Элита.

Сегодня выходной. Значит, можно выспаться.
Я зарылась лицом в подушку, чувствуя, как утренний свет пробивается сквозь шторы, и уже почти провалилась обратно в сон, как вдруг дверь с грохотом распахнулась.
— Пошли гулять! — Тиана влетела в комнату, как ураган, и запрыгнула на мою кровать.
Я простонала в подушку:
— Ммм... дай поспать, пожалуйста...
— Ну пожалуйста! — она уже дёргала меня за одеяло. — Меня мама отправила к папе, папа к Райану, Райан отправил к Маттео, а Маттео — к тебе. Тебе некуда меня деть!
Я приоткрыла один глаз и посмотрела на неё. Она стояла на коленях на кровати, сложив руки в умоляющем жесте, и смотрела на меня огромными глазами.
— А у меня есть, — ответила я, натягивая одеяло обратно. — Иди к Эмме.
Тиана скривилась, будто съела лимон:
— Нет, она плохая.
Я приподнялась на локте и посмотрела на неё внимательнее.
— Почему?
— Она на меня наорала, — сказала Тиана, опуская глаза. — Я просто зашла в комнату Маттео, чтобы найти его книгу, которую он мне обещал. А она там была и стала кричать, что нельзя находиться больше пяти минут в его комнате без разрешения.
Я нахмурилась.
— Что за бред? Она не имеет права тебе что-то запрещать. Тем более в его комнате.
— Я правду говорю! — Тиана подняла на меня глаза, и в них мелькнула обида. — И ещё... она рылась у него в вещах.
— Рылась?
— Да, я видела, — шёпотом сказала Тиана. — Она что-то искала. Но когда заметила меня, сразу закричала и выгнала.
Внутри меня что-то сжалось. Эмма рылась в вещах Маттео? Это уже не просто ревность. Это что-то другое.
— Хорошо, — сказала я, стараясь говорить спокойно, чтобы не напугать Тиану. — Иди к Тейту. Он хороший, ты же знаешь. А я разберусь с Эммой, ладно?
— А ты на неё не будешь кричать? — спросила Тиана, всё ещё глядя на меня с опаской.
— Нет, — улыбнулась я. — Я просто поговорю с ней.
— Ладно, — она соскочила с кровати и уже побежала к двери. — А Тейт и правда хороший. Он даёт мне печенье и не ругается.
Я усмехнулась, глядя, как она вылетает из комнаты.
Но как только дверь закрылась, улыбка сползла с моего лица.
Я вылезла из кровати и, не переодеваясь, пошла в комнату к Эмме.  Я постучала, не дожидаясь ответа, и открыла дверь.
Эмма сидела на кровати и листала телефон. Увидев меня, она лениво подняла бровь.
— Ты ниче не попутала? — спросила я, входя.
— Это ты не попутала? Че ты в комнату врываешься без стука? И я не разрешала тебе входить.
— А ты, я вижу, тоже разрешения ни у кого не спрашиваешь, — сказала я, глядя ей прямо в глаза. — Какого ты рылась в комнате у Маттео?
Эмма встала с кровати, скрестив руки на груди, и посмотрела на меня с вызовом.
— Тебе какая разница? Что хочу, то и делаю. Мне всё можно.
— Да ты отсюда вылетишь как пробка скоро, — сказала я, сжимая кулаки.
Она сделала шаг ко мне, и в её глазах загорелся опасный огонь.
— Слышь, шавка, вали отсюда, пока я не закричала.
— И что же ты сделаешь? — спросила я, не отступая.
— Хочешь проверить? — её губы растянулись в злой улыбке. — Ну хорошо.
Она резко схватила вазу с тумбочки и с силой швырнула её об пол. Стекло разлетелось на тысячи осколков. А затем она упала на пол, прикрывая голову руками, и жалобно закричала:
— Ай! Ты что делаешь! Помогите, меня избивают!
Я застыла, глядя на неё с полным шоком.
— Что?
— Помогите, пожалуйста, быстрее! — завыла она, продолжая спектакль.
Секунда — и в коридоре загрохотали шаги. В комнату вбежали все.
— Что здесь происходит? — рявкнул Ричард, оглядывая разбитую вазу, осколки и Эмму, лежащую на полу с дрожащими плечами.
