Элита.

— Что это? — спросила я, листая страницы.
— Твой договор. Полная версия.
Я читала. И с каждой строчкой внутри холодело.
Я подняла на него глаза. Голос дрожал — от злости, от страха, от отвращения.
— Ты что, совсем больной?!
— Я? — он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то змеиное.
— Что это за херня?! — я швырнула папку обратно на стол. — Ты не можешь требовать от меня всего этого!
— Могу, — спокойно ответил он. — Ты подписала.
— Ты мне не дал ничего тогда прочесть!
— Это не мои проблемы, детка. — Он откинулся в кресле, закинул ногу на ногу. — Подпись стоит. Договор действителен.
— Я никому не позволю собой распоряжаться.
— Уже позволила, — он смотрел на меня холодно, безжалостно. — Ты теперь моя. Пока я не решу, что ты мне больше не нужна.
Я вскочила.
— Я ухожу.
— Сидеть, — его голос стал твёрже. — Ты не уйдёшь, пока я не скажу.
Я направилась к двери. Он не двинулся с места. Не окликнул. Не побежал за мной.
Только сказал:
— Помни про пункт девять, Сара. «Наказание».
Я могу сделать например с твоими близкими все, что угодно.
Я замерла у двери.
— Твои подруги здесь, — продолжал он. — Такие красивые... беззащитные. Твоя мама. Тиана. Райан, который едва отошёл от ранения. Маттео, который спит без охраны по ночам. Все они — такие уязвимые.
Я медленно повернулась.
— Ты не посмеешь.
— Хочешь проверить? — он усмехнулся.
Я стояла посреди гостиной, сжимая кулаки. Внутри всё кипело. Хотелось выстрелить. Прямо здесь. Прямо сейчас. Но я не могла.
Потому что он был прав. Договор был подписан. А мои близкие — в его власти.
— Что ты хочешь? — спросила я, с трудом выдавливая слова.
— Пока — ничего, — ответил он. — Просто напомнить, кто здесь главный. А когда что-то понадобится — ты узнаешь.
— Ты чудовище.
— Нет, — он покачал головой. — Я реалист. А чудовища — те, кто подписывает бумаги, не читая. Садись, Сара. Мы не закончили.
Я села обратно на диван. Потому что выбора у меня не было. И никогда не было.
— Я тут подумал, — сказал Джейсон, откидываясь в кресле. — Ты мне должна. Крупно.
Я молчала. Сжимала край стула. Внутри всё напряглось в ожидании.
— Я хочу, чтобы ты кое-что сделала для меня, — он взял папку, повертел в руках. — Личное. Не для Элиты. Не для твоих братьев. Только для меня.
— Что? — спросила я.
— Подставь Маттео, — сказал Джейсон, и эти слова упали как камни.
Я не сразу поняла, что услышала. Посмотрела на него — он не шутил. Лицо спокойное, почти ленивое, но в глазах — холодная решимость.
— В каком смысле? — голос дрогнул.
— В прямом. Сделай так, чтобы он вляпался в историю. Не криминальную, не мафиозную. Личную. Ту, которая разобьёт ему сердце. Ту, которую он не сможет простить ни тебе, ни себе.
— Ты о чём?
Джейсон встал, подошёл к окну, встал спиной.
— У меня с ним старые счёты. Он унизил меня когда-то при одном человеке. При девушке, которая мне нравилась. Я тогда промолчал — не мог ответить. А теперь могу. Через тебя.
— Я не буду...
— Будешь, — перебил он, поворачиваясь. — Потому что если не сделаешь ты — сделаю я. Но тогда он пострадает по-настоящему. Физически. Ты этого хочешь?
Я замерла.
— Что я должна сделать?
— Влюби его в себя, — сказал Джейсон. — А потом разбей ему сердце. Так, чтобы он никогда не смог собрать осколки. Чтобы он знал — это ты. И чтобы винил только себя.
Я смотрела на него и не верила.
— Ты серьёзно? — голос дрожал.
— Абсолютно.
— Ты псих.
— Может быть, — усмехнулся он. — Но ты сделаешь это. У тебя есть месяц.
— Если откажусь?
Джейсон подошёл ко мне. Взял за подбородок, заставил смотреть в глаза.
— Тогда пострадает кто-то другой. Выбирай, Сара. Маттео с разбитым сердцем — или кто-то из твоих подруг с разбитым лицом?
Он отпустил.
