Глава 48
Винсент
Я проснулся от вибрации телефона на тумбочке. За окном только начинало светать, и я потянулся за ним, стараясь не разбудить Вайолет. На экране высветилось сообщение от Джованни: «Задерживаемся. Вернёмся к вечеру. Не скучайте». Я хмыкнул, отложил телефон и повернулся к девушке. Её лицо было безмятежным, а дыхание спокойным. Я смотрел на неё и думал о вчерашнем дне. Как она танцевала со мной на кухне, неуклюже ведя меня в такт музыке, пока я боялся наступить ей на ноги. О том, как её пальцы разминали мои плечи, а потом её губы касались моих шрамов, пока я чувствовал, как что-то внутри меня отпускает. То, что было зажато годами. Как она выгнулась подо мной и закричала моё имя, и в этот момент я понял, что больше никогда не смогу быть без неё. Не просто не хочу, а не могу.
Она стала частью меня, такой же необходимой, как кислород.
Блондинка пошевелилась, и её ресницы дрогнули. Зелёные глаза медленно открылись и сфокусировались на моём лице. Девушка сонно улыбнулась.
— Доброе утро. — прошептала Вайолет.
— Доброе, ангел.
— Ты давно проснулся?
— Только что. Джо написал, что они с Каем задерживаются. Вернутся только к вечеру.
— Значит, у нас есть ещё целый день?
— Целый день.
Вайолет улыбнулась шире и потянулась, словно кошечка, выгибая спину. Я провёл ладонью по её обнажённому плечу, ощущая насколько кожа гладкая и тёплая после сна. Девушка прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновением, а я гладил её медленно, едва касаясь, очерчивая линию плеча, ключицы, шеи.
Хочу просыпаться так каждое утро. Видеть её рядом, чувствовать её тепло, слышать её дыхание.
Это стало моим новым смыслом.
Я наклонился и поцеловал её. Медленно, чувствуя, как она отвечает на поцелуй, как её пальцы скользят по моей щеке, но уже через секунду та поморщилась и отдёрнулась.
— Ты колешься. — пожаловалась она, потирая носик.
— Что?
— Щетина. Ты колючий. Как ёж.
— Я не колючий.
— Колючий. У меня сейчас нос отвалится.
Я усмехнулся. Вайолет была такой забавной, пока продолжала чесать и морщить свой веснушчатый носик.
— Тогда надо исправлять ситуацию.
Я встал с кровати и протянул ей руку. Она непонимающе посмотрела на меня, но руку взяла. Мы оба натянули на себя одежду. Я спортивные штаны, она мою футболку, которая болталась на ней как платье. А потом я резким движением закинул её на плечо. Она взвизгнула и заколотила меня кулаками по спине.
— Винс! Ты что творишь?!
— Исправляю ситуацию. Ты сама сказала, что я колючий.
— И поэтому ты несёшь меня в ванную, как мешок с картошкой?!
— Именно.
Я поставил её на пол уже в ванной и включил воду. Вайолет стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на меня с притворным возмущением, но её глаза смеялись.
— Ты невыносим. — цокнула блондинка.
— Ты уже говорила.
— И ещё раз скажу.
Я протянул ей бритву и пену. Она уставилась на них с удивлением.
— Ты хочешь, чтобы я тебя побрила?
— Ты же бывший врач. Должна уметь обращаться с острыми предметами.
— Одно дело скальпель, другое бритва у твоего горла. Если я порежу тебя, что ты сделаешь?
— Истеку кровью, наверное.
— Очень смешно.
— Я доверяю тебе.
Вайолет замерла на секунду, и я заметил, как что-то в её взгляде смягчилось. Доверие. Это слово значило для неё больше, чем любые признания. Я знал, что она до сих пор иногда ждёт подвоха. Что её прошлое научило её не верить людям. И каждый раз, когда она смотрела на меня вот так, с этим выражением, я понимал, что девушка делает шаг навстречу.
— Хорошо. — сдалась она. — Стой смирно.
Вайолет нанесла пену на мои щёки и подбородок, её пальцы двигались осторожно, почти нежно. Я стоял неподвижно, глядя на неё сверху вниз, и думал, что этот простой жест - её пальцы на моём лице, её сосредоточенное выражение, значат для меня куда больше, чем все сделки и контракты вместе взятые. Она была так близко, что я чувствовал каждый её вдох и выдох на своей коже. Видел, как та прикусила нижнюю губу, когда аккуратно, почти благоговейно вела бритвой по линии моей челюсти. Её свободная ладонь легла мне на плечо, чтобы сохранять равновесие, и это прикосновение обжигало сильнее любого огня. Девушка хмурилась, когда лезвие проходило по изгибу подбородка, пока её пальцы чуть сильнее начали сжимать моё плечо. В какой-то момент Вайолет замерла, проверяя, не пропустила ли участок, и провела кончиками пальцев по моей щеке, проверяя гладкость. Лёгкое, как крыло бабочки прикосновение, заставило моё сердце биться в учащённом ритме.
