Последний шифр

Утро пришло неожиданно — серое, тяжёлое, с багровыми прожилками на небе, которые не исчезали даже после восхода. Солнце поднималось за чёрными стволами деревьев, но его свет казался больным, словно кто-то накрыл мир мутным стеклом.

В хижине Лены было тихо. Все спали вповалку — на диване, на полу, на старых матрасах, принесённых из кладовки. Но спали тревожно, с оружием под рукой. Кто-то вздрагивал во сне, кто-то бормотал что-то неразборчивое. Алекс и Ярик свернулись калачиком на узком диване, Ярик уткнулся носом в плечо Алекса и тихо посапывал.

Лена не спала.

Она сидела на подоконнике, прижавшись спиной к холодному стеклу, и смотрела на лес. Чёрная кожаная куртка была накинута на плечи, но она не грела. Внутри засело странное чувство — не страх, нет. Скорее, ожидание. Будто что-то огромное затаилось за горизонтом и ждёт сигнала.

«Он придёт», — подумала она, вспоминая слова Призрака. «Билл придёт за мной».

Она не боялась его. Или убеждала себя, что не боится. Как можно бояться жёлтого треугольника в шляпе? Но Лена знала — Билл больше не треугольник. Он человек. С руками, ногами, лицом. И его единственный глаз смотрел на неё из трещины в небе так, как никто и никогда не смотрел.

С таким чувством, будто она — единственное, что имеет значение во всей вселенной.

От этой мысли по спине пробежали мурашки.

— Не спится?

Лена вздрогнула и обернулась. Вика стояла в дверях спальни, запахнув чёрный халат. Её голубовато-зелёные глаза поблёскивали в полумраке.

— Ты тоже не спишь, — ответила Лена.

— Мне сны снятся плохие, — Вика подошла и присела на подоконник напротив. — Слишком много магии вокруг. Демоны оживают, когда мир на грани.

— А ты? Ты ведь Черная ведьма. Разве ты не должна радоваться хаосу?

Вика усмехнулась, но в усмешке не было веселья.

— Такие ведьмы, как я, служат равновесию. Не хаосу. Мы держим мир в узде, когда он пытается развалиться. А сейчас... сейчас он разваливается быстрее, чем я могу латать.

Она помолчала, затем спросила:

— Ты готова к тому, что будет?

— Нет, — честно призналась Лена. — Но выбора нет, правда? Я не могу спрятаться. Не могу позволить, чтобы меня стерли или превратили в куклу для бога безумия.

— Ты смелая, — сказала Вика. — Но смелость без подготовки — это просто красивая смерть.

— Я не собираюсь умирать, — Лена сжала кулаки. — И Биллу я не достанусь.

Вика долго смотрела на неё, потом кивнула.

— Призрак говорит, что Билл изменился. Что у него теперь есть сердце. И оно бьётся только для тебя.

— Мне плевать на его чувства, — отрезала Лена. — Он злодей. Он хочет уничтожить мир.

— А если он предложит тебе сделку? Жизнь всех твоих друзей в обмен на тебя? Что ты выберешь?

Лена замолчала. Вопрос ударил под дых.

— Я не знаю, — прошептала она наконец. — Но надеюсь, что не придётся выбирать.

— Ты сильная, — Вика встала и положила руку ей на плечо. — Но помни: даже самая сильная сталь может треснуть, если ударить по ней в нужном месте. Билл найдёт твоё слабое место. И будет бить, пока ты не сломаешься.

— Тогда я не дам ему найти, — твёрдо сказала Лена.

Вика ничего не ответила. Только вздохнула и ушла обратно в спальню.

В лесу было холодно, но Лена всё равно вышла на крыльцо, когда небо начало сереть окончательно. Она зябко повела плечами, натягивая капюшон куртки. В руке она сжимала свой кинжал — обычная привычка, выработанная за дни опасности.

Лес молчал. Даже птицы не пели.

Она отошла от хижины на несколько шагов, чтобы подышать свежим воздухом и собраться с мыслями. Запах хвои и прелой листвы смешивался с чем-то сладковатым — тем самым запахом, который она почувствовала в ночь появления Билла.

— Ты не спишь, — раздался голос позади неё.

