Элита.

— Что вы здесь делаете?
— Можно поговорить с тобой? — тихо сказал он. — Пожалуйста.
Я кивнула, вышла на улицу, прикрыла дверь. Мы отошли к скамейке под старым деревом.
— Я хотел бы извиниться, — начал он, и голос его дрогнул.
— Извиниться? — переспросила я, чувствуя, как ком подступает к горлу.
— Да. Я очень перед тобой виноват, — он опустился на скамейку, провёл рукой по лицу. — Я отобрал у тебя буквально всё. Маму, дом, семью, друзей. Затем обвинил тебя в том, чего ты не делала.
— Я...
— Нет, подожди, — он поднял руку, и я заметила, как она дрожит. — Дай договорить.
Я замолчала.
— Но и ты меня пойми, — он теребил руки. Смотрел на асфальт, не на меня, — Я потерял ребёнка. Которому дал уже имя. Которому купил вещи, коляску, соску. Понимаешь? Я будто... будто потерял частичку себя.
— Я понимаю, — прошептала я.
— Я не хотел тебя никак задеть, посадить тем более, — он провёл рукой по лицу, — Это всё было на эмоциях. Я... я ужасно переживал за твою маму. Она стала смыслом моей жизни. Поверь, у меня самого жизнь непростая. Я через столько прошёл.
Он замолчал. Этот сильный, властный мужчина, который командовал Элитой, перед которым трепетали люди, — сейчас сидел передо мной, разбитый, потерянный, одинокий.
— Прошу, прости меня, — он поднял на меня глаза. — Я пойму, если ты сейчас меня не послушаешь.
Я долго молчала. Внутри боролись обида и жалость, злость и понимание, боль и пустота.
— Ричард, — сказала я наконец. Он замер. — Я не могу сказать, что всё забыла. Не могу сказать, что не больно. Но я прощаю тебя. Не за то, что ты сделал. А за то, что ты пришёл.
— Сара... — выдохнул он.
— Я знаю, что ты любишь маму. Знаю, что ты не хотел причинить мне боль. Знаю, что ты сам страдаешь, — я сделала паузу. — Но я тоже страдаю. Я потеряла брата, которого никогда не узнаю. Я чуть не потеряла маму. И я не винила тебя. Я винила только себя.
— Прости, — прошептал он.
— Я уже простила, — ответила я. — Просто... будь рядом с ней. Сделай её счастливой. Это всё, что я прошу.
Он встал, шагнул ко мне, замер.
— Можно? — спросил он.
Я кивнула.
Он обнял меня — неловко, осторожно, как будто я могла разбиться. Я почувствовала, как он дрожит, как тяжело дышит.
— Спасибо, — прошептал он. — Спасибо, Сара.
— Иди, — я похлопала его по спине. — Иди к ней.
Я вернулась в дом. Захлопнула дверь, прислонилась к ней спиной на секунду, перевела дыхание.
— Кто там был? — спросил папа, не поднимая головы.
— Ричард, — ответила я, проходя к столу.
— Что хотел? — сухо спросил Маттео.
— Извинился, — сказала я, садясь на стул. Помолчала секунду, собираясь с мыслями. — Давайте не будем напряжённо друг к другу относиться больше. Я не хочу, чтобы мы враждовали или были в ссоре. Пожалуйста.
Все замолчали. Папа перестал разливать чай, замер с чайником в руке. Райан поднял голову от подушки, которую обнимал на полу. Маттео смотрел на меня долгим взглядом.
— Ладно, — сказал Райан первым, откидываясь обратно. — Я не против.
— Хорошо, — кивнул папа и продолжил разливать чай.
Маттео молчал. Я смотрела на него, ждала.
— Маттео. Ты в порядке? Тебе лучше? — спросила я, чтобы хоть что-то сказать, чтобы сломать эту вязкую тишину.
— Да, — ответил он коротко.
— Хорошо, — я выдохнула.
— Слышал, ты гонками увлекаешься? — спросил папа как бы невзначай.