— Знаешь... — начала она, ведя бритвой вдоль моей щеки. — я никогда никого не брила.
— Я польщён.
— Не отвлекай меня. Если я порежу тебя, это будет твоя вина.
— Принимаю ответственность.
Вайолет закончила через несколько минут и отступила на шаг, критически осматривая свою работу. Взгляд зелёных глаз скользнул по моему лицу, проверяя каждый миллиметр, и я видел, как та мысленно ставит себе оценку.
— Готово. Теперь ты не колючий. И, надо признать, я отлично справилась.
Я смыл пену с лица и повернулся к ней.
— Проверим?
Я наклонился и поцеловал её. Она прижалась ближе, и её ладони легли на мою грудь. Поцелуй был долгим и медленным, и когда я отстранился, девушка улыбалась.
— Гладкий. — констатировала та.
— Спасибо.
— Обращайся. Но в следующий раз будешь бриться сам. Это слишком нервная работа.
— Ты же сказала, что отлично справилась.
— Справилась. Но нервничала. Ты хоть представляешь, какого это держать бритву у горла человека, которого любишь?
Я улыбнулся от её слов. Она сказала это так просто и естественно, будто это было самой очевидной вещью в мире. И, наверное, так оно и было. Я притянул её к себе и поцеловал снова, на этот раз крепче. Вайолет что-то промычала мне в губы, но я не отпускал.
После душа мы переоделись уже в нормальную одежду. Вайолет в леггинсы и легкую, молочную кофту. Я в темные брюки и бежевую футболку Polo. Затем спустились на кухню. Завтрак был простым - кофе, чай, тосты с джемом. Мы сидели за столом, и солнце уже поднялось над садом, заливая кухню светом. Вайолет рассказывала о том, что хочет пересмотреть систему безопасности в офисе и добавить дополнительные уровни шифрования. Я слушал её, пока та говорила о работе с таким азартом, что я не мог не улыбаться.
Через час я отвёз её на физиотерапию. Спустя ещё один час она появилась около меня, её щёки раскраснелись от упражнений, но девушка выглядела довольной.
— Врач сказал, что прогресс отличный. Ещё пара недель, и можно будет вернуться к полноценным тренировкам.
— Хорошо. Я рад. — ответил я, чувствуя, как на губах сама собой появляется улыбка. Раньше она была редким гостем на моём лице, что её можно было считать настоящим праздником. Но с тех пор, как в моей жизни появилась эта девушка, всё изменилось, и буквально перевернулось с ног на голову. Теперь я ловил себя на том, что улыбка стала моей постоянной спутницей, будто одного её существования было достаточно, чтобы сделать каждый день немного светлее.
— Ты, кажется, рад больше меня.
— Потому что я знаю, как ты этого ждала.
Вайолет улыбнулась и взяла меня за руку.
— Давай заедем на рынок? — предложила та. — Я хочу купить свежих овощей, и может быть, сыра. Настоящего итальянского.
— Ты теперь разбираешься в сырах?
— Я учусь. У меня был хороший учитель.
— Джованни?
— Он самый. Джо сказал, что я должна уметь отличать пармезан от грана падано с закрытыми глазами. Пока не получается, но я работаю над этим.
Мы поехали на рынок. Солнце освещало ряды с овощами, фруктами, сырами и специями. Пахло свежей зеленью, оливками и тёплым хлебом. Вайолет ходила между прилавками, пробовала оливки, нюхала базилик и с серьёзным видом обсуждала с продавцом выдержку пармезана на своём ломаном итальянском. Продавец, пожилой мужчина с добрыми глазами, терпеливо ей отвечал, а потом посмотрел на меня и сказал:
— La tua donna è molto simpatica. Tienila stretta. (Твоя женщина очень милая. Держи её крепче.)
— Lo so. — ответил я. — Lo farò. (Я знаю. Так и сделаю.)
Вайолет выбрала два вида сыра, пучок базилика, помидоры и ещё что-то, что собиралась приготовить. Я нёс её покупки и думал, что никогда не чувствовал себя таким... нормальным? Обычным мужчиной, который держит сумку с продуктами, пока его женщина выбирает овощи. И это ощущение мне чертовки нравится.
В особняке Вайолет сразу ушла в свою комнату работать. Я сидел рядом, на краю кровати, и наблюдал за ней. Её пальцы летали по клавиатуре, она переключалась между окнами, что-то бормотала себе под нос. Я не мешал, просто был рядом.
Ближе к вечеру я потянул её в домашний кинотеатр.
— Что мы будем смотреть?
— Увидишь.
Я включил старый, атмосферный ужастик, без дешёвых скримеров. Вайолет по началу ворчала, что не любит такие фильмы, но через пятнадцать минут уже вцепилась в мою руку и следила за фильмом с широко раскрытыми глазами. Когда тени на экране сгущались, а музыка становилась напряжённее, она инстинктивно придвигалась ближе, прячась за моим плечом. Её пальцы то сжимали мою ладонь, то впивались в предплечье, когда героиня замирала перед очередной дверью. Девушка вздрагивала от каждого резкого звука, и я чувствовал, как её сердце колотится где-то у моего плеча.
