Элита.

Прошло полтора месяца. Наступила весна.
За окном таял снег, по карнизам звенели капли, а в воздухе пахло чем-то новым — свежестью, надеждой, переменой. Мы сидели на уроке, когда дверь открылась, и в класс вошла мисс Маргарет. Все подняли головы.
— Итак, дети, у меня очень важная информация, — сказала она, поправляя очки.
— О нет, когда вы так говорите, ничего хорошего не происходит, — выпалил Марк, и несколько человек усмехнулись.
Но на этот раз мисс Маргарет улыбнулась.
— Все перевелись в наш класс. Сесилия, Дэймон, Джейсон, Лэйсли. Теперь вы все одноклассники, а не параллель.
Класс оживился. Кто-то свистнул, кто-то захлопал, кто-то просто улыбнулся. Я переглянулась с Сесилией, и мы обе улыбнулись — наконец-то вместе. Полный состав.
— А где всё таки Нара и Элис? Никто нормально не объяснил, — спросил кто-то.
— Нара переехала с Крисом в другую страну. В какую — неизвестно, — ответила мисс Маргарет. Тишина.
— Элис переехала в другой город после всех событий. Её родители не захотели оставлять её здесь после того, что случилось. К тому же она не смогла нормально воспринять то, что её подруга детства оказалась предательницей.
— Эвелин, — тихо сказала я.
Никто не добавил ни слова. Потому что говорить было нечего. Мы все ещё помнили.
— Мне жаль, что так вышло, — сказала мисс Маргарет. — Но я рада, что вы остались. Все вы. Вы — моя гордость. И я верю, что теперь всё будет иначе.
— А ещё у вас новая классная руководительница, — объявила мисс Маргарет, обводя нас взглядом. — Мисс Харрис.
— Да ладно, — протянул кто-то с задней парты.
— Да-да, — улыбнулась она. — Так что не вздумайте её пугать. Она уже наслышана о ваших подвигах.
— Надеюсь, хорошего? — спросил Райан.
— Достаточно, чтобы держаться от вас подальше, — ответила она.
Мы засмеялись. Но потом её лицо стало серьёзнее.
— Теперь другая новость, — сказала она, и голос её стал тише. — Так как после произошедшего у нас перевелась половина класса, мы принимаем новеньких из другой школы. В их школе произошёл пожар, и часть учеников переедет к нам.
— Не понял, — нахмурился Дэймон.
— Это с нами не связано, — пояснила мисс Маргарет. — Просто так сложилось. Они временно будут учиться у нас, пока их школу восстанавливают.
— Мда, — протянул Марк.
— Да ну, что за фигня? — буркнул Ник.
— Я понимаю, новость не самая радостная, — она строго посмотрела на нас. — Но, пожалуйста, отнеситесь к ребятам с пониманием. Никого не обижайте и постарайтесь найти общий язык. Тем более к Эмме и Тейту вы все отнеслись хорошо.
После уроков я вышла из школы и увидела Маттео. Он сидел на скамейке у входа и курил. Весенний ветер шевелил его волосы, а в воздухе пахло сыростью и чем-то новым.
— Дай, — сказала я, подходя и протягивая руку.
— Маленькая ещё, — усмехнулся он, даже не глядя на меня.
Я улыбнулась в ответ и села рядом.
— Я так и не спросил, — сказал он, затягиваясь и выпуская дым в сторону. — Почему ты не захотела уничтожить Элиту?
Я задумалась. Смотрела на дорогу, на редкие машины, на облака, которые медленно плыли по голубому небу.
— Поняла, что всего должно быть поровну, — ответила я. — Добро не может существовать без зла. Если убрать одну сторону, вторая потеряет смысл. Так что пусть будет. Просто мы теперь знаем, кто есть кто.
— То есть наш ангелочек привыкает к тёмной стороне? — подмигнул он мне.
— Можно сказать и так, — я улыбнулась.
Он потушил сигарету о край скамейки и повернулся ко мне.
