20
Миссис Пак молча смотрела на девушек, не зная, что и сказать по поводу увиденного. Её дневную смену отменили, так что доктор Пак спешила домой, чтобы позаботиться о дочери. И первое, что она увидела, когда зашла на кухню, это то, как Розанна с жадностью целует и обнимает девушку, которую не хотела видеть, с которой не хотела иметь никаких дел.
Сейчас же, художница стояла не шелохнувшись, её рука покоилась на обнаженной талии Ким, а критик смотрела на миссис Пак через плечо, плотно прижимаясь к блондинке и периодически поглядывая на свою футболку.
— Красивая татуировка, — с трудом выговорила Пак-старшая первое, что пришло ей в голову.
— С-спасибо... — промямлила в ответ Дженни, но с места так и не сдвинулась.
— Можешь надеть футболку. Ваш завтрак стынет, — собравшись с мыслями, Пак Чеен подняла пакет с продуктами и прошла к холодильнику, сгружая в него накупленное. Дженни тут же схватилась за домашнюю футболку и быстро надела ее, чувствуя, как Розэ заботливо помогает ей расправить края. Им обеим все еще было дико неловко, а Пак-младшая старательно пыталась подавить в себе вспыхнувшее секундами ранее желание. Мама, своим появлением смогла немного остудить пыл своего чада, но окончательно желание овладеть Дженни никуда не делось.
— Садись, — отодвигая стул, Дженни помогла блондинке сесть, тут же пододвигая к ней тарелку на которую уже успела положить порцию блинчиков, и чашку с кофе. Старательно подавляя в себе желание сбежать из квартиры на всех парах, Дженни обернулась к Миссис Пак, спокойно поинтересовавшись, хотя размеренный тон давался ей очень и очень нелегко.
— Будете завтракать с нами?
— Да, пожалуй... — немного отстраненно произнесла Пак старшая, прежде чем сесть за стол, наблюдая за тем, как зеленоглазая пододвигает к ней тарелку с блинчиками.
Собрав волю в кулак, шатенка села за стол, пододвигаясь поближе к Розанне, но не помогая художнице орудовать приборами. В понимании Дженни, блондинка должна была приучать себя к самостоятельности. К тому же, опыт показал, что последнее время в австралийке проснулось желание все делать самой, и это желание Дженни считала нужным поощрять.
Как только зеленоглазая устроилась на своем месте, Розэ почувствовала себя увереннее, она не могла видеть лицо матери, но чувствовала, что та сбита с толку, насторожена и возможно даже недовольна. Что всегда восхищало в Чеен Пак других, так это невероятная работоспособность и столь же невероятное желание обеспечить счастье для своей единственной любимой дочери. Наверное, поэтому после увиденного кареглазая не устроила скандал и разбирательства. Она просто наблюдала за Дженни и Розэ, замечая с какой нежностью они реагируют друг на друга. В её присутствии все ограничивалось лишь мимолетными прикосновениями, как со стороны Розэ, так со стороны и Дженни.
— Так значит... Вы помирились? — нарушая тишину в которой они завтракали, Чеен посмотрела на Дженни. Голубоглазая тут же подняла взгляд на мать, а потом растерянно развернула голову к критику. Пак-младшая была уверена, иначе то что случилось между ними и не назовешь, но почему-то ей становилось страшно в ожидании ответа от Дженни.
Кореянка оторвала взгляд от тарелки с блинчиками, переводя его на мать своей возлюбленной и согласно кивнула, окончательно уверившись в том, что не отступится, даже если Миссис Пак будет против их отношений с Розэ.
— Да, это случилось на выставке, а потом мы приехали домой.
«И продолжили мириться...» — игриво пророкотал внутренний голос младшей. Невольно сжав бедра от воспоминаний о том, что они вытворяли на диване в гостиной, блондинка почувствовала, что её щеки покраснели и быстро опустила взгляд в тарелку. Но от мамы не укрылась подобная реакция на безобидный разговор, так что женщина сразу поняла, что примирение у этих двоих длилось видимо всю ночь.
— Что ж... Я рада, что вы перестали трепать друг другу нервы. Теперь можно вновь считать вас парой? В третий раз... Не так ли? — фраза может прозвучала жестоко, но Миссис Пак поступила абсолютно правильно, напомнив Дженни о том, сколько раз кореянка расходилась с Розанной.
