Снежная королева

Утро принесло облегчение. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь высокие окна спальни, были не такими яркими, но все же рассеивали мрак. Аннабель лежала на кровати, её дыхание было ровным, а тело уже не горело так сильно. Жар понемногу отступал, уступая место изматывающей слабости. Рядом, уронив голову на скрещенные руки, дремала Адель.

Бель слабо простонала и открыла глаза. Голова кружилась, а во рту был привкус горечи. Но взгляд уже не метался в ужасе – он был ясным, полным глубокой печали. Она узнала Адель, спящую рядом.

Постепенно в голове начали всплывать обрывки воспоминаний: мамин голос, жар, чьи‑то руки, держащие её... Но всё это смешивалось, путалось, словно фрагменты чужого сна. Бель нахмурилась, пытаясь собрать картину воедино.

Адель моментально среагировала на её движение. Она подняла голову, и её глаза тут же сфокусировались на лице девушки.

— Бель? Ты как? — обеспокоенно спросила она.

— Лучше, — выдавила из себя Аннабель, и это слово показалось чудовищно тяжелым. Какое тут «лучше», когда мамы больше нет? Но она чувствовала, что должна быть сильной. — Голова болит ужасно, но жар вроде спал.

Адель приложила ладонь ко лбу подруги.

— Горишь еще, но уже не так сильно. Медсестра вчера вколола тебе лекарство.

— Вчера? — Бель нахмурилась, пытаясь вспомнить. — Что было вчера? Я помню... помню, как узнала про маму. А потом... потом всё как в тумане.

Адель села на край кровати и осторожно взяла Бель за руку. Её движения были неторопливыми и бережными. Она все ещё боялась потревожить хрупкое состояние Аннабель. Пальцы Адель слегка дрогнули, когда коснулись холодной ладони девушки, но она тут же взяла себя в руки и мягко сжала её, передавая своё тепло.

— Ты сильно заболела, — тихо сказала она. — У тебя был очень высокий жар. Ты бредила, звала маму, меня... Всё время дрожала, будто тебе было ужасно холодно. Ты даже не узнавала меня какое‑то время.

Бель закрыла глаза, впитывая услышанное. Боль от потери матери пульсировала внутри, словно открытая рана, но присутствие Адель создавало хрупкий барьер между ней и безумием. Она глубоко вздохнула, стараясь выровнять дыхание.

— И ты все это время была рядом?

— Да, Бель. Я не могла оставить тебя одну, — ответила Адель, сильнее сжимая руку девушки.

Аннабель почувствовала, как к горлу подступает комок. Она приоткрыла глаза и встретилась взглядом с Адель. В ее глаза она увидела искренность и готовность быть опорой, то, чего Бель так боялась лишиться в эти тяжёлые дни.

— Дель, позови, пожалуйста, девочек. Думаю, они должны знать, что мне стало легче.

Адель кивнула и осторожно поднялась со стула, стараясь не шуметь. Она бросила последний взгляд на Бель – та снова прикрыла глаза, но на ее губах теперь виднелась едва заметная, слабая улыбка. Это маленькое изменение в лице отозвалось теплом в груди: впервые за эти тяжёлые дни она позволила себе поверить, что худшее позади.

Выйдя в коридор, Адель прислонилась к стене и на мгновение закрыла глаза. В висках стучала усталость. Она действительно не спала все это время, но, казалось, это уже не имело значения. Главное, что Бель пришла в себя, и её состояние улучшилось.

Девушка осторожно постучала в соседнюю дверь. Через пару секунд изнутри послышались шаги, и на пороге появилась Настя. Вид у нее был помятый. За её спиной виднелась Саша: она сидела на подоконнике, обхватив колени руками. Девушка тут же встрепенулась, увидев Адель.

— Адель? — Настя схватила её за руку. — Как она? Что с Бель?

— Ей лучше, — сказала она. — Пришла в себя, разговаривает. Жар спал, хотя она всё ещё очень слаба.

Саша спрыгнула с подоконника и подошла ближе. Её лицо сейчас выдавало неподдельное облегчение.