— Ага, — Маттео поднял глаза. — А вы откуда?
— Сара рассказала. А я, знаешь, тоже был гонщиком.
Маттео поднял голову. Впервые за утро — с живым интересом.
— Почему бросили?
— Скорее, семейные обстоятельства, — сказал он. — И одна женщина, которая сказала, что если я ещё раз приду домой в три часа ночи с запахом резины, она выйдет замуж за кого-нибудь поспокойнее.
— И вы испугались?
— Я влюбился, — поправил папа. — Это страшнее любых поворотов.
Маттео усмехнулся — впервые за утро не краешком губ, а нормально.
— Кстати, — я решила подлить масла в огонь. — Райан тоже гоняет.
— Правда? — папа удивился.
— Ага, — подтвердил Маттео, кивнув в сторону дивана, где Райан делал вид, что не слушает.
— Только не так профессионально, как его братишка, — добавила я.
— Эй! — Райан приподнялся на локте. — Я хотя бы не врезался в ограждение на прошлой неделе.
— Это был не я, — спокойно ответил Маттео. — Это машина задумалась о вечном.
— Машина? — Райан сел. — Еще скажи, что ты врезался, потому что решил объехать улитку на дороге.
— Там была не улитка.
— А кто?
— Лягушка.
— Лягушка? — я не выдержала и засмеялась.
— Огромная, — невозмутимо ответил Маттео. — С королевской осанкой. Я не мог её сбить.
— И поэтому ты въехал в столб?
— Я не въехал, а просто припарковался неудачно. Всё же лучше, чем гнаться за пикапом с мороженым, — заметил Маттео.
Райан покраснел.
— Это была акция! — возмутился он. — Ограниченный выпуск.
— Ты проехал три километра за ванильным рожком, — сказал Маттео.
— И оно того стоило.
— Вы ненормальные, — вздохнула я.
— Семейное, — ответили они хором.
Папа засмеялся. Я покачала головой.
— Ладно, — он встал, собрал тарелки. — Пойду куплю продуктов. А вы здесь без меня не перестреляйте друг друга.
— Постараемся, — ответил Райан.
— Не обещаем, — добавил Маттео.
Папа ушёл, а мы остались на кухне. Я села на стул, поджав под себя ноги, и посмотрела в окно. Небо было серым, но без дождя, и на термометре за стеклом — плюс двенадцать. Странно для конца ноября.
— Через несколько дней зима, — сказала я, размешивая сахар в чае.
— А погода такая, будто лето, — отозвался Маттео, не поднимая головы от телефона.
— Говорили, что с завтрашнего дня похолодает.
— Теплее одевайся тогда, — он мельком взглянул на меня.
— И ты, — парировала я. — Тебе полезнее.
— Почему это?
— Меньше болеть будешь.
Он хмыкнул, но не возразил. Просто коротко бросил:
— Понял.
— Вы не забыли, что я тоже тут? — спросил Райан сделав обиженное лицо.
Маттео, не глядя, спокойно произнёс:
— Слышишь, комар какой-то тут мешается?
— Да-да, что-то жужжит, — поддержала я, пряча улыбку в кружку.
Райан театрально закатил глаза и откинулся обратно на подушки.
— Ну ахренеть, — буркнул он, но беззлобно.
— Ты сам напросился, — сказал Маттео.
— Я не напрашивался, я просто напомнил о своём существовании.
— Теперь мы в курсе, — Маттео подмигнул, — Можешь исчезать обратно.
— Обидно, — вздохнул Райан.
— Бывает, — ответил Маттео.
— Вы не забыли, что в школу надо? — сказала я, поставив кружку на стол.
— Да боже, — простонал Райан, закатывая глаза. — Она когда-нибудь закончится?
— Только в твоих мечтах, — ответила я.
Райан закрыл глаза и сложил руки на груди, изображая глубокую задумчивость.
— Я мечтаю о вечном лете, отсутствии уроков и бесконечном запасе пиццы.
— Осуществимо, — сказал Маттео.
— Правда?
— Нет.
