Снежная королева

Тишину, еще недавно наполненную тихими рыданиями Саши и хрупкой поддержкой подруг, разорвал глухой топот сапог по коридору. Затем донесся скрип двери, которая, судя по звукам, распахнулась в дальнем конце. За ним последовал голос дежурного:

— Комендантский час! Кто не спит? Ответить немедленно!

Настя вздрогнула первой. Ее глаза, еще влажные от сочувствия к Саше, мгновенно сфокусировались на звуке.

— Дежурый идет. Кажется, мы слишком засиделись... — прошептала она.

Саша, еще слегка оглушенная пережитым, подняла голову от плеча Адель. Ее лицо было опухшим и красным от слез, но страх перед дежурным, казалось, вытеснил остатки отчаяния. Это был более привычный ужас, но не менее реальный.

— Быстрее! — скомандовала Адель, мгновенно переключаясь в режим действия. Она резко поднялась, потянув за собой Сашу, —  Надо уходить.

Аннабель уже металась у входа в комнату, ее взгляд лихорадочно искал запасной путь.

— Через окно? — предложила она, хватаясь за раму.

— Нет, не сегодня, — мотнула головой Адель, уже открывая потайную дверцу в стене. — Бежим через старые коридоры. Он, кажется, очень зол.

Они юркнули в узкий проход, который вёл к заброшенной вентиляционной шахте. Здесь всегда пахло сыростью и холодом, но сейчас это место стало их спасением. Они осторожно продвигались вперёд на ощупь, то и дело слыша, как шаги дежурного приближаются к их комнате.

— Заперто! — раздался его голос, а затем последовал характерный звук стука и проверки дверной ручки. — Да что ж такое! Опять!

Девчонки тихо хихикнули, стараясь не выдать себя. Адреналин от погони смешался с легким издевательством над старым дежурным. Это была часть их рутины, их маленькая победа над системой и правилами.

***

Ноябрьские каникулы начались всего несколько дней назад, и сегодняшнее утро встретило настоящим чудом: первым снегом. Он падал всю ночь, укрыв землю тонким, сверкающим покрывалом. Теперь, когда солнце вышло из-за облаков, снежинки искрились и переливались, превращая мир вокруг в волшебную сказку. Казалось, даже Купол замер, очарованный этой красотой.

Адель и Аннабель сидели на скамье у Зеркального пруда. Его поверхность, еще не успевшая замерзнуть, отражала ноябрьское небо. В этом укромном уголке снегопад казался настоящим подарком.

Бель блаженно прищурилась, ощущая, как прохладный ветер играет с ее волосами. Каждая снежинка, опускавшаяся на ее ресницы, была крошечным кристаллом умиротворения.

Адель, прислонившаяся к ее спине, пыталась запустить плоский камешек так, чтобы он сделал как можно больше блинчиков по тонкой корочке льда, что уже начинала образовываться у берега.

— Забавно, — негромко прошептала Бель, обращаясь к Адель. — Сейчас кажется, что ничего плохого и не может быть. Этот первый снег... он какой-то особенный. Будто все очищает.

Адель бросила последний камешек, который, к ее огорчению, сразу же ушел под воду, чуть затронув ледяную корочку. Она вздохнула, выдыхая облачко пара.

— Согласна, — тихо отозвалась она. Ее голос был чуть тише обычного, словно она тоже не хотела нарушать волшебство момента. — Иногда мне кажется, что вся наша жизнь здесь – это череда бесконечных задач и препятствий. Даже самые обычные радости, как вот эта тишина у пруда, припорошенная первым снегом, порой кажутся недосягаемой роскошью. Особенно сейчас, когда воздух пахнет чистым морозом.

Аннабель фыркнула и игриво плеснула ногой в воду, поднимая фонтан мелких холодных капель.

— А я и не думала, что ты когда-нибудь признаешь, что тебе нужен был перерыв, — с улыбкой произнесла она. — Всегда такая собранная, будто готова к любым испытаниям, даже к первым морозам.

— Готовность к испытаниям не отменяет усталости, Бель. И уж тем более не означает, что нет желания просто... быть. Без постоянной тревоги. Когда я вижу, как Саша сейчас расслабилась, и Настя мирно дремлет, мне хорошо. Даже спокойно. Мы ведь здесь не только для того, чтобы сражаться. Мы здесь еще и для того, чтобы поддерживать друг друга. Замечать красоту даже в увядании природы и первыми обещать себе, что будем ждать тепла.

Аннабель кивнула. Она прекрасно понимала, о чем говорит Адель. Сама она часто чувствовала себя загнанной, и эти минуты первого снега рядом с Адель были для нее настоящим лекарством, бальзамом для души.

