3. Все ради игры: Королевская свита

Глава шестая

Вороны отреагировали на слова Тори со своеобразным холодным изяществом. Единственный официальный комментарий по этому вопросу заключался в том, что их абсолютно не волновало мнение какого-то заносчивого, крикливого новичка-любителя. Тори даже несколько удивилась тому, что они оказались так немногословны и не стали высмеивать её провальную игру в декабре. Позже она поняла, что именно слухи о ее приглашении в Свиту и были причиной, по которой её не размазали в пух и прах. Это бы, в первую очередь, подорвало компетентность Рико, который сам и выбрал Тори.

Фанаты оказались куда менее толерантны, и их возмездие началось ещё до субботнего рассвета. Настойчивый стук в дверь разбудил Тори. Первым делом она посмотрела на часы, вторым — на тусклое небо за окном, а затем устало потёрла глаза рукой . Стук начался снова, поэтому Тори свесила ноги с кровати и пошла открывать..

Голоса в коридоре оказались достаточно громкими, чтобы сквозь дверь донести всё приглушённое негодование. Тори не узнала ни один из них, но, распахнув дверь, она отчётливо расслышала слово «копы». Тори открыла было рот, чтобы поинтересоваться, что происходит, но Дэн уже проскользнула в комнату Мэтта. Тори проводила её взглядом. Почти все двери на этаже оказались открыты, но только несколько спортсменов застряли здесь, громко споря о происходящем. Остальные спешили к лестнице с такой решимостью, будто от этого зависели их жизни.

Тори закрыла дверь и пошла за Дэн. Когда она вошла, Дэн пыталась растолкать Мэтта, одновременно рассказывая о случившемся:

— ...разгромили машины.

В мгновение ока Мэтт соскочил с кровати и вскочил на ноги. Тори замерла. Мэтт накинул куртку поверх пижамных штанов и надел ботинки. Он похлопал по карманам, пока ключи не звякнули в ответ. К этому моменту Тори была готова. Мэтт и Дэн уже выскочили в коридор. Заперев за собой дверь, Тори побежала за ними и догнала только на лестнице. Бойд влетел на последний пролёт и толкнул боковую дверь нараспашку.

Тори не знала, что было хуже: вид или запах. Куски сырого мяса и разбитых яиц вперемешку с камнями плотным слоем покрывали стоянку и припаркованные автомобили. Некоторые машины обошлись парой вмятин и царапин; у других виднелись трещины и дыры в окнах и лобовых стёклах. Парковка кишела разгневанными спортсменами, половина из которых висела на телефонах, остальные просто негодовали из-за состояния своих транспортных средств. Кто-то даже успел притащить вёдра, чтобы отодрать подсохшую говядину со своего капота. На место уже приехала охрана кампуса, и дюжина офицеров принимала показания и делала фотографии места происшествия.

Заметив грузовичок Мэтта, Тори похоронила последнюю надежду на то, что в происходящем нет её вины. Кто-то потратил много времени и отлично постарался, чтобы разгромить авто Бойда. Каждое окно оказалось выбито подчистую, оставалась только пара блестящих осколков вокруг рам. Шины спущены из-за десятков неистовых порезов. Многочисленные вмятины, судя по всему, были нанесены теми же инструментами, которыми били окна. По соседству в не менее плачевном состоянии стояла машина Элисон. Сама Рейнольдс стояла рядом, гордо выпрямив спину и скрестив руки на груди, с маской железной невозмутимости на лице. Заметив их приближение, Элисон обернулась, проследила за потерянным взглядом Мэтта в сторону своего грузовичка и выразительно посмотрела на Тори.

— Какого хера, — сдавленно выдал Бойд. Он подошёл к машине и остановился, не желая даже прикасаться к этому беспорядку. — Почему никто не услышал их?

— Они оставили окна напоследок, — пояснила Элисон. Она кивнула подбородком в сторону людей, стоящих неподалёку. — Пэрис вызвал полицию, когда услышал звон разбитого стекла, но не успел рассмотреть лица. Видел только кучу уезжающих машин, как минимум четыре, может, пять.

— О Господи, — Мэтт сделал ещё одну попытку осмотреть общие повреждения, а затем замер, запустив руки в волосы. Дэниэль крепко обняла его со спины. В ответ Мэтт благодарно сжал её запястья. — Неужели опять?

— Мне жаль, — тихо выдохнула Тори.

Элисон презрительно поджала губы.

— Заткнись. Нет, тебе не жаль. Не жаль, — настояла она, когда Тори попыталась поспорить. Это прозвучало совсем не как обвинение, а скорее, как прямой приказ, поэтому Тори невольно притихла. — Ты забыла, кому приходилось замазывать все твои синяки каждое утро? Если бы ты позволила им опустить себя вчера после всего этого, — она указала пальцем на своё лицо, — я бы тебя просто возненавидела.

— Ты рассказала им правду, — подтвердила Дэн. — Не твоя вина, что она им не понравилась.

— Не хочу, чтобы вам из-за меня доставалось, — призналась Тори.

— Поздновато ты спохватилась. Но что поделать, — Элисон попыталась придать лицу более спокойное выражение, но Тори всё ещё могла заметить признаки злости и расстройства, когда она смотрела на свою машину. — Хотят сломать мою игрушку. И что? Я куплю себе ещё одну. Может быть, даже две. Пусть идут нахуй, если рассчитывают, что меня это расстроит.

