глава 5.
Дом затих только под утро. После нападения лесника внутри всё ещё пахло гарью от защитных трав и солью. Белые линии тянулись вдоль порога и подоконников — Семён рассыпал их молча, сосредоточенно, не объясняя лишнего. Варя лишь наблюдала, сидя за столом с кружкой давно остывшего чая.
Луна не вылезала из-под шкафа. Это говорило о многом. Семён закончил последний символ у двери и устало выпрямился. Под глазами у него залегли тени, бинты на руках потемнели от влаги и земли.
— До рассвета должно хватить, — тихо сказал он.
Варя посмотрела на полосы соли.
— А потом?
Он пожал плечами.
— Потом посмотрим, что именно ломится к тебе через лес.
Ответ ей не понравился. За окнами стояла непроглядная ночь. Ветер больше не выл, но тишина была ненормальной — слишком густой, будто лес притаился. Кехно внутри неё молчал с того самого момента, как они вернулись в дом. Это пугало сильнее всего.
— Ты можешь лечь здесь, — наконец сказала Варя после долгого молчания. — В гостиной.
Семён кивнул без лишних слов. Он выглядел уставшим. По-настоящему. Не физически — глубже. Будто вся ночь давила ему прямо на нервы. Варя принесла старое одеяло и подушку. Диван был узким и явно неудобным для такого высокого человека, но Семён никак это не прокомментировал.
Только наблюдал за ней внимательным, спокойным взглядом.
— Спасибо.
Она коротко кивнула. Когда Варя проходила мимо, он вдруг тихо спросил:
— Ты всегда живёшь одна?
Вопрос застал её врасплох. Она остановилась у двери.
— Почти всегда.
— И тебя это устраивает?
Несколько секунд она молчала. Потом пожала плечами.
— Люди устают от странного.
Семён едва заметно усмехнулся.
— Понимаю.
Варя посмотрела на него внимательнее. В полумраке комнаты он казался ещё более чужим: весь в чёрном, с этими бинтами, тёмными глазами и слишком неподвижным лицом. Но страха рядом с ним почему-то не было. Тревога — да. Напряжение — да. Но не страх. Это было новым ощущением.
— Спокойной ночи, ведьмак, — сказала она чуть тише.
Он улёгся на диван, закинув руку за голову.
— Спокойной ночи, шаманка.
______________
Варя долго не могла уснуть. Она лежала под тяжёлым одеялом и слушала дом. Скрип дерева. Треск печки. Редкое постукивание веток по стеклу. И чужое дыхание за стеной. Почему-то именно оно не давало покоя. Она привыкла к одиночеству настолько, что присутствие другого человека ощущалось почти неправильно. Дом будто сам не понимал, как реагировать. Кехно всё ещё молчал. Иногда Варе казалось, что дух прислушивается. Не к лесу. К Семёну. От этой мысли по коже пробегал холод. Она перевернулась на бок и закрыла глаза. Но сон пришёл не сразу.
____________
Утро выдалось серым. Небо затянуло тяжёлыми тучами, а лес за окнами выглядел мокрым и почти чёрным. Варя проснулась от запаха кофе. На секунду она даже растерялась. Потом вспомнила. Семён. Она быстро накинула свитер и вышла из комнаты. Он стоял у печки спиной к ней, спокойно помешивая что-то в маленьком металлическом ковшике. Волосы были чуть влажными после умывания, рукава закатаны до локтей, а бинты на предплечьях снова выглядели свежими.
Луна сидела неподалёку. И не шипела. Уже достижение.
— Не знал, где у тебя кружки, — сказал Семён, не оборачиваясь. — Поэтому нашёл сам.
— Вижу.
Варя села за стол, наблюдая за ним. Странное чувство. Будто они знакомы дольше нескольких дней. И одновременно — будто между ними всё ещё натянута тонкая леска, которую легко порвать одним неверным словом.
Семён поставил перед ней кружку.