— Тогда официально добро пожаловать в мир мафии.
— Спасибо, — ответила я.
На следующий день мы вошли в школу и увидели их. Те самые парни из кафе. Они стояли в холле, громко смеялись, разглядывали проходящих учеников и вели себя так, будто купили это здание вместе с парковкой.
Я остановилась как вкопанная. Маттео — рядом.
— Что они тут делают? — спросила я.
— Сейчас узнаем, — ответил он и направился к ним.
Марк и Маттео подошли почти одновременно. Маттео встал вплотную к тому самому парню, который тогда начал драку.
— Вы чё тут забыли? — спросил Маттео, даже не здороваясь.
— О, вот это да! — парень расплылся в ухмылке и обвёл взглядом своих дружков. — Да быть такого не может! Эти идиоты тоже здесь. Вот это нам повезло. Школа уже начинает нравиться.
— Слышь, индюк напыщенный, — сказал Маттео спокойно, почти лениво, — завали свой поганый рот и говори какого хера ты здесь делаешь?
— А что? — парень шагнул вперёд, глядя сверху вниз. — Вас, изгоев, не предупредили, что главные вступают в игру? Мы теперь с вами учимся, сынок.
Марк толкнул его одной рукой в плечо, не сильно, но с нажимом.
— Ты что-то попутал, родной.
— Уже родной? — парень усмехнулся, разведя руками. — Очень мило с вашей стороны. Прямо семейное тепло.
Маттео посмотрел на него в упор. Взгляд был тяжёлый, как свинец.
— Я тебя не знаю. И знать не хочу. Но если ты думаешь, что эта школа станет твоим личным цирком, ты сильно ошибся.
— Мой цирк — мои правила, Хадсон, — парень не отвёл взгляда. — Ты, видимо, забыл, как я тебя в кафе приложил. Сейчас я здесь на постоянке. Так что привыкай видеть мою красивую рожу каждый день.
Маттео усмехнулся — коротко, без веселья.
— Твоя рожа запоминается только тем, как быстро она встречается с полом.
Парень дёрнул плечом, его дружки заулыбались.
— Осторожнее, мальчик. Я здесь не один, и у меня тоже есть «друзья». У нас теперь общая столовая, общий спортзал и общие коридоры. Мы будем видеться чаще, чем ты хочешь.
— Тем лучше, — ответил Маттео. — Я люблю, когда цель рядом.
— Полегче, — вмешался второй парень из их компании. — Мы здесь не драться пришли.
— А выглядите так, будто пришли бардак наводить, — бросил Марк.
— Это наш стиль, — усмехнулся главный. — Тебе не понять, ты же из тех, кто заучивает правила, а не устанавливает их.
Марк хотел шагнуть вперёд, но Маттео перехватил его руку.
— Не надо, — сказал он тихо. — Они этого ждут.
— А ты что, струсил? — спросил парень, глядя на Маттео.
— Я просто не хочу пачкать руки о таких, как ты, — ответил Маттео. — Но если ты и дальше будешь открывать свой рот, я найду способ сделать твою жизнь здесь невыносимой.
— Ой, страшно, — парень театрально схватился за сердце.
— Смотри, чтоб оно у тебя не остановилось, — усмехнулся Маттео, коротко скользнув взглядом по его рукам.
Он подмигнул — медленно, нагло, почти лениво — и, не оборачиваясь, пошёл прочь.
Парень на секунду замер. Его дружки переглянулись. Марк усмехнулся и пошёл следом.
— У нас ещё будет время пообщаться, — крикнул парень вслед.
— Я рассчитываю на это, — не оборачиваясь, ответил Маттео.
Я стояла в стороне и смотрела.
— Что они здесь забыли? — спросила Лэйсли, кивая в сторону парней, которые всё ещё стояли в холле.
— Пришли полы в нашей школе мыть, — сказала я громко, чтобы они услышали.
Парни обернулись. Главный усмехнулся, но ничего не сказал, только покачал головой. Они не стали подходить. Я видела, что им хотелось, но они сдержались.
