Глава 3 «Бесы морочат?»
Шумел костёр. Ночные сумерки окутали чащу леса. Кто-то на небе вновь зажёг звёзды. Аврора в детстве думала, что звёзды – это маленькие жители неба, которые светятся, чтобы защищать сны людей.
Иногда реальность ей казалась тоже сном, но очень жутким, мерзким... Кажется, если Аврора спит, то ни одна звезда не охраняет её сновидения. Она куталась в чёрную куртку, которую ей сегодня купил Вадим, и угрюмо рассматривала языки огня. Майская ночь была тихой, только где-то слышался гул машин с трассы. Платье было выброшено в болото, теперь Аврора могла насладиться лёгкой удобной одеждой.
Вадим сидел у костра неподалёку и открывал консервы для себя и его спутницы. Аврора иногда посматривала на него, но тут же стыдливо прятала взгляд, если он поднимал на неё глаза в ответ. Он не сдержал улыбку и протянул девушке банку и пластиковые приборы.
– Обсудим?
Аврора недоверчиво всё же на него взглянула, принимая еду. Нагретая жестяная банка с мясом приятно согревала ладони. И всё же Аверинцева осмелилась ответить:
– Твоё мерзкое поведение? С удовольствием.
– Я в тебя пистолетом не тыкал, хочу напомнить.
Авроре было нечего сказать. Ей хотелось оправдаться, но гордость брала своё. Аверинцева обиженно уткнулась взглядом себе под ноги и стала вилкой пытаться проткнуть разваливающиеся кусочки говядины.
Вадим вздохнул, наблюдая, как девушка тщетно борется с чуждой ей «дешёвой» едой, и продолжил:
– Я не в обиде. Вполне нормально хвататься за оружие, когда больше нет козырей. Всё правильно, Аврора, защищать себя не позорно.
Злая искра в глазах Авроры тут же потухла, и она храбро взглянула на Вадима. В тёплых оттенках костра его веснушки будто целовал яркий свет. Его вид был всё таким же спокойным, взгляд – чутким и внимательным.
– Так хочешь со мной что-нибудь обсудить? – спросил он.
Аврора нахмурилась. Отложила многострадальную говядину в сторону и внимательнее вгляделась в собеседника. Конечно, было самое время спросить про его цели, но весь пережитый ужас отобрал моральные силы хоть ещё на минуту задумываться о будущем. Над головой звёзды крутили хороводы, и они нежной колыбельной манили остаться в этом мгновении навсегда. Звёзды, костёр и чудаковатый спутник – разве что-то ещё было нужно?
– Хочу. Какой ты человек, Вадим? Чем увлекаешься?..
Вадим не ожидал настолько повседневного и простого вопроса в их непростой ситуации, даже чуть не засмеялся, но хмурый взгляд девицы чётко дал ему понять – она не шутит.
– Ну не-е-ет, Аврора, мы что, на свиданке? Ты ещё спроси, какой у меня доход и какие планы на будущее! И поинтересуйся заранее тогда уж, счёт у нас пятьдесят на пятьдесят или всё-таки не зря тратишь на меня время.
– Я никогда не была на свиданиях, – всё так же хмуро перебила его девушка, – так что не знаю, что спрашивают на свиданиях. И уж тем более не знаю, что спрашивают у придурков, с которым застревают приличные девушки в лесу.
Вадим замер в театральном шоке, выпучив глаза и ахнув, словно её слова оскорбили до глубины души. Но его спектакль продлился недолго и он не сдержал неприлично громкого смеха, потревожив лес. Чаща будто затрещала сухими ветками, заскрипела корой и готова была вот-вот утопить в болоте незваного шумного гостя, но Вадим совершенно не обращал внимания на мглу. Аврора же чувствовала каждым сантиметром кожи дыхание злой природы, наблюдающей за ними. Странное ощущение, что за ними следят, не покидало с того момента, как она встретила Вадима.
«Наверное, я себя накручиваю. Если бы меня обнаружили люди Адилхана, то мы бы так спокойно не сидели у костра...»
– Ладно, на самом деле хорошо было бы отвлечься от всего этого, – Вадим неопределённо махнул рукой на окружающий их лес, – я увлекался дрифтом с пацанами. Адреналин, тачки, бухло... Как-то, помню, поехали зимой на озеро кататься по льду, в тот день было недостаточно холодно, и мы чуть ли не плавали на машинах. Нас это не останавливало. Брызги летели во все стороны, вода была везде.
