Глава 2 «Бульк-бульк карасики»
Солнце поднялось высоко в небо, когда Аврора очнулась. Она до конца не могла вспомнить, в какой момент ушла в себя, уставившись в одну точку и прокручивая в голове все эти злосчастные события. Девушка до сих пор не верила в свой побег. Но всё продолжало крутиться как колесо и не останавливаться: минута сменялась другой, и время неумолимо тянуло Аврору в пропасть. Хотелось снова стать маленькой, спрятаться в объятиях мамы и никогда больше не смотреть на этот уродливый мир. Никогда не оказаться там, где она сейчас...
А где она?
Аврора вздрогнула, приходя в себя и рассматривая снова салон автомобиля. Вадим не отрывался от дороги, только включил громко музыку и изредка подпевал себе под нос. За окном не было городских пейзажей, простирались огромные степи и засеянные поля. Аврора только сейчас вспомнила, как после слов Вадима сняла кроссовки и обняла себя за колени, прижимая их к груди, да так и просидела длительное время. Она укуталась в пышное белое платье, как голубка, словно желая спрятаться в собственном мирке и чтобы её больше никто не трогал. Ей казалось одновременно странным и приятным, что её спутник совершенно не лезет в душу, ни о чём не спрашивает, даже будто забыл, что она едет с ним...
Свежий ветер задувал в салон. Он порывисто и игриво трепал её вьющиеся волосы цвета майских облаков: такие же белоснежно-золотистые, нежные...
Аврора сонливо стала всматриваться в окна, пока её блуждающий взгляд снова не застопорился на затылке Вадима. Конечно, это славно, что он не интересовался ей, не пытался вести беседу и отвлекать девушку от её тягучих мыслей, но всё же ей уже самой было интересно узнать кто же перед ней?
«Что им движет?»
Аврора почему-то не задумывалась об этом до этого, как будто мания свободы отключила любое здравомыслие.
«Будь я здравомыслящей, не решилась бы на такую бредовую идею. Я так боюсь Адилхана, что забыла бояться других.»
Она прищурилась, став в наглую его рассматривать, пытаясь поиграть в Шерлока Холмса (а это был её любимый книжный герой детства!), собирая по деталям его внешности и поведения общую картину. По виду за час он ничем особо не изменился, однако Аврора заметила новую деталь – у него ухоженное лицо: гладко выбрит, широкие густые брови аккуратно выщипаны.
В его поведении тоже ничего не изменилось: расслабленный, даже весёлый, подпевает музыке и не обращает внимания на девушку. Она завороженно застыла на его глазах. На солнце они казались чисто голубыми, напоминая ледяные кристаллы. Сам взгляд был спокойным и напоминал штиль в море.
«Как правило, на дне моря всегда хватает чудищ».
Аврора постаралась отогнать от себя эту мысль, вся покрывшись мурашками. Но постепенно в её голову стал подкрадываться липкий страх, твердящий ей с каждым разом всё громче и громче о том, что её глупые наивные решения заведут в могилу. Кто решится уехать в неизвестную даль с незнакомцем?
«Наверное, на такое решаются те, кого потом показывают в новостях без вести пропавшим».
Гнетущие мысли Авроры прервал хриплый голос Вадима:
– Голодна?
Его взгляд метнулся на неё через зеркало заднего вида. Аврора чуть вздрогнула и, не сразу сообразив, медленно кивнула. Парень убавил музыку и снова следил за дорогой.
– Я тоже, – продолжил он, – какой у тебя размер?
Аверинцева хмуро на него посмотрела, даже чуть отсев подальше и сильнее прижимая колени к груди.
– Что, прости? – она старалась не выдать дрожь в голосе и попыталась изобразить тон своего отца: власть и некоторую раздражительность, но вышла жалкая пародия. Больше напоминало писк котёнка.
Вадим тяжело вздохнул, но постарался сохранить невозмутимость.
– Одежда. Корсет, смотрю, у тебя тугой. Куплю тебе нормальные шмотки.