— Пошли в туалет, — сказала Лэйсли. — Мне нужно контур губ поправить.
— Хорошо, пошли.
Мы зашли в женский туалет. Внутри было пусто, но через пару секунд дверь с грохотом распахнулась. Туда влетела компания — три девушки. Первая, явно лидер, с короткой длинными волосами, очки на голове и дерзкий взгляд. Вторая — высокая, с накачанными руками, явно знающая, как бить. Третья — молчаливая, с холодным взглядом, которая сразу отошла к стене, скрестила руки и стала наблюдать. У одной из них была маленькая девочка, она встала у раковины и тряслась от страха.
— Слышь, курица, сейчас туфли мои лизать будешь, поняла?! — крикнула лидерша, толкнув девочку в плечо.
— Я же ничего не сделала, — еле слышно ответила та.
— Отказываешься быть моей подругой. Этого достаточно.
— Какая подруга! — голос у девочки дрогнул. — Ты из меня рабыню пытаешься сделать!
— Завали ебало, поняла?
— Ты чё, с головой не дружишь? — вмешалась Лэйсли, шагнув вперёд.
Лидерша медленно повернулась к ней, окинула взглядом с ног до головы, ухмыльнулась и обернулась к подругам.
— Смотрите, кто к нам пожаловал, — протянула она с кривой улыбкой. — Ещё две курицы. Надеюсь, вы не собираетесь лезть в дела, которые вас не касаются?
— А ты думаешь, я буду стоять и смотреть, как ты издеваешься над людьми? — спросила Лэйсли, сложив руки на груди.
— Я не издеваюсь, я воспитываю, — усмехнулась та. — Или ты тоже хочешь урок?
— Мне от тебя уроков не нужно, — отрезала Лэйсли. — Человеческим языком разговаривать не умеешь.
— Ой, какие мы правильные, — вставила вторая, подходя ближе. — Сразу видно, что вы не местные. Не знаете, с кем связались.
— Сталкивались с такими, как вы, уже не раз. Только обычно они заканчивали хуже.
— Это угроза? — спросила лидерша, сузив глаза.
— Это предупреждение, — ответила я, глядя прямо на неё.
Девушка расхохоталась.
— Вы серьёзно? Две маленькие девочки думают, что могут указывать мне? — она подошла ко мне вплотную. — Если ты думаешь, что я буду париться из-за вас, ты ошибаешься. Я могу сделать вашу жизнь здесь невыносимой. Я знаю эту школу. Я знаю, где и как надавить.
— Ты пока только языком чешешь.
Вторая девушка шагнула к Лэйсли, наступила ей на ногу и замахнулась. Лэйсли перехватила её руку на лету и сжала так, что та скривилась от боли. Ногу пнула со всей дури.
— Не советую, — сказала Лэйсли ледяным голосом.
— Отпусти её! — крикнула лидерша.
— Только если ты уберёшь свои грязные руки и ноги от этой девочки, — я кивнула в сторону той, которая всё ещё стояла у раковины и смотрела на нас широко раскрытыми глазами.
Лидерша оглянулась на неё, потом на нас, потом на своих подруг. В воздухе повисла тишина.
— Ты пожалеешь, — сказала она.
— Возможно, — ответила я.
Она развернулась и вышла. Подруги — за ней.
— Когда-то это была ты, — посмеялась я, глядя на Лэйсли.
— Я была настолько мерзкой? Иу, — скривилась она.
— Как мы после такой ненависти стали подругами?
— Противоположности притягиваются, — усмехнулась она.
— Это точно.
— Эта мымра испачкала мои туфли! — возмутилась Лэйсли, глядя на свою обувь.
— Лучше с грязными туфлями ходить, чем с грязной репутацией, — ответила я, улыбнувшись.
Мы вышли из туалета. В коридоре было людно. Я сразу увидела компанию Маттео: наши ребята и ещё несколько парней с параллельных классов. Они стояли в конце коридора, обсуждали что-то и смеялись. Мы подошли.