— Эй, — с непонятной срочностью шепнул Мэтт, привлекая внимание.

Тори проследила за кивком его подбородка в сторону боковой двери. По-видимому, задачу по оповещению Эндрю благоразумно возложили на Рене, потому что теперь она вела Миньярда за собой к эпицентру всеобщего беспорядка.

Его машина стояла чуть дальше, через пару рядов, но Эндрю в первую очередь проследовал за Рене к старшекурсникам. Миньярд остановился возле Тори, оценивая нанесённый ущерб. Тори повернулась, изучающим взглядом окинув его лицо, но ничего не смогла разглядеть. Эндрю выглядел таким же скучающим, как и обычно.

Рене взяла Элисон за руку и коротко сжала её.

— Сочувствую.

— Кто-нибудь уже звонил Ваймаку? — уточнила Тори.

— Он позвонил нам, — отозвалась Дэн. — Копы ставят в известность всех тренеров и свозят их сюда, чтобы организовать посильную поддержку. Он должен быть с минуты на минуту.

Миньярд хмыкнул и, потеряв интерес, развернулся. Элисон подтолкнула Рене в молчаливом позволении оставить её ради Эндрю, но вместо этого Рене обернулась через плечо на Тори. Тори кивнула и последовала за Эндрю. Она пробыла здесь всего пару минут, а за это время толпа на парковке успела увеличиться почти втрое. Несмотря на колкую поддержку Элисон, Тори не могла посмотреть в лицо кому-либо ещё. Эти студенты не сделали ничего такого, чтобы навлечь на себя гнев Воронов. Все они пострадали только из-за того, что Тори просто не смогла удержать язык за зубами.

Раньше её это никогда не беспокоило. Забота о Лисах стала неожиданной, но хотя бы объяснимой ношей. Чувство вины за несчастье всех этих незнакомых людей стало новым и абсолютно неприятным чувством. Каждый расстроенный возглас или резкий комментарий отдавался ножом по нервам, и Тори ненавидела это. К счастью — или нет — они наконец добрались до машины Эндрю, и Тори перестала думать о чём-либо ещё. Когда Миньярд остановился, Тори оторвала взгляд от асфальта и замерла в полном неверии.

Фанаты Воронов решили не останавливаться на шинах и окнах, они не остановились даже на простых вмятинах. Казалось, они прошлись кувалдой по всему каркасу, оставляя вмятины размером с кулак по периметру. Алая краска, распылённая на том, что осталось от покорёженного капота, кричала «предатели». Передние сиденья, как и задние, были испещрены ножевыми порезами, насколько удалось дотянуться сквозь зияющие окна. На задние сиденья кто-то вывалил пару мешков мусора; всё — от объедков до кофейных фильтров и куриных костей — было плотно вмазано в обшивку салона. И на вершине всей этой воняющей горки лежала мёртвая лиса.

Страдальческий вопль высвободил Тори из состояния шока. Она бросила быстрый взгляд налево и увидела Ники, следом за которым показались Аарон с Кевином. Заметив степень повреждения, Хэммик мгновенно поник; Аарон выглядел так, словно из него ударом выбило весь воздух. Кевин зажал рукой нос и рот, чтобы хоть как-то блокировать запах, но смотрел вокруг поражёнными, широко распахнутыми зелёными глазами. Он почти мгновенно заметил внимание Тори к себе, и в его ответном взгляде отчетливо читалось: «а я предупреждал». Стиснув зубы, Тори отвернулась.

Ники кинулся к машине, прижав дрожащие руки к деформированному капоту.

— Нет, нет, нет, — жалобно простонал он. — Что же они сделали с тобой, малышка? Что они... Это что, мёртвое животное? О Господи, Аарон, в нашей машине мёртвое животное. Меня сейчас стошнит.

Аарон подошёл ближе и наклонился, чтобы заглянуть внутрь. Оценив инсталляцию, он грязно выругался и быстро отступил в сторону. Спрятав нос в сгибе локтя, он провёл ещё один беглый осмотр машины, а затем выразительно посмотрел на Тори. Тори знала, что последует за этим, прежде, чем Аарон опустил руку, чтобы сказать:

— Тебя, наверное, заставили это сказать, верно?

— Простите, — выдохнула Тори. — Я думала, достанется только мне. Я не думала, что вы тоже пострадаете.

— Ну да, конечно, — язвительно отозвался Аарон. — Одного Сета было недостаточно?

Тори вздрогнула всем телом и невольно отшатнулась назад. Она открыла было рот, чтобы поспорить, но ничего не смогла противопоставить этому обвинению.

Ей и не пришлось. Она не осознавала, что старшекурсники пришли проверить, как у них дела. В следующую секунду Элисон уже пронеслась мимо и залепила Аарону такую смачную пощёчину, что едва не сбила его с ног. Возможно, она бы замахнулась ещё раз, если бы не моментальная реакция Эндрю. Он быстро перехватил её запястье, заломил руку за спину и резким толчком поставил Элисон на колени. Едва она рухнула, Миньярд свободной рукой схватил её за шею и силой придавил к земле, не позволяя ни дёрнуться, ни встать. Элисон попыталась что-то сказать, но из-за крепкой хватки ей удавалось только сипло и задавленно дышать.

