Глава 16
После отъезда Джей-Джея их маленькая компания сократилась до трёх человек. В общежитии время от времени подселяли новых студентов, кто-то задерживался, кто-то уезжал, но именно они трое оставались неизменными. Правда, Арчи всё чаще жил своей чудаковатой жизнью, появляясь и исчезая по настроению, поэтому Итан и Лилу проводили время вдвоём.
Итан не выбрасывал из головы слова друга о том, что он тормозит. Внутри него словно горел мигающий красный сигнал «стоп». Он знал — потянет руку вперёд, сделает шаг, а дальше? Сможет ли он взять ответственность за то, что будет потом?
В его жизни никогда не было романтических отношений. Ни встреч, ни признаний, ни даже школьных увлечений, которые заканчивались бы чем-то большим. Он был слишком занят учёбой, целями, ожиданиями семьи. Всё это время он жил с мыслью: успеется потом. Сначала поступить, окончить, доказать себе и другим, что он достоин фамилии. Только потом — отношения.
Но рядом с Лилу «потом» казалось слишком далёким. Когда её не было рядом, появлялась тоска, будто мир терял яркость. А когда он видел, как она улыбается кому-то из ребят команды или разговаривает с другим парнем, внутри сжимались кулаки.
Однажды вечером они сидели в уютной кафешке неподалёку от кампуса. За окнами вились снежинки, внутри пахло корицей и глинтвейном, а маленькие гирлянды создавали предновогоднее настроение.
— Даже не верится, что скоро Новый год, — тихо сказала Лилу, обхватив руками чашку какао. — Так быстро летит время.
— Согласен, — кивнул Итан, отставляя свою чашку чёрного кофе. — Какие у тебя планы? Поедешь домой?
Она усмехнулась, но в её взгляде мелькнула тень одиночества:
— Нет. Родители уехали на острова, так что я останусь здесь.
— В смысле? — он вскинул брови. — Совсем одна?
— Ну да, — она пожала плечами, делая вид, что это не имеет значения. — Схожу на площадь, прогуляюсь. Может, спущусь на горнолыжный склон.
Итан поймал себя на том, что слова сорвались прежде, чем он успел подумать:
— Поехали ко мне.
Она моргнула, явно не веря своим ушам:
— Правда? Ты приглашаешь?
Итан кивнул, стараясь скрыть волнение.
— Конечно. Родители будут не против. У нас места много. А младшие сестрёнки будут рады новой компании. У самой младшей как раз день рождения.
— Тогда подарить ей нужно что-то особенное, — улыбнулась Лилу. — Она ведь танцами занимается?
— Балетом. Но, честно говоря, кроме него у неё в голове мало что есть, — усмехнулся Итан, и тут же смягчил тон: — Я шучу. Она умная девочка, просто очень увлечённая.
— Тогда подари ей первые пуанты, — уверенно сказала Лилу. — Запомнится на всю жизнь.
Он смотрел на неё и думал: как просто она находит решения, к которым он сам не пришёл бы.
Они вышли из кафе и отправились гулять по вечернему городу. Улицы Оксбриджа сияли огнями, в витринах магазинов переливались гирлянды, а воздух был наполнен запахом жареных каштанов.
— Как думаешь, Арчи правда разлюбил Эшли? — спросила Лилу, глядя, как снег ложится на её ладонь.
— Не знаю, — вздохнул Итан. — Но в последнее время он ведёт себя, как кретин.
— Разве он всегда не такой? — тихо засмеялась она.
— И да, и нет, — серьёзно ответил он. — Иногда в нём проскальзывает что-то… настоящее. Но тут же исчезает.
Разговор постепенно стих, уступив место прогулке. Они вышли к мостовой, где стояли небольшие телескопы для наблюдений за звёздами. Лилу первой приложилась к окуляру, потом позвала Итана.
Их плечи почти соприкоснулись. Он чувствовал её тепло сквозь зимнюю куртку, слышал её дыхание. Где-то в глубине памяти ожила другая сцена — глаза Елены, полные слёз, её дрожащий голос: «Мы уезжаем».
Итан отогнал воспоминание, словно тень, но оно оставило горечь. Сможет ли он снова довериться? Сможет ли не потерять?
Лилу отстранилась от телескопа и улыбнулась ему, словно ничего не подозревая. А он поймал себя на мысли, что впервые за долгое время хотел бы, чтобы это мгновение не заканчивалось.