— Спасибо, — вздохнул Райан.
— Всегда пожалуйста, — ответил Маттео.
— Вы невыносимы, — я покачала головой. — И кстати, вы сегодня слишком много болтаете.
— Настроение отличное, — пожал плечами Райан.
— Я заметила.
Я вздохнула, собрала со стола последние кружки, ополоснула их в раковине.
— Ну что, — сказал он, — идём, что ли.
— Идём, — ответила я.
Мы собрались и поплелись на учёбу. Райан натянул куртку прямо на домашнюю кофту, Маттео сунул руки в карманы и пошёл к выходу, даже не взглянув на градусник.
— Школа, — сказал Райан, когда мы вышли на улицу, и в его голосе прозвучало что-то среднее между тоской и сарказмом. — Родная школа.
— По тебе очень видно, что ты скучал, — пошутил Маттео.
— Заткнись.
— Сам заткнись.
— Вы оба заткнитесь, — сказала я, не оборачиваясь.
— Молчим.
Небо было серым, низким, но без дождя, закончился. Машины на дороге сигналили, редкие прохожие кутались в куртки.
— Сегодня в школу приедет Министерство Юстиции, — сказал Райан, когда мы завернули за угол.
— Зачем? — я нахмурилась.
— С лекцией о безопасности. Типа, не ходите тёмными переулками, не садитесь в машину к незнакомцам.
— Мы это уже проходили, — ответил Маттео.
— Класса с четвёртого.
— И до сих пор не слушаете, — добавила я.
— Это потому, что мы умные, — ответил Райан.
— Или слишком самоуверенные, — заметил Маттео.
— Одно и то же, — сказала я.
Райан хотел возразить, но передумал.
Мы подошли к школе. Она выглядела как обычно — серое здание с огромными окнами, табличка на входе, курящие старшеклассники у крыльца.
— Сара! — крикнула Киара, стоя у входа. — Ты жива!
— А почему не должна? — ответила я, удивлённая её эмоциональной встречей.
Она обняла меня, потом отстранилась, глядя на меня широко раскрытыми глазами.
— Слышали? ФБР приедет в школу. Будет всех обыскивать. На наличие оружия, наркотических веществ и так далее.
— В смысле?
— В прямом, — Киара дёрнула плечом, поправляя лямку рюкзака.
Я повернулась к Райану, который стоял в двух шагах, засунув руки в карманы, и делал вид, что его это не касается.
— Ты же сказал, что будет техника безопасности. И вообще откуда взялся ФБР?
Райан пожал плечами, но его лицо стало чуть напряжённее.
— Я сам ничего не понял.
— И что теперь? — спросила я.
— А что теперь, — Маттео подошёл сзади, встал рядом, скрестив руки на груди. — Будут обыскивать. Найдут — будут вопросы. Не найдут — разойдутся.
— У тебя есть что-то, что могут найти? — спросила я.
Маттео посмотрел на меня. Один короткий взгляд.
— Нет, — ответил он.
— Лапша вкусная.
— Всё нормально, — перебил он. — Я не маленький ребенок. Сам отвечу.
— А ты? — спросила я у Райана.
— А что я? — он усмехнулся. — Я законопослушный гражданин.
— Так и поверила, — сказала Киара.
— Ладно, — он вздохнул. — Есть кое-что. Но я спрятал.
— Где? — спросила я.
— В машине.
— В какой?
— В той, которую я разбил на прошлой неделе.
— Ты разбил машину? — не поняла Киара, вытаращив глаза.
— Долгая история, — отмахнулся Райан, но договорить не успел.
Не успели мы войти в школу, как кто-то с размаху врезал Райану по лицу — прямо у ступенек, на глазах у десятков учеников. Райан отшатнулся, схватился за щеку, и я увидела, как из разбитой губы потекла кровь.
— Сукин сын, — прошипел нападавший — высокий парень с короткой стрижкой и злыми, пустыми глазами. — Думал, я тебя оставлю в покое после вчерашнего?!
— Ты что, с ума сошёл?! — выкрикнула я, хватая его за рукав. — Ты кто?