— Ну что, успели подружиться с другой школой? — спросил Ник, приподняв бровь.
— Не то слово, — ответила Лэйсли, закатив глаза.
— Видимо, будет жара, веселуха от души, — ухмыльнулся Марк.
— Ну что ж, игра начинается, — сказал Маттео, скрестив руки на груди. — Не хотят по-хорошему — будем играть по их правилам.
— Выглядите так, будто сбежали с типичного фильма про хулиганов, — заметила я.
— Мы его главные герои, — усмехнулся Джейсон.
— Давайте не позориться, — сказала Лэйсли, закатывая глаза.
— Они портят нам ауру, — добавил Марк, кивая в сторону парней, с которыми мы уже успели пересечься.
— Пойдёмте на химию, — предложил Ник.
— Ну погнали.
Мы вошли в класс и замерли. За партами сидели те, кого мы успели сегодня возненавидеть.
— Вы угараете, — сказал Марк.
— Вы издеваетесь, — выпалил Райан
— Вселенная, сколько нам ещё испытаний проходить? — выдохнул Джейсон.
Мы подошли к своим местам. Я уже почти села, но на моём стуле сидела вторая подружка той недолидерши — Кэрис, кажется. Она развалилась, положила ногу на ногу и даже не посмотрела в мою сторону.
— Я тут сижу, — сказала я.
— Упс, мне всё равно, — ответила она, не отрываясь от телефона.
— Я ещё раз повторяю, это моё место.
— Ты, походу, глухая, — протянула она.
— А ты, видимо, умственно отсталая, — парировала я.
— Че сказала сучка?!
— Что слышала, блять.
— Девочки, что случилось? — спросила учительница, мисс Блейк.
— Ничего, просто кое-кто не понимает, что если я уже села на место, значит, не буду уступать, — ответила девушка, скрестив руки.
— Ну знаешь ли, — сказала я и скинула все её вещи на пол.
— Ты че, совсем ахуела?!
— Материться на каждом шагу, кстати, не круто, — ответила я спокойно. — И да, не позорься, пожалуйста, а то уже за тебя щёки краснеют.
Она вскочила, схватила меня за руку.
— Я тебя запомнила, шалава.
— Кроме оскорблений не можешь ничего сказать? — усмехнулась я.
— Хватит! — рявкнула мисс Блейк. — Вы мне срываете урок! Сейчас выгоню вас! Кэрис, садись уже куда-нибудь!
Кэрис злобно посмотрела на меня, подняла свои вещи с пола, бросила их на парту и плюхнулась на соседний ряд. Я села на своё место, выдохнула и развернула тетрадь.
Спустя пять минут в класс зашла Сесилия. Запыхавшаяся, с огромной сумкой и видом человека, который выжил после битвы.
— Уф, боже, очередь в столовой огромная, — выдохнула она, плюхаясь рядом со мной.
Все на неё посмотрели.
— Что?
— Да тут конфликт небольшой был за парту, — усмехнулась я.
— Опять? — закатила она глаза.
— Когда по-другому.
Я тихо, пока шёл урок, пересказала ей всё.
— Мисс Хадсон, к доске.
— Я? — удивилась я.
— Нет, мисс Райан.
Все засмеялись. Райан закатил глаза и буркнул:
— Ну спасибо.
— Решай задачу.
Я подошла к доске, взяла мел и уставилась на формулу, которая выглядела как зашифрованное послание с другой планеты. Да, с химией я тоже совершенно не дружила.
— Ну... эм... — протянула я.
— Прошу, Сара.
Я простояла у доски минут шесть. Написала пару символов, потом их стёрла. Потом ещё пару. В итоге на доске красовалась только дата.
— Как таких тупиц земля носит? — громко сказала лидерша с задней парты.
— Эйприл, хочешь к доске?! — рявкнула мисс Блейк, сверкнув глазами.
— Да нет, — ответила та, — Мне и тут хорошо сидится.