Лена обернулась, готовясь к атаке, но это был всего лишь Алекс. Он стоял на крыльце в своей белой футболке свободного кроя, босиком, с тёмными волосами, растрёпанными после сна. За ним из двери выглядывал Ярик, тоже сонный, но уже в чёрной футболке.

— Вы чего не спите? — спросила Лена, пряча кинжал.

— Ярик сказал, что ты вышла, — Алекс спустился с крыльца. — Мы забеспокоились. В лесу опасно.

— Я просто подышать, — улыбнулась Лена, но улыбка вышла натянутой. — Идите спать, скоро рассвет.

— Не могу, — Алекс подошёл ближе. — Я слышал, о чём ты говорила с Викой. Про Билла.

Лена опустила взгляд.

— Тебе не стоило это слышать.

— Мне стоило, — твёрдо сказал Алекс. — Ты — моя подруга. Одна из самых близких. Если Билл хочет тебя, мы все будем тебя защищать. Ты не одна.

— Я знаю, — Лена подняла голову. — Спасибо, Алекс. Правда.

Ярик тоже спустился и встал рядом с Алексом. Взял его за руку — естественно, будто всегда так делал.

— Мы вместе, — сказал он, глядя на Лену. — Как говорится — один за всех, и все за одного.

— Ты цитируешь мушкетёров? — усмехнулась Лена.

— А что, нельзя? — фыркнул Ярик. — Классика.

На крыльце появились остальные. Консул, Протирающий очки полой пальто. Кеи с растрёпанной косой. Такемичи, уже затянутый в чёрную куртку. Курама, который точил нож даже на ходу. Майки и Юки — заспанные, прижимающиеся друг к другу.

— У нас собрание, — объявил Консул. — Похоже, мы все не можем спать. Давайте обсудим, что делать дальше.

Все расселись прямо на траве и на ступеньках. Призрак появился из леса, бесшумный, как тень. Вика вышла последней, неся в руках глиняную кружку с чем-то дымящимся.

— У Билла есть тридцать дней, — начал Консул. — Но мы не знаем, сколько из них он будет ждать. Может, нападёт завтра. Может, через неделю.

— Он будет ждать, — сказал Призрак. — Я знаю его. Он хочет, чтобы Лена пришла к нему добровольно. Для него это важно.

— С чего ты взял? — спросил Такемичи.

— Потому что он впервые испытывает что-то, кроме безумия, — ответил Призрак. — Влюблённость, одержимость — как хотите. Ему нужно, чтобы его чувства были взаимны. Иначе его новое сердце разорвётся.

— Мне плевать на его сердце, — буркнула Лена. — Я не собираюсь отвечать взаимностью психопату, который хочет уничтожить мир.

— Тогда он попытается убедить тебя, — покачал головой Призрак. — И у него есть тридцать дней и все ресурсы вселенной, чтобы это сделать. Не стоит недооценивать бога, который учился манипулировать реальностью тысячелетия.

— Что ты предлагаешь? — спросил Алекс.

— Я предлагаю вам уехать. Всем. Подальше от этого места. Найти убежище, где магический фон слабее, где Биллу будет сложнее вас найти.

— И где такое место? — поинтересовалась Кеи.

— В твоём родном городе, — ответил Призрак, глядя на Лену. — В том самом старом доме в деревне, где ты выросла. Там много старых защитных знаков. Твоя бабушка была сильной ведьмой, хотя и скрывала это.

Лена удивилась.

— Откуда ты знаешь про мою бабушку?

— Я многое знаю, девочка, — Призрак чуть улыбнулся. — Твоя бабушка поставила защиту на ваш дом. Билл не сможет туда войти. Но вы должны быть внутри, за кругом.

— Тогда чего мы ждём? — спросил Ярик, вскакивая. — Собираем вещи и идём!

— Не так быстро, — остановила Вика. — Путь до деревни через лес займёт несколько часов. А в лесу сейчас водятся тени. Нам нужно пройти группой, с оружием и защитой.

— Я пойду впереди, — сказал Курама. — Я быстрее всех.

— Я прикрою с тыла, — добавил Такемичи.

— А я буду рядом с Леной, — заявил Алекс.

— И я, — сказал Ярик, но ни капли ревности в его голосе не было — только забота.