— Фух... — выдохнула она. — Мы так боялись, что...

Настя не дала ей договорить:

— Мы можем к ней? Сейчас?

— Да, конечно, — кивнула Адель. — Она сама попросила позвать вас.

После этих слов в комнате повисла короткая пауза. Воздух будто стал плотнее, тяжелее. Настя и Саша замерли, глядя на Адель, и в этом секундном безмолвии было сказано больше, чем в любом разговоре.

— Ты не спала всю ночь? — тихо спросила Саша, подойдя к девушке.

— Не могла. Кто‑то же должен был быть рядом.

— Ты невероятна, — серьёзно сказала Саша. — Спасибо тебе.

Адель слегка покраснела и неловко повела плечом, будто хотела отмахнуться от похвалы. Это была привычка, выработавшаяся годами: она никогда не любила, когда её хвалили за то, что считала просто человеческим долгом. Солнечный луч скользнул по её лицу, высветив тёмные круги под глазами и тонкую линию усталости у губ.

Ее пальцы слегка дрожали от накопившегося напряжения – только сейчас, когда опасность миновала, тело начинало выдавать последствия бессонной ночи.

— Между вами что-то большее, чем дружба, да? — все так же тихо спросила Саша, внимательно вглядываясь в лицо Адель.

Адель замерла на мгновение. Её щёки вспыхнули ещё сильнее, а пальцы непроизвольно сжались. Она бросила короткий взгляд на Настю – та, к счастью, была слишком поглощена мыслями о Бель и не прислушивалась к их разговору.

— Сейчас не время об этом говорить, — ответила Адель, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — И не место. Давай обсудим это потом, хорошо? Главное сейчас – Бель. Она нуждается в нас. В нас всех.

— Конечно.

Настя наконец оторвалась от своих мыслей и подняла глаза:

— Так мы идём к Бель? — в её голосе снова зазвучала та же нетерпеливая надежда, что и раньше. — Я правда очень хочу её увидеть.

— Да, идём, — твёрдо сказала Адель. — И давайте будем особенно бережны с ней. Она всё ещё очень слаба, и... - она помедлила, подбирая слова, — И ей сейчас тяжело не только физически.

Они зашли в спальню почти бесшумно, словно боялись нарушить покой, который наконец установился в комнате. В лучах солнца медленно кружилась золотистая пыль. Из‑за этого света Бель казалась такой уязвимой, будто могла разбиться от любого резкого звука или движения.

Аннабель лежала на кровати, прикрыв глаза, но, услышав шаги, мгновенно вернулась в реальность. Её ресницы дрогнули, а губы чуть изогнулись в слабой улыбке, когда она разглядела вошедших.

— Вы пришли, — прошептала она.

Настя не выдержала и бросилась вперёд, но тут же остановилась в шаге от кровати, вспомнив предупреждение Адель. Она опустилась на колени рядом с постелью и осторожно, боясь сделать больно, взяла Бель за руку.

— Конечно, пришли, — её голос дрогнул. — Мы же не могли остаться в стороне. Ты даже не представляешь, как мы переживали!

— Мы все здесь, Бель, — тихо сказала Саша. — И будем рядом столько, сколько нужно. Ты не одна.

Бель медленно обвела взглядом подруг. Она видела их усталые лица, тёмные круги под глазами, следы бессонной ночи. И всё это показалось ей самым дорогим, что есть в мире. Боль от потери мамы никуда не делась, но теперь она не казалась такой всепоглощающей. Потому что она не одна.

— Спасибо, — еле слышно произнесла она. — Спасибо, что вы есть.

В этот момент дверь тихо приоткрылась, и в комнату вошла миссис Меллори. Её строгие черты смягчились, когда она увидела Бель в окружении подруг.

— Как самочувствие, Аннабель? — тихо спросила она, подходя ближе и осторожно присаживаясь на край кровати. — Вижу, что лучше. Это хорошо.

Адель шагнула вперёд:

— Жар спал, но Бель всё ещё очень слаба. Она только пришла в себя.