— Травы у тебя хорошие.
— Ещё бы.
Он сел напротив. Некоторое время они молчали. Потом Варя тихо спросила:
— Что это было ночью?
Семён сразу понял, о чём речь. Его лицо стало серьёзнее.
— Не знаю.
— Кехно тоже не знает.
Это прозвучало тяжелее, чем она хотела. Потому что Кехно знал почти всё, что жило в этих лесах. Семён медленно провёл пальцами по кружке.
— Лесник был уже мёртв.
— Думаешь, им кто-то управлял?
— Нет.
Он поднял взгляд.
— Думаю, внутри было что-то другое.
По спине Вари прошёл холод. Она вспомнила глаза лесника. Пустые. Слишком тёмные. И этот запах сырой земли.
— Он говорил странно, — тихо сказала она. — Как будто слова ему не принадлежали.
Семён кивнул.
— Я слышал.
В комнате снова стало тихо. Снаружи ветер качал ели.
— Есть идеи? — спросила Варя.
Он некоторое время молчал, будто решая, сколько ей говорить.
— В северных лесах иногда появляются вещи... старше духов.
— Насколько старше?
— Настолько, что духи стараются не подходить близко.
Ей это совсем не понравилось. Кехно внутри неё наконец шевельнулся. Слабо. Недовольно.
— Гниль, — прошептал дух где-то глубоко под её сознанием.
Варя резко подняла голову. Семён сразу заметил перемену.
— Что?
— Кехно что-то чувствует.
Она прикрыла глаза, пытаясь уловить больше. Холод пробежал по позвоночнику. Перед внутренним взглядом мелькнули корни. Мокрая земля. И что-то огромное под ней. Спящее. Или почти. Варя резко вдохнула.
— Он говорит... это не пришло извне.
Семён нахмурился.
— Тогда откуда?
Она медленно посмотрела в сторону окна. Туда, где за деревьями терялся лес.
— Кажется, оно всегда было здесь.
Молчание затянулось. Семён откинулся на спинку стула и устало потёр переносицу.
— Прекрасно.
Несмотря на тревогу, Варя вдруг тихо хмыкнула.
Он поднял бровь.
— Что?
— Ты говоришь как человек, который жалеет, что приехал отдыхать.
На его губах появилась короткая усмешка.
— Я рассчитывал максимум на духов и пару проклятий.
— А получил меня.
— Это тоже проблема.
Она прищурилась.
— Очень смешно.
Но уголки её губ всё-таки дрогнули. И Семён это заметил На секунду атмосфера стала легче. Только ненадолго. Потому что в следующее мгновение с улицы донёсся резкий треск. Будто кто-то наступил на ветку прямо у дома. Они оба замерли. Луна мгновенно выгнула спину. Семён поднялся первым. Спокойно. Слишком спокойно.
— Соль не тронута, — тихо сказал он, подходя к окну.
Варя тоже встала рядом. За стеклом между елей кто-то стоял. Высокий силуэт. Неподвижный. И смотрел прямо на дом. Сначала Варя подумала, что ей показалось.
Силуэт почти сливался с лесом — длинный, тёмный, неподвижный. Дождь моросил между деревьями тонкой серой пылью, и фигура будто растворялась в нём. Но потом оно медленно наклонило голову. Слишком резко. Не по-человечески. Луна зашипела так громко, что шерсть у неё поднялась дыбом.
Семён не отрывал взгляда от окна.
— Не открывай дверь, — тихо сказал он.
— Даже не собиралась.
Фигура за деревьями не двигалась. Просто стояла. Смотрела. У Вари внутри неприятно сжалось всё тело. Кехно снова заворочался под рёбрами, раздражённый и настороженный.
— Это не человек, — прошептал дух.
— Вижу, — так же тихо ответила она.