— В третий и последний, — уверенно произнесла зеленоглазая, прежде чем сделать глоток кофе. Напоминание о былых ошибках не задевало ее. Это больше было похоже на дополнительный стимул держаться за эти отношения. Розэ молчала, давая матери и критику обсудить все, прежде чем завтрак закончится и они все разбредутся по своим делам. Пак Чеен ляжет спать, а Розэ с Дженни... Ох, у Пак-младшей было столько вариантов, чего бы они могли поделать...
— Я сомневаюсь, что за столь короткий срок вы успели поговорить о будущем, но вскоре вам придется подумать о том, как вы будете жить... У меня есть отдельная квартирка, если вы решите жить вместе, я не буду вас стеснять.
— Я думаю, будет удобнее, если я перееду к Розэ. Её квартира полностью оборудована, что не скажешь о моей. Там придется хорошенько поработать, чтобы она стала пригодна для проживания нас двоих. Если Розэ не против, то в ближайшее время мы съедемся.
— А свою квартиру будешь сдавать? — поинтересовалась Миссис Пак, стараясь не терять зрительный контакт с Дженни Ким. Ей было интересно наблюдать за кореянкой, подмечая то насколько она изменилась с момента их первой встречи, не считая столкновения в парке.
— Нет. Я не смогу сдавать собственную квартиру. Простите... Меня раздражает сама мысль о том, что в моей квартире будет жить посторонний человек.
В этом была вся Дженни, Розэ даже не удивилась тому, что сказала Ким, но в её голову тут же пришла весьма дельная мысль, которую художница и озвучила, воодушевленно расправив плечи.
— А может... Мама переедет к тебе на квартиру, а ты съедешься со мной? Её «квартирка» находится черт знает где, а так она будет ближе к нам. Плюс, ты же сама сказала, что не хочешь заселять постороннего человека и, могу поспорить, ты не хочешь, чтобы квартира покрывалась слоем пыли и простаивала.
— Верно... — задумчиво произнесла зеленоглазая, посмотрев на художницу с легкой улыбкой на губах, Розэ не переставала приятно удивлять ее. Вернув свое внимание к Миссис Пак, девушка выжидающе вздернула брови.
— Что скажете, миссис Пак?
— Вы уверены, что подобное решение не стеснит вас, а в первую очередь тебя, Дженни? — хмуро поинтересовалась Пак-старшая, чувствуя некое неудобство от того с какой легкостью кореянка согласилась на идею Розэ.
— Розэ права. Я не хочу, чтобы квартира простаивала, но и сдать её незнакомцам не позволю, а вы мама Розанны. По сути вы идеальный вариант.
— Если так, то я не вижу смысла отказывать. Дайте знать, когда начнете великий переезд. Спасибо за завтрак, он был очень вкусным.
Улыбнувшись, Дженни потянулась было к тарелке миссис Пак, но женщина отрицательно мотнула головой, поднимаясь со своего стула.
— Я сама помою.
— Вы же с ночной смены... Мне не сложно.
— Идите, я думаю, вам с Розэ есть, что обсудить.
«И чем заняться.» — снова добавила блондинка, тут же поджав губы и сокрушенно покачав головой.
Возразить было нечего, поэтому голубоглазая аккуратно поднялась со стула и, обхватив ладонь Дженни, повела её из кухни в гостиную, а от туда прямиком в спальню.
— Все прошло лучше, чем я ожидала, — садясь на кровать, Розэ расслабленно вздохнула, потирая пальцами переносицу. Она слышала, как Дженни ходит по комнате, но не могла понять, зачем она это делает.
— Я сегодня заглянула в твой шкаф...
— Я знаю, — поймав проходящую мимо Ким за ногу, Пак потянула ее к себе, заставляя нагнуться. Губы ласково касаются подбородка старшей, прежде чем подарить шатенке нежный поцелуй в губы.
— Кто распределял твою одежду по отсекам...? — не унималась Дженни, сумев задать вопрос сквозь поцелуй. Она с трудом сдерживала в себе нахлынувшее желание, мотивируя тем, что в другой комнате находится мама Розэ, хотя саму художницу это, кажется, ничуть не смущало.
— Лиса, Эшли, Чимин...Все помогали, как могли, — пробормотала австралийка, продолжая терзать губы своей избранницы новыми и новыми поцелуями.