Рене оказалась почти такой же быстрой. Возможно, она начала двигаться в тот момент, когда поняла, что Элисон направилась к Аарону. Она не собиралась тратить время на то, чтобы остановить Эндрю, а сразу бросилась к упавшей подруге. Рене обхватила Элисон руками в попытке утешить и успокоить, а главное предупредить сидеть тихо и уставилась на пустое лицо Эндрю. Заметив заварушку, кто-то позади вскрикнул: «Эй-эй, полегче». Сейчас Тори сосредоточила внимание на Рене, которая говорила тихо, но требовательно.

— Эндрю, это просто Элисон. Ладно? Это просто Элисон.

— Это не просто кто-то, когда он поднимает руку на то, что принадлежит мне, — процедил Эндрю. — Не вмешивайся.

— Ты же знаешь, что я не могу, — спокойно напомнила Рене. — Ты сам просил меня защитить их.

— Ты облажалась, — ответил Миньярд. — Тебе следовало быть быстрее.

— Эндрю, блять, — взорвался Мэтт, но сейчас злость в его голосе больше напоминала страх и опасение, нежели реальный гнев. Не имея возможности вмешаться, Бойд просто места себе не находил. Тори, безусловно, радовалась подобному самоконтролю; сложно было прогнозировать, как поведёт себя Эндрю, если Мэтт попробует вмешаться физически.

Побледневшая Дэниэль застыла возле Мэтта, широко распахнув глаза и не отрывая взгляда от Элисон. Ники опасался подойти к Эндрю, поэтому он медленно опустился на колени и протянул руку по асфальту. Аккуратно обхватив ладонь Элисон, он успокаивающе сжал её пальцы. Тори посмотрела на Кевина, который всё ещё стоял как вкопанный, затем на Аарона. Аарона обуревали смешанные эмоции: возмущение в адрес Элисон и страх перед тем, что его брат может сейчас сделать. Тори не знала, чью сторону он выберет, но не могла полагаться на то, что в итоге Аарон найдёт в себе силы вмешаться.

— Эндрю, — настойчиво позвала Рене. — Верни её мне.

Они уже и так привлекали слишком много ненужного внимания. В следующую секунду кто-то может попробовать вмешаться так, как сами Лисы никогда не стали бы делать, и это повлечёт, вероятно, худший вариант развития событий. У Тори оставалось от силы секунд десять, чтобы сделать всё правильно, но она даже примерно не понимала, откуда начать. Эндрю абсолютно не беспокоился о том, что может реально навредить Элисон, поэтому не было смысла взывать к его доброй стороне. В предыдущий раз, когда Эндрю находился в шаге от непосредственного убийства, напоминание о Кевине послужило действенным отвлечением. На этот раз такая тактика не сработает, но, возможно… Тори заколебалась, а потом поняла, что на прогнозирование совсем не осталось времени.

— Эндрю, — настойчиво позвала Рене. — Верни её мне. Но Эндрю не может: его рука крепче сжимается на чужой шее, и он не может, просто не может отпустить ее, из-за бешеной ярости. Из-за ядовитой тьмы внутри, из-за агрессии и воспоминаний.

Внутри него нет ничего, кроме бесконечной, бесконечной пустоты, пока вдруг не появляется что-то еще, чего быть не должно. Она вырывается на первый план и говорит всего одно слово на немецком:

— Хватит, — Лили становится справа от него, и её раскрытая ладонь перекрывает Эндрю обзор на Рене. Парень видит длинные белые пальцы с мозолями от клюшки и перчаток. Её кожа достаточно яркая, чтобы почти светиться в темноте, отражая свет фонарного столба. Синие вены четко проступают на коже предплечья. Ещё одна волна злости поднимается из-под рёбер, когда воспоминания про Тильду заменяются этими. — Достаточно, Эйджей.

— Это не тебе решать.

— Если ты навредишь ей, нас дисквалифицируют, — говорит Лили, словно Эндрю и правда это заботит. Боже, да ему плевать на этот глупый вид спорта. К тому же, он не планирует причинять ей вред, только лишь оторвать к чертям собачьим голову. — Оргкомитет не позволит нам играть с восемью игроками.

— Однобокость твоего мышления, — говорит Эндрю сквозь зубы, понимая, что у него не выходит игнорировать ерунду Лили. — Как обычно, утомительно тошнотворна.

— Ты обещал, — настаивает Лил, и что-то внутри Эндрю тормозит. Затихает, настороженно прислушиваясь. — Ты обещал, что перестанешь каждый раз обламывать их и загонять в угол. Ты пообещал сотрудничать, пока мы не разгромим Воронов в финале.

И это не правда.

Эндрю никогда такого не говорил, он не помнит, чтобы говорил хотя бы что-то похожее, но Лили выкручивает его обещание почти наживую. Эндрю помнит, как стоял в магазине костюмов и ронял их на пол. Помнит, как Лил сказала, что они не смогут без остальных попасть в финал, и Эндрю сказал спросить Мэтта о том, что произошло годом ранее, а затем позволил прийти, если они осмелятся. Это предназначалось только для вечеринки в Райских Сумерках, только для единственной ночи, чтобы провести время, как команда. Не для чего-то большего, и Лили должна об этом знать. Должна была понять, и не превращать его слова во что-то такое. Но он тоже поступил так, нарушив одно обещание ради другого, заменив «больше никаких вторжений» на защиту. Поэтому он молчит.