Я открыла рот, но не могла вымолвить ни слова.
— Она... — начала я, но Эмма меня перебила, глядя на всех с мокрыми от слёз глазами.
— Она набросилась на меня! — прошептала она, указывая на меня дрожащим пальцем. — Я просто сказала, что хочу дружить с Маттео, а она начала кричать, что я вру... и разбила вазу...
В комнате повисла звенящая тишина. Все смотрели на меня.
Я стояла, чувствуя, как холод разливается по венам.
— Это неправда, — сказала я, но голос прозвучал глухо и неуверенно. — Она сама разбила вазу. Она сама упала.
— Сара, как ты можешь такое говорить? — мама посмотрела на меня с болью и разочарованием. — Ты что, серьёзно? Я правду говорю! — выкрикнула я, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. — Она рылась в вещах Маттео! Я пришла поговорить с ней, а она разбила вазу и упала!
— Хватит! — рявкнул Ричард. — Выйди из комнаты. Выйди, Сара.
Я развернулась и вышла из комнаты.
Когда я шла по коридору, я слышала, как мама успокаивает Эмму, как Ричард что-то приказывает прислуге убрать осколки. Как мисс Кэйти всхлипывает и шепчет «бедная девочка».
Я почти дошла до своей комнаты, как вдруг кто-то схватил меня за руку.
— За мной иди, — сказал Маттео тихо.
Я не успела ничего ответить. Он просто взял меня за руку и повёл за собой, не давая опомниться. Мы зашли в его комнату, он закрыл дверь и задвинул щеколду.
Внутри было темно — шторы были плотно задёрнуты, и только тонкая полоска света пробивалась у края окна. Я чувствовала, как сердце колотится в груди, как руки дрожат.
— Это правда не я! — вырвалось у меня, и голос предательски дрогнул. — Я не трогала её, я просто пришла поговорить, а она сама разбила вазу, сама упала и начала кричать, я...
— Тшш, — он подошёл ближе, положил руки мне на плечи и заглянул в глаза. — Я верю тебе.
Я замерла.
— Что?
— Я знаю, что ты не стала бы этого делать, — сказал он мягко. — Ты не такая. Я видел, как она смотрела на тебя, когда все прибежали. В её глазах страха и не было.
Он сделал шаг ближе, и я почувствовала, как его руки обхватили меня. Он обнял меня крепко, прижимая к себе, и я уткнулась лицом в его плечо, чувствуя, как слёзы наконец прорываются наружу.
— Успокойся, ладно? — сказал он тихо, поглаживая меня по спине. — Я здесь. Ты не одна.
Я кивнула, не в силах говорить. Я просто стояла и дышала его запахом, чувствуя, как тепло разливается по телу, как дрожь постепенно уходит.
Мы так стояли несколько минут. Он не отпускал меня, и это было самое безопасное место, которое я чувствовала за последнее время.
Когда я наконец успокоилась, он отстранился, но не убрал руки с моих плеч.
— Теперь заново расскажи, — сказал он тихо. — Спокойно. Что случилось на самом деле?
Я выдохнула, вытерла мокрые щёки и начала рассказывать. Всё с самого начала — как Тиана прибежала ко мне, как рассказала про Эмму, как я пришла в её комнату, как она начала кричать, как разбила вазу и упала сама.
Маттео слушал, не перебивая. Когда я закончила, он вздохнул и покачал головой.
— Да эта дура одержима мной.
— Так и есть, — ответила я.
— Я не позволю ей тебя тронуть, — сказал он, глядя мне в глаза. — Я не позволю никому тебя тронуть. Слышишь?
Я кивнула, чувствуя, как его слова оседают в душе чем-то тёплым и прочным.
И вдруг в дверь постучали. Мы оба замерли.
— Маттео? — послышался голос Эммы. Сладкий, нежный, притворный. — Ты здесь? Я хотела поговорить с тобой. Мне так страшно после того, что случилось.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Она стояла за дверью. В нескольких сантиметрах от нас.
Маттео посмотрел на меня, и я увидела в его глазах холодный расчёт. Он приложил палец к губам, призывая меня молчать, затем медленно, бесшумно шагнул к двери. Он не открыл её, просто встал у самой двери и ответил ровным, спокойным голосом:
— Я занят. Поговорим позже.