Аврора смущённо спрятала от него взгляд и назвала размер. Всю дорогу до небольшого поселения с придорожным торговым центром она сидела молча, нервно теребя подол платья. Вадим припарковался подальше от остальных машин и вышел на улицу. Постоял недалеко, покурил, лениво рассматривая горизонт, дошёл до урны, затушил и зашёл в здание под внимательный взгляд Авроры, пристально следящей за ним через тонированное окно.
«Это отличный шанс изучить машину».
Дождавшись, когда его силуэт пропадёт за раздвижными дверьми, девушка стала изучать салон в поисках зацепок – ей хотелось выяснить, для чего успешный студент юридического факультета вдруг сорвался в Сибирь в компании обречённой невесты.
Первое, на что обратила внимание Аврора, это запах в салоне. От стресса она даже не заметила, что помимо приторной сигаретной вишни здесь пахло новизной, как будто внедорожник вот только сегодня выкатили из автосалона. Да и на панельке отображались мизерные цифры пробега. Это действительно недавно купленный автомобиль, но откуда такие деньги у студента? Конечно, Аврора смело решила предположить, что парень из богатой семьи, как и она, однако... зачем же ему в Сибирь?
Время тикало. Размышления она решила оставить на потом. Сорвалась на переднее сиденье и первым делом открыла бардачок. Оттуда вывались пачка сигарет, затем солнцезащитные очки, следом Аврора нащупала водительские права. С тщательностью стала их изучать.
Вадим Всеволодович Каль. Двадцать два года. Родился в декабре. Водительское удостоверение было выдано буквально в этом месяце. Вроде ничего криминального, однако сомнения усилились, когда Аврора отыскала его паспорт. Он был выдан на прошлой неделе.
В грудной клетке на секунду пропало сердце. Стало до удушья пусто. Дыхание стремилось покинуть тело, сбежать от глупой бренной оболочки, загнавшей себя в тупик. Ловушка. Аврора снова в капкане. Мысли зароились отравленными пчёлами по всему мозгу, словно стараясь отыскать щель в извилинах, пробраться в них и ужалить так, чтобы Аврора проснулась, всё это должно было оказаться бредовым сном.
Тысячи вариантов того, кто всё это время сидел за рулём, не давали покоя. Убийца? Бандит? Нелегал?
«Скорее всего, он бандит, который захочет потребовать за меня выкуп. Лучше пусть убьёт сразу, чем отдаст обратно в мою семью. Меня там убьют куда изощрённее любого маньяка».
На глазах выступили слёзы. Страшно. Хотелось ругать себя за собственную глупость и инфантилизм, но самобичевание прервал шум. Из бардачка выпал складной нож. Девушка замерла, таращась на него, как на последнюю надежду на спасение. Недолго думая, схватила его и спрятала под подол платья.
Аврора поспешила вернуться на своё место, ведь больше в салоне ничего не могло поведать о хозяине. Вадим вернулся через некоторое время с пакетом одежды и вкусно пахнущим фаст-фудом.
Он протянул ей шаверму и сам принялся есть точно такую же. Аврора не могла есть, еда не лезла в рот. Она хмуро смотрела на кусочки помидора с торчащими листьями салата и пыталась собрать мысли в кучу. Вадим спокойно кушал, рассматривая людей, идущих в универмаг. И снова прервал тишину первым:
– Переоденься лучше в лесу, чтобы никто не заметил странную невесту и не запомнил тебя.
Аврора не смогла сдержать мысли на цепи и вдруг спросила:
– Тебе не страшно?
Вадим с непониманием на неё уставился, жуя шаурму. Аврора старательно попыталась проглотить резко вставший ком в горле и пояснить:
– Что мы будем делать, если нас найдут?..
– А нас не найдут.
– Ты оптимист или сумасшедший?
Вадим загадочно вдруг улыбнулся. В голубых глазах промелькнула странная злобная радость.
– Верующий.
– Во что или в кого?..
– В бесов.
Аврора чуть не уронила еду на ноги. Рот непроизвольно приоткрылся в попытках сохранить ровное дыхание.
«Он псих. Теперь я в этом не сомневаюсь. Мне конец. Я так хотела покоя, что Вселенная мне послала вечный покой экстерном».
Но её кошмарные мысли и доводы вдруг развеял его громкий резкий смех.
– Ты поверила! Смешная.
