Глава 15|| «Работа. Новая глава»
Я спустилась вниз, переодетая и почти спокойная. Герман встретил меня в гостиной, пододвинул тарелку с пиццей.
— Ешь, — сказал он безапелляционно. — Ты за весь день, наверное, ничего нормального не ела.
Я не стала спорить. Взяла кусок, откусила. Не чувствовала вкуса, но жевала — надо же было что-то делать.
Аня примостилась рядом, тоже с пиццей, и смотрела на меня с беспокойством.
— Валь, — начала она осторожно. — А ты где всё-таки была? Ну, когда пропала? Герман сказал, что ты поехала за мной, а потом пропала с радаров на пару часов.
Я жевала, не поднимая глаз.
— У одной знакомой, — ответила я нейтрально. — Сеть пропала, я зашла переждать дождь. Простая бытовая история.
— Ты никого из наших там не встречала? — спросил Артур, развалившись в кресле и ковыряя пиццу вилкой (что было странно, но я не комментировала). — А то район там такой, там куча знакомых живёт.
— Нет, — ответила я, откусывая ещё кусок. — Никого.
Аня нахмурилась, хотела спросить ещё, но Герман мягко перебил:
— Ань, оставь. Человек устал, замёрз, мы её завалили вопросами. Пусть поест, отогреется.
Аня кивнула, хотя было видно — не поверила. Но спорить не стала.
Мы посмотрели фильм. Какой — я даже не запомнила. Сидела, смотрела в экран, иногда смеялась, когда смеялись все. Артур отпускал шутки, Аня подкалывала Германа, Герман делал вид, что обижается. Обычный вечер. Почти домашний.
— Кофе будешь? — спросил Герман, когда фильм кончился.
— Нет, спасибо. Я — в душ и спать, — я встала.
— Валь, — позвала Аня. — Ты точно в порядке?
Я посмотрела на неё. На её искренние, встревоженные глаза.
— Точно, — улыбнулась я. — Просто устала.
Она кивнула, не поверила — но промолчала.
Я поднялась наверх, зашла в ванную, включила воду. Горячие струи полились на плечи, на спину, и я наконец позволила себе выдохнуть.
Они не знали. И не узнают. Ни кто там был. Ни что случилось. Ни что она сказала. Ни что я ответила.
Не потому что я стыдилась. А потому что не хотела тащить этот мусор в дом, который стал для меня убежищем. Гаврилина и так отравляла мне жизнь — не хватало ещё, чтобы она отравляла жизнь моим друзьям.
Я вышла из душа, вытерлась, надела пижаму. Зашла в комнату, села на кровать.
Телефон пиликнул. Сообщение от Ани: «Спокойной ночи, родная. Если захочешь поговорить — я рядом».
Я набрала: «Спокойной ночи. Всё хорошо». И убрала телефон.
За окном горели огни. В доме напротив — знакомое окно. Свет. Тени. Чужая жизнь.
Я легла, свернулась калачиком.
Вспоминала её лицо. То, как она сказала: «Ты как маленькая собачка». То, как её голос дрожал, когда она говорила «забудь». То, как Соня встала между нами.
— Забуду, — прошептала я в темноту. — Когда-нибудь.
Я закрыла глаза и решила, что завтра будет новый день. И в нём не будет места Гаврилиной.
Ни в разговорах с друзьями. Ни в моих мыслях. Даже в кошмарах.
Я так решила. И это было единственное, что я могла контролировать.
———————
Утро пасмурное, просто бред. За окном — серая пелена, низкое небо, мелкий дождь, который, кажется, не кончался уже несколько дней. Ноябрь в Москве — лучшее время, чтобы понять, почему некоторые люди впадают в спячку. Я смотрела на стекло, на капли, которые ползли вниз, и чувствовала, что внутри такая же серость.
Я встала, пошла в душ. Горячая вода немного привела в чувства, но холодок внутри остался.
Оделась долго, без настроения, но в итоге осталась довольна — джинсы-клеш, белый лонгслив . Просто, но красиво. Строго. Будто броня — эмоции ни к чему.
Волосы я оставила распущенными, только поправила за уши, убрав с лица. Посмотрела в зеркало — бледная, с кругами под глазами, но в целом — выживу.
Спустилась вниз. На кухне уже был Герман — с кружкой кофе, сонный, но бодрый.
— О, — он поднял бровь, увидев меня. — Это новый образ или защита от окружающего мира?
— И то, и другое, — ответила я, наливая себе кофе.
— Аня и Артур ещё спят? — спросила я, садясь напротив.
— Аня — да. Артур уже в душе. Он сегодня первая пара. А я — окно, — Герман зевнул. — Подбросить тебя до универа?
— Давай, — кивнула я.