Наступила тишина. Я слышала, как за дверью Эмма затаила дыхание.
— Но мне нужно с тобой поговорить, — сказала она, и в её голосе послышалась обида. — Это важно. Я так испугалась...
— Я сказал — позже, — повторил Маттео жёстче, и в его голосе не осталось и следа мягкости.
Ещё одна долгая пауза. Потом её шаги начали удаляться.
Я выдохнула, но не успела расслабиться, как Эмма остановилась. Я услышала её шёпот — такой тихий, что почти неразличимый, но я разобрала каждое слово:
— Я знаю, что ты там не один, Маттео.
И шаги стихли.
Спустя некоторое время я сидела в своей комнате, пытаясь успокоиться после всего, что случилось. Маттео был рядом, мы почти не говорили — просто были друг с другом.
И вдруг снизу раздался крик, от которого я подскочила на месте.
— Сара! Иди сюда, я сказала! Быстро!
Я замерла. Это был голос мамы. Она орала на весь дом, и в этом крике не было привычной строгости — она была в ярости.
Я переглянулась с Маттео, который уже поднялся с кресла.
— Пошли, — сказал он коротко, и я пошла за ним.
Мы спустились в гостиную, где уже стояли  все. Мама была бледной, глаза горели, руки дрожали. Она смотрела на меня так, будто я была её злейшим врагом.
— Что случилось? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Хватит с меня уже! — закричала она, делая шаг ко мне. — Я не позволю тебе больше делать то, что ты хочешь, поняла?!
Я молчала. Просто смотрела на неё и чувствовала, как внутри всё сжимается.
— Прекрасно. Тогда я тоже буду решать всё без твоего мнения.
Она перевела дыхание и обвела взглядом всех присутствующих.
— Вы с Тейтом поженитесь.
В комнате повисла звенящая тишина. А потом все заговорили одновременно.
— Что?! — выкрикнула мисс Кэйти, делая шаг вперёд.
— Что ты сказала? — Маттео шагнул к маме, его голос был низким и опасным.
Райан вскочил с дивана:
— Ты с ума сошла?!
— Это что за бред?! — прорычал Ричард, поднимаясь с кресла и глядя на маму в упор. — Ты серьёзно?
Я смотрела на неё, и внутри всё оборвалось. Она не шутила. Она говорила это на полном серьёзе.
Я смотрела на маму и чувствовала, как внутри всё переворачивается. Она стояла передо мной с таким холодным лицом, будто я была ей никем. Будто все годы, все наши разговоры, все попытки наладить хоть что-то — ничего не значили.
— Ты от меня отказалась, — сказала я, и голос дрогнул. — Теперь указываешь мне, что делать?
— Я думала, мы закрыли этот вопрос, — ответила мама, и в её голосе послышалось что-то похожее на боль. Но она быстро подавила её.
— Да нифига мы не закрыли! — закричала я, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. — Ты сказала, что я тебе больше не дочь! Ты разбила мне сердце! А теперь ты хочешь просто выдать меня замуж, как будто я кусок мебели, от которого можно избавиться?!
Я смотрела на неё, чувствуя, как внутри закипает такая злость, что я едва могла дышать. Слёзы текли по щекам, но я не вытирала их. Я хотела, чтобы она их видела. Чтобы она запомнила их навсегда.
— Да ты меня уже ненавидишь, понимаешь?! — выкрикнула я, не сдерживаясь. — Ты меня не видела, ты меня не слышала, ты даже не пыталась понять, что я чувствую! Никогда! Ты просто приходила в мою комнату, чтобы проверить, жива ли я, а потом уходила, потому что тебе было проще не знать!
Мама побледнела, но не отвела взгляда.
— А теперь ты хочешь просто выдать меня замуж за Тейта, — продолжила я, и голос сорвался на хрип, — потому что тебе так удобно?! Потому что если я выйду замуж, я перестану быть твоей проблемой?!
— С меня тоже хватит, Сара! — рявкнула она, и её голос перекрыл мой крик. — Через три дня сыграете свадьбу! Мне плевать на твоё мнение!
Она повернулась к Тейту, который стоял в углу, бледный, с каменным лицом. Я видела, как он сжал челюсти, как его руки дрожат.
— Мисс будущая Салливан, — процедила мама с ледяной улыбкой, — готовься.