— Месяц, — повторил он. — Не подведи.
Я вышла. Не помнила, как дошла до машины. Сжимала руль, смотрела на дорогу и ничего не видела.
Подставить Маттео. Влюбить. Разбить сердце.
Я не могла этого сделать. Но если откажусь — он уничтожит кого-то другого.
Я села в машину, завела двигатель, но не тронулась с места. Сидела, смотрела на тёмное небо через лобовое стекло и пыталась прийти в себя.
— Ненормальный, — прошептала я. — Он просто ненормальный!
Я ударила ладонями по рулю, выдохнула и всё-таки поехала.
Дома меня ждали подруги. Эшли радостно о чём-то рассказывала, Кэйди красила ногти, Кэсси листала ленту в телефоне, Мэри готовила.
— Ты долго, — сказала она, когда я прошла в гостиную.
— Дела, — ответила я коротко.
— В одиннадцать вечера?
— У нас тут не Испания, Мэри. Люди работают в любое время.
Я огрызнулась злее, чем хотела. Мэри не обиделась. Она вообще редко обижалась. Просто кивнула и отвела взгляд.
Я поднялась в свою комнату, закрыла дверь, села на кровать.
Маттео. Я должна была сделать больно Маттео. Как я могла? Выбора не было.

Я взяла телефон. Написала Маттео: «Ты где?»

Ответ пришёл через минуту: «В гараже. Что-то случилось?»

Я хотела ответить «нет». Спрятаться. Сделать вид, что ничего не произошло. Но пальцы набрали сами: «Можешь прийти? Нужно поговорить».

«Спускайся. Жду».

Я выдохнула. Посмотрела на себя в зеркало — бледная, растрёпанная, с красными глазами. Умылась, расчесалась, спустилась вниз.
Маттео стоял в гараже, прислонившись к своей машине.
— Что стряслось? — спросил он, глядя на меня.
Я подошла ближе. Остановилась в шаге.
— Ничего, — сказала я. — Просто хотела тебя увидеть.
Он усмехнулся.
— В двенадцать ночи?
— А что, нельзя? По брату соскучилась, — я попыталась улыбнуться, но получилось криво.
Маттео нахмурился.
— Сара, что случилось? Ты странная.
— Просто устала, — соврала я. — Подруги загоняли.
Маттео посмотрел на меня долго, словно сканировал.
— Идём, — сказал он. — Посидим на улице.
Мы вышли во двор, сели на лавочку у гаража. Ночь была холодной, звёзды — бледными. Я сжалась в своей тонкой кофте, но не хотела идти за курткой.
— Помнишь, как ты учил меня стрелять? — спросила я.
— Помню.
— Ты был терпеливым. Я думала, ты будешь кричать.
— Не люблю кричать на людей. Все делаю тихо.
— Да, я заметила.
Он повернул голову, посмотрел на меня.
— Зачем ты об этом вспомнила?
— Не знаю, — ответила я. — Просто... хочу запомнить этот момент.
— Какой момент?
— Когда мы просто сидим.
Маттео молчал.
— Ты странная сегодня, — повторил он.
— Знаю.
Мы сидели молча еще минут пять.
— Почему ты начал хорошо ко мне относиться?
Маттео молчал долго. Так долго, что я подумала — не ответит.
— Понял, что был глупым, — сказал он наконец. — И винил тебя в том, чего ты не совершала.
Он замолчал. Я ждала продолжения.
— Тем более твоя мама спасла жизнь моему брату, — мне показалось, что его голос дрогнул.
— Она спасла его, — сказал он тихо. — А ты... ты была рядом, когда я боялся подойти. Ты держала его за руку, пока он был без сознания. Ты читала ему книги вслух, когда врачи сказали, что это может помочь. Ты не спала ночами.
— Откуда ты знаешь?
— Рэйф рассказывал. Я просил следить не только за твоей безопасностью.
Я удивилась.
— Ты следил за мной?
— Не следил. Присматривал, — поправил он. — Есть разница.
Мы замолчали. Я смотрела на звёзды, он — на дорогу.
— Сара, — позвал он.
— Что?
— Ты тоже спасла моего брата. Спасибо. И думаю, что я тебя не ненавидел, а просто презирал.
Я не знала, что ответить. Слова застряли в горле.
Он снял с себя кофту и накинул мне на плечи — хотя я не просила, хотя было холодно. Внутри все — горело.