Завтракали в тишине — не тяжёлой, просто утренней. Герман читал новости, я смотрела в окно. Дождь. Москва. Университет.
Мы приехали рано. Я вышла из машины, вдохнула холодный воздух — пахло мокрым асфальтом и кофе из ближайшей кофейни.
На входе встретила Аню — она, видимо, приехала чуть раньше и ждала у турникетов.
— Валь, — позвала она, подходя ближе. — Ты чего такая тёмная? Буквально.
— Утро такое, — пожала я плечами. — И настроение.
— Ясно, — она не стала лезть, просто взяла меня под руку. — Пойдём, у нас культурология.
Я кивнула. Мы пошли по коридору, и я чувствовала, как на меня оборачиваются — кто с любопытством, кто с привычным уже интересом.
Вчерашние драмы остались вчера. Сегодня — новый день.
И я решила, что не буду думать о Гаврилиной. Вообще. Ничего. И точка.
Аудитория, звонок, преподаватель, лекция. Я сидела на своём месте у окна, писала конспект, смотрела в окно, делала вид, что не замечаю пустоту в груди.
Первый ряд. Пусто.
Гаврилиной не было.
Я не знала, почему её нет — заболела, прогуляла, переспала. Мне было всё равно. Правда.
Я сжала ручку крепче и перевернула страницу.
Сегодня я здесь. И я справлюсь.
Без неё. Без Кати. Даже без настроения.
Просто — проживу этот день. А завтра посмотрим.
Я посмотрела снова на пустое место в первом ряду. Пусто. Аккуратная парта, ни сумки, ни тетради, ни её — никого.
Я опустила голову в тетрадь и начала рисовать. Не конспект, не лекцию — просто линии, завитушки, круги. Пальцы двигались сами, выводили узоры на полях, закрашивали клеточки, превращая их в маленькие квадратные острова. За окном моросило. Преподавательница что-то рассказывала про античную философию, но её голос звучал как фоновая музыка — где-то далеко, не здесь.
— Скучаешь? — шепнула Аня с соседнего ряда.
— Нет, — ответила я, не поднимая головы. — Просто рисую.
— Надоело?
— Угу.
Аня замолчала, не стала лезть. Хорошая подруга — знает, когда остановиться.
Я продолжала рисовать. В какой-то момент линия сорвалась, превратилась в спираль, и я поняла, что рисую её профиль. Знакомый изгиб носа, линия скул, волосы, убранные за ухо. Внутри кольнуло — я зачеркнула рисунок чёрной ручкой, превратив его в жирное пятно.
Не надо. Не сегодня. Вообще никогда.
Я перевернула страницу, написала число и тему лекции, стараясь не смотреть на первый ряд.
Пусто. И пусть.
Где-то в конце коридора хлопнула дверь. Кто-то опоздал. Я не подняла головы — мало ли. Опоздавшие здесь не редкость. Преподавательница сделала паузу, потом продолжила лекцию, даже не взглянув в сторону двери.
Я сжала ручку. Сердце почему-то пропустило удар.
Но я не обернулась. Не проверила, кто зашёл. Потому что это было не моё дело. Потому что мне было всё равно. Потому что если бы я обернулась и увидела её — этот день разбился бы на «до» и «после». А я хотела, чтобы он остался просто днём. Серым, скучным, безликим.
Я опустила голову ниже и снова начала рисовать. На этот раз — просто линии. Бессмысленные. Безопасные.
За окном моросил дождь. Кто-то на первом ряду чихнул. Я не подняла головы.
Я решила себя не навязывать. Звонок прозвенел — я быстро собрала тетради, сунула ручку в карман и вышла из аудитории, даже не взглянув на первый ряд. Пусто. И пусть.
Ноги сами понесли в туалет — подальше от глаз, от вопросов, от сочувствующих взглядов Ани, которая наверняка заметила, как я смотрела на пустое место. Зашла в кабинку, закрылась, прислонилась спиной к холодной стене. Потом вышла к раковинам, открыла кран, набрала холодную воду в ладони и плеснула в лицо. Раз, второй, третий.
Умыться. Думать.
Хотя тут и думать не о чем. Всё решили. Не я — она. Своими словами, своими поступками, своей трусостью. Всё решили ещё тогда, два года назад, когда она не приехала. Когда не ответила на звонки. Когда назвала меня ошибкой.
Я смотрела на своё отражение в запотевшем зеркале — бледное, с мокрыми прядями, прилипшими ко лбу, с красными глазами.
— Дура, — сказала я себе. — Дура, что снова поверила Гаврилиной. Мне это не нужно.
Голос дрогнул, но я не заплакала. Не здесь. Не сейчас. Слёзы уже не помогут — только размажут тушь и сделают вид жалким.
Я вытерла лицо бумажным полотенцем, поправила волосы, зачесала их за уши. Вдохнула. Выдохнула.