Она развернулась и вышла из комнаты.
Её шаги гулко отдавались в тишине. Мы стояли, и никто не произносил ни слова. Воздух был тяжёлым, как перед грозой.
Я смотрела на дверь, в которой она исчезла, и чувствовала, как внутри что-то умирает. Надежда. На то, что мы сможем когда-нибудь понять друг друга. Она ушла вместе с ней.
А я осталась стоять с чувством, что мир рухнул. И у меня было три дня.
Три дня, чтобы решить — что я хочу делать дальше.
Тейт развернулся и, не сказав ни слова, вышел из гостиной. Его шаги были быстрыми, а плечи напряжёнными. Я не раздумывая побежала за ним, догнав его уже в коридоре у лестницы.
— Тейт, подожди! — я схватила его за руку, и он остановился, но не обернулся. — Пожалуйста, придумай что-нибудь! Ты же не хочешь, чтобы это случилось, я знаю!
Я говорила быстро, почти умоляюще. Мне казалось, что он должен быть на моей стороне. Он же был моим другом, моим союзником.
Он медленно повернулся ко мне. В его глазах не было растерянности. Только холодная, ледяная решимость.
— А знаешь, — сказал он, — я хочу эту свадьбу.
— Что?.. Прости?
Он сделал шаг ко мне, и я невольно отступила.
— Ты всё прекрасно поняла, — сказал он ровно, без эмоций. — Я хочу на тебе жениться.
Я смотрела на него, не веря своим ушам. Это был тот же Тейт, который всегда был рядом, который поддерживал меня, который никогда не давил на меня. А теперь он стоял передо мной и говорил, что согласен на этот абсурд.
— Ты шутишь? — спросила я, чувствуя, как внутри поднимается паника. — Тейт, это не смешно. Ты не можешь этого хотеть!
— Могу, — сказал он спокойно. — И хочу. Ты удивительная, Сара. Ты сильная, красивая, умная. Я всегда считал тебя хорошим человеком. Но ты меня не замечала. Твой взгляд всегда был устремлён на кого-то другого.
Я чувствовала, как пол уходит из-под ног.
— Но не так же, — выдохнула я. — Это же не по-настоящему! Это приказ моей мамы, это не твой выбор.
— Это мой выбор, — сказал он твёрдо. — Я согласился. Я сам решил, что хочу этого. Ты можешь не любить меня сейчас, но я готов ждать. У нас будет время.
Я смотрела на него, чувствуя, как внутри всё рушится. Тот, кого я считала другом, оказался совсем другим человеком.
— Ты предал меня, — сказала я тихо.
— Нет, — покачал он головой. — Я просто выбрал себя. Так же, как ты всегда выбирала себя.
Он развернулся и ушёл, оставляя меня одну в пустом коридоре. Она выиграла. Мама выиграла, и Тейт стал её оружием.
Я стояла в коридоре, пытаясь прийти в себя после разговора с Тейтом, как вдруг сверху, с третьего этажа, донеслись крики.
— Ты реально с ума сошла?! — орал Маттео.
— Не кричи на меня, — голос мамы был холодным.
— Как мы можем быть спокойными?! Ты решила просто выдать её замуж, как вещь? Без её согласия!  — это был Райан.
— Если ты не отменишь эту чёртову свадьбу, — сказал Маттео, и в его голосе звучала такая же сталь, — нас всех в этом доме можешь не ждать. Даже Тиану. Плевать мне.
Повисла тишина. Я слышала, как колотится моё сердце.
— Ты угрожаешь? — спросила мама, и её голос стал тише, опаснее.
— Сама нарываешься, — ответил Маттео. — Я этот дом в пепел превращу, — тихо но с опаской сказал он, и в его голосе было столько ярости, что у меня по спине пробежал холод.
— Прекратите! — внезапно выкрикнула я, не выдержав, и шагнула на лестницу.
Все трое смотрели на меня, и в их глазах я видела одно и то же: войну.
Мама сжала губы и смерила меня ледяным взглядом.
— Сара, это тебя не касается.
— Как это не касается?! — выкрикнула я, поднимаясь на несколько ступенек вверх. — Это моя жизнь! Моя свадьба! Мой выбор! И вы все стоите здесь и решаете за меня, как будто меня вообще не существует!