— Спасибо, — прошептала я.
Я улыбнулась. Он заметил, но ничего не сказал.
Честно? Мне было стыдно перед Джорданом. Он мой парень, а я будто ему изменяю. Боже как все сложно. Хоть мы с ним почти не общаемся, он стал холодным, отстраненным. Я перестала ему звонить, либо наоборот отвечать, но факт остается фактом. Я с ним в отношениях.

Проснулась я от того, что кто-то настойчиво тряс меня за плечо.
— Сара! Вставай! — голос Эшли был таким бодрым, что хотелось зарыться в подушку и никогда не вылезать. — Мы тут уже завтрак почти съели.
Я открыла один глаз. Солнце заливало комнату, подруги стояли над кроватью.
— Который час? — простонала я.
— Десять! — хором ответили они.
Я села. Голова была тяжёлой.
Я ушла в ванную, закрылась, посмотрела в зеркало.
Мама ждала на кухне с блинами. Ричард уехал по делам, Тиана смотрела мультики в гостиной. Мы сидели за столом все вместе — я, подруги, мама. Смеялись, болтали, ели.
— Сегодня поедем на пляж! — объявила Кэйди. — Я хочу загореть, пока не сгорела.
— А я хочу познакомиться с твоими братьями поближе, — добавила Кэйди, подмигнув мне. — Тот, которого мы видели... Маттео, кажется... очень даже ничего.
— Он занят, — ответила я коротко.
— Всегда занят, — вздохнула Кэйди.
— А второй? Райан? Говорят, он недавно болел.
— Ему нужно время, — сказала мама мягко. — Он ещё восстанавливается.
— Тогда познакомимся позже, — решила Эшли.
После завтрака мы собрались на пляж. Я надела лёгкое платье. Рэйф ждал у машины.
— Мы на пляж, — сказала я.
— Знаю. Я поведу.
— Ты не обязан...
— Обязан, — перебил он. — Приказ.
Я не спорила.
Пляж был почти пустым — будний день, раннее утро. Море сверкало на солнце, песок был тёплым, ветер — солёным. Подруги сразу побежали к воде, скинув одежду.
— Сара, идём! — крикнула Кэйди.
— Я сейчас!
Я расстелила полотенце, села в тени зонта.
Скинула платье и пошла к воде. Прохлада обняла ноги, потом бёдра, потом я нырнула и вынырнула с визгом — неожиданно, но приятно.
Подруги смеялись. Я смеялась.
Мы вышли на берег. Солнце уже припекало, я лежала на полотенце, сушила волосы.
После пляжа мы вернулись домой загоревшие, солёные и счастливые. Подруги щебетали без умолку, перебирали фотографии, спорили, кто красивее загорел. Я шла за ними, улыбалась, но внутри всё ещё ныло — вчерашний разговор с Джейсоном не выходил из головы.
Мы зашли в дом. В гостиной было тихо — Тиана, наверное, играет на улице, мама с Ричардом в кабинете.
— Я в душ, — сказала я и поднялась наверх.
Когда я спустилась через полчаса, свежая и переодетая, в гостиной уже кто-то был. Голоса подруг перемешивались с низким, спокойным мужским.
Я замерла на лестнице.
Маттео сидел в кресле, листал телефон, делая вид, что не замечает, как Кэйди — моя подруга — устроилась на подлокотнике его кресла. Прямо рядом. Очень рядом.
— ...а в Испании мы каждые выходные ездили на море, — щебетала она. — Там такие закаты, просто не передать. Ты был когда-нибудь в Испании?
— Нет, — ответил Маттео сухо, не поднимая головы.
— Очень зря! Я бы тебе всё показала. У меня там есть любимые места, куда туристов не пускают.
— Я не турист.
— А кто ты? — Кэйди наклонилась ближе, положила руку ему на плечо.
Я стояла на лестнице и смотрела на них. На свою подругу, которая флиртовала с моим сводным братом. И ничего не делала.
Потому что не имела права. Потому что Кэйди — моя подруга, и она не знает, что между нами. Потому что между нами вообще ничего нет.
Я спустилась вниз, прошла мимо них в сторону кухни. Не сказала ни слова. Не вмешалась.
— Сара! — крикнула Кэйди мне вслед. — Твой брат неразговорчивый, почему ты не говорила.
— Говорила, — ответила я, не оборачиваясь. — Ты не слушала.
— Я слушала, просто думала, что ты шутишь.