Парень резко повернулся ко мне, и его взгляд был таким тяжёлым, что на секунду я забыла, как дышать.
— Тот, кто хотел, чтобы ты сдохла, — ответил он. — Ты ещё жива, Хадсон? Жаль.
— Что? — не поняла я.
— Я сказал: жаль, что ты не утонула.
Не успела я договорить, как Маттео вмазал ему — сильно, точно, со всего размаха. Голова парня дёрнулась, он пошатнулся, но не упал, только сплюнул кровь на асфальт и оскалился в ухмылке.
— Так это ты был, Кайл, — сказал Маттео, и голос его был таким холодным, что у меня мороз побежал по коже.
— А ты братишка, — Кайл усмехнулся, вытирая разбитую губу. — Тоже хочешь добавки?
— Попробуй, — ответил Маттео.
Из ниоткуда выбежали трое — друзья Кайла. Я не узнала их, но чувствовала: они из той же компании, что и он. Один — рыжий, с короткой стрижкой и бычьей шеей. Второй — худой, длинноволосый, с цепью на шее. Третий — низкий, коренастый, с кривой усмешкой, которая не предвещала ничего хорошего.
— Кайл, ты чего? — спросил рыжий, подходя ближе. — Мелкого недобили?
— Сами вы мелкие, — Райан шагнул вперёд, заслоняя меня.
— О, смотрите, — протянул коренастый. — Райан Хадсон собственной персоной. Как жизнь? Говорят, тебя недавно хоронили.
— А тебя не научили не лезть не в своё дело? — парировал Райан.
— Я всегда лезу, куда хочу.
— Тогда пеняй на себя.
Длинноволосый снял цепь с шеи, обмотал вокруг кулака.
— Может, научим их уважению? — спросил он у Кайла.
— Научим, — кивнул тот.
Маттео не стал ждать. Он ударил первым — снова в Кайла, и тот отлетел к стене школы. Райан бросился на рыжего, и они сцепились, как два зверя.
И тут начался хаос.
Из-за угла выскочили друзья Маттео и Райана — человек пять, не меньше. Я узнала среди них Марка, высокого, с вечно взъерошенными волосами, и Дэвида, молчаливого парня с татуировкой на шее. Они увидели хаос и, не раздумывая, врезались в толпу.
— Ну держитесь суки! — крикнул Марк, замахиваясь на длинноволосого.
— Марк, слева! — предупредил Дэвид.
Коренастый попытался ударить Маттео со спины — я закричала, но Маттео ушёл в сторону, и кулак пришёлся по плечу Дэвиду. Тот даже не охнул — развернулся и врезал коренастому в челюсть так, что тот улетел на землю.
— Спасибо, — сказал Маттео.
— Не за что, — ответил Дэвид.
Рыжий пытался прижать Райана к земле, но Райан вывернулся, ударил его в живот, потом в лицо. Мимо пробежал Киара, оттащила меня подальше от центра схватки.
— Сара, уходи! — крикнула она.
— Не уйду! — заорала я в ответ.
— Ты подумай головой!
— Я думаю!
— Не похоже!
Марк раздал тумаков направо и налево — его кулаки мелькали так быстро, что я не успевала следить. Кто-то из дружков Кайла попытался ударить его со спины, но подбежал ещё один парень — Крис, кажется — и перехватил удар.
— Марк, ты мне должен! — крикнул он.
— Запиши в счёт! — ответил Марк, не оборачиваясь.
Длинноволосый размахнулся цепью — я видела, как она сверкнула на солнце. Маттео перехватил его руку на лету, резко дёрнул, и цепь со звоном упала на асфальт. Следующим движением он врезал длинноволосому в нос — хруст раздался такой, что мне стало не по себе.
— Ещё раз тронешь Сару — убью, — сказал Маттео тихо, но так, что все услышали.
Длинноволосый схватился за лицо и отступил.
Кайл поднялся с земли, вытер разбитую губу, оскалился.
— Это не конец, Хадсоны, — сказал он.