— Восстановление будет долгим, но ты на верном пути. — улыбнулась миссис Меллори. — Знаешь, твоя мама была моей ученицей. Очень талантливой, между прочим. Прошлой ночью она приходила не только к Адель, но и ко мне.

У Аннабель перехватило дыхание. Она уставилась на миссис Меллори, не в силах вымолвить ни слова. Мама. Приходила. В видениях. Эти слова крутились в голове, не желая складываться в осмысленную картину.

— Мама... приходила? В видениях? К вам обеим?

— Да, — подтвердила миссис Меллори. — Она просила присмотреть за тобой. И я намерена выполнить её просьбу. Но сейчас здесь стало очень опасно.

Она понизила голос, и девушки невольно придвинулись ближе.

— В школе много предателей, — продолжила она почти шёпотом. — Некрос подчиняет всех себе, плетёт интриги. Он не остановится, пока не получит то, что хочет. Вам нужно бежать.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Настя побледнела и невольно отступила на шаг, Саша сжала кулаки, а Адель почувствовала, как по спине пробежал холодок. Бель же всё ещё не могла прийти в себя – слова о маме крутились в голове, смешиваясь с новой пугающей реальностью.

— Но как? — спросила Адель. — Академия под наблюдением, все выходы контролируются...

— Я всё продумала, — спокойно ответила миссис Меллори. — Я поменяла укол для Аннабель: ей вкололи просто лекарство, а не ту дрянь, которую планировали изначально. У меня есть знакомый в отдалённом поселении. Он поможет вам укрыться и даст защиту.

Она достала из кармана небольшой флакон с янтарной жидкостью и протянула его Бель:

— Это отвар для восстановления сил. Пей по чайной ложке каждое утро. Он поможет тебе набраться энергии для пути.

— Когда? — хрипло спросила Бель, принимая флакон дрожащими руками.

— В последнюю ночь каникул, — ответила миссис Меллори. — До этого времени тебе нужно набраться сил. Отдыхай, восстанавливайся. Я буду держать вас в курсе.

Миссис Меллори обвела взглядом всех девушек. В её глазах читалась непоколебимая решимость. Она поправила седые пряди, выбившиеся из пучка, и вздохнула, будто сбрасывая с плеч невидимую тяжесть.

— Поймите, — тихо добавила она, — это решение далось мне нелегко. Я долго взвешивала все риски, обдумывая каждый шаг. Если нас поймают, последствия будут... крайне тяжёлыми для всех. Но оставить вас здесь – значит обречь на куда более страшную участь.

Адель и Бель переглянулись. В глазах Адель мелькнул отблеск тревоги. Не за себя, а за тех, кто был рядом. Она невольно сжала кулаки, и костяшки ее пальцев побелели. В груди всё сжалось: мысль о том, что их план может провалиться и подвергнуть опасности Настю, Сашу и особенно Бель, казалась невыносимой.

Взгляд Бель, встретившийся с глазами Адель, был сложнее. В нём смешались страх, растерянность и робкая надежда. Пальцы, сжимавшие флакон с отваром, все ещё дрожали. Ее дыхание на мгновение сбилось, но она глубоко вдохнула и выпрямилась, насколько позволяли силы.

— Мы справимся. Сделаем всё, как вы скажете, — решительно произнесла Адель.

— Знаю, что справитесь. Вы сильные. И вы друг у друга есть. А это самое главное. Бель, — она наклонилась ближе, — Твоя мама гордилась бы тобой. Она видела в тебе огромный потенциал. Не подведи её памяти.

С этими словами женщина развернулась, бросила последний ободряющий взгляд на всех четверых и бесшумно вышла из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь.

— Значит, нам придется бежать... — тихо выдохнула Аннабель, снова прикрывая глаза. — Я даже не представляю, насколько тяжело это будет.

Это действительно было очень важное решение, над которым каждая из них ещё долго будет сомневаться.

Но у них просто не было выбора.

***

вот мы и перешли к самой главной части истории. дальше начинается самое интересное, готовьтесь! это, конечно, должно было случиться намного раньше, но я слишком увлеклась... впрочем, в будущем обязательно отредактирую эту работу.

а пока я очень жду ваше мнение в комментариях!