— Ты что, солгал мне?

О. О, Эндрю позволяет называть другим его как угодно: социопатом, монстром, преступником, сумасшедшим. Потому что его не волнуют эти слова, его не волнуют слова людей, которые даже не пытаются понять его.

Но единственным, кем не является Эндрю больше всего на свете, это лжецом. И тот факт, что Лили… что человек, которому удаётся читать Эндрю между строк, называет его так… пускает по телу болючие электрические разряды, которые он чувствует от сердца до кончиков пальцев.

— Я не обещал этого…

— Ты пообещал, что защитишь меня в этом году, — говорит Лил, её глаза сияют холодным блеском и Эндрю понимает, что им пытаются крутить. Понимает, но ничего не может сделать. — И я заранее предупредила, что собираюсь сделать и что для этого потребуется. Не имеет значения, нравится тебе это или нет. Итак, могу я рассчитывать на твою защиту или нет?

Лили замолкает. Эндрю понимает, чего она ждёт, но Эндрю не может… не может оттолкнуть от себя эту тьму, затолкать обратно достаточно глубоко, чтобы она перестала угрожать остальным.

— Эйджей. Посмотри на меня.

… и рот Эндрю дёргается в гримасе, которую он подавляет, прежде чем посмотреть вверх.

Здесь Лили. И её выражение лица не меняется, когда она сталкивается глазами с темнотой, вытекающей из Эндрю как кровь.

Это интересно, это идиотски, опасно, увлекательно во всех неправильных отношениях. И Эндрю ненавидит её.

— Пошла нахуй.

Лили просто моргает один раз.

— Защитишь или нет?

— Я пообещал и ему тоже, — говорит Эндрю, понимая, как это может звучать для других. Кровь не важнее воды. Семья может означать что-то для других, таких, как Ники и старшекурсники, но это ничего не значит для Эндрю: это просто слово из пяти букв.

Но их обещание, первое обещание, что-то значит для него, даже если оно не важно для Аарона. Аарон был просто глуп, чтобы принять его помощь. Был достаточно глуп, чтобы думать, что Эндрю не сдержит слово, а затем был глуп, закрутив шашни с девушкой.

— И я не нарушу его обещание, чтобы сохранить твоё.

Тори не поняла, о чём речь, но Аарон, похоже, наконец выбрал сторону и решил вмешаться.

— Эндрю, это... — его голос дрогнул, и Тори решилась оторвать взгляд от Эндрю, чтобы посмотреть на выражение лица Аарона. Любой намёк на гнев в голосе Аарона исчез, сейчас он казался почти потерянным. Эндрю не смотрел на брата, но лёгкий наклон головы в его сторону говорил о том, что он внимательно слушает. — Нет, Эндрю. Нет. Всё в порядке. Я в порядке. Это было даже не больно.

Тори сделала в голове пометку разобраться с этим вопросом позже. На самом деле, она боялась, что уже знает ответ. И она искренне надеялась, что ошибается. Потому что, если выяснится, что Аарон действительно настолько непрошибаемо туп, то Тори, вероятно, придушит его прямо на месте.

Эндрю задержал взгляд на Тори ещё одну бесконечную секунду, а затем расслабил мёртвую хватку на шее Элисон, позволив ей, задыхаясь, рухнуть на грязный асфальт. Когда непосредственная угроза миновала, Тори ожидала немедленного вмешательства от Мэтта или Дэн, поэтому она быстро вскинула руку в предупреждающем жесте. Если бы они действительно захотели бы подойти, Тори не смогла бы остановить их, но, к счастью, они повиновались её немому приказу оставаться на месте.

Рене мягко зашептала приглушённые утешения в волосы Элисон, гладя её по голове. Ответ Элисон казался слишком хриплым и сдавленным, чтобы быть разборчивым, тем не менее она позволила поставить себя на ноги. Рене развернулась и аккуратно подвела её к Дэн и Мэтту. Те быстро взяли Элисон под руки, поставив её между собой. Рене отступила назад, заняв позицию молчаливой, но физической преграды между старшекурсниками и Эндрю. Тори снова взглянула на Аарона. Аарон смотрел на Эндрю так, словно сегодня увидел его впервые.

Когда Дэн удостоверилась, что с Элисон всё в относительном порядке, она посмотрела на Миньярда, словно рассчитывала одним своим взглядом спустить с него кожу.

— Ты еблан. Ты ведь мог серьёзно навредить ей!

— Только не надо удивляться, — отмахнулся Эндрю. Ярость уже покинула его взгляд; он вернулся к состоянию привычного равнодушия, а из плеч пропало всякое напряжение. Он снова казался мертвецки скучающим, будто ничего не произошло и ничего не имело значения. — Это уже второй раз за несколько недель, когда кто-то из вас забывается. Могли бы сделать правильные выводы ещё после первого раза. Так что не надо обижаться, когда вы сами провоцируете меня.

— Он прав, — неожиданно сказала Тори, холодно посмотрев на Дэн и Мэтта, — Станет гораздо легче жить, если все уже перестанут распускать руки.

— Это не...

Звучный голос прервал возмущение Дэн.

— Какого хера здесь, блять, творится?