Не нужно. Не нужно. Не нужно — как мантра, как заклинание, как единственное, что удерживало меня от того, чтобы пойти искать её, спросить, почему её нет, почему она не пришла, почему — почему — почему.
— Хватит, — сказала я своему отражению. — Хватит себя накручивать. Ей всё равно. И тебе должно быть всё равно.
Я выключила воду, поправила свитер и вышла из туалета.
В коридоре толпились студенты — кто-то смеялся, кто-то обсуждал лекцию, кто-то просто стоял в телефоне. Нормальная жизнь, в которой не было места моим драмам. И правильно.
Я прошла к окну, достала телефон. Сообщений почти нет — Герман написал, что ждёт в столовой, Аня скинула стикер с котом. Ни от Гаврилиной. Ни от Кати. И слава богу.
Я убрала телефон, посмотрела на серое небо за окном.
Сегодня я решила: я не буду её искать. Не буду ждать. Не буду надеяться. Пусть разбирается со своей головой сама. А я — поживу для себя,а сейчас на пары.
———————————
Я сидела на своём обычном месте — задний ряд, у окна. За стеклом моросил мелкий дождь, такой же, как вчера, как позавчера, как всю эту бесконечную ноябрьскую неделю. Я смотрела на капли, которые ползли по стеклу, и чувствовала, что внутри застыло что-то похожее на ожидание. Сама не знала — чего.
Рядом хлопнула дверь. Аня влетела в аудиторию за секунду до звонка, раскрасневшаяся, с растрёпанным хвостом, из которого выбивались русые пряди.
— Успела, — выдохнула она, плюхаясь на соседний стул.
— Ты бежала? — спросила я, отрывая взгляд от окна.
— Что не сделаешь ради утреннего кофе , — она откинулась на спинку, пытаясь отдышаться. — Ноги мокрые, настроение — ноль,но..-она протянула мне стаканчик- держи ,хотела чтобы ты пришла в себя.
— А чего не написала? Я бы встретила.
— Ты и так сегодня какая-то... — она запнулась, подбирая слово. — Задумчивая.
— Обычная, — пожала я плечами.
Первый ряд. Пустое место.
— Ты в норме? — шепнула Аня, наклонившись ко мне.
— Да, — ответила я слишком быстро.
Она не поверила.
— Валь, — Аня снова наклонилась ко мне. — Ты после пары куда?
— Не знаю. Погуляю, наверное.
— Мы с Артуром собирались в кафе, может, с нами?
Я посмотрела на неё. В её голосе было что-то такое — необычное, лёгкое, почти радостное.
— Мы? С Артуром? — переспросила я.
Аня слегка покраснела.
— Ну да. Он сказал, хочет обсудить кое-что по учёбе.
— По учёбе, — повторила я, не скрывая усмешку.
— А что такого? — она нахмурилась, но смущение никуда не делось.
— Ничего, — я улыбнулась. — Идите. Я в другой раз.
— Точно?
— Точно.
Аня кивнула и отвернулась, но я заметила, как она поправила волосы — жест, который она делала, когда волновалась.
Интересно, подумала я. Очень интересно.
---
Лекция закончилась. Я медленно собрала вещи — не спеша, чтобы не столкнуться с толпой в дверях. Аня убежала сразу, сказала, что ждёт Артура у выхода. Я осталась сидеть на месте, глядя, как аудитория пустеет.
Когда все вышли, я поднялась, поправила свитер и направилась к выходу.
В коридоре было шумно — студенты спешили на следующую пару, кто-то смеялся, кто-то спорил, кто-то просто стоял у окна с телефоном в руках. Я прошла мимо, свернула в туалет — не потому что надо было, а потому что хотела побыть одной.
Закрылась в кабинке, прислонилась спиной к холодной стене. Выдохнула. Вдохнула.
Ничего не изменилось. Внутри всё та же пустота. Та же зябкость, которую не могли прогнать ни горячий чай, ни свитер, ни слова друзей.
— Хватит, — сказала я себе. — Хватит себя накручивать.
Я вышла из кабинки, подошла к раковине, открыла кран. Холодная вода полилась на руки, и я плеснула себе в лицо. Раз, второй, третий. Посмотрела в зеркало — бледная, с мокрыми прядями, прилипшими ко лбу, с красными глазами.
— Ты справишься, — сказала я своему отражению. — Ты всегда справлялась.
Я вытерла лицо бумажным полотенцем, поправила волосы и вышла.
В коридоре было уже почти пусто. Я надела наушники, включила музыку погромче и пошла к выходу из универа.
Мимо окон, мимо аудиторий, мимо людей, которые не замечали меня так же, как я не замечала их.