Я зашла на кухню, налила воды, выпила залпом.
Я вышла из кухни, села в кресло напротив. Уткнулась в телефон, не смотрела на них. Не слушала.
— ...а ты любишь активный отдых? — щебетала Кэйди. — Мы в Испании часто ездили в горы. Там такие виды! Ты бы точно оценил.
— Люблю, — коротко ответил Маттео.
— Вот! — она хлопнула в ладоши. — Я знала! Мы с тобой похожи.
Эшли и Кэсси сидели на диване, смотрели фильм, не обращали внимания на эту сцену. Им было всё равно.
Вечером мы ужинали на веранде. Кэйди снова уселась рядом с Маттео. Я — на другом конце стола, рядом с Мэри.
— Передашь соль? — попросила Кэйди у Маттео.
Он передал. Молча.
— А у тебя есть девушка? — спросила она как бы невзначай.
— Нет.
— А какая тебе нравится?
— Спокойная.
— А я спокойная, — Кэйди моргнула.
— Ну да. По тебе видно.
Кэйди засмеялась. Я сжала вилку. Посмотрела в тарелку.
— Сара, ты чего не ешь? — спросила мама.
— Не голодна.
— Ты бледная.
— Я устала.
Я встала, извинилась и ушла в свою комнату.
В дверь постучали.
— Войдите.
Вошел Маттео. Закрыл дверь.
— Твоя подруга... — начал он.
— Знаю, — перебила я. — Она просто общительная.
— Она прилипла, скажи ей что нибудь.
— Она моя подруга, Маттео. Не обижай её.
— Я не обижаю. Я просто... — он замолчал.
— Что?
— Ничего.
Он вышел.
После ужина мы все собрались в гостиной. Мама принесла пледы, Ричард включил проектор, Тиана с визгом забралась на диван и потребовала, чтобы её укрыли с ногами.
— Что смотрим? — спросила Кэсси.
— Что-нибудь лёгкое, — сказала мама. — Никаких ужасов, Тиана потом не уснёт.
— Я не боюсь! — возмутилась Тиана.
— Боишься, — улыбнулся Ричард, включая какой-то фильм.
Мы смотрели, смеялись, перекидывались шутками. Тиана заснула через полчаса, уткнувшись в плечо мамы. Кэйди успела прокомментировать всех героев, Эшли кидалась попкорном, Кэсси спорила о том, кто красивее — принц или злодей.
— Злодей, конечно, — заявила она. — У него харизма.
— У злодеев всегда харизма, — поддержала Кэйди.
В этот момент сверху послышались шаги. Мы все подняли головы.
На лестнице стоял Райан. В домашней кофте, с растрёпанными волосами. Он только начал ходить без трости, но ещё хромал.
— Даже меня не позвали, — сказал он. Голос был усталым, но в глазах — прежняя насмешка. — Вот такая вот у меня семейка, да.
— Райан! — Тиана проснулась и сразу заулыбалась. — Иди к нам!
— Иди, — мама подвинулась, освобождая место на диване.
Райан спустился, опираясь на стену. Я встала, подала руку. Он посмотрел на меня, усмехнулся, но опору принял.
— Спасибо, сестрёнка, — сказал он тихо, чтобы никто не слышал.
— Не за что, — ответила я.
Он сел на диван, рядом с мамой. Та накинула ему плед на плечи.
— Ты не замёрз? — спросила она.
— Нормально, — ответил он.
Тиана перебралась к нему на колени, обняла.
— Ты мой любимый брат, — сказала она серьёзно.
— А Маттео?
— Ой, Маттео тоже любимый!
Райан рассмеялся — впервые за долгое время.
— Хорошо, — сказал он. — Тогда я останусь.
Мы смотрели фильм дальше. Я снова села на пол. Райан иногда комментировал, Эшли спорила с ним.
— Сара, — позвала Мэри.
Я повернулась.
— У тебя хорошая семья, — сказала она тихо.
Я посмотрела на Райана, который держал Тиану. На маму, которая улыбалась. На Ричарда, который делал вид, что смотрит фильм, но на самом деле поглядывал на всех с довольным видом.
Может, Мэри была права.
— Сара! — крикнула Тиана. — Садись к нам! Холодно!
Я перелезла на диван, села рядом с Райаном. Он толкнул меня плечом, но слабо, по-братски.
— Ты в порядке? — спросила я.
— Буду, — ответил он.