Он так громко расхохотался, что в дальней машине отчего-то тревожно залаяла такса, вытаращив глаза прямиком на Вадима. Неужели у собак настолько хороший слух?..
Насмеявшись, парень утёр слезинки на глазах, и принялся дальше спокойно жевать, не выражая эмоций.
«У него явно нездоровая реакция на всё... Я тоже поехавшая, сижу тут с ним, но всё же психушка о нём мечтает больше чем обо мне».
Вадим снова заговорил.
– А ты меня боишься?
Его вопрос застал девушку врасплох. Ответить ему честно никак нельзя, но и соврать сложно, когда на её бескровных дрожащих губах читалось чёткое: «Боюсь».
Вадим вдруг пристально на неё посмотрел, словно действительно слышал её мысли и пытливо ждал ответа, даже перестав жевать.
– Ты странный.
– Я тебе не враг. Если бы я был маньяком, честно, я бы выбирал жертв попроще, а не богатых дочек серьёзных дядечек.
Аврора нахмурилась, чувствуя диссонанс в собственных доводах. С одной стороны он был прав, опасно связываться с её семьёй и об этом знает почти любой преступник России, а с другой стороны...
– Может, ты хочешь за меня выкуп!
Вадим чуть не подавился от смеха, вновь растревожив собачонку в салоне другого авто.
– Да не бойся, я кое-что повеселее придумал. Ты доела? Нас ждёт Сибирь.
– Что значит «повеселее»?!
Каль недовольно закатил глаза, явно устав от её вопросов, и снова обернулся к девушке.
– Расслабься. Уже нет пути назад ни у тебя, ни у меня, так давай находить даже в этом свои плюсы. Нам нечего терять.
И игриво подмигнув, завёл машину и выехал на трассу, умеренно разгоняясь.
Аврора не сводила с него глаз, мрачно исподлобья изучая. В голове копошились назойливые мысли. Было так странно хвататься за него из последних сил, бежать к нему прямо из окна собственного дома, а потом судорожно отгонять идею выпрыгнуть из его машины.
Вадим вскоре снова сделал остановку, заехав на грунтовую дорогу, ведущую в небольшую чащу. Колёса проваливались в грязь, мотор рычал, но машина уверенно ехала вперёд. Они остановились в самых зарослях, когда дорога потонула в болотных водоёмах. Камыши лениво покачивались и смотрели на незваных гостей, и будто по ветру передавали шёпот друг другу.
Аврора первая вылезла из машины, стремясь скорее выпрыгнуть и ощутить желанный кислород. В чаще был необыкновенно чистый воздух. Где-то слышалось журчание воды. Аврора присмотрелась и заметила, что за камышами блестело в лучах заката (она сама не могла поверить, что день подходит к концу, а она всё ещё не поймана и не убита!) высыхающее озеро. Вадим как раз направился к нему, попутно закуривая очередную сигарету. Видимо, решил не мешать девушке переодеваться.
Но Авроре было не до одежды. Она горела идеей полностью изучить своего спутника, а потому тихонько открыла багажник. Если этот безумец что-то и прячет, то определённо именно там!
И действительно прятал. Увиденное заставило Аврору окончательно понять, что перед ней совершенно не «альтруистичный товарищ», а самый обыкновенный маньяк: в багажнике помимо палаток, термосов, пакетов с едой и сменной одеждой лежал чехол с пистолетом.
Дрожащими руками она схватилась за него и стала изучать. Магазин был пуст, а внутри девушки всё заполнялось гнетущей паникой. Рядом с чехлом лежали проклятые патроны, которые Авроре не составляло бы труда вставить в пистолет. Может, её воспитывали принцессой, но всё же отец на свою седую голову зачем-то научил девчонку базовым навыкам ведения стрельбы.
Аврора покрепче ухватилась за оружие, и её холодные голубые глаза при свете заката решительно горели пугающей её саму идеей – обезвредить врага его же оружием. Она с дрожью в руках вставила патроны в магазин и, даже не раскрыв пакет с одеждой, прямо в запачканном свадебном платье с порванным по краям подолом пошла к озеру. Кроссовки девушка оставила у машины, босыми ногами ступала по влажной земле и не чувствовала ничего – весь её мир застыл на желании взять верх над жертвой.