— Свали нахрен уже.
Кайл развернулся и ушёл. Его дружки поплелись за ним — кто держась за лицо, кто за живот, кто просто униженно опустив головы. Драка стихла так же внезапно, как и началась.
Марк отряхнул куртку.
— Хорошая разминка, — сказал он.
— Ты бы ещё чаю попил перед этим, — усмехнулся Райан.
— Успею.
Дэвид сплюнул кровь.
— Они ещё вернутся.
— Пусть, — ответил Маттео.
Откуда то появилась Сесилия и подошла ко мне, взяла за руку.
— Ты в порядке?
— Да.
Маттео подошёл ко мне, его костяшки были разбиты, на губе запеклась кровь.
— Ты как? — спросила я.
— Нормально.
Райан похлопал Марка по плечу.
— Спасибо, брат.
— Не за что, — ответил Марк.
Друзья разошлись. Мы остались стоять у школы — я, Киара, Маттео и Райан.
— Ну что, — сказал Райан. — Теперь в школу или сразу в морг?
— Ты идиот, — ответил Маттео.
— Я прирожденный гений.
— Самовлюблённый дурак, — сказала Киара, качая головой.
— Вы просто не цените мой интеллект.
Мы зашли в школу, коридоры уже гудели. Все обсуждали драку, кто-то показывал видео на телефонах, кто-то перешёптывался у шкафчиков.
— Какой сейчас урок? — спросил Райан.
— Физкультура, — ответила Киара, заглядывая в расписание на телефоне.
— Сегодня же будем в волейбол играть, соревноваться, — оживился Райан. — У нас же сегодня урок с классом мисс Смит.
— Ну вот и попался Кайл, — тихо сказал Маттео, и в его голосе не было ни капли сомнения.
Я посмотрела на него. Он стоял, прислонившись к стене, глаза его горели холодным, спокойным огнём.
— Что ты задумал? — спросила я.
— Ничего, — ответил он. — Просто поиграем.
Киара переглянулась со мной, но промолчала.
— Идём, — сказал Райан, толкая дверь в раздевалку. — Не опаздывать же.
Спортзал был огромным, светлым.
Класс мисс Смит уже был там. Я пробежалась взглядом по лицам.
Кайл стоял у края площадки с разбитой губой и подбитым глазом. Рядом — его дружки: рыжий , длинноволосый и коренастый. Чуть поодаль — Лэйсли. Её губы были плотно сжаты, она смотрела в пол, не поднимая глаз. Рядом с ней — Джейсон, спокойный, как удав, с лёгкой усмешкой на лице. Он встретился со мной взглядом, подмигнул. Я отвернулась.
Сесилия стояла у стены, перекидывалась мячом с какой-то девчонкой, но когда увидела меня, замерла, потом улыбнулась и помахала рукой. Я помахала в ответ.
— Доброе утро, — мисс Смит хлопнула в ладоши. — Сегодня играем в волейбол. Две команды, соревновательный режим. Без фанатизма, без травм.
Она посмотрела на Кайла, на Маттео, на Райана — но ничего не сказала. Только развела нас по разным сторонам сетки.
Я встала в защиту, рядом Киара, чуть дальше — Маттео и Райан, Тревор, Тэйт. В команде соперников — Кайл, Лэйсли, Джейсон, Тэйлор, Николь, Энтони.
— Всем играть честно, — предупредила мисс Смит. — Никаких драк. Победителей ждёт пятёрка за полугодие.
Класс оживился, заулыбался. Со всех сторон послышались подбадривающие возгласы,
— Ну что, птенчики? — крикнул он, разминая шею. — Покажите, на что способны.
— Спокойно, — ответил Маттео, занимая позицию. — Только без слёз.
— Ты лучше за сестричкой следи, — А то упадёт ещё где-нибудь.
— Кайл, хорош, — одёрнула его Тэйлор, капитан их команды. — Играем.
— Ладно, ладно, — он поднял руки. — Шучу.