— Это очень неудобная система, — недовольно проворчала зеленоглазая, прикусывая нижнюю губу Розэ. — Нужно разложить все иначе, чтобы тебе было удобнее...
— И ты хочешь сделать это... сейчас? — нарочно сжимая ладонями ягодицы Дженни, блондинка поймала губами шумный вздох в ответ.
— Сейчас... Я бы с удовольствием прижала бы тебя... К этой кровати... И хорошенько бы... Поимела, — пророкотала Ким, вплетая пальчики в золотистые локоны возлюбленной.
— Но в другой комнате твоя мама, а ты не умеешь быть тихой, — подытожила зеленоглазая, прежде чем оторваться от поцелуя и развернуться в сторону шкафа, раскрывая двери, чтобы посмотреть, как и что можно переложить, чтобы облегчить Розэ выбор одежды. Художница тяжко вздохнула, но от своего плана не отказалась, только лишь отложила на время.
— Между прочим, моя мама очень крепко спит, особенно, когда она приходит с ночной смены, — заявила Розанна, растянувшись на кровати и вслушиваясь в возню, которую устроила Дженни у её шкафа. Шатенка аккуратно вытаскивала вещи из шкафа, пока он не оказался пуст. После чего, Ким села на кровать, тут же попадая в объятия Розэ. Обхватив пояс Дженни ногами, блондинка опустила голову на плечо кореянки и прикрыла глаза.
— Уже придумала, как будешь убирать все обратно? Нужна какая-то систематика, да?
— Я думаю, нужно разложить по секторам. Домашняя одежда, Вечерний туалет и так далее, а там уже все распределить по цветам. Я закажу таблички, которые ты сможешь читать пальцами... И еще, уверена, что ты вскоре сможешь определять текстуру ткани просто дотронувшись до нее.
— Угу, когда это будет, — скептически протянула Пак, выпуская Дженни из объятий, чтобы дать ей возможность разложить все так, как она спланировала. Вещей было не так много, но австралийка все равно успела заскучать, пока её девушка копошилась в шкафу.
— Все. Сегодня наряд для тебя я выберу сама, но в дальнейшем, ты сможешь сама выбирать.
— Я доверяю тебе, — улыбнувшись, блондинка задумчиво нахмурилась и, сделав щенячьи глазки, ласково попросила, — Может почитаешь мне...?
Выудив с прикроватной тумбочки книжку «Дракула», младшая протянула её, ожидая, когда Дженни возьмет книгу, чтобы лечь и продолжить их маленькую традицию.
Шатенку уже не смущало то, что художница периодически «промахивалась» в направлении, так что Ким без комментариев приняла книгу и, ложась на кровать, устроилась так, чтобы блондинка могла лечь рядом в обнимку. Накрывшись пледом, зеленоглазая нашла вкладку, удивившись тому, что Пак вообще вспомнила про книгу и бархатным голосом начала читать:
— Ночь холодна, сударь, а господин мой, граф, просил окружить вас вниманием. Под сидением приготовлена для вас фляжка сливянки — нашей национальной водки; если захотите, то легко ее достанете.
Я не коснулся ее, но приятно было сознавать, что она под рукой. Я чувствовал себя немного странно, но не ощущал никакого страха и не сомневаюсь, что, имея возможность выбирать, без сомнения предпочел бы остановку этому ночному путешествию по неведомым дорогам. Коляска повернула на какую-то извилистую жесткую дорогу, тянувшуюся довольно долго, потом мы круто повернули и попали опять на прямую дорогу. Мне казалось, что мы попросту кружимся на одном месте; желая проверить свое впечатление, я отметил в уме определенную точку и убедился, что это так...
Через минут десять в комнату тихо заглянула миссис Пак, видимо услышав, как Дженни читает. Розэ лежала под боком у Ким, опустив голову на плечо критика и обвив рукой ее талию. Дженни же продолжала читать, убаюкивая блондинку своим мягким приятным голосом. Улыбнувшись, Миссис Пак бесшумно прикрыла дверь, не потревожив парочку, и ушла набираться сил после ночной смены.
-Мне очень хотелось спросить кучера, что это значит, но я положительно боялся так поступить, ибо в моем положении протест ни к чему не привел бы, раз это делалось умышленно. Некоторое время спустя мне захотелось узнать, который теперь час, я чиркнул серной спичкой и при свете ее взглянул на часы; была полночь без нескольких минут; это неприятно подействовало на меня. Я ждал чего-то с болезненной нерешительностью.