Семён бросил на неё короткий взгляд. Его лицо оставалось спокойным, но она уже начала замечать детали: как напрягалась линия челюсти, как едва заметно подрагивали пальцы под бинтами, когда рядом было что-то опасное. Он чувствовал страх телом. Буквально. Наверное, сейчас чужой ужас бил по нему со всех сторон. И всё равно он стоял между окном и ней. Эта мысль почему-то задержалась у неё в голове.
Фигура за деревьями медленно сделала шаг вперёд. Потом ещё один. Варя задержала дыхание. Это действительно был лесник. Тот самый. Но теперь его движения выглядели ещё хуже — дёргаными, ломанными, словно кости внутри сгибались неправильно. Одежда промокла и прилипла к телу. Голова была чуть повёрнута набок.
И глаза. Чёрные. Полностью. Семён тихо выругался себе под нос. Лесник остановился у самой границы соли. Несколько секунд ничего не происходило. Потом он вдруг улыбнулся. Широко. Слишком широко. Будто кожа лица вот-вот треснет.
— Пустите... погреться...
Голос был чужим. Мокрым. Как будто говорил кто-то, захлёбывающийся болотной водой. Варя почувствовала, как по позвоночнику ползёт холод. Кехно внутри неё зарычал. Не словами. Звериным страхом. И именно это пугало сильнее всего.
Семён медленно поднял руку, останавливая Варю, хотя она и так не двигалась.
— Не отвечай ему.
Лесник сделал ещё шаг. Соль вспыхнула тусклым серым светом. Тело дёрнулось. Из его рта вырвался тихий скрипящий звук. А потом он резко поднял голову к небу. И завыл. От этого звука внутри всё перевернулось. Луна сорвалась с места и исчезла под диваном. Варя невольно схватилась за край стола.
Крик был не человеческим. И не звериным. Словно сам лес стонал через чужое горло. За окнами тут же зашевелились ели. Ветер ударил по дому. Старые стены заскрипели. А потом лесник резко рванул вперёд. Соль вспыхнула ярче. Его отбросило назад так сильно, что тело ударилось о землю.
На секунду стало тихо. Очень тихо. Семён быстро шагнул к двери, доставая из кармана маленький мешочек с чем-то тёмным.
— Что ты делаешь? — резко спросила Варя.
— Проверяю.
— Ты серьёзно?!
Он уже открыл дверь раньше, чем она успела его остановить. Холодный воздух ворвался в дом. Варя выругалась и бросилась следом. Семён остановился у границы соли.
Лесник лежал неподвижно в грязи. Но слишком неподвижно. Будто ждал.
— Мне это не нравится, — тихо сказала Варя.
— Мне тоже.
Семён бросил щепоть порошка в сторону тела.
Тот вспыхнул бледным зелёным светом. И в ту же секунду лесник дёрнулся. Резко. С невозможной скоростью. Он вскочил на ноги так быстро, что Варя едва успела отшатнуться.
Чёрные глаза уставились прямо на Семёна. А потом тварь заговорила. На этот раз — другим голосом. Глубоким. Старым.
— Лес открылся.
У Вари внутри всё оборвалось. Кехно буквально вжался в её сознание. Испуганно.
— Спящий идёт, — прошептал дух.
Семён медленно сжал челюсть.
— Кто ты такой?
Лесник улыбнулся снова. И из уголка его рта потекла чёрная жидкость.
— Вы уже слышите корни.
Ветер взвыл между деревьями. Дом за спиной скрипнул. А потом лесник вдруг замер. Его голова медленно повернулась куда-то в чащу.
Будто он услышал зов. Несколько секунд он стоял неподвижно. После чего развернулся...
И ушёл обратно в лес. Просто исчез между деревьями. Без единого звука.
Варя поняла, что всё это время почти не дышала. Семён ещё несколько секунд смотрел ему вслед. Потом тихо закрыл дверь. И только тогда устало провёл ладонью по лицу.
— Всё становится хуже гораздо быстрее, чем я ожидал.
Варя молча смотрела на него.
— Ты знаешь, что такое «Спящий»?
