6. Наблюдатель.
Рид.
С их росписи и той ночи прошло уже три дня. Как доложили мне горничные – Эмили и Гарсиела, всё это время она провела дома, в полном одиночестве. Дилан был со мной, так что в этом я уверен.
Но её взгляд до сих пор не стирается из памяти.
Каждый её шаг находился под моим наблюдением целый год – и ради чего? Чтобы видеть её лицо, искажённое удовольствием после ночи с моим братом? Как же это, блять, подло.
И всё же правда никуда не исчезает.
Она... Не думаю, что вообще смогу произнести слова «его жена» рядом с её именем. Не по отношению к моей Инес. Не тогда, когда в моей голове она давно принадлежит лишь мне.
И по сей день на мой телефон продолжают приходить сообщения от Эмили.
Где она? Когда? Почему? Чем занимается?
Инес полностью под моим контролем, даже если Дилан понятия не имеет о моих действиях. Но не сомневаюсь, что ему всё равно. Их ночь прошла сухо, как я понял перед тем как подкрасться. Изначально недовольные и дискомфортные вздохи, а уже после как оказалось куколка решила изобразить удовольствие от траха с моим братом. Назло или нет – до этих пор проносится в моей голове.
Блондинка, с которой я пришёл на их роспись, сейчас сидела передо мной на коленях, старательно проводя языком по члену, принимая меня глубже с каждой секундой. Но мыслями я был не здесь.
Я снова слышал стон Инес.
Инес.
Я знал её имя с того самого дня, как случайно столкнулся с ней в доме Гефеста. Тогда он отчитывал дочь, а она не смела возразить ни слова – лишь опустила голову, позволяя божественным кудрям скрыть лицо. Они даже не заметили моего прихода.
Как только Гефест увидел меня – тут же прогнал её в комнату. И она послушно ушла, не поднимая взгляда.
Но мне хватило и этого мгновения.
Аккуратный нос. Пухлые губы. Смуглая кожа. Большие карие глаза.
Этот образ намертво въелся в моё сознание, медленно сводя меня с ума. Я не видел ни единого сна без нее
Теперь я будто видел её перед собой вместо блондинки, что так старательно отсасывала мне, со слезами заглатывая глубже. В какой-то момент в голове что-то щёлкнуло. Зрение поплыло, и мне действительно показалось, что передо мной Инес.
Из груди вырывается хриплый рык, и я кончаю, глубоко толкаясь ей в рот.
Прикрываю глаза, откидывая голову назад. Поистине ахуенное чувство.
И всё было бы идеально, если бы Вивиана не открыла свой грёбаный рот.
— Рид, поцелуешь меня?
Недовольно морщусь и открываю глаза. Вместо моей Инес - она.
Вивиана тянется ко мне за поцелуем, но я резко хватаю её за горло и впиваюсь в губы, грубо вторгаясь языком в её рот, на что получаю довольный стон в ответ.
Она садится ко мне на колени, начиная тереться об мой пах своей промежностью. Я не в настроении.
— Ви, не сейчас.
Вижу как хмурятся ее брови, а губы надуваются – ее привычная обиженная тактика. Отворачиваюсь от нее, как она тут же сползает с меня, словно оскорбилась. Честно говоря, уже как-то всё равно.
Внезапно телефон начинает звонить. Лениво тянусь через кровать, чтобы достать его, пока Вивиана уткнулась в свой.
Смотрю на экран.
Зевс.
Обычно он звонит по двум причинам: прогуляться и вытрахать кого-то, либо же по другой, куда более интересной - попросить помочь замять очередное убийство.
Честно говоря, это изрядно раздражало. У него были огромные проблемы с агрессией, и выпускал он её именно так – избивая кого-то до потери сознания.
Такое случалось уже несколько раз. Один из них и заставил меня полностью засомневаться и в его звонках, и в нём самом. После подобных встреч приходилось подкупать всех и вся, лишь бы чужие рты оставались закрытыми. Мы теряли дохрена денег из-за его вспышек.
А если мы шли цеплять красоток, всё становилось только хуже. Он вытрахивал из них буквально всю жизнь. Избиения, гематомы – а потом снова деньги, чтобы никто не открывал рот.
Однако без этого мудла мы тоже не могли. Он умел говорить так, что большинство наших контрактов держались исключительно на нём.
Всё же решаюсь принять звонок.
— Ало, Аид? — раздаётся его сиплый голос, старательно пытающийся звучать приличнее.
Пальцы касаются переносицы, а голова обречённо откидывается на изголовье кровати. Вивиана вьётся где-то рядом. Кажется, её наигранная обида спала, когда она поняла, что это не работает.
— Слушаю.
Наконец произношу.
— Тут такое дело... — его голос уже предвещает абсолютную хуйню. Я напрягаюсь. — Арес...
Он замолкает.