Сердце Тори едва не ушло в пятки. Она настолько сосредоточилась на Эндрю, что абсолютно не заметила, как пришёл Ваймак. Тори обернулась через плечо, но была вынуждена тут же отвести глаза, заметив искренний гнев тренера. Ваймак окинул команду недобрым взглядом и подождал, пока они соберутся с мыслями. Первой пришла в себя Дэн.

— Ничего, — выпалила она, даже не пытаясь скрыть ложь в голосе. — Просто переосмысливаем каждый раз, когда мы поддерживали решение о вербовке чудовищ.

— Эй, — вмешался Ники, в его словах промелькнуло больше вины, чем реальной обиды на замечание Дэн. Он поморщился, когда Дэн пронзительно взглянула на него, но продолжил: — Эндрю, возможно, несколько погорячился, но он сделал это не просто так. Она первая начала.

— Даже не пытайся оправдывать это, — качнул головой Мэтт. — Никто не отвечает на пощёчину переломом шеи.

— Там, откуда ты родом, может, и нет, — невозмутимо пожал плечами Эндрю.

— Ты про реальную действительность? — с холодным сарказмом уточнил Бойд.

— Не надо, — попросил Эндрю со спокойствием, в которое Тори не поверила ни на секунду. Миньярд дважды постучал пальцем по губам, предупреждая Мэтта, чтобы тот замолчал, и махнул рукой в его сторону. — Такой избалованный ребёнок как ты никогда не сталкивался с реальной действительностью. Не говори об этом так, будто понимаешь, о чём речь.

— Хватит, — вмешался Ваймак, щёлкнув пальцами перед лицами старшекурсников. — Где вы припарковались?

Дэн указала пальцем через плечо, будучи сейчас слишком злой, чтобы отвечать словами.

— Подождите возле своих автомобилей. Буду там через две секунды. Идите, я сказал.

Он дождался, пока старшекурсники протиснутся между припаркованными машинами, а затем перевёл тяжёлый взгляд на братию Эндрю. В самую последнюю очередь он посмотрел на Тори.

— Никто так и не ответил на мой вопрос. Что, чёрт возьми, здесь произошло?

Учитывая, что старшекурсники наверняка расскажут Ваймаку о произошедшем, врать не было смысла. Поэтому Тори попыталась максимально лаконично обобщить ситуацию:

— Элисон ударила Аарона, поэтому Эйджей дал ей сдачи.

Прикрыв глаза, Ваймак устало потёр переносицу. Очевидно, сейчас он пытался удержаться от того, чтобы не сорваться на них и не запустить конфликт по второму кругу, но потребовалось немало времени, прежде чем он оторвал руку от лица.

— Эндрю, нам придётся поговорить об этом. Точнее так: я буду говорить, а ты будешь слушать. Сегодня, но не сейчас. Сначала мы разберёмся со всем этим говном. Ты меня понял? — Ваймак дал Эндрю пару секунд, чтобы осознать это, а затем сказал: — Не слышу.

— Вы говорите, я слушаю, — повторил Эндрю, и даже Тори не поняла, соглашался ли он с предложением или просто подытоживал требования тренера.

— Пойду проверю, как у них дела, — пояснил Ваймак. — Вернусь буквально через минуту. Когда я приду, мы сосредоточимся на реальной проблеме и реальном враге. Всё понятно?

— Предельно понятно, — слабо подтвердил Ники.

— Да, тренер, — отозвалась Тори.

Когда Ваймак ушёл, они погрузились в полное молчание. Тори смотрела то на Эндрю, то на Аарона. Эндрю, как и Ники, сосредоточили всё своё внимание на искорёженном автомобиле. Аарон всё ещё сверлил Эндрю таким взглядом, словно вот-вот собирался открыть для себя главные тайны человечества. Дэй, который оставался в стороне во время всей потасовки, теперь наконец вышел вперёд и встал рядом с Эндрю.

Вскоре вернулся Ваймак. Он ни капли не слукавил, когда сказал, что они отложат внутренние командные разборки на потом. Тренер не сказал ни слова о жестокости Эндрю или о безопасности Элисон. Вместо этого он одарил машину Миньярда долгим взглядом и вытряхнул на ладонь сигарету. Едва она была прикурена, Миньярд выжидающе протянул руку. Ваймак отдал её без лишних колебаний и зажёг себе ещё одну.

— Ну, — хмуро протянул тренер, — по крайней мере, вы продлили страховку в прошлом году.

— А толку-то, — сжав руки в карманах, Хэммик поставил ногу на погнутый бампер. — Восстановлению не подлежит. Даже если ободрать и перешить весь салон, я больше не смогу сесть в неё без содрогания. Вы уже видели мёртвую лису, тренер? Они закинули туда мёртвое животное. Фу, блять, мерзость.

— Копы, — негромко предупредил Аарон.

Заметив полицейских,Тори на секунду растерялась. Сейчас они стояли всего в двух машинах от них. Не то чтобы Тори прям напряглась, но это было близко. Тори неторопливо отвела взгляд, чтобы не привлекать к себе внимание, но в другом направлении вид оказался ненамного лучше.

— И репортёры тоже, — сказала она.

В какой-то момент полиция успела полностью оцепить парковку и поставить контрольно-пропускной пункт для прибывающих. Два автобуса для прессы стояли за кордоном, и репортёры уже вовсю делали снимки этого мрачного зрелища.

