#любовьненависть | Адель Шайбакова

Он улыбался – широко и пьяно. Волосы его были взъерошены. Голубая рубашка расстегнута на несколько пуговиц, словно ему стало совсем жарко. Что с ним?..

— Извини – ты не должна была это видеть, Яна, – сообщил Влад.

— Что это? – спросила я тихо, сжимая в руке телефон.

— Я был немного зол, – сообщил он. – Из-за того, что ты меня кинула. Из-за нее, да? Но ведь ты вернулась. Вернулась. Значит, все хорошо.

Он расхохотался.

— Влад, что с тобой? – спросила я.

— Все в порядке. В полном! Идем отсюда.

Мы вернулись в гостиную. Все, что я сейчас хотела, – покинуть этот дом, потому что Савицкий стал меня напрягать. Наше свидание было совсем не таким, каким я его себе представляла. И сам он казался ужасно странным.

— О чем ты думаешь? – спросил вдруг Влад, все так же пристально глядя на меня. От такого его взгляда хотелось закрыться.

— О том, что, наверное, мне пора домой, – ответила я.

Он покачал головой.

— Нет, – сказал Влад, не переставая улыбаться. – Нет-нет, малышка. Никаких домой. Ты ведь только пришла. Ты думаешь не об этом.

— Что? Почему ты так решил? – удивилась я, твердо решив уйти.

— Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь, – обронил он загадочную фразу, приблизился ко мне и протянул руку к моему лицу. – Хочешь, займемся тем, что поднимет тебе настроение? – ласково спросил Влад и погладил меня по щеке.

— В каком смысле? – ледяным тоном спросила я. И вдруг заметила, что зрачки его расширены. Меня словно по щеке ударили. Он под чем-то! Он точно под чем-то!

— Ты же взрослая девочка, должна все понимать.

— Мне пора домой, – отчеканила я и направилась в сторону прихожей, но Влад поймал меня за руку.

— Не трогай меня.

— Я тебе не нравлюсь?

— Мне пора домой, – сквозь зубы повторила я.

— А, точно, – ударил он себя по лбу. – Я забыл. Забыл. Прости! Ты же напряжена. Тебе нужно снять напряжение. Я сейчас!

Он вернулся, когда я уже надела туфли, и закрыл спиной дверь, явно всем своим видом давая понять, что не даст мне уйти. Мне стало не по себе.

— Как я мог сам расслабиться, а о тебе забыть? – пробормотал он и протянул мне плотно сжатую ладонь. А потом резко раскрыл ее – в ней лежала пара круглых таблеток.

— И что же это? – спросила я, хотя прекрасно понимала что.

— То, что тебя расслабит, – пожал он плечами. – Ну же, малыш. Возьми одну.

— Нет, извини, мне этого не надо, – резко сказала я, боясь показать страх. – Я ухожу.

— А с моих губ? – весело спросил Влад, взял одну таблетку в рот и, прижав меня к стене с неожиданной силой, попробовал снова поцеловать.

Испугавшись, я оттолкнула Влада – так, что он покачнулся, а таблетка выпала из его руки. Негнущимися пальцами я попыталась открыть замок. Однако ничего не выходило. Страх захватил меня полностью, и пальцы перестали слушаться – задеревенели.

— Куда? – схватил меня за волосы Влад, словно сойдя с ума. – Я не разрешал тебе уходить, малышка.

— Отпусти меня! – закричала я, пытаясь вырваться. Телефон упал на пол. – Отпусти! Не смей!

— Я так скучал по тебе. Иди ко мне, – жутко улыбнулся Влад и снова попытался поцеловать – теперь у его горячих губ был странный химический привкус. Отвратительный до тошноты. А может быть, меня начало тошнить от страха, разрывающего сознание на куски.

Видимо, он только что закинулся таблеткой. Урод. Я сопротивлялась, как могла, но его цепкие пальцы оказались на моей шее и так сдавили ее, что я закашлялась и на мгновение замерла.

— Замолчи. Замолчи. Ненавижу крики. – Савицкий снова прижал меня к стене, закрывая рот ладонью, в которой несколько секунд назад лежали те ужасные таблетки. – Почему ты все время перечишь мне, а?

Я снова отчаянно пыталась вырваться, но Влад был таким сильным, что сделать это не получалось. Он удерживал меня и весело смеялся. И от этого становилось еще страшнее. Тошнота подкатывала к горлу. Пульс зашкаливал. Я попыталась укусить его, но Влад с размаха ударил меня по лицу, а потом еще раз – во рту тотчас появился слабый привкус железа. Он разбил мне губу до крови. В глазах у меня появились слезы – не от боли, а от осознания собственной беспомощности.

— Ты не уйдешь от меня. Больше никогда. Я просто хочу доказать тебе, что я лучше, чем она. Понимаешь, малышка? Понимаешь? – говорил Савицкий, и его обычно плавный бархатный голос стал резким и прерывистым. – Я ведь лучше. Лучше, понимаешь? Ответь. Я лучше? – Он убрал ладонь с моего лица – и она стала скользить по моему телу. – Скажи мне, что я лучше?

— Помогите! Кто-нибудь! Помогите! – закричала я во весь голос, так громко, как только могла. От ужаса меня трясло, и сердце готово было вырваться из груди. Он был сильнее, гораздо сильнее меня. И он был не в себе – под воздействием наркотиков.