Страницу за страницей Дженни читала, порой отвлекаясь на обсуждения, но вскоре комментариев младшей не последовало, потому что блондинка просто уснула под бархатный тембр голоса. Дневной сон редко когда приходил к Дженни, поэтому она продолжала читать уже про себя, но через минут пять отказалась от этой идеи. Придется перечитывать заново и будет уже не так интересно. Еще несколько минут она думала чем бы заняться, пока Розэ сопела у нее на плече. Не найдя занятия лучше, зеленоглазая открыла планшет и, убрав звук, чтобы не разбудить свое сокровище включила игру.
Розанна проснулась ближе к обеду, обнаружив старшую рядом с собой, и, судя по дыханию, Дженни не спала.
— Ты даже не дремала?
— Нет. Я редко сплю днем. Зато ты спала, как сурок, — ухмыльнувшись, Дженни потерлась носом о нос Розэ, легко чмокнув художницу в губы. Голубоглазая лишь крепче обняла талию Ким, поерзав немного на ее плече.
— Вечером пойдем на выставку, а потом?
— Домой... Мне в понедельник на работу, а еще надо разобраться с переездом, дел полно, как оказалось.
— Зная твое упрямство, ты справишься, — хмыкнула Пак, перебирая пальчиками складки футболки. В её голове вновь родилась мысль о том, что мать крепко спит, а Дженни лежит рядом ничего не подозревая, но в итоге блондинка все равно отложила шалости на потом...
Оставшиеся часы девушки провели за разговорами и поцелуями. Уж слишком сильно они истосковались друг по другу, чтобы, оказавшись наедине, тратить время на разговоры. Они умудрялись разговаривать даже во время поцелуя, отстраняясь на секунды, чтобы не задохнуться. Фразы получались сбивчивые, порой совсем невнятные, похожие на мычание. В такие моменты парочка начинала смеяться, передразнивая друг друга.
— Знаешь, как мне было стыдно, стоять голой посреди кухни.
— Это ты мне о стыде говоришь? Моя рука была у тебя в штанах, когда мама зашла. Я готова была провалиться сквозь землю...
Новая волна смеха захлестывает влюбленных.
Миссис Пак проснулась в четыре часа дня и аккуратно постучала в комнату, решив, что с неё хватит потрясений за день. Услышав приглашение войти, женщина застала момент, как Дженни ходит по спальне, подбирая для Розэ одежду.
— Тут осталось что-нибудь из моих вещей или ты сожгла их в порыве страсти? — подшутила шатенка, получив в ответ шлепок по заднице.
— Тут есть твои джинсы, футболка и куртка. Ты оставила этот набор, когда переодевалась на работу. Не помню когда.
— Отлично. В той же одежде что и вчера я там не появлюсь, значит остается стиль раздолбайки.
— Очень сексуальной раздолбайки, — игриво заметила Розэ, позабыв о том, что мама стоит в комнате.
— Вы куда-то собираетесь? — кашлянув, женщина напомнила о себе, заставив дочь зардеться алым цветом.
— На выставку. Сегодня второй день, может сходишь с нами, как ты и планировала?
— Я с удовольствием, — улыбнувшись, женщина отступила назад, чтобы выйти из комнаты.
— Мы к шести должны быть уже там, так что, через час будь готова выходить. И ма...
— Что, дочка?
— Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю, — ласково улыбнувшись, Миссис Пак вышла из спальни, тут же начиная собираться.
Дженни же продолжала копаться в вещах, пока не выбрала подходящий вариант. Черные джинсы, майка с декольте и черная кожаная куртка. Удовлетворенно присвистнув, зеленоглазая положила вещи перед Розэ, после чего выудила из шкафчика весьма соблазнительного вида нижнее белье.
— Ох... Вот в этом ты будешь выглядеть просто сногсшибательно, — облизнувшись, Дженни с любопытством наблюдала за тем, как Пак ощупывает вещи. Её лицо чуть вытянулось от удивления, когда пальцы изучили футболку и белье.
— Тебе не кажется, что это слишком?
— В самый раз, пусть слюни пускают, все равно никому тебя не заполучить, — коварно ухмыльнувшись, Ким стащила с себя домашнюю футболку, сменив ее на ту, что когда-то оставила у Розэ. Джинсы вместо домашних штанов и осталось лишь надеть кожанку, но с этим кореянка медлила. Дождавшись блондинку, она с удовольствием уложила ей волосы, нанесла макияж и от сотворенного ею образа ощутила мурашки, бегущие роем по спине.
