Глава 47
Принять это решение было тяжело.
Не потому, что Итан сомневался в клинике. Он изучил всё — рейтинги, отзывы, публикации. Мисс Дэвис действительно была лучшей в своей области. Он сомневался не в профессионализме. Он сомневался в последствиях.
Он знал — Лилу будет в бешенстве. Он знал — она воспримет это как предательство. Но он больше не мог смотреть, как она медленно тонет. У неё не осталось сил бороться. Значит, бороться придётся ему.
Итан остановил машину у входа и несколько секунд просто сидел, глядя на светящиеся окна клиники. Здание было новым, стеклянным, с мягкой подсветкой по периметру. Оно не походило на больницу. Скорее на место, где пытаются чинить то, что сломано изнутри.
«Надо собраться с мыслями.»
Он выдохнул. Сжал руль. Отпустил.
«Надеюсь, я совершаю верный поступок и это не аукнется мне ещё худшими последствиями, чем уже есть.»
Возвращение Аластора было единственным настоящим спасением для Лилу. Он знал это. Но поиски могли длиться месяцами. Годами. А её состояние ухудшалось сейчас. С каждой сигаретой. С каждым утром, когда она не подходила к Эросу.
В холле пахло кофе и свежей бумагой. Свет был приглушённым, успокаивающим. Здесь всё было продумано до мелочей, чтобы посетители чувствовали себя в безопасности. Итан чувствовал только чужеродность.
— Здравствуйте, я к мисс Дэвис на 10:30.
Девушка на ресепшне подняла взгляд, улыбнулась профессионально-тёплой улыбкой.
— О, вы, должно быть, мистер Блэк?
— Да, он самый. Я могу пройти?
— Подождите одну минутку, пожалуйста, я сейчас предупрежу её.
— Хорошо.
Он стоял прямо, руки сцеплены за спиной. Привычная стойка человека, который привык ждать в чужих коридорах. Чужое помещение. Чужой воздух. Чужая необходимость.
Из динамика донёсся голос:
— Мисс Дэвис, к вам пациент на 10:30.
— Хорошо, пусть проходит. Я у себя.
— Прошу, проходите, пожалуйста. Она уже ждёт.
Он постучал.
— Можно?
— Да-да, входите.
Она поднялась слишком резко, как только увидела его. Будто её ударили током.
— Здравствуйте, мисс Дэвис, я…
— Итан Блэк, — договорила она.
Он замер на секунду.
— Да, это я. Вам уже сообщили?
— Нет, я не знала, кто должен прийти.
— Тогда… мы с вами знакомы?
— Нет, лично нет. Она поправила волосы, и в её жесте вдруг проступила непрофессиональная, живая взволнованность. — Но я была на всех ваших лекциях, мистер Блэк.
— Вот как…
Он не помнил. Лекции слились в сплошной поток: аудитории, фамилии, цифры, ведомости. Для него это была работа. Для неё — что-то другое.
— Ох, простите. Она спохватилась, протянула руку. — Я Айша Дэвис. А то забыла представиться.
— Приятно познакомиться, мисс Дэвис.
— Взаимно, — она указала на кресло. — Чем я могу вам помочь?
Итан опустился в него — спина осталась прямой, руки легли на подлокотники, и в голосе, когда он заговорил, не было лишних интонаций, только ровная, почти сухая необходимость.
— Мисс Дэвис, мне порекомендовали вас как лучшего специалиста по клинической депрессии, а также вашу клинику.
— Приятно это знать. Она не улыбалась. Смотрела внимательно, изучающе. — У вас что-то случилось?
— Да, — пауза. — Только не у меня, а у моей жены. Мою помощь она принимать отказывается, и я подумал, что, возможно, сторонний человек сможет ей помочь.
Он говорил коротко, ёмко, без лишних деталей. Выдавал факты, как сводку. Но пальцы, сцепленные на коленях, выдавали его с головой.
Айша слушала. Не перебивала. Не делала пометок. Просто смотрела на него и впитывала каждое слово, каждую паузу, каждое движение сжатой челюсти.
Когда он закончил, в кабинете повисла тишина. Не неловкая, а весомая, та, что давит на плечи.
— Я очень сочувствую вам, мистер Блэк. Её голос был мягким, но без снисходительности. — Никому не пожелаешь такое пережить.
— Спасибо.
— Скажите, а миссис Блэк сама готова к терапии?
— Нет, — он не отвёл взгляд. — Поэтому я и пришёл за помощью к вам. Я понимаю, что она будет злиться на меня за то, что я делаю, но другого выхода я не вижу.
— Понятно, — кивнула Айша, обдумывая. — Вам лучше подготовить её. Не к тому, что возможно потребуется госпитализация, а просто к разговору. Пусть она воспримет это не как принуждение, а как возможность выговориться.
— Понял. Постараюсь.
Она смотрела на него дольше, чем требовал протокол. На несколько секунд дольше, чем позволяли приличия.
— Ну, а как вы сами, мистер Блэк?
Он моргнул.
— Не понял?
— Как вы себя чувствуете? — Айша склонила голову чуть набок. — Со всей этой ситуацией, ответственностью и грузом, который упал на ваши плечи? Справляетесь?
Он задержал дыхание. Всего на секунду. Этого хватило.
— Не беспокойтесь, мисс Дэвис. О себе я позабочусь.
— Уверены? — она не настаивала, но и не отступала. — Вам хватает поддержки и понимания?
— Вы правы, но правда, не стоит, — коротко сказал Итан.
Она не стала давить. Только кивнула.
— Надеюсь, что у вас получится найти сына как можно скорее.
— Я тоже.
Итан медленно поднялся, будто каждое движение давалось через усилие, но в этой медлительности не было слабости. Только привычная, въевшаяся в кости собранность. Плечи расправились сами собой, руки опустились точно по швам, и ни один мускул на лице не дрогнул. Казалось, он не вставал с кресла, а надевал обратно невидимый панцирь, с которым уже сросся.
— Тогда будем с вами на связи. Напишите или позвоните, как миссис Блэк будет готова прийти.
— Хорошо. Спасибо за уделённое внимание.
— Всегда пожалуйста.
Дверь мягко закрылась за ним.
Айша ещё долго смотрела на пустое кресло.
Она помнила его лекции. Аудитория на двести человек, он стоит у трибуны — уверенный, собранный, непроницаемый. Голос звучит ровно, ни одной запинки. В глазах — сталь и блеск.
А сейчас она увидела другое.
Он был тем же человеком. Та же осанка, та же манера говорить. Но глаза... глаза выдавали. Под плотно сжатыми губами, под безупречным самоконтролем пряталась усталость. Глубокая, которая не уходит после сна. Которая копится годами и однажды просто ложится на плечи, и ты уже не помнишь, каково это — быть без неё.
Никогда бы она не подумала, что будет помогать самому Итану Блэку. На него свалилось слишком много. Пропавший сын. Жена на грани. Маленький ребёнок, который ждёт мать. И он, как всегда, тянет всё один. И как бы Итан ни притворялся, что справляется, он тоже нуждался в поддержке. Это было видно.
Просто позволить себе это он не умел. И, возможно, именно это было самым тревожным во всей этой истории, думала Айша.