На улице моросил дождь. Я подняла воротник, сунула руки в карманы и побрела без цели — просто чтобы двигаться, чтобы не стоять на месте.
Я не знала, куда иду. Не знала, что буду делать через час. Не знала, когда это чувство пустоты наконец отпустит.
Но я знала, что должна идти.
Потому что если остановлюсь — начну думать. А думать о ней я запретила себе ещё в понедельник.
-————————-
Я шла по мокрым улицам, смотрела под ноги, чтобы не наступать в лужи, и слушала музыку. В наушниках играло что-то тихое, меланхоличное — под стать погоде.
На углу Тверской я остановилась. Рядом была кофейня, в которой я сидела с Аней на прошлой неделе. Я посмотрела на витрину, потом перевела взгляд на столб, обклеенный объявлениями.
Одно из них привлекло моё внимание.
«Требуется бариста. Опыт не важен. Обучаем. График гибкий».
Я смотрела на него несколько секунд. Потом достала телефон и сфотографировала номер.
Не думая. Не размышляя. Просто — сделала.
И тут же набрала.
— Алло, — ответил женский голос, приятный, с лёгкой хрипотцой.
— Здравствуйте, я по объявлению... бариста, — сказала я, удивляясь собственной смелости.
— Когда можете подойти?
— Хоть сейчас.
— Через час устроит?
— Да.
— Жду. Кофейня «Арабика». Имя моё — Ира.
Я сбросила вызов и посмотрела на небо. Серое, низкое, но хотя бы не плачет.
Надо же, подумала я. Первый шаг.
Я убрала телефон в карман и пошла в сторону «Арабики». Не оглядываясь.
Надо же, я удивила саму себя.
Честно, когда я набирала тот номер, пальцы слегка дрожали. Не от страха — от неожиданности. Я не планировала искать работу сегодня. Не планировала вообще. Просто шла, смотрела по сторонам, и вдруг — объявление. Как знак. Как маленькая зацепка за что-то, что не связано с универом, не связано с ней, не связано с прошлым.
Это лучше, чем ничего.
А "ничего" в последнее время было слишком много. Пустые вечера, разговоры ни о чём, попытки уснуть без мыслей о Гаврилиной. Работа — это хоть что-то. Новые люди, новый ритм, новый повод вставать с утра.
Работа? Это круто.
Я почти улыбнулась своим мыслям, когда толкнула дверь "Арабики". Маленький колокольчик звякнул надо мной, и воздух внутри обдало теплом и запахом свежего кофе. Я вдохнула глубже — здесь пахло домом. Не тем, который остался в Кемерово, а тем, каким он должен быть. Уютным. Живым.
Ира ждала меня за столиком у окна. Она подняла голову, окинула быстрым взглядом и кивнула на стул напротив.
— Садись. Капучино за счёт заведения.
— Спасибо, — я села, положила руки на стол.
— Расскажи о себе.
— Учусь на философском. Ищу подработку. Опыта нет, но я быстро учусь.
— Справляться со стрессом умеешь?
Я усмехнулась — может, слишком горько.
— Это моё второе имя.
Ира не засмеялась. Просто посмотрела на меня долгим взглядом, будто читала что-то между строк.
— Хорошо, — сказала она. — Завтра выходишь. С одиннадцати до четырёх. Всему научим.
— Прямо завтра? — переспросила я.
— А чего тянуть? — она пожала плечами. — Работа есть. Ты есть. Идёт?
— Идёт.
Она протянула мне ключ от служебного входа. Я взяла. Ключ был холодным, тяжёлым, и от этого почему-то стало тепло внутри.
Когда я вышла на улицу, дождь почти кончился. Я посмотрела на небо — серая пелена всё ещё висела над городом, но где-то там, за ней, угадывалось солнце. Или мне просто хотелось в это верить.
Я достала телефон, открыла чат с Аней.
«Нашла работу. Бариста. Завтра первый день».
Ответ пришёл через три секунды.
«ЧТО??? Ты серьёзно? В "Арабике"? Это же рядом с универом!»
«Да», — я улыбнулась, набирая ответ. «Завтра выхожу».
«Мы забежим. С Артуром. Поздравим».
Я замялась на секунду.
«Вы теперь везде вместе?»
Аня набрала что-то, стерла, снова набрала. Потом скинула смайлик — красное лицо с закрытыми глазами.
Я усмехнулась. Убрала телефон в карман.
Ну, хоть у кого-то в этой истории всё складывается.
Я пошла домой. Не быстрым шагом — так, не спеша. Смотрела по сторонам, на витрины, на прохожих, на мокрые листья, прилипшие к асфальту. Обычный день. Почти.
Внутри всё ещё было пусто, но теперь эта пустота не казалась бездонной. В ней появилось что-то вроде дна.
Работа. Друзья. Новая глава.
Может, я и правда справлюсь.