Копы добрались до них несколько минут спустя. Один из мужчин медленно обошёл автомобиль по кругу, записывая номерной знак и, вероятно, описывая характер основных повреждений. На втором круге он достал камеру и нетерпеливой рукой разогнал Лисов из кадра, чтобы сделать хороший снимок. Второй коп скользнул по присутствующим усталым взглядом, держа ручку с блокнотом наготове.

— Чья машина?

— Наша, — отозвался Ники, вскидывая руку. — Ну, она записана на Эндрю, но я тоже указан в страховке. Мы двоюродные братья. Ники Хэммик и Эндрю Миньярд, комната 317. Если вам нужны документы на машину, я могу сказать, где их найти, но я бы не хотел сам за ними лезть. Загляните в машину и поймёте, почему. Нет, серьёзно, загляните внутрь.

Коп окинул машину более внимательным взглядом, но никак не прокомментировал её плачевное состояние. Тори предположила, что тот перестал удивляться или вообще заморачиваться по этому поводу примерно шестьдесят потерпевших назад. Единственное, что он сказал:

— Вы видели или слышали что-нибудь необычное прошлым вечером или сегодня утром?

— В пятницу вечером в общежитии? — уточнил Ники, виновато пожимая плечами. — Вы научитесь не слышать вообще ничего, если захотите хоть немного поспать. Кроме того, наша комната выходит на фасад здания.

— А ты? — спросил полицейский у Аарона.

— Ничего, — коротко ответил тот.

Коп посмотрел на Эндрю в последнюю очередь. Эндрю молча вернул взгляд, невозмутимо делая глубокую затяжку. Ники выждал пару секунд, а затем ответил за него.

— Он узнал тогда же, когда и я. Рене разбудила нас, когда услышала новости. О, Рене — наш товарищ по команде, — полицейский казался крайне недовольным вмешательством Хэммика, на что тот в очередной раз пожал плечами. — Да, извините. Эндрю не разговаривает с копами. Это длинная история и она не имеет никакого отношения к делу. У вас есть ещё вопросы?

У полицейского осталось несколько вопросов, парочку из которых он нацелился спросить у Эндрю, несмотря на предупреждение Ники. Остальную часть вопросов он разделил между Ники и Аароном. Эндрю давно перестал обращать внимание на опрос и просто позволил своему взгляду блуждать по парковке. Хэммик восполнял интересующие пробелы так быстро, как только мог, и в конце концов копы двинулись дальше.

Несколько страховых агентов приехали из местных отделений, чтобы воочию оценить масштабы произошедшего и получить контактную базу клиентов. Женщина, представляющая агентство Эндрю, должно быть, принесла с собой какую-то шпаргалку, потому что она поприветствовала братьев по именам и выразила сочувствие за то, что им приходится проходить через всё это во второй раз. Пока она болтала и делала свои заметки и фотографии, приехали эвакуаторы, которые начали загружать побитые автомобили для перевозки в ремонтные мастерские.

— Они покроют временную аренду автомобилей и фургонов на неделю, — пояснил Ваймак, когда женщина ретировалась к своему следующему клиенту. — Сегодня в течение дня постараюсь взять нам две машины. Это может занять некоторое время, учитывая размеры очереди, поэтому дайте знать, если с вами свяжутся. И, если понадобится, могу увеличить количество автомобилей.

— Хорошо, тренер, — отозвался Ники.

— Подождёте здесь минутку? — спросил Ваймак и, когда они кивнули, пошёл на поиски остальной части команды.

Теперь им оставалось только ждать. Копам потребовалось больше часа, чтобы обойти всех потерпевших, и ещё больше времени ушло на то, чтобы эвакуировать часть машин. Ваймак вернулся, когда полицейские закончили с Элисон и Мэттом. К удивлению Тори, вместе с ним вернулись и старшекурсники. Дэн и Мэтт всё еще казались сердитыми, но теперь усталость преобладала над всеми другими эмоциями. Встретившись взглядом с Эндрю, Элисон вздёрнула подбородок, молча заявляя о своём бесстрашии и принципиальном несогласии.

— Мы с Эндрю собираемся за обедом, — пояснил Ваймак. — Какие-нибудь предпочтения?

Тори искренне сомневалась, что после того, как они простояли всё утро в подобном зловонии, у кого-то остался аппетит, тем не менее, Лисы не стали отказываться от халявной еды. Они проголосовали без особого энтузиазма, и Эндрю ушёл вслед за Ваймаком. Лисы проводили их взглядом в неловкой тишине. Наконец Тори решилась посмотреть на Элисон. Она открыла было рот, собираясь сказать то, что должна была ещё пару месяцев назад, но так и не нашла нужных слов.

— Спасибо, — сухо бросила ей Элисон.

Это казалось таким незаслуженным, что Тори ощутила мгновенный укол совести и тихо сказала:

— Прости меня.

Этого было чудовищно недостаточно за всё то, чего она ей стоила, чего она стоила всем им, решив остаться здесь, но больше Тори ничего не могла им предложить. Взгляд, который Элисон послала в её сторону, говорил, что она отлично поняла, за что та пытается извиниться. Она поджала губу, будто не была уверена, какого ответа Тори заслуживает. Прежде, чем Элисон успела определиться, заговорила Дэниэль.

