Глава 22
Винсент
Я стоял у окна в своей спальне и смотрел на залитый утренним солнцем сад, но перед глазами всё ещё был вчерашний день. Я прокручивал его в голове снова и снова, как пластинку, которую заело на одном и том же треке. Она танцевала на кухне. Босиком, в шортах и белой футболке, размахивая лопаткой вместо микрофона. Я должен был уйти сразу, как только увидел это, сделать вид, что ничего не заметил и подняться к себе, но я остался. Стоял в дверях и смотрел, как Вайолет кружится и поёт, и что-то в моей грудной клетке сжалось до боли. Блондинка не знала, что я там. Она была настоящей, живой, свободной от страха, который преследовал её с первого дня в этом доме. И когда та наконец обернулась, и увидела меня, когда лопатка с грохотом упала на плитку, а её щёки залились краской, я почувствовал странное, почти собственническое удовлетворение.
Я видел её такой. Никто другой.
А потом был бассейн. Я не планировал учить её плавать. Просто когда Вайолет появилась у края, такая напряжённая и одновременно решительная, я не смог удержаться. Мне захотелось, чтобы она доверилась мне. И она доверилась. Её пальцы вцепились в мои плечи, а огромные, испуганные, зеленые глаза смотрели на меня так, будто я был единственным, кто мог её спасти. Мои руки легли на её талию и я почувствовал, какая она маленькая. Хрупкой она не была. Вайолет была сильной, упрямой, несгибаемой, но в моих руках ощущалась до абсурдного лёгкой и от осознания этого внутри всё переворачивалось. Я вдруг резко одёрнул себя.
Хватит.
В моей жизни не было места для таких мыслей. Я не умел любить и никогда не пытался научиться. Мой образ жизни был простым и отлаженным, как механизм дорогих часов: одна ночь, одна женщина, никаких обещаний, никаких последствий. Я трахал их и уходил до рассвета, не оставляя ни номера, ни надежды на продолжение. С Вайолет всё должно было быть иначе. Она была инструментом. Полезным, ценным активом, который требовал защиты и обучения. Ничего большего.
Я не имел права хотеть большего.
Я повторил это себе трижды, прежде чем отвернуться от окна и начать одеваться. Телефон зазвонил, когда я застёгивал манжеты. Номер был Марко. Я поднял трубку и услышал то, что заставило кровь в моих жилах сначала застыть, а потом вскипеть. Виктора заметили. В старом складском комплексе на окраине города. Свидетели, машина, минимум охраны. Марко говорил быстро и чётко, и с каждым его словом моя ярость обретала форму. Впервые за всё время у нас был реальный след. Я сбросил звонок и несколько секунд стоял неподвижно, сжимая телефон в побелевших пальцах. Потом глубоко выдохнул и спустился вниз. За завтраком собрались все. Кай с планшетом, Джованни, который жевал бутерброд и спорил с Вайолет. Девушка сидела на своём обычном месте и выглядела отдохнувшей. Я задержал на ней взгляд ровно на секунду дольше, чем следовало и прошёл к столу.
— Есть новости. — произнёс я и все сразу затихли. — Виктора видели на старом складе в восточном районе. У нас есть окно в пару часов. Выезжаем немедленно.
Кай отложил планшет и поднялся без единого вопроса. Джованни перестал жевать и кивнул, моментально посерьёзнев. Я перевёл взгляд на Вайолет. Блондинка застыла, так и не донеся кружку до губ. Я видел, как побледнели костяшки её пальцев, как расширились зрачки. Она ничего не сказала, но её глаза кричали громче любых слов.
— Ты остаёшься здесь.— сказал я ей прямо. — Охрана знает свои задачи. Никуда не выходи.
Она медленно поставила кружку на стол. Потом подняла на меня взгляд и в нём плескался страх, который та отчаянно пыталась спрятать за привычной дерзостью. — Вы вернётесь? — нервно выдохнула дева.
— Да. — спокойно ответил я.
— Все?
Я помедлил ровно секунду. — Все.
Вайолет кивнула и отвернулась к окну. Я заметил, как дрогнули её ресницы и почувствовал острый укол где-то под рёбрами. Затем развернулся и вышел, зная, что Кай и Джованни следуют за мной.
Склад встретил нас запахом ржавчины, машинного масла и запустения. Огромное бетонное здание с выбитыми окнами и осыпающейся крышей. Мы рассредоточились быстро и без лишнего шума, каждый знал своё место. Я шёл первым, сжимая пистолет в руке и внутри всё кипело от предвкушения. Сегодня.
Сегодня я наконец поймаю этого ублюдка и закончу всё. Больше Вайолет не будет бояться.