— Я первый подаю, — объявил Тэйт, подбрасывая мяч. — Постарайтесь не опозориться.
— Ты лучше не промахнись, — парировала Николь, вставая в защиту.
— По себе не суди, — усмехнулся Тэйт.
Свисток. Мяч взлетел в воздух.
Все замерли, сконцентрировались. Игра началась.
Свисток. Мяч взлетел в воздух.
Тэйт подал сильно, низко, почти скользящим ударом. Мяч проскочил над сеткой, почти ударился в пол на их стороне, Николь едва успела подставить руки.
— Принимай! — крикнула Тэйлор.
Николь отбила, но неудачно — мяч полетел прямо вверх. Кайл прыгнул, ударил, и мяч пулей полетел в нашу сторону.
— Мой! — крикнул Маттео, принимая удар, и переправил мяч на сторону Райана.
— В атаку! — скомандовал Райан, отбивая.
Мяч перелетел через сетку и упал точно в угол их площадки. Тэйлор бросилась, но не успела.
— Один-ноль! — объявила мисс Смит. — Чёрные ведут.
Наши заулюлюкали, зааплодировали. Кто-то из их команды крикнул: «Ничего, только начало!».
— Хорошая подача, — Тревор хлопнул Тэйта по плечу.
— Это только разминка, — ответил Тэйт, но я заметила, как он довольно улыбнулся.
Кайл подал следом. Мяч летел тяжело, с сильным вращением — Райан принял его на корпус, но переправил Киаре.
— Отбивай! — крикнул он.
Киара ударила не глядя — мяч перелетел на их сторону. Энтони принял, перекинул к сетке, и Тэйлор с лета отправила его прямо в наш угол.
— Ложись! — крикнул Тэйт, падая, но не достал.
Мяч ударился в пол. Их команда закричала, захлопала.
— Один-один, — сказала мисс Смит. — А вот это уже интереснее.
Джейсон улыбнулся, поймал мяч, покрутил в руках. Лэйсли на секунду подняла голову, посмотрела на меня, криво ухмыльнулась— и тут же отвела взгляд.
— Сара, ты в порядке? — спросила Киара, заметив, что я застыла.
— Да, — ответила я, встряхиваясь. — Играем дальше.
Третий сет начался с новой силой. Тревор и Энтони устроили дуэль у сетки, перебивая мяч с такой силой, что он просвистел у меня над ухом. Николь ловко уходила в защиту, поднимала почти мёртвые мячи. Кайл сосредоточенно играл, без грубости — только спорт, только азарт.
— Давайте братья! — крикнул кто-то из наших.
— Команда, не сдаваться! — подхватила Тэйлор.
Маттео поймал мяч в прыжке, резко ударил — и тот врезался в пол на их стороне. Идеально.
— Два-один в пользу Чёрных! — объявила мисс Смит.
— Кто нибудь понял, почему мы черные? — резко спросил Райан.
— Видимо ты ее любимчик, — усмехнулся Маттео.
— Хей! Я вообще то не черный.
— Ну-ну.
— Это ещё не конец! — крикнула Николь, хлопая в ладоши. — Вперёд!
Кайл подал снова. Мяч летел сложной траекторией, закрученный. Райан прыгнул, перебил, но мяч ушёл в аут.
— Два-два, — сказала мисс Смит. — Решающий сет!
Мы переглянулись. Все устали, но никто не хотел сдаваться.
— Сара, встань ближе к сетке, — сказал Маттео.
— Поменяйтесь с Киарой, — добавил Тревор.
Я заняла позицию у сетки. На другой стороне Тэйлор кивнула Николь, и та встала напротив меня.
— Сейчас покажем, — сказала я.
— Посмотрим, — ответила Николь с улыбкой.
Мисс Смит подняла свисток.
— Решающий сет! — крикнул кто-то с трибун. — Поехали!
Мяч в моих руках. Я сжала его, чувствуя шершавую кожу, подбросила. Сердце колотилось где-то в горле. Удар — мяч полетел через сетку, прямо в разрыв между Николь и Тэйлор.