— Я думаю, это главное, — отозвалась Бель. — Чувствовать, что есть кто-то, кто тебя понимает. И кто всегда рядом. Даже когда ты не знаешь, что будет дальше. И даже если дежурный решит снова устроить внезапный обход парка, и ему придется пробираться по вот этим сугробам.

Адель тихо рассмеялась, представляя себе этот сценарий.

— Тогда мы снова покажем ему, как быстро умеем бегать по снегу. Опыт у нас огромный.

И этот смех доказывал: несмотря на все тревоги и тайны «Нимвелла», в их жизни всегда находилось место для простых радостей, дружбы и моментов, когда можно просто быть. Они сидели, наслаждаясь тишиной, прохладным воздухом и обществом друг друга, откладывая страхи и вопросы до возвращения в академию. Но это будет потом.

Адель почувствовала, как Бель, слегка поежившись от прохлады, сильнее прижалась к ней спиной. Это движение наполнило Адель неожиданной нежностью. Она осторожно опустила свою руку на плечо Аннабель, мягко погладив ее сквозь плотную ткань пальто. Бель в ответ, не открывая глаз, прикрыла ладонь Адель своей, и их пальцы переплелись в безмолвном подтверждении связи. В этот жест была вложена вся их невысказанная привязанность, понимание, глубже слов.

— Холодно?

Аннабель лишь слабо покачала головой:

— Нет. Просто... хорошо. И немного грустно. Как будто этот день не может длиться вечно.

— Пока мы дышим, у нас всегда будут такие дни, Бель. Мы их создадим. Сколько бы ни было вокруг тьмы, мы будем искать свет и держаться за него. Вместе.

Они долго сидели плечом к плечу. Мысли текли в унисон, смешиваясь с шумом ветра и падающим снегом.  Адель медленно опустила голову на плечо Бель, ощущая легкий запах ее волос, пропитанный свежестью мороза. И в этот момент, в этом хрупком объятии, под первым снегом, они обе почувствовали нечто большее, чем просто дружбу.

Это была глубокая, нерушимая связь, которая могла выдержать любой шторм, любой холод, любую тьму.

***

Рома проснулся не от привычного грохота цепей или скрипучих оков, и не от пронзительного крика наставников, разносящегося по каменным коридорам. Он проснулся в странной тишине. Сначала он подумал, что его тело наконец сдалось и разум погрузился в забытье. Но нет – тишина была настоящей, она заполняла каждую трещинку в его холодной, сырой келье.

Сегодня был один из тех редких дней, когда не было наказаний, тренировок и унижений. Иногда магистры или сама судьба дарили им короткий миг покоя. Для большинства это была возможность залечить раны и собраться с силами. А для Ромы... Для Рамы это чаще всего означало, что у него появилось время в полной мере ощутить своё отчаяние.

Он медленно поднялся, ощущая, как ноют мышцы, а заживающие порезы вновь натягиваются. Подошел к окну – единственному, узкому, сквозь которое открывался вид на что-то, помимо серых камней и мерцающих факелов. Окно выходило прямо на Северный Разлом, на пасть, находящуюся в нем.

И вот там, за зубчатыми стенами академии, над самой бездной, витала какая-то странная, мягкая дымка. Рома прищурился, пытаясь разгадать её природу. А потом осознал.

Это был снег.

Он падал беззвучно, плавно – словно миллионы крошечных невесомых перьев. Не было ни грязи, ни теней. Только чистая белоснежная пелена. Это казалось совершенно невозможным для такого места.

Рома стоял и смотрел, и в его глазах, обычно полных усталости и скрытой ярости, мелькнул проблеск... удивления.

-—Как же так? — спросил он у самого себя, — Как в этой проклятой обители, на самом краю мира, где нет ничего кроме бесконечной пустоты и «Оникса», что методично ломает твою душу... Как здесь может существовать такая невероятно чистая красота?

Это было настолько нелогично, что Рома на мгновение забыл о боли, о грядущих наказаниях, о том, что он всего лишь пешка в этой беспощадной игре. Словно мир подарил ему мгновение красоты, которой здесь не должно было быть. И эта мысль, этот чистый снег казались даже более жестокой насмешкой, чем любое наказание. Он шептал о чём‑то лучшем, но совсем недостижимом, безжалостно подчёркивая мрак места, в котором ему приходилось существовать.

***

глава получилась немного меньше, чем обычно, но зато какая атмосферная и спокойная! конечно, никакого Некроса здесь быть не могло, ведь за эти два с половиной месяца все слишком сильно натерпелись. думаю, пора внести в историю более яркие и спокойные краски. это только пока, конечно же. момент с Адель и Бель очень важный – связь между ними становится сильнее и крепче. очень жду ваше мнение по поводу этой главы!