Глава 17
Я резко прижимаю руки к телу, пытаясь защититься. Мокрая блузка неприятно липнет к коже, ткань стала почти прозрачной, и мне безумно стыдно.
Вокруг гремит обидный, громкий хохот. Хлоя и Иза буквально заливаются от смеха, а остальные одноклассники с любопытством глазеют на меня.
Слезы обиды подступают к горлу. Мне хочется провалиться сквозь землю.
Вдруг этот жуткий смех резко обрывается для меня. Чья-то широкая тень закрывает меня от всей толпы.
Я слышу, как Лукас тяжело и яростно дышит.
Он не тратит ни секунды на крики. Одним резким движением он снимает с себя свою плотную теплую куртку и бережно накидывает ее мне на плечи. Он помогает мне просунуть руки в рукава и аккуратно застегивает молнию до самого подбородка, полностью скрывая меня от чужих глаз. Куртка пахнет его парфюмом и теплом. Мне сразу становится немного спокойнее.
Лукас осторожно берет меня за плечи, заглядывает в мое лицо, полное слез и грязи, и тихо, сдерживая кипящую внутри злость, говорит: — Смотри только на меня, Лейла. Не слушай их. Ты в порядке? Они ничего тебе не сделали?
Потом он медленно оборачивается к Изе. Его кулаки сжимаются с такой силой, что белеют костяшки. Таким злым я его еще никогда не видела. Иза сразу перестает улыбаться и делает шаг назад.
Я не могу больше здесь оставаться. Не говоря ни слова, я быстро срываюсь с места и бегу в школьное здание. Из глаз наконец брызжут слезы, но я упрямо размазываю их по лицу вместе с грязной водой.
Я влетаю в пустой женский туалет. Дрожащими руками включаю холодную воду. Я долго, тщательно смываю грязь с лица и рук, пытаясь оттереть серые разводы. Мой хиджаб испорчен, но куртка Лукаса надежно защищает меня, скрывая мокрую блузку. Я делаю несколько глубоких вздохов, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Всевышний дает мне это испытание, и я должна быть сильной.
Я поправляю одежду, вытираю лицо салфетками и наконец выхожу в тихий школьный коридор.
Напротив двери, прямо на полу, прислонившись спиной к стене, сидит Лукас. Его ноги вытянуты вперед, а голова бессильно опущена. Услышав шаги, он медленно поднимает на меня взгляд.
Я в ужасе замираю. Он весь растрепанный. Его школьная рубашка порвана на плече, а на лице красуется свежая ссадина. Но хуже всего — его разбитая губа, из которой все еще сочится тонкая струйка крови. Судя по всему, во дворе после моего ухода произошла знатная драка.
Заметив меня, он пытается слабо улыбнуться, но тут же шипит от боли, касаясь пальцами раны на губах.
— Эй... — тихо, хриплым голосом говорит он, осматривая меня. — Ты как? Отмылась?
— Что с тобой?! — вскрикиваю я от испуга. Я мгновенно подбегаю к нему и опускаюсь на колени прямо на холодный пол коридора. Мои руки дрожат. Я тянусь к его лицу, но в последний момент останавливаюсь, не решаясь прикоснуться к раненой щеке. Мое сердце сжимается от острой боли за него. Он пострадал из-за меня.
Лукас аккуратно перехватывает мою руку за запястье. Его ладонь теплая и надежная. Он осторожно опускает мою руку вниз, качает головой и тихо говорит: — Забудь. Пошли.
Он тяжело опирается спиной о стену и пытается встать на ноги. Видно, что каждое движение дается ему с трудом, а на губе снова выступает капелька крови. Он упрямо не хочет говорить, с кем именно подрался во дворе из-за меня. Лукас просто хочет поскорее увести меня подальше от этого места. Я поднимаюсь вслед за ним. На мне всё еще надета его большая, теплая куртка, которая защищает меня от позора.
Pov : что произошло пока меня не было
Лукас
Когда Лейла со слезами на глазах убежала в школу, во мне будто что-то взорвалось. Весь этот дурацкий школьный двор с его тупыми смешками просто перестал существовать. Перед глазами стояла только одна картина: Лейла, промокшая, беззащитная, сжимающаяся от позора в моей куртке. Девочка, которая ради своей веры и праздника с самого рассвета не сделала ни глотка воды, терпела жару, а эти твари просто облили ее грязью.
Я медленно повернулся к Изе. Она всё еще улыбалась, довольная собой.
— Ты хоть понимаешь, что ты сделала, дура?! — рявкнул я так, что у нее сразу сползла ухмылка.
— Да ладно тебе, Лукас, это просто шутка! Твоя мусульманка совсем шуток не понимает? — раздался сбоку противный голос Пьера.
Это один из парней из компании Хлои, который вечно за ней таскается. Он стоял, ухмыляясь, и крутил в руках грабли. Я не стал ничего отвечать. Просто сделал три быстрых шага, схватил его за грудки и со всей силы впечатал кулаком прямо в его самодовольную физиономию. Пьер отлетел назад, врезавшись в забор, и выронил грабли. Вокруг все сразу закричали. Девчонки завижали. Пьер взревел от ярости, вытер нос, на котором уже выступила кровь, и бросился на меня. Мы повалились на траву. Я успел ударить его еще раз, но тут подлетели его дружки. Кто-то схватил меня сзади за руки, удерживая, а Пьер, пользуясь моментом, с размаху влепил мне кулаком прямо в губу. Во рту сразу появился солоноватый вкус крови. Они, наверное, забили бы меня толпой, но тут, слава Богу, подбежали парни из моей футбольной команды. Они растащили нас, завязалась общая потасовка. В этот момент из здания школы выскочила перепуганная мадам Дюпон и начала истошно орать, угрожая всем исключением. Воспользовавшись суматохой, я просто сплюнул кровь на траву, развернулся и ушел. Мне было плевать на Пьера, на директора и на то, что меня могут выгнать из школы. Единственное, о чем я мог думать — это Лейла.
Я зашел в коридор, почти дошел до женского туалета и просто бессильно сполз по стене на пол. Губа дико ныла, плечо горело от чьего-то удара, рубашка была порвана. Но внутри была только одна мысль: лишь бы с ней всё было хорошо. Лишь бы она не плакала.
Когда дверь туалета открылась и она вышла — чистая, но такая напуганная — я попытался улыбнуться, чтобы она не переживала.
— Что с тобой?! — вскрикнула она, подбегая ко мне. В ее глазах было столько боли и страха за меня, что я готов был прямо сейчас пойти и подраться с этой толпой еще раз.
Она потянулась ко мне своими тонкими пальцами. Я аккуратно перехватил ее руку за запястье. Не хочу, чтобы она видела меня таким слабым. И уж точно не хочу, чтобы она винила себя в том, что произошло.— Забудь. Пошли, — тихо сказал я, заставляя себя подняться через боль.
Сейчас главное — увести ее отсюда домой, где она будет в безопасности.
tiktok : @madinak.0