Аккорд

    — Шедоу! Ше-е-едоу! Пошли на улицу!
    — Мне не пускают, — сказал я расстроенным голосом, высовывая голову из окна. Снизу у двери как всегда стоял Соник и звал меня на улицу. Он каждый день был на улице, а меня отпускали не так часто.
    — Почему? Идем! — все кричал он.
    — Мне еще задания делать.
    — Да наплюй ты на эти задания! Ты еще даже в школу не идешь!
    Я нахмурился. Почему он не понимает очевидных вещей?
    — Я докончу и выйду. Подожди полчаса, — я закрыл окно, услышав недовольный возглас Соника, и спрыгнул с подоконника. Хоть мне и не разрешалось залезать на него, и уж тем более высовываться из окна, я все равно делал. И это одно из тех немногих правил, которые я нарушал. Я просто хотел видеть друга.
    Сев за домашнюю работу по математике, что мне дали родители, я начал быстро-быстро решать её, чтобы поскорее выйти на улицу и поиграть с Соником.
   
    — Ну наконец-то! — набросился на меня Соник, — Сколько можно делать эти тупые задания?
    — Не говори так, это плохо, — нахмурился я. Разве можно говорить такое плохое слово, да еще и обзывать им задания? Они-то ни в чем не виноваты. Хотя я бы сильно разозлился, если бы он назвал этим словом меня. Возможно, даже перестал с ним дружить.
    — Плохо — это не выходить к своему другу! Я целый день ждал тебя здесь.
    — Не преувеличивай, я сделал упражнения быстро вообще-то.
    — Целый день был, я засекал, — он протянул мне руку, на запястье которого висели игрушечные часы.
    — Ты даже не можешь ими пользоваться.
    Он показал мне язык, а потом взял меня под руку и потащил к площадке.
    — Во что будем играть?
    — Я еще не придумал.
    Так проходил день изо дня. Мы играли на площадке в различные игры, придуманные нами. Я несколько раз старался научить его таблице умножения или же хотя бы буквам, но забросил попытки, когда он прочитал слово "дуй" очень плохим словом и рассмеялся. А я его отчитывал. Несмотря на это, мне нравилось играть с ним. Он был моим единственным другом. Лучшим другом. У него же было много друзей, я иногда наблюдал за ними из окна в те нередкие дни, когда меня не пускали на улицу. Они смеялись, и Соник тоже смеялся. В такие моменты мне казалось, что с другими ему интереснее, чем со мной, но он из раза в раз смотрел на меня с самой площадки и махал мне. Я улыбался, махал в ответ и слезал с подоконника, когда слышал шаги в коридоре. Родителям бы не понравилось, если бы они узнали, что я делаю что-то в тайне от них. А я делал и чувствовал себя плохим человеком, раз нарушаю правила. Мне было стыдно, но я не мог перестать это делать.
    Но в один день мама все-таки зашла в комнату до того, как я успел слезть с подоконника. Я даже не успел закрыть окно, а она смотрела на меня своими большими карими глазами и хмурилось. Я не любил, когда она хмурилось, потому что это значило, что я разочаровал её или что шло что-то не так. В этом случае, наверное, первое.
    — Прости.
    Она подошла к окну и выглянула из него в тот самый момент, когда Соник снова помахал мне. И нахмурилась еще сильнее, закрыла окно и велела мне слезать и идти за ней. Я немного замялся, зная, что вряд ли в ближайшее время выйду на улицу. Обернулся к окну и помахал Сонику в ответ.
    Меня наказали и запретили выходить на улицу на неделю. Дали много-много домашних заданий по математике и литературе, и всю неделю я решал примеры и читал книжки. В один вечер я так разозлился, что обозвал плохим словом это примеры и книжки, и тут же пожалел об этом. Потому что я не хочу быть плохим, а если я говорю плохие слова — я плохой. Но я не считал плохим Соника, хоть он и говорил плохие слова. Не знаю почему. И я сел и продолжил делать домашнее задание. Потому что я заслужил. А мои родители очень волнуются за меня, поэтому они наказали меня. Они хотят, чтобы я был умным, когда пошел в школу, и вообще был умным всегда. Я очень благодарен им за это. Мало у кого есть такие родители, которые занимаются с ребёнком. Вот у Соника, например, мама не заставляет его учиться. Он говорит, что мама говорит ему, что его в школе научат всему. Я говорю, что чем раньше, тем лучше, и в школу нужно идти уже умным. Но он не слушал меня и продолжал каждый день играть на улице, иногда со мной, иногда с другими детьми.