Николь нырнула, но не достала. Мяч глухо стукнулся об пол.
— Один-ноль! — объявила мисс Смит.
Кайл цокнул, но ничего не сказал. Только занял позицию глубже.
— Хорошая подача! — крикнул Тэйт, поднимая кулак.
— Не отвлекайся! — ответила я, готовясь к приёму.
Джейсон поймал мяч, подбросил — не спеша, почти лениво. Ударил. Мяч полетел не сильно, но с такой траекторией, что я не сразу поняла, куда он приземлится.
— Принимай! — крикнул Маттео, бросаясь.
Он достал — вытянулся, как струна, и отбил мяч прямо на сторону Райана.
— В атаку! — заорал Райан, ударяя.
Мяч перелетел через сетку, и Тэйлор ответила с лета — сильно, точно в угол. Тревор прыгнул, вытянулся, но не достал.
— Один-один, — сказала мисс Смит.
Наши зашумели, захлопали. Их — тоже. Игра была равной, никто не хотел уступать.
— Соберитесь! — крикнул Маттео. — Это последний сет!
Третий розыгрыш. Я подавала снова.
— Два-один!
— Да! — Райан сжал кулак.
Кайл попросил тайм-аут. Они столпились у своей скамейки, что-то обсуждали. Тэйлор жестикулировала, Николь кивала, Лэйсли стояла так, будто ей было плевать на игру. Рассматривала свой маникюр.
— Что они задумали? — спросила Киара.
— Не знаю, — ответила я.
Тайм-аут кончился. Кайл вышел подавать.
— Мой! — крикнула я, принимая.
Мяч отскочил, Маттео подхватил его, переправил на сторону Райана. Райан ударил — и мяч перелетел через сетку. Энтони принял, отбил к сетке, и Тэйлор с лета отправила мяч в угол. Тревор прыгнул, но не достал.
— Два-два, — сказала мисс Смит.
— Сара, встань ближе к сетке, — сказал Маттео.
— Поменяйтесь с Киарой, — добавил Тревор.
Я заняла позицию у сетки. На другой стороне Тэйлор кивнула Николь, и та встала напротив меня.
— Последний розыгрыш, — сказала я.
— Давай, — ответила Николь.
Киара подавала. Мяч взлетел, она ударила — не сильно, но точно. Николь приняла, отбила, и мяч полетел на нашу сторону. Райан подхватил, переправил к сетке, я прыгнула — и ударила.
Мяч перелетел через сетку. Тэйлор его приняла, отбила Тревору. Он ударил, Энтони принял, переправил Николь. Она разбежалась, прыгнула, замахнулась — и ударила изо всей силы.
Мяч летел прямо в Киару.
— Киара! — закричала я.
Киара успела подставить руки, отбить, но мяч всё равно задел её по голове. Она пошатнулась, присела, схватилась за висок.
— Ты как? — я бросилась к ней.
— Голова гудит, — ответила она, — Но жива.
— Играй! — крикнула Киара, поднимаясь. — Я в порядке.
— Ты не в порядке, — сказала мисс Смит, подходя. — Иди, посиди на скамейке.
— Но...
— Иди, Кингсли.
Киара нехотя поплелась к скамейке.
— Замена! — крикнула я. — Нам нужен игрок!
— Я могу, — раздался голос.
Сесилия. Она стояла у скамейки, уже сняв кофту, готовая выйти на площадку.
— Ты уверена? — спросил Маттео.
— Абсолютно, — ответила она.
— Тогда давай, — сказал Райан. — Место у сетки.
Сесилия заняла позицию, потёрла руки.
— Счёт два-два. Подают «Красные», — объявила мисс Смит.
— Давай, подруга! — крикнула Киара со скамейки. — Покажи им!
— Не подведу, — ответила Сесилия.
Николь снова взяла мяч. Посмотрела на меня — на этот раз без усмешки, только напряжение.
— Подача! — крикнула мисс Смит.
Девушка ударила. Мяч полетел в левый угол. Тревор бросился, отбил — неточно, но Сесилия подхватила, переправила к сетке.