Вадим скучающе рассматривал закат и выпускал клочки дыма, стоя к ней спиной. Он тут же вздрогнул, когда холодное дуло упёрлось ему между лопаток.
Аврора рыкнула несвойственным мрачным голосом, больше напоминающим скрежет по ржавому металлу:
– Не двигайся!
– Не двигаюсь.
Вадим чуть кашлянул от дыма, ощущая, как дуло сильнее надавило ему на спину. Он остался стоять на месте, но сказать, что его напугала девчонка с пистолетом, было никак нельзя. Кажется, он даже хотел рассмеяться, да вежливо сдержался.
– Зачем тебе понадобилась я? Отвечай честно!
Камыши на мгновение затихли. Ветер будто остановился. Только вода сонливо блистала в лучах заката. Вадим медленно к ней обернулся, натянув на лицо больную широкую улыбку, оголяя белоснежные зубы. Его тень накрыла Аврору.
– Убить тебя. Честно-честно!
Аврора на миг зависла в ужасе, беспомощно наблюдая, как в светлых глазах напротив танцуют демоны, и она в отражении этих глаз всего лишь жертва ритуала. Вадим любезно наклонился, позволяя дулу упереться ему в грудь.
Камыши неистово зашевелились вновь. Ветер загулял по чаще с бешеной силой, он даже начал свистеть, словно май вот-вот сменится январской пургой. И в безумной симфонии этого свиста Авроре начали казаться чьи-то мерзкие голоса и смех, как будто за каждым колючим кустом кто-то за ними наблюдает. В ушах зазвенело, что-то липкое кровожадное сдавливало горло, шептало нажать на курок. Вадим с улыбкой так и замер, никак не реагируя на странное поведение погоды. Всё только ждал чего-то от Авроры.
Аврора постаралась прийти в себя и не обращать внимания на безумие в собственной голове. Ветер растрепал её светлые локоны, волосы назойливо липли к лицу, пытались помешать видеть перед собой цель.
– Он заряжен. Я выстрелю, если ещё раз попытаешься двинуться.
– Я забрал тебя для острых ощущений. Планирую связать, изнасиловать, а потом утопить. Ты меня раскрыла, какая досада. Покончим тогда с тобой здесь?
Он сказал это с такой обыденностью, как будто действительно обсуждал погоду. Не было в его интонации и голосе ни капли маньяческой жадности или смердящей пошлости, для него это был непринуждённый милый диалог.
Аврора в страхе сделала шаг назад, но не убирала его с прицела. Вадим же горел странным интересом к каждому действию девушки, изучал и улыбался.
– И что ты будешь делать? – поинтересовался он.
– Застрелю.
– Давай-давай, а пока ты решаешься, я расскажу во всех подробностях мои фантазии о тебе.
Он выкинул тлеющую сигарету в траву и шагнул к ней, сокращая дистанцию, но Аврора в панике, движимая подступающей к горлу злобой, сама шагнула к нему навстречу и замахнулась со всей силы прикладом, собираясь ударить его в висок, как видела в фильмах. Это смертельный приём, и сейчас она больше всего хотела его смерти, не желала слышать из его мерзкого рта ещё хоть слово о том, что он хотел бы с ней сделать.
Вадим резко дёрнулся в сторону и толкнул её от себя, не дав ударить, и отчаянная невеста поскользнулась на мокрой болотной земле и свалилась прямиком в озеро. Оказалось, оно было совсем не мелкое, глубина полностью поглотила её тело, оставив только белое пятнышко.
Вадим меланхолично вздохнул, словно спектакль ему не понравился – он ожидал больше спецэффектов, верните деньги за билет! И без особого интереса посмотрел на тонущую девушку, постепенно заглатываемую бездной. Пистолет Аврора выронила – он валялся в прибрежном мутном песке.
Парень поднял своё по праву принадлежащее оружие и отряхнул от грязи. Улыбка снова поползла вверх.
– Дурная. Мне нравится.
Он медленно нацелил пистолет в водную гладь, куда приблизительно упала Аврора. Она до сих пор не всплывала.
