Глава 2. Ритм цифр и шепот красок
Спустя неделю Кай понял одну неприятную вещь: тот странный художник не выходил у него из головы.
Он слишком часто начал замечать его в университете: в коридорах, возле старого корпуса, у кофейного автомата, во внутреннем дворике с блокнотом в руках. Иногда их взгляды случайно пересекались - всего на секунду - но почему-то именно эти секунды потом крутились у Кая в голове весь день.
Это раздражало.
Он сидел в аудитории экономического факультета, где всё было идеально до тошноты - стекло, металл, дорогие ноутбуки, ровные голоса преподавателей. Даже воздух здесь казался стерильным.
Перед Каем светились графики акций, но цифры расплывались перед глазами.
Вместо них он почему-то снова видел темные волосы, собранные в небрежный хвост, испачканные краской пальцы и слишком живые карие глаза.
- Концентрация - это власть.
Голос отца прозвучал в голове так отчетливо, будто Джейк Эренфрост стоял прямо за его спиной.
Кай медленно выдохнул.
В семье Эренфростов эмоции всегда считались дефектом. Ошибкой системы. Их не обсуждали - их вырезали под корень.
Кая воспитывали не как сына.
Как наследника.
Идеального. Холодного. Управляемого.
В свои девятнадцать он уже разбирался в инвестициях лучше многих взрослых мужчин. Его жизнь была расписана на годы вперед: университет, компания, место рядом с отцом.
Без права свернуть.
- Кай, ты ведь придешь в субботу в «Гранд»? - негромко спросил Марк, садясь рядом. - Там будет вся элита города.
- Если отец прикажет - приду, - сухо ответил Кай.
- И Лиззи будет.
Кай резко перевел взгляд на друга.
- Мы расстались.
- Отец, знает?
- Конечно.
В их мире чувства значили меньше, чем акции компании.
Кай отвел взгляд к окну.
И впервые за долгое время почувствовал усталость.
На художественном факультете всё было наоборот.
Там никто не следил за осанкой. Никто не говорил о деньгах. Стены были заляпаны краской, в мастерских пахло терпентином и кофе, а студенты спорили не о рынке, а о смысле искусства.
Ник любил это место всей душой.
Он сидел у окна мастерской, быстро нанося штрихи в скетчбук.
Но проблема была в том, что последние несколько дней он рисовал только одно лицо.
- Серьезно? Опять он?
Элен появилась за его спиной так внезапно, что Ник чуть не выронил карандаш.
- Кто «он»? - слишком быстро спросил Ник.
Элен закатила глаза.
- Ой, перестань. Мистер «у меня идеальная жизнь». Блондин с экономического.
Ник захлопнул скетчбук.
Слишком поздно.
Элен уже увидела рисунок.
- Никки... ты буквально срисовываешь его взгляд.
- Я просто тренирую портреты.
- Конечно. А еще ты краснеешь каждый раз, когда он проходит мимо.
Ник раздраженно потер переносицу.
- Элен, хватит.
Она сразу стала серьезнее.
- Я не издеваюсь. Просто... тебе правда нравится этот парень?
Повисла тишина.
Ник отвел взгляд.
Вот в этом и была проблема.
Он не понимал.
Ник никогда особо не думал о своей ориентации. Никогда не влюблялся по-настоящему. Никогда не смотрел на кого-то так, как сейчас смотрел на Кая.
И это пугало.
Потому что рядом с этим человеком у него сбивалось дыхание.
- Я не знаю, - тихо признался он. - Может, меня просто цепляет его внешность. Или то, как он двигается. Или...
- Или?
Ник нервно усмехнулся.
- Или то, что он выглядит так, будто никогда в жизни не чувствовал ничего настоящего.
Элен внимательно посмотрела на него.
- Осторожнее, Ник. Такие люди обычно приносят проблемы.
Вечером кампус медленно тонул в закатном свете.
Студенты расходились по домам, воздух становился холоднее, а небо окрашивалось в янтарный и розовый.
Ник сидел возле фонтана и рисовал.
Это был его любимый момент дня.
Когда город становился мягче.
Когда цвета оживали.
Когда можно было просто существовать.
Он настолько ушел в процесс, что не заметил шагов.
- Снова ты.
Ник резко поднял голову.
Кай стоял в нескольких метрах от него.
Черное пальто. Светлые волосы. Холодный взгляд.
Только сегодня в нем было что-то другое.
Не такое ледяное.
Ник почувствовал, как сердце предательски ускорилось.
- Ты что, преследуешь меня? - попытался пошутить он.
- Это ты постоянно оказываешься у меня на пути.
- Вообще-то я был здесь первым.
На губах Кая мелькнуло что-то похожее на усмешку.
И это почему-то выбило Ника из равновесия сильнее, чем холодность.
Кай медленно подошел ближе.
- Что рисуешь?
- Закат.
- Просто закат?
- А этого мало?
Кай опустил взгляд на его блокнот.
На бумаге были размашистые линии, пятна света, силуэты людей и...
он сам.
Ник понял это слишком поздно.
Черт.
Он резко закрыл скетчбук.
Но Кай уже заметил.
Между ними повисла странная тишина.
- Значит, я все-таки тебя заинтересовал, - спокойно произнес Кай.
Ник вспыхнул.
- Не льсти себе.
- Тогда зачем ты меня рисуешь?
На несколько секунд повисла тишина.
Ник резко захлопнул скетчбук, потом вдруг вырвал лист с наброском и сунул его Каю прямо в руки.
- Больше не буду.
И, не дожидаясь ответа, быстро развернулся и ушел прочь.
Кай остался стоять возле фонтана, растерянно глядя ему вслед.
Ветер слегка шевелил светлые пряди волос, а в пальцах тихо дрожал помятый лист бумаги.
Кай медленно опустил взгляд на портрет.
Это был он.
И одновременно - будто совсем другой человек.
На рисунке не было привычного холодного наследника Эренфростов. Не было высокомерия, идеальной маски или того ледяного взгляда, к которому все привыкли.
Художник нарисовал его уставшим.
Одиноким.
Живым.
Кай невольно провел пальцами по линиям карандаша, чувствуя странную тяжесть где-то под ребрами.
А потом снова поднял взгляд туда, где среди вечернего света уже исчезал силуэт Ника.
Загадочного художника, который почему-то видел в нем больше, чем все остальные.