— Вот и молчи тогда. Сара, ты издеваешься? Ты уже сколько стоишь у доски? Хоть что-нибудь напиши уже!
Я вздохнула, посмотрела на класс, потом на доску и тихо сказала:
— Простите, я не помню эту тему.
— А что ты помнишь? — спросила мисс Блейк.
— Что химия — это не моё, — честно ответила Мисс Блейк покачала головой:
— Садись, два. И в следующий раз готовься, — сказала мисс Блейк, ставя мне оценку в журнал с таким видом, будто я лично обидела её семью.
Я уже собиралась пойти на место, но вдруг с задней парты крикнул Маттео.
— Давайте если я решу, вы ей не будете ставить, — сказал он.
Мисс Блейк сняла очки, посмотрела на него с очень огромным подозрением.
— Вместе с сестрой двойку хочешь? Ты и химия — это точно несовместимо, Маттео. Даже мне интересно на это посмотреть.
Маттео вышел к доске. Взял мел. Посмотрел на задачу секунд пять. И начал писать. Быстро. Уверенно. Без остановок. Через три минуты на доске красовалось идеальное решение, с формулами, объяснениями и даже схемой.
Мисс Блейк подошла к доске, прищурилась, провела пальцем по строчкам. Её рот приоткрылся.
— Да ну быть такого не может! — она повернулась к Маттео. — Это точно ты?
— Пришлось учить, пока формулу бомбы искал, — ответил он с каменным лицом.
Все замерли. Тишина в классе стала такой густой, что можно было резать ножом.
— Я шучу, — добавил он.
— Садись. И если это правда, я не хочу знать.
Маттео сел. Я посмотрела на него, он — на меня.
— Спасибо, — прошептала я.
— Не за что, принцесса, — ответил он и подмигнул.
Прозвенел звонок, мы пошли в столовую. Народу было много — шум, гам, стук подносов, смех. Мы взяли еду, сели за свободный столик у окна. Лэйсли сразу же бросила взгляд в сторону компании Эйприл, которая занимала сразу три стола и вела себя так, будто купила это место вместе с мебелью.
— Вам не кажется, что они совсем охренели? — спросила Лэйсли, кивая в их сторону.
— Возвращается старая Лэйсли? — улыбнулась Сесилия.
— Будут дальше продолжать — увидят мою сущность, — ответила Лэйсли, с хрустом откусывая яблоко.
— Видимо, началась война, — сказала я.
— Надо бы узнать, откуда они, что из себя представляют. Спрошу у Джейсона.
— Ого, — я приподняла бровь. — Что-то очень часто из твоих уст выходит имя «Джейсон».
— Эм, мы просто друзья, — ответила Лэйсли, но я заметила, как она чуть смутилась.
— Ну-ну, — протянула я.
— Точно так же, как у тебя с Маттео, — вмешалась Сесилия, глядя на меня.
— И точно так же, как с Райаном, — добавила Лэйсли, переведя взгляд на неё.
— Не придумывайте ничего, — сказала я.
— Вы тоже, — парировали они хором.
— Что делаете? — к нам подбежала Эмма, запыхавшаяся и с сияющими глазами.
— Сплетничаем, — ответила Сесилия.
— Мм, ясно. Вы видели Маттео?
— За школой с парнями, — сказала я.
— Поняла, спасибки! — она развернулась и убежала, даже не попрощавшись.
Мы переглянулись.
— Она тебе не кажется странной? — спросила Лэйсли.
— Почему?
— Ну, явно неровно дышит к Маттео.
— Мне-то что, — пожала я плечами и сделала глоток сока.
— Пф, — усмехнулась Сесилия.
Я смотрела, как Эмма убегает в сторону выхода, и чувствовала внутри странное, необъяснимое чувство. Не ревность. Скорее, лёгкое беспокойство.
К нам подошли эти три стервы. Эйприл впереди, Кэрис и их третья подружка — как тени, с одинаковыми ухмылками. Я даже не успела ничего сказать, как Кэрис сделала шаг вперёд.