– Пиу, – изобразил он выстрел и увёл дуло от озера, став проверять коробчатый магазин пистолета. Каково же было его удивление, обнаружив, что патроны действительно были внутри. Мурашки побежали по коже от осознания, что действительно игрался с огнём, вдруг эта безумная дурёха могла выстрелить?.. Даже стало весело. Он нёс полную чушь забавы ради, был уверен, что хрупкая изнеженная девчонка вряд ли догадается хотя бы проверить магазин!
– Точно нравишься.
Осознание, что девушка до сих пор не всплывает, пришло не сразу. Вадим почесал дулом затылок, наблюдая, как белое пятно почти пропало в водоёме. И тут же, словно снятый с предохранителя, сорвался в озеро, по пути скидывая бомбер.
Он сделал всё с педантичной точностью: отыскал Аврору в воде (она даже не рыпалась, наглотавшись воды), притянул к себе грубо за руку и потащил, как мешок с картошкой, из воды, волоча по песку. Пока она была в отключке, Вадик не проявлял заботы к её телу, но и бросать не смел.
– Бульк-бульк карасики. Аврора, рано ещё на дно. Я тебе не показал самое интересное. Николай так удивится, когда мы приедем.
Между размеренной и спокойной болтовнёй Вадим профессионально без лишней паники перевернул девушку на грудь, положив на своё согнутое колено, и начал надавливать на спину точными ударами. Аврора резко закашлялась, задышав во всю грудь и захрипев.
Она с ужасом разлепила тяжёлые опухшие красные глаза, чувствуя, как слёзы текут ручьем. Её повергло в ужас, что, даже умея плавать, ей почему-то не удавалось всплыть... Что-то на дне озера схватило её за платье и тянуло к себе.
Аверинцева тут же дёрнулась в сторону от парня, спрыгивая с него, как одичалая, и хотела уползти подальше, но его крепкие жилистые руки вцепились в неё, не давая убежать. Ветер снова затих, в лесу стояла мёртвая тишина. На миг показалось, что она не всплыла, её тело на дне озера, а всё вокруг – загробный мир, в который она никогда не верила. Слишком тихо. Слабость окутала её тело, не хотелось больше бороться. Он прижал её и не отпускал, усадив на свои колени. Кажется, собирался поднять на руки и потащить в машину.
«Хочет меня связать? Завершить начатое зло».
Страх придал новые силы. Стоило Вадиму расслабиться и поднять Аврору на руки, как она успела набрать в кулак песка и кинуть ему в глаза. Парень растерянно замотал головой, зажмурившись, но не отпуская её.
Аврора стала дёргаться, извиваться, даже кричать, но словно кричала в пустоту. Лес не слышал, он оглох.
– Да успокойся ты уже, дурная!
Вадим усадил её на капот автомобиля и крепко взял за плечи, не давая рыпаться.
Аврора вмиг потеряла все силы и замерла, смотря на него. Она вся дрожала, даже ресницы судорожно дёргались, а в глазах застыл страх, но уже не могла ничего противопоставить высокому сильному мужчине.
– Если бы я хотел твоей смерти, даже спасать не стал.
Вадим осторожно коснулся её мокрых прядей волос, убирая их с лица.
– Тебя напугал пистолет в багажнике?
Спросил он, став плечом пытаться протереть себе глаза.
Аврора чувствовала, как саднило в груди, говорить было болезненно и тяжело, потому она лишь кивнула и с дрожью вцепилась сама в его руки на своих плечах, то ли пыталась отцепить его от себя, то ли наоборот, умоляла, чтобы не бросал её одну.
– Я своровал его у отца, знаю ведь, что за тобой будут охотиться. Я не совсем дурак сбегать без оружия. Аврора, обещаю тебя защищать.
Аврора хотела завопить вся в слезах, заорать на него, бить по груди, по его наглому лицу, но сил попросту не осталось.
«Это жестоко было так играться со мной! Нести ту чушь про изнасилование! Придурок! Какой же он придурок!»
Но девушка обессиленно уткнулась лицом в его широкую грудь, медленно дрожащими руками обняв его. Он был её последней надеждой, проклятием, будущим другом, ночным кошмаром.
Его демоны потянули Аврору за собой.