глава 52
Даша лежала на кровати в полной темноте, не снимая пальто. Глаза были открыты, но она не видела потолка — перед ней стояли лица её предков. Она чувствовала себя предательницей. Она проиграла. Окончательно.
В голове набатом била одна мысль: она опозорила дар своей бабушки. Тот самый дар, который та передавала ей с такой любовью, который Даша растила в себе годами, по крупицам, каждый день закаляя свой дух. Бабушка учила её быть скалой, а Даша превратилась в горсть пепла. Она позволила хейту, чужим словам и собственной боли загасить этот огонь. Из-за своих странных метаний — сначала занижала баллы из вредности, потом ставила фальшивые десятки, лишь бы её не трогали — она скатилась на самое дно. Зрители отвернулись, коллеги презирали, а таблица в Готзале безжалостно подтверждала её крах.
Ей казалось, что подняться с этого дна невозможно. Математически невозможно перекрыть те низкие баллы, которые она сама себе обеспечила своим поведением.
В тишине комнаты резко вспыхнул экран телефона. Уведомление.
Даша не хотела смотреть, но рука сама потянулась к устройству. Это было официальное письмо от продюсеров проекта. В тексте было два варианта, оформленных как кнопки: «Уйти с проекта» или «Остаться и пройти испытание».
Ниже была приписка: «Шанс на реабилитацию. Экстремально низкие баллы зрителей и экстрасенсов можно перекрыть только идеальным прохождением одиночного испытания. Но помните, ваш рейтинг сейчас почти на нуле».
Она долго смотрела на эти кнопки. Палец завис над «Уйти». Это было бы так просто — исчезнуть, закрыться в своей скорлупе, признать поражение. Но в этот момент в памяти всплыл голос бабушки: «Дар — это не награда, Даша, это ответственность. И самая большая слабость — это не ошибка, а отказ её исправлять».
Даша резко села на кровати.
«Это не та Даша, — подумала она, и внутри впервые за эти дни что-то шевельнулось. — Разве я проходила весь этот путь, терпела столько лет, училась слышать мертвых, чтобы сдаться на середине из-за каких-то комментариев в сети и своей минутной слабости?»
Тьма в её глазах сменилась холодным, яростным блеском. Она поняла: если она уйдет сейчас, она действительно умрет. Как практик, как личность. Она не позволит своему дару угаснуть в позоре. Ей плевать на хейт, плевать, что о ней думает Шепс, Влад или весь мир.
Она решительно нажала на кнопку: «Остаться в проекте».
Через пару минут пришло ответное сообщение от менеджеров:
«Мы рады вашему решению, Даша. Это смелый шаг. Ваше испытание состоится через два дня. Вы будете проходить его одна. Объект засекречен, машина будет у вашего подъезда в 6:00. Приготовьтесь, это будет ваш единственный шанс вернуть доверие».
Даша отбросила телефон и встала с кровати. Она подошла к зеркалу, включила свет и начала смывать этот «мертвый» грим. Вода была ледяной, но она её не чувствовала. Она смотрела на свое отражение и видела, как сквозь слой пудры проступает прежняя Смирнова — та, которая кусается, которая борется и которая не знает слова «поражение».
Испытание одной. Без поддержки, под прицелом камер, которые будут ловить каждый её промах. Но именно это ей и было нужно.
— Ну что ж, — прошептала она, глядя на свои бледные губы. — Посмотрим, кто из нас настоящая Тьма.
Два дня спустя. 6:00 утра.
У подъезда Дашу ждала черная машина с тонированными стеклами. Никаких лишних людей, только водитель и оператор, которому было строго запрещено вступать с ней в диалог. Даша села на заднее сиденье, одетая во всё черное, с туго заплетенными волосами. В её руках была старая шкатулка бабушки — единственный предмет, который она взяла с собой.
Весь путь она провела в молчании. В голове она выстраивала защиту. Она знала, что это испытание будет проверкой не только её способностей, но и её нервов. Ей нужно было выдать результат на 10.0, чтобы хотя бы математически начать подъем с того дна, куда она рухнула.
Испытание
Её привезли на заброшенный объект — старое поместье с тяжелой, «грязной» энергетикой. Задача была ясна: найти спрятанный предмет и рассказать историю семьи, которая здесь погибла, не имея ни одной подсказки.
Камеры начали снимать. Даша вышла из машины и на секунду замерла, вдыхая сырой воздух. Она чувствовала, как внутри просыпается та самая сила, которую она пыталась заглушить. Это была уже не та апатичная девушка из Готзала. Это была хищница.
— Вы готовы? — спросил закадровый голос режиссера.
Даша не ответила. Она просто двинулась вперед, к дверям поместья. Она работала так, как не работала никогда в жизни. Она видела тени, слышала шепот стен, её руки безошибочно находили точки боли в этом пространстве. Она не просто нашла предмет — она восстановила поминутно события столетней давности, заставив съемочную группу стоять с открытыми ртами. Это был триумф. Чистый, ледяной и безупречный.
Тем временем в Готзале (день съемок выпуска)
Ребята собрались на очередное обсуждение, будучи абсолютно уверенными, что Даши больше нет в проекте. Олег выглядел тенью самого себя, Влад перебрасывался шутками с Марьяной, но в воздухе висело напряжение.
— Ну что, сегодня официально объявим об уходе Смирновой? — вполголоса спросил кто-то из экстрасенсов.
— Она сама выбрала этот путь, — холодно бросил Олег, хотя внутри у него всё переворачивалось. Он не мог простить ей этого молчаливого ухода.
Марат Башаров вышел к участникам с загадочной улыбкой.
— Добрый вечер, сильнейшие. Прежде чем мы перейдем к результатам недели, я хочу показать вам кое-что. На этой неделе один из наших участников проходил испытание в полном одиночестве. И этот человек... решил не сдаваться.
На огромном экране Готзала пошли первые кадры. Когда в кадре появилось лицо Даши — сосредоточенное, полное той самой прежней яростной силы, — в зале воцарилась гробовая тишина. Олег застыл, не веря своим глазам. Влад подался вперед, прищурившись.
— Не понял... — прошептала Лина. — Она что, вернулась?
На экране Даша как раз входила в поместье, и её голос — твердый, холодный и уверенный — зазвучал из динамиков:
— Я здесь не для того, чтобы просить прощения. Я здесь, чтобы забрать своё.
Ребята смотрели выпуск в полном шоке. Никто из них не ожидал, что «сгоревшая» Даша найдет в себе силы восстать из пепла всего за четыре дня. И судя по тому, что они видели на экране, её оценки в этот раз должны были взорвать таблицу. Она возвращалась, и это возвращение обещало быть кровавым для всех, кто уже успел её списать.