Он долго не отвечал. Слишком долго. Потом всё-таки кивнул.
— Слышал легенды.
— Какие?
Семён опёрся руками о стол и опустил голову на несколько секунд, будто собираясь с мыслями.
— На севере рассказывали о вещах, которые нельзя тревожить. О сущностях под лесом. Под корнями. Старых настолько, что даже духи рядом с ними кажутся молодыми.
Варя почувствовала, как холодеют пальцы.
— И что будет, если оно проснётся?
Он посмотрел прямо ей в глаза.
— Не знаю.
Честный ответ. И от этого ещё страшнее. Несколько секунд они стояли молча. Слишком близко друг к другу. Варя только сейчас заметила, что всё ещё держит его за рукав. Наверное, схватила в тот момент, когда лесник бросился вперёд. Она быстро отпустила ткань. Семён ничего не сказал. Но взгляд у него стал мягче. Совсем немного.
— Нужно понять, почему оно выбрало именно тебя, — тихо произнёс он.
— С чего ты решил, что меня?
— Потому что оно пришло к твоему дому.
Кехно внутри неё снова тревожно зашевелился. И впервые за долгое время Варя почувствовала не только страх. Но и странное облегчение от того, что теперь она не одна слышит этот лес.
Некоторое время они стояли молча, слушая, как ветер шумит за окнами. Казалось, лес стал ближе. Не физически — иначе. Будто всё вокруг медленно сдвигалось к дому, прислушивалось к ним через мокрые ели и чёрную землю.
Варя устало опустилась на стул и провела ладонями по лицу. Мысли путались. Спящий. Одержимый лесник. Дух, который впервые не знает, чего бояться. Слишком много для нескольких дней.
Семён сел напротив, откинувшись на спинку стула. В полумраке кухни его лицо выглядело уставшим и непривычно серьёзным.
— Есть места силы? — тихо спросил он спустя какое-то время.
Варя кивнула не сразу.
— Старые капища. Дальше к северу. Бабушка запрещала туда ходить.
— Значит, пойдём туда.
Она нахмурилась.
— «Пойдём»?
Он спокойно выдержал её взгляд.
— Ты думаешь, я сейчас уйду?
Варя хотела ответить что-то колкое, привычное, отталкивающее. Но не смогла. Потому что где-то глубоко внутри уже понимала — одна она не справится. И он, кажется, тоже.
Семён медленно размотал один из бинтов на запястье. Под тканью тянулись старые символы и свежие покрасневшие линии ожогов. Он заметил её взгляд и коротко усмехнулся.
— Когда рядом что-то сильное, тело начинает сходить с ума.
— Поэтому ты весь замотан?
— Поэтому я редко остаюсь рядом с людьми надолго.
Последняя фраза прозвучала неожиданно тихо. Варя отвела взгляд к окну. Лес за стеклом был тёмным и неподвижным. Только теперь это одиночество ощущалось немного иначе. Не как защита. Скорее как тупик, в который она слишком долго себя загоняла.
— Кехно тебя всё ещё не любит, — пробормотала она.
— Это взаимно.
Она тихо хмыкнула. И впервые за всё утро напряжение между ними стало чуть слабее. Совсем немного. Семён поднялся из-за стола и подошёл к окну. Несколько секунд смотрел в лес, потом тихо произнёс:
— Что бы там ни просыпалось... поодиночке нас сожрут быстрее.
Варя медленно встала рядом. Плечом почти коснулась его руки.
— Значит, пока не сожрут — держимся вместе?
Он повернул голову в её сторону. И впервые за всё время улыбнулся по-настоящему. Слабо. Устало. Но тепло.
— Похоже на то, шаманка.
А за окнами лес продолжал слушать...
_________________________________
Я буду ждать каждого в своем телеграмм канале — polun0chnitsa (если что шестой символ это ноль)
Буду благодарна отзывам, комментариям и прочим оценкам! хорошего прочтения)🌙