—
В это же время, в общежитии
Эшли приехала в Оксбридж на пару дней, взяв отгулы. Она соскучилась по Арчи так сильно, что считала дни до этой поездки. Хотелось обнять его, рассказать, как скучала, просто быть рядом. Она знала его настроение по голосу, по коротким сообщениям, но живое присутствие было важнее всего.
Она поднималась по лестнице, в груди — радостное волнение. Сюрприз. Он обрадуется.
Но сюрприз ждал её.
Дверь была неплотно прикрыта. Эшли толкнула её и застыла.
Комната. Арчи. И рядом с ним — чужая девушка.
Сначала она даже не поняла. Сцена не складывалась в картинку. Голова отказывалась принимать то, что глаза видят. Казалось, будто кто-то включил фильм с чужими людьми, но только кровать, стены, вещи — всё было знакомо до боли.
— Арчи?.. — её голос прозвучал так тихо, что почти утонул в шуме коридора. — Что… что это?..
Он обернулся. Не вскочил, не оправдался. Просто посмотрел — устало, отстранённо. Словно его застали не за изменой, а за чем-то бытовым, не стоящим внимания.
— Ты же говорил, что у тебя нет девушки, — равнодушно вставила та, другая, натягивая на себя рубашку.
Эшли ощутила, как в груди что-то оборвалось.
— Нет девушки? — слова вырвались сами, сорвались на крик. — Значит, я… никто? Запасной вариант, пока ты… пока ты ищешь других?
Она чувствовала, как трясутся руки, как лицо наливается жаром, а внутри всё превращается в пустоту.
— Ты ведь знала, — сказал Арчи ровным голосом. — Ты понимала, что к этому всё идёт.
— К этому идёт? — её голос сорвался. — Арчи, я любила тебя! Верила тебе! А для тебя я… фон? Тень?
Слёзы застилали глаза, но она не позволила им пролиться.
Итан и Лилу вернулись с прогулки как раз в этот момент. Сначала они не поняли, что произошло, но, увидев Эшли, бледную, с дрожащими руками, и спокойное, почти равнодушное лицо Арчи, всё встало на места.
Итан шагнул вперёд, тихо сказал:
— Эшли, пойдём.
Лилу взяла её под руку, увела подальше от взглядов, шептала что-то, лишь бы она смогла отдышаться.
Арчи закрыл дверь, словно отрезал себя от происходящего. В его глазах мелькнула тень — не сожаления, скорее привычного отчуждения. Он не умел держать рядом тех, кто пытался быть ближе. И каждый раз, когда кто-то делал шаг к нему, он сам разрушал всё, не дожидаясь, пока разрушат его.
Позже Итан и Лилу проводили Эшли до аэропорта. Итан предлагал поехать с ней дальше, но она отказалась.
— Мне нужно побыть одной, — сказала она. Голос её звучал тихо, но в нём не было слёз — только усталость.
Она ушла, и в груди у Итана остался осадок — злость на Арчи, жалость к Эшли, и смутное, неприятное ощущение, что друг, которого он знал, становится чужим.
Когда дверь за Эшли захлопнулась, в комнате воцарилась тишина. Девушка, что ещё несколько минут назад была с ним, быстро собралась и ушла, не бросив ни слова. Арчи остался один.
Он не злился и не переживал так, как ожидали бы другие. Наоборот — будто в груди поселилась привычная пустота.
Так легче.
Эшли была слишком близко. Слишком долго рядом. Она смотрела на него так, будто видела в нём что-то большее, чем он сам готов был себе позволить. А он не хотел, чтобы его видели.
Зачем она приехала? Сюрприз? Любовь? Все это… для других. Не для меня.
Он сел на край кровати, провёл рукой по лицу. Усталость давила на плечи, но не от учёбы, не от студентов, а от самого себя. Каждый раз, когда кто-то пытался его понять, прижаться ближе, он отталкивал. Разрушал первым. Так было проще, чем ждать, пока предадут.
В памяти всплыло лицо Лилу. Холодная, сдержанная, колючая для всех. Но — не для них. И всё же даже её Арчи боялся подпустить ближе. Хотя…
Если позволю себе хоть что-то… всё закончится так же. Как с Эшли. Как всегда.
Он усмехнулся, горько и почти беззвучно.
— А ведь ты сама знала, что будет больно, — пробормотал он в пустоту.
Но сам понимал: никакая вина не гаснет от этих слов.