— Сука, пользуйся своим ебаным ртом. — Не выдерживаю, на что слышу недовольный вздох.
— Он обнюхался. Тут проблемы, ты нам нужен.
Резко открываю глаза и поднимаюсь с кровати. Так же быстро одеваюсь и покидаю ложе блондинки, которая что-то спрашивает и говорит вслед. А после начинает выкрикивать, перекрывая голос Зевса.
Ноги молниеносно несут меня к машине. Завожу её и, не теряя ни секунды, выезжаю с парковки.
Еду быстрее, чем стоило бы. Мне настолько же плевать на это, насколько и на звонки Вивианы, разрывающие телефон.
Вскоре оказываюсь у дома Зевса.
Урод довёл его. Вот и этот тупица обнюхался. Он никогда мозгами особо не отличался.
Быстрым шагом направляюсь в одну из гостевых комнат и вижу их.
Зевс и мой тупой брат Дилан, глаза которого закрыты.
Подхожу к нему, руки тут же тянутся к его шее, нащупывая пульс.
Есть.
Чертовски слабый, но есть.
— Ты мудло, — перевожу взгляд на Зевса, хватая старика за шею и вжимая в стену. — Зачем ты его накачал, уёбок? Мозги, сука, вообще не варят?
Вижу его испуганный, отчасти потерянный взгляд. Сжимаю шею крепче, и он начинает хрипеть.
Беспомощно вьётся в моих руках, лицо выражает агонию и только тогда его отпускаю.
— Мы всего-то веселились. — Хрипит он, глотая воздух большими порциями в лёгкие.
— Ты головой своей думаешь? А что если он, блять, умрет?! — Во мне заиграло не то, что снова придется всё перекрывать, а то, что этот тупица мой младший брат. Потерять его означало практически ебейше всё. Не считая власть и деньги.
Зевс-мудло тупит свой взгляд куда-то вниз, вижу как его глаза смотрят на лежащего в без сознании Дилана.
— Чтобы в следующий раз — такой хуйни не случалось. Я устал от твоих выходок.
Шиплю и через секунд десять отпускаю его. Он не в силах устоять на коленях, рухнул на пол.
Выхожу из комнаты и зову кого-то из охраны мне на помощь, чтобы этого двухметрового тупицу помогли перенести в мою машину.
Нужно первым делом отвезти его домой, а уже после всё остальное. Эмили и Гарсиела свяжутся с нашими врачами – нанятые специально для таких экстренных случаев. Глаза сужаются, когда я вспоминаю что не только горничные дома. Но и Инес.
Обречённо выдыхаю, наблюдая как двое охранников берут Дилана за руки и ноги, балансируя и отводя его в мою машину. Его голова едва держится в их слабоватых руках, но они с успехом его кладут на задние сиденья машины. Без слов сажусь за водительское кресло и включаю двигатель.
Звонок.
Едва гляжу на экран.
Посейдон, мать его.
Какого хуя всё это происходит именно сейчас? Нельзя же сбавлять темп, конечно. Полные уроды. Чем я думал пока их нанимал и надеялся на что-то нормальное. Один тупизм.
Вожу левой рукой, беря телефон в правую и отвечаю.
— Аид, ты где? — Раздается размеренный голос Посейдона, к счастью он был менее мудлом чем Зевс который не использует свои мозги вообще.
Я хмурюсь.
— Что-то случилось? Что с грузом? — Хмурюсь, голова ужасно трещит, однако стараюсь игнорировать.
— Один из родственников недавно убитого парня решили объявиться, этот урод рассказал где находится Монтангем. Мы их задержали. Зевс прийти отказался. Арес трубку не берет. — Мой взгляд падает на Дилана, через зеркало заднего вида. — Что нам делать?
— Убей. Всех. — Не думая заключаю я. — Я не желаю чтобы из-за каких-то идиотов у нас были проблемы.
— Понял.
В горле пересохло, мы не проехали пол пути, а я всё ещё чувствую себя словно в тумане.
— Только без шума. — С этими словами я выключил телефон кинув его в бардачок, он столкнулся там с чем-то. На секунду взглянул.
Новый телефон в коробке.
Для Инес.
Когда-то я хотел подарить его ей. Не уверен, стоит ли оно того сейчас. И какого хрена я вообще всё это делаю?
Купил айфон последней модели. Уверен, у неё и без того был такой же. Я не нашёл её собственного телефона, когда был у них дома, хотя, признаться, особо и не искал тогда.
Да и выглядело бы это до безумия странно: брат её мужа покупает ей новый телефон, пока подобные вещи должен делать сам Дилан.
Но Дилан...
Он гулял. Развлекался.
По большей части я и сам занят, поэтому наши встречи редки, но место их проведения никогда не меняется.