Мы смотрели фильм. Все вместе. И в этот момент я почувствовала — нечто похожее на счастье. Хрупкое, странное, но настоящее.
Маттео спустился через час. Сел в кресло, не привлекая внимания. Кэйди повернулась, хотела что-то сказать, но я перехватила её взгляд и покачала головой.
Она удивилась, но промолчала.

Спустя два дня.
Мы сидели на веранде, пили холодный чай и лениво обсуждали, чем заняться. Подруги листали телефон, спорили, куда поехать.
— Кстати, Сара! — Эшли вдруг подскочила на стуле и захлопала в ладоши. — У меня здесь есть двоюродный брат! Поехали к нему сегодня, пожалуйста, ну пожалуйста!
— Ничего себе, — удивилась я. — Ты не говорила.
— Да он был в Сан-Диего, — махнула рукой Эшли. — Вот недавно обратно переехал. Скучно ему одному, а я его люблю, он классный. Мы давно не виделись.
— Тогда поехали, — согласилась я.
Кэсси тут же оживилась.
— А он красивый?
— Очень!
— Все едут? — спросила я, оглядев подруг.
— Мы с Кэсси — да, — кивнула Мэри.
— Я тоже, — сказала Кэйди.
— Тогда погнали, — я встала и потянулась.
Через полчаса мы уже ехали по городу.
Дом оказался в тихом районе, где старые деревья склонялись над тротуарами
Эшли постучала в ворота.
— Это я, открывай!
Ворота щёлкнули и открылись.
Внутри было прохладно и пахло деревом. Мы прошли в гостиную, где на диване сидел парень. Я узнала его сразу.
— Мэттью? — выдохнула я.
Он посмотрел на меня — и тоже узнал.
— Сара? — он усмехнулся, но в этой усмешке не было ничего плохого. Только удивление и тепло. — Вот так встреча.
— Вы знакомы? — Эшли переводила взгляд с меня на него.
— Мы встречались в Сан-Диего, — объяснила я. — В торговом центре. Я тогда карту забыла, а он оплатил мои покупки и угостил кофе.
— Ого! — протянула Кэйди. — А ты говорила, ничего интересного не случилось в Сан-Диего!
— Так вы уже знакомы — даже лучше! — Эшли хлопнула в ладоши.
Он улыбнулся — открыто, светло. Таким я его запомнила: лёгким, приятным, беззаботным. Полная противоположность Маттео.
— Проходите, — сказал он. — Чай, кофе, сок?..
— Чай, — сказала я.
— Кофе! — хором ответили Кэйди и Кэсси.
— Только чёрный, — добавила Мэри.
— А я шампанское, если есть, — подмигнула Эшли. — Я же дома.
Мэттью рассмеялся.
— Для тебя найдётся.
Мы расселись.
— Ну как тебе Калифорния? — спросил он меня.
— Привыкаю, — ответила я.
— А мне Сан-Диего понравился, но здесь я больше люблю. Тише. Спокойнее.
— Скучнее, — вставила Эшли.
— Спокойнее, — повторил он.
Я смотрела на него и думала: как странно устроен мир. Встретить в Сан-Диего парня, который оказался двоюродным братом моей подруги из Испании. И вот он здесь, передо мной.
— Ты надолго в Калифорнию? — спросила я.
— Пока да. Работа, учеба.
— Понятно.
Мы болтали о всякой ерунде — о погоде, о музыке, о том, как он скучает по Испании.
— Слушайте, — сказал он, когда мы допили напитки. — А давайте прогуляемся? Погода классная.
— Я за! — подскочила Кэйди.
— И я, — кивнула Эшли.
Мы вышли во двор. Дом стоял в глубине участка, за высокими деревьями. Цвела сирень, пахло свежестью.
Мэттью шёл рядом со мной.
— Ты в порядке? — спросил он негромко.
— Да, — ответила я. — А почему спрашиваешь?
— Выглядишь уставшей. Не высыпаешься?
— Бывает.
Он не стал лезть с вопросами. Только кивнул.
— Если хочешь поговорить — я здесь.
— Спасибо.
Мы гуляли до вечера. Подруги смеялись, бегали по газону, фотографировались на фоне цветов. Вернулись в дом уже затемно. Подруги устали, хотели спать. Я поблагодарила Мэттью за гостеприимство.
— Заходи еще... Заходите, — сказал он. — Я почти всегда дома.
— Придем, — улыбнулась я.