    Когда мое наказание закончилось, я вышел на улицу и встретил своего лучшего друга, сидящего на скамейке. Я подошёл и сел рядом.
    — Шедоу! — он так обрадовался мне и обнял меня, что я подумал, что примеры и книжки не жалко променять на такого друга, как он.
    И мы снова играли, как раньше, до наказания. Только теперь я не залезал на подоконник и не выглядывал в окно. Я обещал родителям, что больше так делать не буду и они разрешили мне видеться с Соником. Я был очень рад.
    — Мне купили гитару. Она такая классная! — говорил Соник, когда мы катались на качелях.
    — Ты можешь играть на ней?
    — Еще пока нет, но научусь.
    — Тогда зачем она тебе, если ты не умеешь на ней играть?
    — Шедоу, ты испортил мне настроение своими вечными вопросами!
    — Но я просто спросил, зачем.
    — Зачем это, зачем то, — скорчил он лицо, — не все должно иметь смысл, Шедс. Иногда просто надо ответить "затем". И показать язык.
    — Зачем так делать?
    — Затем.
    — Зачем?
    — Затем.
    — А зачем ты не показываешь язык? — спросил я, раскачиваясь на качелях.
    Он немного подумал и ответил.
    — Затем.
    — Потому что я твой лучший друг?
    — Не знаю. Просто не показываю. Хочу — показываю, не хочу — не показываю.
    — Понятно.
    Он встал со своей качели, подошёл к моей сзади и начал раскачивать меня. Сильно, чтобы мне стало страшно. Но мне не стало страшно, и он снова сел на свою качелю, попросив меня раскачать его. Мне было хорошо с ним. Только с ним. Ни с кем другим мне не было так хорошо, как с ним. Даже с родителями, но я не говорил им об этом. Я не говорил это даже самому Сонику. Может, скажу когда-нибудь. Потом. Когда мы будем большие и будем ходить на площадку, тогда и скажу. Главное, не забыть сказать, а то он обидется на меня, и мы не будем больше дружить.
    — Шедс, — однажды сказал мне Соник, — ты знаешь, что ты мой лучший друг?
    Я посмотрел на него. Мы катались на карусели, я сидел, а он крутил её. Иногда он крутил её быстро-быстро, чтобы я испугался, но я не пугался.
    — Конечно знаю, — кивнул я.
    — А я твой лучший друг?
    — Конечно.
    — А если мы лучшие друзья, то мы будем всегда лучшими друзьями?
    — Конечно.
    — Ты можешь перестать говорить "конечно"? —цыкнул он и стал пародировать меня,— Конечно-конечно-конечно.
    — Перестань.
    — Конечно-конечно...
    — Соник, я сейчас уйду, — обиженно сказал я. Никуда я уходить, конечно, не собирался.
    — Да все, все. Что ты сразу обижаешься. Я просто шутил, — он сел рядом со мной на карусели, и мы катались по кругу долго, пока не остановились. И даже когда остановились, мы долго еще сидели так.
    — Шедс.
    — Что?
    — Мы точно будем друзьями всегда?
    Я чуть подумал и кивнул.
    — Да, будем.
    — Всегда-всегда?
    — Да, всегда-всегда.
    — А если мы поссоримся?
    — А мы постараемся не ссорится. Просто будем каждый день так играть и не будем ссорится.
    — Ладно. Ты такой умный, Шедоу. Я так рад, что я твой лучший друг и что ты мой лучший друг.
    — Я тоже очень рад. Хоть ты и не умный. Я просто рад. Просто так.

_______________________________________________
Такие вот флешбеки будут очень часто, дабы рассказать об их прошлом. Надеюсь, вам понравилась глава)
тгк: https://t.me/sfrbiekk
1252 слова