— Подписывая с вами контракт, мы понимали, что будут проблемы, — сказала она, смотря то на Аарона, то на Ники. — Мы приняли вас, несмотря на все слухи и протесты, потому что верили в вас. Мы защищали вас, были рядом в трудную минуту и прощали столько разного дерьма, которое никто бы не смог ни понять, ни объяснить. Мы пытались быть нормальной командой, пытались стать вашими друзьями и протянуть вам руку снова и снова, и снова. Но есть невидимая черта, где всё это заканчивается. И если вы когда-нибудь пересечёте её ещё хоть один раз, мы навсегда покончим с этим. Вы никогда, никогда, — повторила она, яростно делая ударение в нужном месте, — не раните ещё одного человека в этой команде. Это понятно?

Типичный задор Ники пропал без следа. Он выглядел почти поверженным, когда взглянул на Дэн и Элисон.

— Я понимаю, и ты права, но мне жаль: я не могу ничего обещать. Эндрю это... Эндрю. Мы не может предсказать или контролировать его.

— Она может, — холодно возразил Мэтт, кивнув подбородком в сторону Тори. — Тогда почему не можете вы?

— Меньше инстинктов самосохранения? — предположил Хэммик, но его попытка пошутить с треском провалилась.

— Больше, — исправила Тори, зная, что Ники всё равно не поймёт.

Не скрывая напряжения во взгляде, Бойд обернулся к Тори.

— Даже Рене не смогла достучаться до него. Что конкретно ты сказала, чтобы остановить его? В следующий раз, когда тебя не будет рядом, кто-то ещё должен знать, как отговорить его от крайности.

Тори не могла ничего объяснить, не вдаваясь при этом в подробности, которые абсолютно не касались старшекурсников.

— Не доводите до этого в следующий раз., — повторила она, — Это ведь так просто, Мэтт. Не распускайте руки, не получите сдачу.

—Тори, я серьёзно.

Тори лишь качнула головой.

— Я тоже.

— Элисон, — негромко позвал Кевин. — Ты в порядке?

Элисон знала Дэя слишком хорошо, чтобы понимать, насколько сильно он действительно беспокоился о её личном самочувствии. Раздражённо взглянув на него, она промолчала. Кевин истолковал её молчание по-своему и изучающе посмотрел на Тори. Через мгновение он протянул руку и накрыл большим пальцем пластырь на лице Тори. Результат заставил его нахмуриться не разочарованно, а, скорее, несколько растерянно, и Кевин опустил руку. Тори ждала какого-то комментария по поводу этого странного действа, но Кевин ничего не сказал.

— Пойдёмте, — позвала всех Дэниэль, и удручённые, порядком уставшие Лисы поплелись внутрь.

Аарон, Кевин и Ники скрылись в своей комнате. Тори успела просунуть руку в проём прежде, чем Хэммик закрыл за собой дверь. Девушки, шагающие в комнату следом за Мэттом, практически сразу заметили, что потеряли Тори где-то по пути. Она вскинула руку в неопределённом жесте типа «сейчас вернусь» и проскользнула мимо Ники. Только после этого Хэммик закрыл и запер дверь.

Аарон упал в одно из кресел-мешков и даже не потрудился поднять взгляд, когда Тори остановилась прямо перед ним. Тори убрала руки в карманы, чтобы ненароком не распустить их в адрес Аарона, и опустилась на корточки. Аарон скривил губы, дерзко и с непонятной провокацией во взгляде посмотрев на Тори. Тори сжала руки в кулаки. Она попыталась мысленно посчитать до десяти, но успела дойти только до шести.

— Скажи мне, что ты не настолько туп, — попросила она.

— Это не твоя комната, — буркнул Аарон. — Выметайся.

— Что он тебе пообещал? — потребовала Тори, полностью игнорируя его слова. — Он точно не обещал защищать тебя от всего на свете, иначе он просто не позволил бы Кевину остаться в прошлом году. Тогда от кого он пообещал защитить тебя? — Тори выждала минуту, давая Аарону возможность ответить самому, после чего принялась рассуждать вслух: — Он вернулся домой и неожиданно узнал, что твоя мать избивает тебя. Он сказал, что, если ты не можешь дать отпор женщине, то это придётся сделать ему. Не так ли? Всё, что тебе пришлось сделать взамен, это продержаться рядом до самого выпуска.

— Это не имеет значения.

— Очевидно, что имеет, — теряя терпение, огрызнулась Тори. Аарон нахмурился, но перестал отрицать это. — Ты всегда знал, почему он убил твою мать. Так почему ты заставляешь меня проговаривать это вслух?

— Нет, — резко отмахнулся Аарон. — Вот это как раз не имеет ко мне никакого отношения. Он дал своё обещание на второй день после приезда, но прождал ещё пять месяцев, прежде чем убил маму. Ты просто не видела тех синяков, которые она оставила на нём той ночью, когда думала, что он это я.

— Эйджею было плевать, что она делает ему больно. Единственное, что его волновало, так это то, что она систематически била тебя. И пять месяцев ему понадобилось только потому, что несчастные случаи требуют времени для планирования.

— Ты не можешь это утверждать.

— Могу. И ты бы тоже мог, если бы обратил внимание на то, как он относился к тебе в Колумбии, — напомнила Тори. — Ты ведь раньше меня понял, почему он набросился сегодня на Элисон. Единственный, кто может остановить это, — ты. Напрягись и выясни, что ты должен сделать, что ты должен простить ему, чтобы он наконец отпустил тебя.