Какой-нибудь напыщенный клуб, насквозь провонявший дорогими духами, алкоголем и не очень дорогими шлюхами. Неон, музыка, липкий пол и женщины, которые готовы залезть на колени за пару купюр и красивую улыбку.
Не отрицаю, что и сам там бываю, но Дилан делает это куда чаще, при этом имея собственную жену.
Хотя, думаю, мне это даже на руку.
Чем меньше он её трогает – тем меньше мне хочется размазать его лицо об что-нибудь тяжёлое.
После их первой ночи я два часа лежал, уставившись в потолок. Казалось, должен чувствовать одно лишь безразличие, но как я мог его испытывать, будучи её сталкером целый год?
Я знал, какие книги она читает. Какие фильмы включает по вечерам. Какой чай любит пить перед сном. Знал, что она морщит нос, когда злится, и закусывает внутреннюю сторону щеки, когда нервничает.
Безумие.
Больное, отвратительное безумие.
Предательство её отца сыграло мне на руку. Теперь я мог расправиться со всем этим так, как давно хотел.
И хотел я давно.
Гефест был одним из самых преданных, пока не слил часть нашей информации врагам, подставив Дилана самым мерзким способом. Тогда план и начал приходить в действие. Я решил действовать – резко, быстро, но рационально. Пока остальные только размышляли и тянули время.
Машина мчится по прямой дороге, объезжая бесконечные линии деревьев. Вечернее солнце медленно скрывается за листвой, окрашивая трассу в тусклый оранжевый.
Еду быстро. Слишком быстро.
Через десять минут мы уже должны быть дома.
Я заранее позвонил Ксандру – нашему врачу, приказав бросить все дела и ехать сюда, потому что состояние этого тупицы Дилана хуже некуда. Он оклемался, но после отборной порции мата всё-таки перестал сопротивляться и выдвинулся.
Телефон продолжает вибрировать где-то рядом. Наверняка Вивиана.
Сбрасываю.
Сейчас мне меньше всего хотелось слушать её обиды и истерики.
Сворачиваю на знакомую улицу.
Постепенно темнеет, и фонари один за другим вспыхивают вдоль дороги. Дом Зевса находился достаточно далеко, поэтому дорога обратно заняла почти час.
Наконец паркую машину напротив дома, выхожу и открываю заднюю дверь.
Дилан всё так же валяется без сознания в том положении, в котором его сюда закинули охранники.
Рука тянется к его шее – пульс уже куда живее, чем раньше. Значит не сдохнет. Пока что.
Тяжело выдыхаю.
Хватаю его под руки и тащу к входу в дом. Дверь послушно открывается.
Стоит войти внутрь, как в нос ударяет что-то сладкое. Ваниль. Корица.
Кажется, Инес распорядилась насчёт кухни и решила что-то приготовить сама.
Какая же умница.
Сарказму нет предела.
Дилан виснет на мне. Тащить этого придурка в отключке - сущий ад. Его ноги волочатся по полу, а вес ощущается в два раза тяжелее обычного.
Стараюсь привлекать как можно меньше внимания. Чем меньше людей знают – тем меньше проблем.
Поднимаю его по лестнице, прикладывая нечеловеческие усилия, чтобы дотащить до комнаты, как вдруг слышу торопливые шаги.
И вижу её.
Вот же сука.
Стараюсь не смотреть, хотя выходит хреново.
Домашняя одежда. Растрёпанные кудрявые волосы. Взгляд, в котором слишком быстро появляется тревога.
Её глаза сначала скользят по мне, а потом - к Дилану, чьё тело безвольно обмякло на моих руках. Вижу, как её губы слегка приоткрываются, а лицо мгновенно бледнеет.
Решаю, что разговор того не стоит.
— Иди к себе в комнату.
Голос звучит грубее из-за усталости.
Кажется, она хмурится, но всё равно упрямо продолжает:
— Что с ним? Почему он в таком состоянии?
Чувствую, как сильнее сжимаю плечо Дилана. Не хотел причинять ему боль, но пусть тоже страдает, раз уж всё так сложилось.
— Пошла нахуй отсюда.
Слова выходят жёстче, чем планировалось.
Отворачиваюсь, хотя периферийным зрением замечаю, как её пальцы нервно цепляются за край футболки.
Сжимаю челюсть.
Получилось грубее, чем надо, но эффект это произвело. Я не хотел, чтобы она вообще видела его таким.
Своего мужа.
Полностью обдолбанного кокаином.
Хотелось увести её подальше и закрыть ей глаза, чтобы она продолжала жить в своём идеальном мире, где Дилан всё ещё нормальный человек, а не тупой наркоман, которого приходится вытаскивать с того света.
Бросаю в её сторону тяжёлый взгляд.
— Ты, сука, глухая?
Это единственное, что выходит из меня, прежде чем она резко разворачивается и уходит.
И почему-то именно в этот момент внутри становится ещё паршивее.