже как-то закапывал тело. Неприятное воспоминание».
Кажется, даже надвигающиеся тучи уже не могли нагнать тоску и тревогу на Аврору, она вся искрилась, хохотала, пока Вадиму не пришлось остановить машину.
Посреди трассы поперёк дороги стояли два чёрных автомобиля, преградивших путь. Трое рослых мужиков в ветровках хмуро наблюдали.
Аврора побледнела. Она крепко вцепилась в собственные колени, тело предательски затрясло. Снова это мерзкое ощущение, что вот-вот её пустят прямо в мясорубку, и выхода уже нет.
– Вадим, Вадим...Они нашли нас! Разворачивайся, ну же!
Вадим исподлобья рассматривал обстановку, нервно постукивая пальцем по рулю. Его глаза блуждали по незнакомцам, по их машинам...
– Оставайся в машине, что бы ни произошло.
Аврора, как будто растеряв всю робость и напыщенную гордость, вцепилась ему в плечо и готова была умолять. Она в страхе вытаращила на него глаза и еле пыталась из себя выдавить: «Прошу, не надо», но Вадим не слушал, он отцепил её от себя и вышел из автомобиля, неспешно направившись к незнакомцам.
Аврора не могла сдержать слёз. Они лились из неё ручьём, как будто тело готовилось заранее оплакивать смерть Вадима и собственную...
Она зажмурилась, больше не могла смотреть на фигуру Вадима, медленно поравнявшуюся с наёмниками. Они о чём-то говорили, но отсюда было не слышно. Аврора стиснула до боли зубы и впервые её губы дрогнули в попытке прочитать молитву...
«Спаси и сохрани...»
Выстрел.