— Хотите охладиться? — ухмыльнулась она.
Не успели мы открыть рот, как она вылила на нас свой стакан. Липкий, холодный, молочный коктейль разлился по волосам, по одежде, по лицу. Я замерла на секунду, чувствуя, как сладкая жидкость стекает по шее за воротник.
Лэйсли опомнилась первой. Она схватила Эйприл за волосы и с размаху влепила ей звонкую пощёчину, от которой голова той дёрнулась в сторону.
— Да ты ахуела, мразь! — закричала Лэйсли.
Они сцепились. Эйприл ответила, вцепилась в плечи Лэйсли, и они начали таскать друг друга по столовой, сбивая стулья и задевая проходящих. Кто-то крикнул, кто-то засмеялся. Их разъединили какие-то парни — кажется, я уже не смотрела.
Я молча вышла из столовой и пошла в туалет.
Внутри было пусто. Я подошла к раковине, включила воду, смотрела в зеркало на свои липкие волосы, на размазанный макияж, на коктейль, который стекал по шее. Я молча мыла лицо, смывала эту липкость, но внутри всё кипело. Я закрыла глаза, глубоко выдохнула. Не сейчас. Не здесь.
Зашла Эмма.
— Ой, что случилось?! — всплеснула она руками, подбегая ко мне.
— Всё в порядке, — ответила я, даже не взглянув на неё.
— Блин, у тебя есть другие вещи?
— Нет.
— Давай я тебе дам кофту Маттео? — сказала она так легко, будто это было само собой разумеющимся.
Я замерла и медленно повернулась к ней.
— Не поняла.
— Ну, вон на мне которая, — она указала на себя. — Мне стало холодно, и он мне дал. Могу снять и тебе одолжить.
Я молча посмотрела на неё. На её улыбку. На её якобы заботливый тон. На кофту Маттео, которая висела на её плечах — его, я узнала её сразу.
— Себе оставь, — сказала я и вышла.
Я шла по коридору, не зная куда.
Вышла во двор, прошла мимо ворот и просто пошла. Не знаю куда — просто подальше от школы, от голосов, от этой липкой сладости, которая всё ещё чувствовалась на коже.
Я пришла в парк. Скамейка была пустой, листья уже начали распускаться.
Я села, сжала руки в кулаки, а потом слёзы нахлынули сами. Не громко, не истерично — просто тихо потекли по щекам, и я не вытирала их.
Я не знаю, от чего. Просто обидно. Немного. А от чего обидно — я так и не поняла. Может, от коктейля. Может, от того, что Эйприл и её подруги чувствуют себя здесь главными. Может, от того, что я снова чувствую себя чужой в школе, где должна быть своей. А может, от того, что Эмма стояла в кофте Маттео и предлагала мне её одолжить, как будто это была какая-то мелочь.
Может, от того, что он вообще дал ей эту кофту.
Я закрыла глаза и откинула голову назад. Слёзы всё ещё текли, но я перестала их сдерживать. Пусть текут. Хотя бы здесь. Хотя бы одной. Я сидела на скамейке в парке и плакала. Стыдно? Возможно. Но мне было всё равно. Я просто хотела, чтобы этот день закончился. И чтобы никто не трогал меня. Хотя бы один день. Хотя бы один вечер. Хотя бы сейчас.
Весь день у меня болела голова.
Сначала я не придавала этому значения — ну голова, ну болит, бывает. Но к обеду я поняла, что меня тошнит. На физкультуре я еле стояла на ногах, и Марк спросил, не упаду ли я прямо сейчас.
Температура поднялась уже к уроку химии. Я чувствовала, как горят щёки, как ломит тело, как каждый шаг отдаётся в висках.
Может, это и повлияло на моё отношение к тому, что произошло. Может, если бы я была в порядке, я бы не разревелась из-за какой-то кофты. Не обратила бы внимания на Эмму. Не чувствовала бы себя такой разбитой.
Но я была больна. И в этом состоянии всё казалось острее, громче, больнее. Обида — глубже.