Впадая в воспоминания, Вадим стал удивительно тихим, его голос звучал еле слышимым трепетом волн во время штиля.
– На следующий день я не мог уже завести свою лайбу, вся проводка и датчики были залиты, и мне пришлось отдать целое состояние, чтобы перебрать и починить всю электрику.
Аврора на миг зависла, заслушавшись его рассказом. Она представляла чёрные сверкающие машины, рычащие моторы и сотни брызг воды. Воображала мир, который так от неё далёк, опасен и по-своему притягателен.
Вадим заметил в затуманенном взгляде Авроры что-то мечтательное и вдруг коснулся плеча девушки. Она удивлённо вздрогнула.
– Я тебя обязательно покатаю, только давай без водоёмов, Карась.
Аверинцева возмущённо фыркнула на прозвище: её бледные губы надулись, она захотела ядовито высказаться в ответ, но Вадим резко подался вперёд и оказался в паре сантиметров от её лица, странно вытаращив серо-зелёные глаза. Он с интересом её рассматривал, подмечая испуг.
Вдруг девушке показалось, что костёр, как бес, мерзко захихикал. Невообразимое безумие случилось наяву – смех был пронзительным, близким и запредельно нечеловеческим. Похожее головокружение она уже чувствовала, когда держала Вадима на прицеле. Такие же странные голоса уже слышались с чащи леса, но смех доносился буквально от языков пламени.
В этот же момент снова затрещал хворост, ничего необычного. В лесу тишина.
Только Вадим всё так же пристально на неё смотрел.
– А ты расскажи о себе.
«Он ничего не слышал?..»
Аврора тихонько отстранилась, отсев от него подальше, и холодно буркнула, недоверчиво поглядывая на костёр:
– У меня нет таких интересных историй как у тебя.
Вадим лениво тоже отстранился и принялся за консервы, поедая мясо на кончике консервного ножика.
– А чем любила заниматься?
Теперь Аврора повторила за ним: снова схватилась за консервы, принявшись есть, зажмуриваясь, чтобы не чувствовать неприятный вкус. Она не хотела ему говорить о себе, но и промолчать было бы неприлично, потому решила просто недоговорить, не сказав, как сильно девушка влюблена в науку.
– Книги читала. Ходила на бальные танцы. Не знаю... Не скажу, что у меня были увлечения. Мне скорее указывали, что делать, своего мнения на этот счёт не имела.
Вадим с интересом посмотрел на неё, собираясь развить эту тему и всё-таки докопаться до истины, до настоящей Авроры, ему резко стало всё о ней интересно, но Аврора такого интереса не приветствовала...
«Всё же молчаливый Вадим мне нравился куда больше».
И потому Аврора резко перебила его вопросом, постаравшись его озвучить с властным тоном, но Вадим в её жалких попытках казаться бесстрашной улавливал только милейший писк котёнка:
– Расскажи уже, зачем тебе в Сибирь?
– Соскучился, – непринуждённо ответил Вадик, с зубастой улыбкой прожёвывая кусок.
– По кому?..
– По Коленьке!
Шум костра внезапно вновь прервался устрашающим бесовским смехом, исходящим от танцующих языков пламени. Аврора испуганно перевела внимание на огонь. Это уже не похоже на галлюцинацию: звук был чётким, мерзким, как будто человеческий смех смешали со свиным визгом, карканьем вороны и скрежетом ножа по кафелю.
Вадим с насмехающейся широкой улыбкой медленно наклонил голову набок и кончиком ножа ткнул в сторону Авроры.
– А ты чего пугаешься? Бесы морочат?
Аверинцева в ужасе побледнела и отбежала от костра на ватных ногах. Вадим громко расхохотался, вторя смеху чего-то потустороннего:
– Дурная! Говорю же, Коле ты понравишься!
– Кто этот Коля?! И почему огонь смеётся?!
Девушка отбежала к машине, прижавшись спиной к багажнику. Вадим медленно поднялся, посмотрел на огонь с хмурым видом, словно собирался поругать его за такое поведение, и направился к Авроре неспешным шагом.