Гулко захлопнув за собой дверь, Тори так и осталась стоять в коридоре как вкопанная. Она понимала, что лучше не возвращаться к старшекурсникам в таком настроении. Сейчас совсем не время и не место для всего этого, когда команда и так на эмоциональном взводе, но вспышки характера Тори никогда не были своевременными. Она даже не знала точно, на кого злился сильнее: на Аарона, за то, что тот был настолько невероятно слеп, или на себя, за то, что не собрала все части воедино намного раньше. А ещё она не могла перестать злиться на Ники и Кевина, за то, что они оказались настолько бесполезными в этом вопросе.

Она никак не могла успокоиться, поэтому сделала единственно возможное в подобной ситуации: спустилась по лестнице на первый этаж и побежала. Изначально Тори не собиралась на стадион, но в итоге оказалась именно там. Проходя мимо, она бросила ключи на домашнюю скамью и побежала вверх по ступенькам стадиона. На полпути она наконец избавилась от всяких мыслей в голове. Она перестала чувствовать, перестала быть Тори, перестала быть чем угодно, в эти секунды она была просто телом в движении. Затем Тори принялась наворачивать круги по периметру Лисьей норы. Когда каждый дрожащий вдох казался уже слишком горячим для напряженных лёгких, Тори наконец-то вновь почувствовала себя нормальной.

Она забрала ключи на выходе со стадиона и заперла за собой все двери. Медленно прогулявшись назад к Лисьей башне, Тори устало поднялась по лестнице на третий этаж. Мэтт сидел диване в окружении Дэн с одной стороны и Рене с другой. Элисон оккупировала стол. Когда Тори вошла, все взгляды обратились в её сторону, и по выражению лиц присутствующих Тори поняла, что прервала важный разговор. Она молча вскинула руку по пути в свою комнату, тем самым извиняясь за несвоевременность и обещая, что моментально окажется вне зоны слышимости .

— Ланч в холодильнике, — вслед кинул Мэтт. — Тренер привёз его, пока тебя не было.

Тори уже и забыла обо всём этом.

— Спасибо.

Тори открыла шкаф, чтобы взять одежду, но заколебалась при виде своего сейфа. Она присела, провела пальцами по замку, мысли в голове замелькали с космической скоростью. Тори задалась вопросом, сколько страховая компания сможет возместить на ремонт автомобилей. Даже если они не покроют всю стоимость, у Элисон и Мэтта было достаточно денег, чтобы заплатить за всё остальное. У братьев таких денег не было, а их машина оказалась почти такой же дорогой, как и авто Элисон. Ники уже морально готовился к плохим новостям.

Приглушённый стук туфель по тонкому ковру отвлек её от мыслей. Тори выглянула из шкафа. Элисон напряжённо застыла в дверях, сложив руки на груди.

Тори всё ещё не знала, что ей сказать, но она должна была хотя бы попробовать.

— Мне правда очень жаль. Он этого не заслужил.

Элисон молчала почти целую вечность.

— Ты уже говорила. Если бы мы получали то, что заслуживаем, то никогда бы не стали Лисами.

Сейчас, по отношению к смерти Сета, эта её фраза звучала абсолютно бессердечно и безжалостно. Тори невольно поморщилась, а Элисон, пожав плечами, отвернулась.

— Может быть, так даже лучше. Если бы он сам сделал это с собой, я бы жила, зная, что так и не смогла достучаться до него. По крайней мере, мне есть кого винить.

— Эйджей рассказал тебе о Рико?

— Я знала об этом с самого начала, — поделилась Элисон. — Чудовище заезжал к Эбби перед похоронами, чтобы спросить меня о лекарствах Сета. Он рассказал мне свою версию произошедшего, чтобы убедиться, что я вернусь на поле.

Тори подумала о том, насколько быстро после смерти возлюбленного Элисон смогла взять себя в руки и вернуться на поле, и о том, как Эндрю ненадолго остановился около неё по пути к воротам в тот первый матч. Крайне маловероятно, что Миньярд мог расщедриться на какую-либо моральную поддержку. Скорее всего, он пытался разозлить её и направить её злость в нужное русло.

После передозировки Сета Элисон не разговаривала с Тори неделями. Тори думала, что это просто попытка справиться с личным горем. Она и сама отстранилась, не понимая, как подступиться к Элисон и как быть со своей совестью. Если она с самого начала знала версию Эндрю, то понимала всю степень косвенной вины Тори. Может быть, именно поэтому Эндрю решил вмешаться: он уже взял Тори под крыло к тому времени, поэтому ему нужно было убедиться, что Элисон не станет для них очередной проблемой.

И где-то на этом временном отрезке она уже простила её, но Тори даже не поняла этого.

— Я должна была сказать это раньше. Я просто не... — Тори всплеснула руками беспомощно и потерянно. — Я просто не знаю, как говорить с людьми о важных вещах.

— Это мы уже заметили, — Элисон пожала плечами так, будто предмет разговора был незначительным и неважным, но они оба знали, что это не так. — Ты тот ещё безнадежный случай. И однажды мне очень захочется узнать почему.

Сказав это, она ушла в другую комнату, оставив Тори наедине с её мыслями и секретами.