— В атаку! — крикнул Маттео.
Маттео прыгнул, ударил. Мяч пулей полетел на их сторону. Тэйлор приняла, отбила Кайлу. Кайл ударил — в меня.
Я приняла, отбила. Мяч перелетел через сетку. Энтони его подхватил, отбил. Джейсон ударил — с лёта, сильно, в угол.
Сесилия прыгнула. Вытянулась, как струна, и отбила — точно в зону, где никто не стоял.
Мяч коснулся пола.
— Три-два! — объявила мисс Смит. — Чёрные выигрывают!
— Да! — закричал Райан. — Мы сделали это!
Я подбежала к Сесилии, обняла.
— Ты молодец, — сказала я.
— Ты тоже, — ответила она.
— Да боже, объясните мне, почему мы черные.
— Просто забей, — посмеялась Сесилия.
— Ну ладно.
После урока я пошла одна в туалет — просто чтобы умыться и перевести дух после игры.
И вдруг я услышала крики.
— А ты не охренела, Карпер? — голос Николь, злой, резкий, пробивал двери. — Схерали ты полезла в их команду?
Я замерла у входа, приоткрыла дверь.
— Они мои друзья, — ответила Сесилия.
— А мы — в одном классе! — закричала Николь. — Ты должна была за нас болеть, а не играть против нас!
— Я никому ничего не должна.
— Ты... — Николь шагнула вперёд.
Я вошла.
Они зажали Сесилию всей толпой: Николь, Тэйлор и ещё две девчонки, которых я не знала. Сесилия стояла у стены, сжав кулаки, но не отступала.
— Слышь, ты берега не попутала? — сказала я.
Они повернулись ко мне. Николь усмехнулась.
— О, ещё одна мышь появилась.
— Мышь? — я шагнула ближе. — Сказала та, кто не попала мячом в того, в кого целилась?
— Это была случайность.
— Случайность? — я усмехнулась. — Ты целилась в меня. Но попала в Киару. Не повезло.
— Заткнись, сучка, — процедила Николь.
— Завались, — сказала я спокойно, — И отойди от неё.
— А то что? — спросила Тэйлор, скрестив руки на груди и оскалившись.
— Будет ой как плохо.
— А ты скажи, — усмехнулась Николь. — И что же ты мне сделаешь?
— Войну хочешь?
— А она у нас уже началась.
Я не стала больше говорить. Шагнула вперёд и взяла её за волосы — не больно, но крепко, чтобы она почувствовала, что я не шучу. Она дёрнулась, но я держала.
— Если пошевелитесь, — сказала я, глядя на всех, — я крикну и позову учителя.
Все замерли. Николь застыла, не дыша. Я наклонилась к её уху.
— А ты что у нас ябеда?
— По другому с вами курицами никак.
— Что ты сказала?! — крикнула Николь.
— Если ты ещё раз тронешь моих подруг, — тихо, почти ласково сказала я, — я на тебе живого места не оставлю. Поняла, дрянь?
Она рванулась, вцепилась в мою руку, потянула. Я не отпускала. Мы начали тянуть друг друга туда-сюда, кружась на месте.
— Да пошла ты, знаешь куда! — выкрикнула Николь, и её голос эхом ударил по кафельным стенам.
В туалет вошла миссис Джулиан — помощница директрисы, высокая, строгая, с вечно поджатыми губами. Она замерла на пороге, окинула нас взглядом.
— Что здесь происходит?! — голос её прозвучал как выстрел.
Николь мгновенно отпустила меня, отшатнулась и прижала руки к груди.
— Мисс Джулиан, Сара на меня напала! — выпалила она, изображая испуг.
— Обе в кабинет директора, быстро! — рявкнула миссис Джулиан, указывая на дверь.
Николь бросила на меня торжествующий взгляд и вышла первой, гордо подняв голову. Я осталась стоять.
— Я сказала — быстро, — повторила завуч.
— Я слышала, — ответила я и, не глядя на неё, вышла из туалета.