Лена посмотрела на всех этих людей. Они готовы идти через лес, полный теней, чтобы защитить её. У неё защипало в глазах.

— Спасибо вам, — тихо сказала она. — Вы... вы настоящие друзья.

— А теперь собирайтесь, — скомандовал Консул. — У нас пятнадцать минут.

Лес принял их мрачным полумраком.

Деревья стояли чёрные, с обугленными стволами, хотя пожара не было. Трава под ногами хрустела, как сухая, но она была живой — просто какой-то странной, словно выгоревшей изнутри. Багровое небо просвечивало сквозь редкие кроны, и от этого света у всех болели глаза.

Лена шла в центре группы, как и договаривались. Справа от неё шагал Алекс, слева — Ярик. Впереди шёл Курама, держа нож наготове. Сзади — Такемичи и Кеи. Консул и Вика замыкали шествие, а Призрак скользил где-то между деревьями, иногда появляясь то справа, то слева.

— Сколько нам ещё? — спросила Майки, которая вела за руку Юки.

— Часа два, — ответил Консул. — Если не встретим теней.

— Не каркай, — попросил Ярик.

Но тени не заставили себя ждать.

Они появились внезапно — из-за стволов выскользнули чёрные силуэты без лиц, с длинными конечностями. Их было около дюжины. Они двигались бесшумно, но воздух вокруг них становился холодным, как в морозильной камере.

— В круг! — крикнула Вика.

Все мгновенно сгруппировались. Алекс выхватил какой-то амулет, Лена — кинжал, Курама встал в боевую стойку. Майки и Юки спрятались за спинами взрослых.

Первая тень бросилась на Кураму. Он ловко увернулся и полоснул ножом по чёрной плоти. Тень взвизгнула — звук был похож на скрежет металла по стеклу — и рассыпалась.

— Они уязвимы для стали! — крикнул Такемичи, пробивая кулаком другую тень. Его черные волосы развевались, а голубые глаза сверкали решимостью.

Началась схватка.

Алекс работал амулетом — при каждом его жесте тени шарахались, но не уходили. Ярик использовал какую-то старую железную трубу, найденную по дороге. Кеи била ногами — она явно занималась боевыми искусствами. Консул разбрасывал соль, которую дал ему Такемичи, и тени плавились на месте.

Вика не дралась — она стояла в центре круга и шептала заклинание. Её голос звучал низко и властно, и чем громче она говорила, тем ярче светился амулет на её шее.

Лена тоже сражалась. Кинжал в её руке, казалось, сам находил цели. Она вонзила его в одну тень, в другую, в третью... но они не кончались.

— Их слишком много! — крикнула Кеи.

И тут лес взорвался светом.

Яркий, золотой, слепящий. Все зажмурились, а когда открыли глаза, теней не было. Вместо них на поляне стоял ОН.

Билл Шифр.

В человеческой форме.

Лена впервые видела его таким. Высокий, выше двух метров, с белыми волосами, которые падали на один глаз. Жёлтая радужка второго глаза сверкала, как расплавленное золото. На нём был фрак, цилиндр парил над головой, а на лице застыла хищная, слишком широкая улыбка.

— Привет, кошмарики, — произнёс он. — Соскучились?

— Отойди от нас, — прорычал Алекс, заслоняя Лену.

— О, не будь таким собственником, — Билл сделал шаг вперёд. Земля под его ногами начинала светиться золотыми трещинами. — Я пришёл не драться. Я пришёл поговорить.

— С кем? — спросила Вика, готовя новое заклинание.

— С ней, — Билл указал длинным пальцем на Лену. Его единственный глаз сузился, и в нём загорелось что-то странное — не злоба, а... жажда. — Ты, девочка. Выходи.

— Не выходи, — шепнул Ярик, схватив Лену за руку.

Но Лена сама чувствовала странное притяжение. Что-то в этом жёлтом глазе манило её. Обещало. Звало.

— Чего ты хочешь? — спросила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Я же сказал — поговорить, — Билл опустился на одно колено (чего не делал никогда, даже перед богами) и протянул руку, охваченную синим пламенем. — Не бойся. Я не причиню тебе вреда. Пока.

