3. Все ради игры: Королевская свита

Глава вторая

Подъём с постели в среду утром, даже с учётом титанических усилий, удался Тори лишь благодаря тому, что она была невероятно заинтересована как в сохранении своей жизни, так и собственной лжи. Она нуждалась в остальных, чтобы наконец почувствовать себя лучше и представить, что всё в порядке. А значит, ей придётся весь день делать вид, что Рождество прошло относительно гладко. Она пыталась привести мысли в порядок во время самой медленной в мире пробежки по окружной дороге. К моменту возвращения в Лисью башню каждый шаг отзывался трясучей болью в ногах и тупым онемением от коленей и до пальцев ног. Мэтт, который ушёл в зал ещё до того, как Тори выползла из кровати, теперь ждал её с выражением нескрываемого недоверия на лице.

— Ты сумасшедшая, ты в курсе? Не говори мне, что действительно попёрлась на улицу в таком состоянии.

— В каком часу Дэн приземляется? — поинтересовалась Тори.

На мгновение она подумала, что сегодня Мэтт не станет подыгрывать ей и не позволит так легко соскочить с темы. Рот Бойда сжался в неодобрительную линию, но вместо того, чтобы читать нотации, Мэтт сказал:

— Собираюсь встретить их в одиннадцать и привезти прямиком на поле. Тебя подбросит Эндрю?

— Да, — коротко кивнула Тори. — Тренер хочет, чтобы я заскочила к Эбби перед собранием.

Заперевшись в ванной, Тори быстро ополоснулась. Вытирание оказалось даже более болезненным процессом, чем сам бег, несмотря на все попытки быть осторожной. Она переодевалась со скоростью улитки, всё время морщась от неприятных, саднящих ощущений. Прошла по меньшей мере минута, прежде чем ей удалось выровнять сбившееся от боли дыхание. Это дало время наложить свежую повязку на лицо, но сердцебиение всё ещё отдавалось тугой пульсацией в висках, когда она вышла из удушливой ванны.

Когда Тори, полностью одевшись, захлопнула за собой входную дверь, Мэтт по-прежнему валялся на диванчике перед телевизором. Он никак не прокомментировал её уход, возможно, предполагая, что Тори идёт двумя дверьми дальше бесить братьев. Вместо этого Тори покинула общежитие и пошла извилистой дорогой к окружной. Она сократила длинный путь в библиотеку через кампус.

По пути вверх по лестнице ей встретилась лишь пара праздных студентов. Несмотря на то, что народу в компьютерном зале оказалось немного, Тори заняла место в самом дальнем ряду. Она перестала с болезненной одержимостью следить за новостями ещё в сентябре и сегодня не собиралась ворошить тёмное прошлое. Сначала она попыталась найти хоть какую-нибудь всплывшую информацию о своём пребывании в Эверморе, но всё было чисто. Поэтому Тори переключилась на исследование команд, прошедших квалификацию на Весенний чемпионат — простейший способ отключить голову и убить время.

Она и не заметила, как начала клевать носом, и абсолютно не запомнила, как в итоге заснула.

Эндрю входит в здание, делая вдох, вспоминает запах книг, старой бумаги и пыли, ещё раз убеждаясь в том, что ненавидит это.

Здесь множество и множество строк, спрятанных в книгах, чьи корешки обращены наружу и имеют множество цветов, расположенных в алфавитном порядке по автору. Две большие лампы висят на треснувшем потолке, они покрыты пылью. Ковёр на полу тёмно-красный, напоминающий цвет вина.

За расставленными аккуратно столами сидят около шести человек, уставившись в бумаги, книги или ноутбуки. Эндрю поднимается по лестнице на второй этаж, когда не находит на первом чёрную макушку, и там он видит спящую Лили. Её голова лежит на одной из рук, пальцы второй руки на мышке, экран монитора давно погас.

Ресницы Лили бросают тени на её щёки и слабо трепещут, Эндрю сжимает зубы и думает схватить девчонку за руку, чтобы поднять из-за стола, как марионетку, и уже поднимает руку, чтобы сделать это, но… но останавливается, замечая на чужом запястье красный браслет раны, уходящей вверх по руке. Эндрю не подозревает, что из себя представляет остальное тело Лили, не понимает, как ей больно, и он…

Ему было плевать на травмы Лили, и теперь тоже не интересует. И Эндрю, и Лил прекрасно знали, что произойдёт, когда она нарисовала на своей спине мишень, обещая присмотреть за Кевином, пока Эндрю отсутствует. Почему Эндрю должен жалеть Лили, когда та сама виновата? Когда сама попросила довериться себе.