— Тебя никто не услышит, – выдохнул Влад, глядя на меня. Зрачки у него расширились так, что закрывали почти всю радужку и казались черными. В его глазах, казалось, чернела бездна. И эта бездна затягивала меня. – Никто не услышит. Кроме меня, разумеется. И неба. Смотри, – вдруг поднял он взгляд наверх, к потолку, – там такое красивое небо. Говорят, что, если поверить в себя, можно взлететь. Я хочу летать, малышка.

Никакого неба, разумеется, над нами не было. Был лишь страх – всепоглощающий и черный, такой же черный, как его глаза. Я снова пыталась кричать, но его ладонь не давала мне этого сделать – с такой силой сжимала мой рот, что с моих губ срывался лишь бессвязный хрип. За какие-то несколько мгновений он превратился из человека в чудовище.

— Вы всегда её выбираете – можно подумать, она умеет летать, – бормотал Савицкий что-то бессвязное, все так же удерживая меня, не давая вырваться и целуя в шею и ключицы сквозь ткань платья. Наверняка на коже останутся отпечатки его пальцев... Будут синяки. Не знаю, почему в этот момент я подумала об этом.

— Я ведь лучше. Тысячу раз говорил. Говорил же? Говорил, шептал, кричал, – продолжал Влад, глядя в потолок. А потом снова перевел взгляд на меня. – Эй, малыш, идем.

Он попытался взять меня на руки, но я не далась – с силой рванулась назад, ударилась о стену и упала, зато схватила с пола телефон.

— Помогите! – снова закричала я – Влад подходил все ближе.

— Иди ко мне, малыш. Иди. Тебе понравится. Ну же. Я буду лучше, чем она, – сказал Влад и больно схватил меня за волосы. Сначала он снова пытался поцеловать меня в окровавленные губы, и его ладонь снова скользнула от моих плеч вниз. А потом поволок за собой по полу, уже не заботясь о том, что я отчаянно кричу. Не знаю, как мне удалось вырваться, – в какой-то момент я просто перестала осознавать, что происходит.

Я кинулась в гостиную.

— Почему вы все выбираете её?! Почему?! – закричал Савицкий в ярости и ударил кулаком по шкафу А потом стал громить прихожую.

Я заперлась в столовой, трясущимися руками пытаясь включить телефон – из-за падения он вырубился. Я хотела позвонить в полицию – до их приезда я смогу продержаться в закрытом помещении... Однако никуда позвонить мне не удалось – появился тяжело дышащий Савицкий. Он просто забежал в столовую через другую дверь, которую я не заметила. Засунув руки в карманы джинсов и что-то насвистывая, он медленно шел ко мне. Его ярость как водой смыло. Но глаза все еще казались такими же страшными.

Таблетки сотворили с ним ужасное превращение. Он надвигался на меня, склонив голову набок, а я отступала, исподлобья глядя на него.

— Я скучал по тебе, – сказал Савицкий почти обычным голосом. – Почему ты бросила меня в день рождения? Специально или так вышло?

Я сглотнула. Он не видел во мне меня. Он видел во мне кого-то другого. Свою бывшую? Может быть. Мне было плевать. Все, что я хотела, – унести от него ноги.

— Ты была со мной, а думала о ней, – продолжал Савицкий. – А когда ты меня бросила, то думала обо мне?

Мой взгляд заметался по гостиной и наткнулся на осколки посуды – я отступала прямо к ним.

— А я о тебе думал, малыш. Но скоро я перестану о тебе думать. Я нашел другую девочку, – говорил Влад, не мигая и продолжая надвигаться на меня. – Только она такая же, как ты. Вы все одинаковые. Мрази. Ненавижу вас.

Я кинулась к разбитой посуде, схватила за тонкую ножку разбитый бокал и выставила его вперед как нож.

— Не подходи ко мне, – хватая разбитыми губами воздух, сказала я. – Не смей больше меня касаться. Урод.

— Тебе понравится, – улыбнулся Савицкий и облизнулся – на его губах оставалась моя кровь. – Я покажу тебе небо, малышка.

На этом мое сознание совсем перестало воспринимать действительность. И включился инстинкт самосохранения. Вспышка. Он приближается ко мне, тянется ко мне, а я замахиваюсь и ударяю его разбитым бокалом по руке. Сильно. До крови. И пока Влад корчится от боли, закрывая рану другой рукой, сквозь пальцы которой сочится бордовая кровь, я лечу к выходу.

Вспышка. Я выбегаю из его квартиры, не взяв сумочку и верхнюю одежду, – в руках у меня только телефон, который я крепко сжимаю. И лихорадочно жму на кнопку вызова лифта. А Влад кричит мне что-то из квартиры.

Еще одна вспышка. Я несусь прочь от его дома, не обращая внимания на холод, резкие порывы ветра, грохот грома и росчерки молний на небе. От запаха озона слегка кружится голова. И снова вспышка – я падаю, расцарапывая в кровь колено, и боль приводит меня в чувство. Только тогда я понимаю, что нахожусь в относительной безопасности – дом Савицкого позади. И снова бегу по безлюдным темным улицам – изо всех сил, не зная, куда и зачем.

А потом позвонила Адель – когда начался дождь. Потому что больше не знала, кому звонить.

вот обещанный пиздец... кому влад не нравился, ваше предчувствие вас не подвело, так сказать