Встал рядом, нависнув тенью.
– Я тебя вроде со свадьбы украл, а не с психушки. Никто не смеялся.
Он озадаченно стал рассматривать её лицо. Искал признаки того, что у девушки развился невроз?
– Хочешь сказать, что я спятила?!
– Ты стоишь ночью в глухом лесу с парнем, которого почти не знаешь, он купил на последние деньги внедорожник и махнул в Сибирь ради того, чтобы встретиться со старым другом. Да, ты спятила.
Брови Авроры удивлённо поползли вверх.
– Со старым другом?..
Она заметила, как жевательные мышцы на лице Каля нервно задёргались, он чудом сдерживался, чтобы не сказать что-то неуместное...
– Николай Краснинский. Мой друг детства. Мы едем к нему, Аврора.
– А он знает?
– Нет!
Вадим всё же не сдержал широкую зубастую улыбку. Аврора же еле сдерживалась, чтобы не потерять сознание от всего абсурда. Она связалась с психопатом, который просто развлекается и не отдаёт отчёт своим действиям!
«Если это его очередная шутка, пусть провалится к чертям собачьим! Сколько уже можно меня доводить?! Ещё сутки я с ним точно стану седой!»
– Зато со мной ошиваться в лесу куда приятнее, чем первая брачная ночь с женихом, верно?
Аврора опешила.
«Этот псих ещё и мысли читать умеет?! К чему он это сказал?.. Я же не вслух произнесла?..»
Во рту всё болезненно пересохло. Глаза лихорадочно забегали по его плечам, торсу, панически ощущая, как его чёрная тень словно захватывает её, душит и закутывает в кокон от всего мира. Как будто теперь во всём мире есть только Аврора и кто-то с человеческим лицом.
Но если другие девочки всегда боялись темноты и страшилки, прячась в одеяле, то Авроре отец с детства твердил, что монстров нельзя бояться, их нужно усмирить. А потому девушка собрала волю в кулак и решительно взглянула на Вадима, больше не пытаясь мысленно от него сбежать, не барахталась в кошмарном наваждении... Она гордо расправила плечи и тыкнула ему прямо в грудь пальцем.
– Верно. Мой жених не догадался бы устроить такое оригинальное свидание. Жду, когда предложишь начать собирать грибы под луной.
Удивлённый взгляд Вадима застыл на ней.
– А мы разве не ради этого едем в Сибирь? Будем всё лето катать банки с шишками и сушить грибочки на верёвке! – он театрально ахнул, словно боялся, что такая перспектива Авроре не по душе.
– На самом деле я буду рада даже этому. Я хочу увидеть мир.
Вадима резко передёрнуло. Он изменился в лице в эту же секунду, стерев насмешливую улыбку. Уголки губ поползли вниз. Аврора всё ещё была зажата у машины, а он стоял, как фонарный столб, на её пути, и о чём-то мрачно размышлял.
– Правильно озвучивай свои желания, а то я могу не понять и показать весь мир со всей его грязью и адом.
Аврора напряглась, не заметив, как положила руки ему на грудь, пытаясь удержать парня на расстоянии. А он и не думал отходить в сторону, досконально её изучая. С виду они выглядели как влюблённая пара, милующаяся у автомобиля, но лесные жители, наблюдающие за ними, чувствовали страх и ужас девушки и пугающий интерес высокого парня, вечно нарушающий её личное пространство.
– ...но при твоём желании могу обойтись только самыми безобидными вещами.
– Какими? – Аврора хмуро исподлобья на него глядела, медленно засунув руки в глубокие карманы куртки. Она сжала рукоятку ножа, который забрала с бардачка машины.
– Узнаешь, – Вадим демонстративно осмотрел её с ног до головы, как будто мысленно оценивал возможности выдержать его «безобидные вещи», а затем тихо рассмеялся себе под нос и ушёл обратно к костру.
Стоило ему отойти, как Авроре сразу стало легче дышать. Сердце постепенно начало успокаиваться, онемение пальцев стремительно рассасывалось с приятным покалыванием. Рука постепенно отпустила рукоять ножа.
«Мне некуда идти, я очень боюсь. Придётся вернуться к костру, придётся верить, что всё это безумие однажды закончится».
Но безумие только начинается.