Путь Берри: глава 9
Луны шли одна за другой. Лес постепенно залечивал раны, оставленные битвой. Опавшие листья присыпали пятна крови, дожди смыли их в землю. Трава снова пробивалась там, где ещё недавно топтались вражеские лапы.
Берри сидел на корнях старого дуба и смотрел, как котята гоняют друг друга по поляне.
Мышка, Берёзовичек и Ночка — они выросли. Уже не те пищащие комочки, что жались к животу Тёмной Бури. В их движениях появилась ловкость, в глазах — азарт.
— Поймала! — крикнула Мышка, прижимая лапой хвост Берёзовичка.
— Нечестно! — взвизгнул тот. — Ты меня за ухо отвлекла!
— Воины отвлекают врагов, — назидательно сказал Ночка, усевшись на пеньке. — Паутина так говорил.
— Ты ещё не воин, — фыркнул Берёзовичек.
— А буду.
Берри усмехнулся. Он помнил себя таким же — горячим, уверенным, что весь мир у твоих лап.
Златоглазка подошла и села рядом.
— Ты сегодня не в патруле? — спросила она.
— Нет. Отправил Паутину.
Златоглазка посмотрела на котят.
— Скоро их нужно будет учить по-настоящему.
— Знаю. Дай им ещё немного поиграть.
— Ты мягкий, Берри.
— Я предводитель.
Златоглазка хмыкнула, но спорить не стала.
Солнце поднималось выше, заливая лагерь золотистым светом.
Коты занимались своими делами. Короста и Ветка чистили подстилки в норах — носили свежий мох и сухую траву. Зарев тренировался с Дубком у ручья, отрабатывая уходы от ударов. Старшие старейшины — те, кто выжил — грелись на солнышке и ворчали друг на друга.
— Ты неправильно лапу ставишь, — прошамкал Хмур, глядя на Зарева.
— Всё я правильно ставлю, — огрызнулся тот.
Берри спрыгнул с корней и направился к выходу из лагеря. Хотел проверить границы — не заходили ли чужие.
На опушке леса он остановился.
Запахи были чистыми. Пахло сосной, мхом, далеко — добычей. Ни грозовых, ни речных. Они ушли и не возвращались.
— Тоже проверяешь? — раздался голос сбоку.
Из кустов вышел Меченый. Он хромал — старые раны давали о себе знать, но держался прямо.
— Слежу, чтобы никто не сунулся, — ответил Берри.
— Не сунутся. У них своих проблем хватает.
— Откуда знаешь?
— Листопадные рассказывали. В Грозовом племени мор — котята мрут. А Речные голодают — рыба ушла в глубокие омуты.
— Значит, война откладывается.
— Надолго ли?
Берри пожал плечами.
— Нам нужно время. Котята подрастут, станут воинами.
— А ты станешь старым, — усмехнулся Меченый.
— И это пройдёт.
Они постояли молча.
— Я должен поблагодарить тебя, — сказал Меченый.
— За что?
— За то, что не бросил нас. Не предал.
— Мы в одной связке.
— И всё же.
Меченый кивнул и ушёл в лес.
Берри смотрел ему вслед.
«Странный он, — подумал Берри. — Сильный. Но странный».
В лагерь он вернулся к полудню.
В воздухе пахло свежей дичью. Патруль принёс добычу — три полёвки, двух мышей и одного жирного кролика. Коты собрались у кучи, разбирали еду.
— Кролик — старейшинам, — распорядился Берри. — Мыши — котятам. Полёвки — воинам.
— А тебе? — спросил Паутина.-- предводители тоже должны себя баловать.
— Я поем позже.
Кто-то недовольно заворчал, но спорить не стал.
Берри отошёл к яслям.
Тёмная Буря сидела у входа, штопала старую подстилку — вязала сухие травинки в пучки.
— Они играют? — спросил Берри.
— Устали. Сейчас спят.
Он заглянул внутрь. Мышка, Берёзовичек и Ночка спали в обнимку, положив головы друг на друга.
— Хорошие котята, — сказал Берри.
— Да. Только отца им не хватает.
— Он был храбрым.
— Был, — Тёмная Буря вздохнула. — Но храбрость не спасла его.
Берри не нашёлся, что ответить.
Вечером он снова сидел с Златоглазкой.
— Ты сегодня тихий, — заметила она.
— Думаю.
— О чём?
— О названии.
— Каком названии?
— У нашего племени нет имени. Мы не можем вечно быть «племенем Берри».
Златоглазка помолчала.
— Помнишь, ты рассказывал про знак? Цепь, которая разорвалась?
— Помню.
— Свобода — твой путь. Может, назовём Племя Свободы?
— Слишком громко, — покачал головой Берри. — Мы не свободны. Мы связаны друг с другом.
— Тогда Племя Связи?
— Как-то не так.
Она усмехнулась.
— Ты привередливый, Берри.
— Я хочу, чтобы имя было правильным.
Они замолчали.
Звёзды зажигались одна за другой.
— Пусть будет Племя Свободы, — согласился Берри.
Златоглазка кивнула.
— Хорошее имя. Учитывая, что оно придумано мною.
— Я объявлю завтра утром.
На рассвете Берри созвал собрание.
Коты вышли из нор — сонные, но любопытные.
— У нас есть имя, — сказал Берри. — Отныне мы — Племя Свободы
Коты зашумели.
— Мы не шайка бродяг, — продолжал Берри. — Мы не вассалы Листопадных. Мы не рабы Грозовых и Речных. Мы — свободные коты, которые сами выбирают свою судьбу.
— И что дальше? — спросила Короста.
— Дальше мы будем жить. Растить котят. Охотиться. Защищать границы. Как и любые другие племена.
— А если нападут?
— Отобьёмся.
— А если умрём?
— Значит, умрём свободными.
Тишина. Потом Паутина поднял хвост.
— Да здравствует Племя Свободы!
— Да здравствует Берри! — подхватил Зарев.
— Берри! Берри! Берри!
Берри стоял на корнях и смотрел на своих котов.
«Мы справимся, — думал он. — Мы должны».
Он поднял голову к небу.
Звёзды гасли, уступая место рассвету.