— Лена, не слушай его, — сказал Призрак, появляясь между ней и Биллом. — Он лжёт.

— Ничуть, — Билл даже не взглянул на Призрака. Его глаз был прикован к Лене. — Я хочу предложить тебе сделку. Твои друзья останутся живы. Мир останется цел. Всё, что тебе нужно сделать, — добровольно прийти ко мне.

— Чтобы стать твоей рабыней? — выплюнула Лена.

— Чтобы стать моей королевой, — поправил Билл. — Ты даже не представляешь, что я могу тебе дать. Бессмертие. Силу. Миры у твоих ног. Мы будем править всем, Лена. Ты и я.

В его голосе было что-то гипнотическое. Лена почувствовала, как ноги сами делают шаг вперёд.

— Лена! — крикнули несколько голосов сразу.

Алекс схватил её за плечи и развернул к себе.

— Посмотри на меня, — сказал он. — Ты сильная. Ты не поддашься ему. Ты нас не бросишь.

Лена посмотрела в его светло-карие глаза и с трудом выдохнула. Наваждение спало.

— Ты прав, — прошептала она. — Я не брошу.

Она повернулась к Биллу.

— Нет. Я не пойду с тобой. Ни сегодня, ни завтра, никогда. Ищи другую игрушку.

Улыбка Билла на секунду дрогнула. Его глаз дёрнулся, и в глубине жёлтой радужки вспыхнуло что-то тёмное.

— Ты пожалеешь, — произнёс он, и голос его стал ниже, опаснее. — Ты даже не представляешь, как сильно ты пожалеешь.

Он щёлкнул пальцами — и исчез.

Тишина.

— Бежим, — скомандовал Консул. — Быстро, пока он не вернулся с армией.

Группа рванула вперёд, больше не обращая внимания на ветки и корни. Лена бежала, чувствуя, как слёзы смешиваются с потом на лице. Рядом бежал Алекс, держа её за руку.

Она не оборачивалась, но знала — Билл смотрит им вслед. Из каждой трещины, из каждой лужи, из каждого отражения. И он больше не улыбался.

Старый дом Лены стоял на окраине деревни, окружённый высокой, местами покосившейся оградой.

Когда группа выбежала из леса и перешагнула порог калитки, все почувствовали облегчение. Воздух внутри ограды был другим — свежим, чистым, без сладковатой гари. Даже небо над участком казалось более обычным — серым, с редкими просветами, но без багровых прожилок.

— Сработало, — выдохнула Вика, опираясь на забор. — Защита бабушки держится.

Дом был старым, с резными наличниками и покосившимся крыльцом. Лена достала ключ и открыла дверь. Внутри пахло пылью, сушёными травами и чем-то тёплым, домашним.

— Проходите, — сказала она, пропуская всех внутрь. — Места немного, но переночевать можно.

В доме было три комнаты — большая кухня-гостиная с русской печью и две спальни. Лена быстро зажгла керосиновые лампы, и тёплый свет разогнал мрак.

— У тебя уютно, — заметила Майки, оглядываясь. Юки уже забралась на старый диван и свернулась калачиком.

— Спасибо, — Лена улыбнулась, но улыбка вышла грустной. — Моя бабушка любила этот дом. Она говорила, что стены помнят всё.

— И они помогут нас защитить, — добавил Призрак, появляясь из тени угла. — Я чувствую сильную старую магию. Билл не сможет переступить порог.

— А если он пошлёт теней? — спросил Такемичи.

— Тени тоже не пройдут, — ответил Призрак. — Это место — крепость. Но мы не можем сидеть здесь вечно. У нас тридцать дней, чтобы найти способ победить Билла окончательно.

— Есть идеи? — спросил Алекс, усаживаясь на лавку.

— Есть, — сказала Вика, доставая из рюкзака старую потрёпанную книгу. — Я нашла это в библиотеке Лены. Здесь описан ритуал изгнания богов хаоса. Но он требует огромной жертвы.

— Какой? — спросил Ярик, прижимаясь к Алексу.

— Того, что дороже всего, — ответила Вика. — Для каждого своё. Для одного это может быть память. Для другого — жизнь близкого. Третьему придётся отказаться от своей магии. Ритуал сам выбирает цену.