— Там кто-то есть. — прошептала она. — Я знаю, что там кто-то есть. Почему она всегда идёт туда, куда нельзя идти?
— Это ужастик. Герои в ужастиках всегда идут туда, куда нельзя идти. Иначе не было бы фильма.
— Заткнись. — блондинка пихнула меня локтем в бок и снова вцепилась в мою руку.
Я усмехнулся и притянул её ближе. Она прижалась ко мне, продолжая смотреть, пока её пальцы сжимали мою ладонь при каждом напряжённом моменте. Когда на экране появился антагонист, она ахнула и уткнулась лицом в моё плечо.
— Я не могу на это смотреть.
— Ты же глава кибербезопасности мафиозного клана. Ты прошла через пытки, через кому. И ты боишься ужастика?
— Это другое! Там было реально. А это... это страшно!
— Хочешь, выключу?
— Нет. — Вайолет подняла голову и снова уставилась на экран. — Я досмотрю. Из принципа.
На самом страшном эпизоде, когда героиня открывала дверь в тёмную комнату, дверь в наш кинотеатр с грохотом распахнулась. Девушка вздрогнула так сильно, что чуть не слетела с дивана, и издала сдавленный крик.
— Фильм и без нас? Некрасиво, голубки!
Джованни стоял в дверях, широко улыбаясь, а за его спиной маячил Кай с неизменным спокойным выражением лица.
— Вы совсем охренели? — выдохнула Вайолет, прижимая руку к груди. — Я чуть не умерла! У меня сердце сейчас выпрыгнет!
— Прости, tesoro. — русоволосый ни капли не выглядел виноватым. — Я понимаю, что вы хотите провести время вдвоём, но мы вам дали целых два дня. Два! Этого достаточно, чтобы намиловаться вдоволь.
— Мы не...
— Ага, конечно. — он бесцеремонно плюхнулся на диван рядом с нами. — Подвиньтесь.
Кай сел в кресло, и я заметил, как брат окинул нас взглядом. Его губы дрогнули в лёгкой улыбке.
— Рад, что вы не убили друг друга за эти два дня. — проговорил тот.
— Почти убили. — ответила Вайолет. — Особенно когда он закинул меня на плечо и потащил в душ.
Джованни поперхнулся.
— Так, стоп. Я требую подробностей.
— Не дождёшься. — отрезал я.
— Жестокий ты человек, fratello. Ладно, давайте смотреть. Что тут у вас?
— Ужастик.
— Отлично. Обожаю ужастики.
Мы досмотрели фильм вчетвером. Джованни комментировал каждый глупый поступок героев, Кай иногда вставлял сухие замечания, а Вайолет то смеялась над ними, то снова вцеплялась в мою руку. Это было странно и одновременно правильно. После чего направились все вместе на ужин.
— Переговоры с Ломбарди чуть не сорвались. — рассказывал Джованни, накладывая себе добавку. — Они хотели поднять цену на пятнадцать процентов. Представляете? Пятнадцать! Я чуть не рассмеялся им в лицо.
— Он не чуть. — уточнил Кай. — Он рассмеялся.
— И правильно сделал. Они совсем обнаглели. Но Кай включил свой коронный взгляд, ну, тот самый, от которого даже у меня мурашки, и они сразу сбавили до пяти.
— Это называется переговоры. — спокойно заметил Кай.
— Это называется «я сейчас тебя закопаю, но улыбаюсь». — поправил Джованни.
Вайолет рассмеялась, и я почувствовал, как внутри разливается тепло. Её смех. Я никогда не устану его слушать.
— А что с портовыми контрактами? — спросил я.
— Всё улажено. — ответил брюнет. — Поставки возобновятся со следующей недели. Без задержек.
— И без Моретти. — добавил Джованни. — Они пытались сунуться, но мы их опередили. Теперь у них нет ни контракта, ни репутации.
— Отлично. — ответила Вайолет. — Меньше проблем для нас.
— Кстати о милане, мы привезли тебе подарок. — проговорил Джо. Тот порылся в кармане и достал маленькую коробочку. Вайолет открыла её и достала магнит на холодильник в форме крошечной пиццы с надписью «Milano».
— Это чтобы ты помнила: мы думаем о тебе, даже когда уезжаем. — сказал русоволосый.
— И чтобы ты не забывала, что лучшая пицца всё-таки в Неаполе, а не в Милане. — добавил Кай.
Вайолет рассмеялась и прикрепила магнит к холодильнику, а когда села на своё место русоволосый поднял бокал.
— За нас. И за то, что мы снова вместе.
Мы чокнулись. Кай устало, но довольно откинулся на спинку стула. Джо, что-то, никак не умолкая, продолжал рассказывать. Я не слушал. Думал лишь о Вайолет, чья ладонь держала мою пол столом. Она превратила меня из хмурого, вечно холодного мужчину, в человека, который улыбается собственным мыслям посреди дня.
Я люблю её.