— Я не позволю этому случиться, — сказал Маттео.
Райан кивнул, поддерживая брата:
— Мы не дадим тебя в обиду.
Мама смотрела на них, потом на меня. Её лицо было непроницаемым, но я видела, как дрожат её пальцы.
— Посмотрим, — сказала она холодно, — как вы заговорите, когда останетесь без крыши над головой и без семьи.
Она развернулась и зашла в спальню, громко хлопнув дверью.
Мы остались стоять на лестнице. Втроём. Наедине с тишиной и начавшейся войной.
Вдруг Маттео ошатнулся. Он схватился за перила, его лицо побледнело, и он прижал руку к голове, закрывая глаза.
— Что с тобой?! — я подскочила к нему, схватив за плечо.
— Да ничего, — ответил он, но голос был глухим. — Просто голова закружилась. Всё нормально.
— Брат, точно всё в порядке? — Райан шагнул ближе, с тревогой вглядываясь в его лицо.
— Да точно, — Маттео выпрямился, хотя я видела, как он всё ещё бледен. — Лучше думайте план, как Сару спасать.
Райан усмехнулся, но в его глазах всё ещё была тревога.
— Ну, сбежать из дома.
— Вау, — Маттео криво улыбнулся, потирая висок. — Никто бы не додумался.
— А что ты предлагаешь? — Райан поднял руки в защитном жесте. — Она всё равно из-под земли нас достанет. У Изабеллы связи по всему миру.
Я стояла и смотрела на них, чувствуя, как внутри растёт отчаяние. Они правы. Сбежать из дома — это временное решение. Она найдёт нас. Всегда найдёт.
— Хочешь домой? — вдруг спросил Маттео, глядя на меня.
Я подняла глаза.
— Не поняла?
— Испания, — сказал он. — Ты же оттуда. Это твоя страна. Твоя территория.
Я почувствовала, как внутри что-то ёкнуло. Испания. Там я была счастлива. Там я была собой. Я смотрела на них, и слова не шли.
— Это безумие, — сказала я тихо.
— Это шанс, — ответил он.
Я перевела взгляд на Райана. Он смотрел на меня, и в его глазах я читала поддержку. Он не говорил ни слова, но я знала — он согласен.
— Подумай, — сказал он тихо. — Мы не торопим тебя. Но если решишься, мы поможем.
Я закрыла глаза и представила. Тёплый ветер, шум моря, старые улочки, где я когда-то бегала босиком. Дом. Настоящий дом, а не этот ледяной особняк, где каждый угол дышит ложью и контролем.
Я открыла глаза.
— Я согласна, — сказала я, и голос прозвучал твёрже, чем я ожидала. — Я хочу в Испанию.
Райан выдохнул, будто ждал этого момента.
— Тогда нам нужно подготовиться, — сказал он, понижая голос. — Мы не можем просто собрать вещи и уйти — твоя мама всё контролирует. Нужен план.
Маттео кивнул, хотя я заметила, что он всё ещё держится за перила.
— Нам нужно уйти ночью, — сказал он. — Когда все уснут. У меня есть машина, она стоит в гараже и не отслеживается. Райан, ты на связи.
— Я достану документы, — добавил Райан. — У меня есть знакомый в городе, он может сделать новые паспорта за день.
— А деньги? — спросила я. — У меня есть карта Ричарда, но она наверняка заблокирована.
— У меня есть наличные, — сказал Маттео. — Достаточно, чтобы мы продержались пару недель. В Испании я знаю людей.
Мы спустились в комнату Маттео и плотно закрыли дверь. Райан достал телефон и начал быстро что-то печатать.
— Я связываюсь с тем парнем. Через два часа у меня будут документы.
— Я собираю вещи, — сказала я. — Что нужно взять?
— Только самое важное, — ответил Маттео. — Деньги, документы, телефон. Одежду и еду мы купим по пути.
Мы работали быстро и тихо.
— Сегодня ночью, в два часа, — сказал Маттео, глядя на меня. — Выходим через чёрный ход. Я жду у гаража. Если всё пойдёт по плану, через сутки мы будем далеко.
— А если что-то пойдёт не так? — спросила я.
Он посмотрел на меня, и в его глазах мелькнула та самая твёрдость, которую я видела у него, когда он принимал решение.
— Тогда мы сожжём мосты.