— Ты такая горячая... — довольно протянула Дженни, жадно рассматривая девушку перед собой.
— Я чувствую, как ты раздеваешь меня глазами. Держи себя в руках, — улыбнувшись, Розэ легко поцеловала Дженни в подбородок и не без ее помощи надела куртку.
Как оказалось они готовились параллельно с Миссис Пак, поэтому все вышли из квартиры практически в одно и то же время. Пять минут постояв у машины, Розэ сделала глубокий вдох и села внутрь, тут же вытягивая руку, чтобы сжать пальчиками ладонь Ким. Иначе у художницы пока не получалось бороться с паникой. Мама села на заднее сиденье, тут же бросая взгляд на руки Розэ и Дженни, парочка вызывала у нее некую степень умиления, что не могло не радовать. Главное, чтобы больше не было предательств и недопонимания.
Водители на дороге нереально раздражали, Дженни даже пару раз сигналила, низко ворча какие-то ругательства, а Розанна успокаивала её, поглаживая пальцами по ладони. К тому моменту, когда они подъехали к Галерее, опоздав на двадцать минут, Дженним вылезала из машины с удовольствием, мысленно желая сдать транспорт всех неумелых водил на металлолом.
— Не кипятись, — пробормотала Розэ, взяв критика под руку. Она знала, что Дженни так нервничает, потому что для Пак поездка в машине это тяжелая миссия и нервировать её по пути последнее, чего хотела старшая.
Внутри Галерея была все так же прекрасна. Люди сновали по залам, слава богу сегодня не было ведущего, который мог бы «спалить» присутствие художницы. Мама Розэ тут же отделилась от парочки, завороженно рассматривая картины. НО рано Пак-младшая обрадовалась. Ведущего не было, зато по словам Дженни, сегодня галерея была набита фотографами, критиками и другими художниками. Были даже журналисты.
— Может сбежим отсюда, как вчера??? — нервно прошептала Розэ, сглотнув подступивший к горлу ком.
— Нет, я знаю, что ты нервничаешь, но все будет хорошо. Тебя не съедят.
Они едва успели перейти во второй зал, когда к ним подошел мужчина, широко улыбнувшись.
— Розанна Пак?
— Да... это я... — робко ответила голубоглазая, пытаясь на слух определить расположение незнакомца.
— Я Джей Хоуп, журналист, рад познакомиться с вами, — он протягивает руку для знакомства, а Розэ протягивает свою ладошку, но совсем в другую сторону, видимо растерявшись от волнения.
— Я тоже рада с вами познакомиться.
Хоуп удивленно смотрит на ее ладонь, но Дженни быстро исправляет ситуацию. Накрыв тыльную сторону ладони Розэ своей, шатенка направляет ее в сторону руки Джея, позволяя им все же пожать друг другу руки. Вопросы старшая слушала внимательно, но не нашла в них никакого подвоха, видимо, парень недавно вышел на работу и еще не успел стать акулой печати. Закончив разговор с ним, Розэ изъявила желание подойти к скульптуре. Они стояли около нее минут пятнадцать, игнорируя перешептывания, потому что люди узнавали в них ту самую пару, чьи лица были вылеплены из глины и красовались на вращающейся тумбе.
— Ты превзошла саму себя, — тихо произнесла Дженни, обнимая Розанну за талию.
— Я думала, что ничего не получится. Веришь?
— Верю, охотно верю. Но все получилось в самом лучшем виде, Рози. И я уже говорила, когда я увидела эту работу, у меня сердце остановилось от эмоций.
— Розэ...?
Голос громом ударяет по сознанию, и первые несколько секунды Пак не желает оборачиваться. Она вся напрягается, чувствуя, что Дженни тоже напряглась словно струна. Развернувшись, блондинка взглянула на обладателя голоса, который был не один.
— Чимин... Эшли, — спокойно, но с нотками металла произносит Ким, глядя на ребят.
Пак с силой цепляется пальцами в куртку Дженни, то ли боясь упасть, то ли боясь того, что кореянка сейчас за доли секунд выйдет из себя.
— Дженни, — чуть дрогнувшим голосом ответил Чимин, стараясь держаться так же холодно, как и Ким.