— Звучит как ловушка, — заметил Консул.

— Возможно, — согласилась Вика. — Но другого способа нет.

Лена встала и подошла к окну. За стеклом темнел лес, в котором она выросла, в котором пряталась в детстве, в котором впервые поцеловалась... и который теперь кишел тенями Билла.

— Я готова, — сказала она тихо. — Если ритуал выберет меня — я заплачу любую цену. Лишь бы Билл исчез навсегда.

— Нет, — раздался голос Призрака. — Ты не должна этого делать. Ритуал может забрать твою душу.

— А если не сделаем — Билл заберёт всех нас, — возразила Лена. — Я не позволю ему уничтожить мир из-за меня.

— Это не из-за тебя, — сказал Алекс. — Это из-за него. Он чудовище.

— Но он хочет меня, — Лена повернулась к нему. — Если я стану приманкой, если смогу заманить его в ловушку...

— Слишком рискованно, — покачал головой Курама. — Он может не попасться.

— У нас нет времени на споры, — сказала Кеи. — Давайте хотя бы прочитаем, что там в книге.

Вика раскрыла фолиант. Текст был написан на древнем языке, но Вика переводила вслух. Ритуал требовал особых ингредиентов — крови белой вороны, пепла сожжённого зеркала, слезы, пролитой от искренней любви. И главного — добровольной жертвы, которая согласится стать «живым якорем» для бога.

— То есть кто-то должен добровольно отдать себя Биллу, чтобы зафиксировать его в нашем мире, где его можно будет уничтожить? — уточнил Консул.

— Да, — кивнула Вика. — И этот кто-то почти наверняка погибнет вместе с ним.

— Я согласна, — тут же сказала Лена.

— Нет! — теперь уже почти все закричали в голос.

— Я старшая, — твёрдо ответила Лена. — Это мой дом, моя бабушка передала мне защиту, и Билл хочет именно меня. Кто ещё может стать якорем?

— Я, — неожиданно сказал Призрак. — Я уже мёртв. Билл не сможет убить меня дважды.

— Но он может заточить тебя в своём измерении навечно, — возразила Вика, и в её голосе прозвучала настоящая боль. — Ты не должен...

— Я должен, — Призрак подошёл к ней и взял за руку. — Потому что если не я, то Лена. А я не могу допустить, чтобы ты потеряла ещё одного близкого человека.

Вика отвернулась, но я видел, как дрожат её плечи.

— Мы не будем никого приносить в жертву, — сказал Алекс, поднимаясь. — Есть ещё тридцать дней. За это время мы найдём другой способ.

— Алекс прав, — поддержал Ярик. — Не надо кидаться в крайности с первого дня.

— Ладно, — согласилась Лена, устало опускаясь на стул. — Но если ничего не изменится... я сделаю это. Слышите? Я.

Билл не спал.

Он сидел на троне из обломков реальностей в своём измерении и смотрел на маленький экран, в котором отражалась хижина Лены. Видел, как она говорит о жертве. Видел, как её друзья пытаются её отговорить.

— Ты готова умереть, чтобы избавиться от меня? — прошептал он, касаясь своей груди, где билось новое сердце. — Смелая. Но глупая.

Он встал и прошёлся по залу. Его шаги эхом разносились в пустоте.

— Ты не умрёшь, Лена, — сказал он, обращаясь к пустоте. — Я не позволю. Ты будешь жить. Рядом со мной.

Он щёлкнул пальцами, и перед ним появилась карта миров. Он указал на одно измерение — тихое, спокойное, где не было ни людей, ни хаоса, только вечная весна и цветущие сады.

— Мы будем жить там, — сказал Билл. — Я перепишу его под нас. Ты полюбишь меня. Я заставлю тебя.

Он улыбнулся своей безумной улыбкой, но в глазах застыла тоска.

— Если ты не полюбишь меня добровольно... я сделаю так, что у тебя не останется выбора.

А в старом доме, освещённом керосиновыми лампами, Лена вдруг почувствовала этот холодный взгляд и обернулась. Но за окном была только ночь и чёрные силуэты деревьев.

— Отстань от меня, — прошептала она. — Я не твоя.

И никто не знал, кто победит в этой битве воль — упрямая девушка или одержимый бог.