Но его там не оказалось. Мы нашли следы: свежие окурки, обёртки от еды, ещё не успевшие засохнуть, брошенный рюкзак с вещами. И глухая, насмешливая тишина пустого здания. Виктор ушёл примерно за полчаса до нашего приезда. Как крыса, которая чует опасность раньше, чем кошка показывает когти. Я стоял посреди ангара и чувствовал, как гнев слепящий и неконтролируемый грей затапливает всё внутри. Хотелось разнести этот чёртов склад по кирпичикам, ударить кого-нибудь, заорать во всю глотку, но я просто стоял, стиснув челюсть до хруста и смотрел на рюкзак Виктора, как на личное оскорбление. Кай приблизился и остановился рядом. Он ничего не говорил, просто был. Джованни смачно выругался где-то за спиной и пнул пустую жестянку, которая с грохотом улетела в стену. Я развернулся и молча пошёл к машине. В висках стучало.
Мы опоздали.
В особняк мы вернулись далеко за полночь. Дом встретил мягким светом ламп в холле. Я вошёл первым, сбрасывая пиджак прямо на руки подоспевшему слуге и направился в гостиную, чтобы налить себе выпить, а затем замер в дверях. На диване спала Вайолет. Свернувшись калачиком, поджав ноги, в тех же спортивках и топе, что были на ней днём. Рядом с ней лежал телефон, который я дал ей вчера и нож с гравировкой, поблёскивающий в тусклом свете. Девушка ждала нас. Ждала меня и уснула, так и не дождавшись. Я стоял, как вкопанный и смотрел на неё, чувствуя, как что-то внутри медленно отпускает. Гнев всё ещё кипел где-то на фоне, но сейчас, глядя на её спящее лицо, я не мог думать о Викторе. Я мог думать только о ней.
— Нихуя. — тихо выдохнул Джованни за моей спиной. — Она реально ждала.
Кай подошёл ближе и остановился рядом со мной. Я чувствовал его взгляд на себе, но не оборачивался. — Ты смотришь на неё, — произнёс Кай негромко, — как не смотрел ни на кого.
— Заткнись. — сухо бросил я.
— Он прав, fratello. (брат) — поддержал Джованни и в его голосе не было привычной насмешки. — В нашем мире нельзя влюбляться. Ты сам всегда это говорил.
Я резко развернулся к нему, чувствуя, как внутри поднимается раздражение. Они оба лезли туда, куда я не позволял лезть никому и это начинало ужасно раздражать. — Я не влюблён, — ответил холодно я, и каждое слово упало как приговор. — Она мне не интересна. Не в моём вкусе. Она просто актив, полезный инструмент, который работает на нас. Не больше. И если вы думаете, что я смотрю на неё как-то иначе, вам пора проверить зрение. Мне. Плевать.
Джованни приподнял брови, явно не ожидая такого резкого ответа. Кай ничего не сказал, но его молчание было громче любых слов. В этот момент Вайолет пошевелилась на диване. Её ресницы дрогнули, и она медленно открыла глаза. Сонный, расфокусированный взгляд скользнул по комнате и остановился на мне. Я замер, чувствуя, как по позвоночнику пробежал холод.
Она слышала? Она могла слышать мои слова?
Её лицо было спокойным, но сонным и я не мог понять, проснулась ли она только что или лежала так уже несколько секунд.
— Вы вернулись. — прошептала девушка хриплым со сна голосом.
— Да. — ответил я, голос прозвучал ровно, хотя внутри всё опять сжалось.
Она села, потирая глаза, и нахмурилась, видимо, осознав, что уснула прямо в гостиной. Потом её взгляд пробежался по моему лицу, по Каю, по Джованни и та напряглась. — Вы нашли его?
— Нет. — ответил я коротко. — Ушёл.
Блондинка выдохнула и я не мог понять, чего в этом выдохе было больше, облегчения или разочарования. Вайолет потянулась за своим ножом, лежавшим рядом и привычным жестом убрала его в ножны на поясе.
— Я ждала. — сказала она, глядя куда-то в пол. — Хотела убедиться, что вы вернётесь.
Джованни перевёл на меня многозначительный взгляд, но я проигнорировал его.
— Мы вернулись. — произнёс я. — Иди спать.
Она поднялась с дивана и направилась к лестнице. У первой ступеньки обернулась и посмотрела на меня. Её зелёные глаза в полумраке казались почти чёрными. Девушка открыла рот чтобы что-то сказать, но тут же отдернула себя и развернулась уходя наверх.
Джованни выждал паузу и тихо присвистнул. — Мне плевать... — протянул он, передразнивая мой тон. — Ага. Конечно. Именно поэтому ты сейчас стоишь и смотришь на лестницу, по которой Вайолет только что поднялась.
— Джо, хватит. — оборвал его Кай.
— Я просто констатирую факт. — пожал плечами тот. — Факт состоит в том, что наш старший брат только что сказал самую большую ложь в своей жизни.
Я ничего не ответил. Подошёл к бару, плеснул себе виски и выпил залпом. Кай молча наблюдал за мной. Джованни, поняв, что продолжения не будет, отправился к себе, бросив напоследок короткое: — спокойной ночи. — Кай отправился следом за ним, а я остался стоять в пустой гостиной, глядя на смятые подушки дивана, где девушка только что спала. Мои собственные слова всё ещё звенели в ушах.
Она мне не интересна. Не в моём вкусе. Просто актив.
Я хотел, чтобы это было правдой, но правда заключалась в том, что я врал и кажется, все это понимали. Включая меня самого.