Нет, Эндрю все ещё не заботится об этих травмах, но руку протягивает аккуратно, запуская пальцы в чужие чёрные волосы. В одну из двух вещей, изменившихся во внешности Лили, которые кажутся безумно важными, даже если Эндрю ещё не может понять почему.

Волосы мягкие и густые, не такие, какими они должны были быть после множественных окрашиваний. Лил не просыпается от прикосновения, потому Эндрю пробегает пальцами к загривку.

Этого достаточно, чтобы та резко проснулась, хватаясь за мышь сильнее и почти сбрасывая её со стола. Экран загорается, а Лили слегка теряется в пространстве, заставляя Эндрю сжать чужие волосы в кулак, потому что Эндрю знает, насколько опасно быть дезориентированным после сна.

Эндрю использует немного силы, запрокидывая чужую голову назад и заглядывая в сонные глаза.

— Новая методика обучения в горизонтальном положении? — спрашивает он Лили и не ждёт ответа. — Вчера я предупреждал тебя, не усложнять мне жизнь.

Потому что сон в непонятном месте и отсутствие реакции на телефонные звонки очень даже усложняют ему работу.

— И я ответила, что не буду ничего обещать, — отвечает Лили, и это своего рода правда. Эндрю отпускает её, позволяя закрыть вкладки браузера.

Прикосновение пальцев, впившихся мёртвой хваткой в волосы на затылке, мгновенно вырвало из полудрёмы. Тори инстинктивно попыталась схватиться за что-нибудь, что позволило бы выиграть хоть немного времени, чтобы сбежать, но вместо этого нащупала лишь компьютерную мышь. Тори тупо уставилась на неё, а затем перевела сонный взгляд на экран перед собой. Пальцы в волосах сжались, и Тори не стала сопротивляться, когда Эйджей настойчиво запрокинул её голову назад.

— Новая методика обучения в горизонтальном положении? — поинтересовался Миньярд. — Вчера я предупреждал тебя не усложнять мне жизнь.

— И я ответила, что не буду ничего обещать.

Эндрю разжал пальцы, без тени сочувствия наблюдая, как Тори потирает затылок. Выпрямившись, Тори принялась закрывать многочисленные вкладки браузера. Она прошлась по трём сайтам, когда наконец заметила, сколько времени: больше одиннадцати, а значит, Мэтт уже встретил Дэн и девочек и сейчас Тори должна быть на стадионе с Эбби. Непонятно, что хуже: то, что она так тупо потеряла два часа, или то, что она спокойно уснула в настолько незащищённом месте. Тори сосчитала про себя до десяти сначала на французском, а потом на испанском. Это немного помогло притупить разочарование и гнев.

Эндрю пошёл к лестнице, зная, что Тори последует за ним. Машина стояла у тротуара, мигая аварийкой. Оставшаяся троица завалилась на заднее сиденье. Тори не знала, кто и зачем уговорил Кевина уступить пассажирское кресло, но решила лишний раз не уточнять. Она залезла в машину и быстро пристегнулась.

— Я никому не говорила, что собираюсь в библиотеку, — вслух задумалась Тори, когда Эндрю выехал на дорогу.

— У тебя всего несколько укрытий, — пояснил Ники. — Тренер сказал, что тебя не было на стадионе. И ты не отвечала на звонки.

Похлопав по карманам, Тори вытащила телефон. Когда она открыла раскладушку, экран так и остался тёмным. Вчера она заряжала его, но не долго. Тори захлопнула телефон и бросила его в подстаканник между передними сиденьями. Не отрывая взгляда от дороги, Эндрю потянулся через машину и открыл бардачок. Внутри виднелось зарядное устройство. На мгновение Тори подумала, что Эйджей снова копался в её вещах, но красная наклейка на шнуре казалась незнакомой. Должно быть, зарядник принадлежал Миньярду — у них была одинаковая модель телефона. Тори вытянула зарядку и захлопнула бардачок.

К штекеру зарядного устройства канцелярской резинкой был прикреплён ключ. В последние пару месяцев Тори достаточно часто брала в руки ключ от машины Эйджея, поэтому легко узнала его. Тори перевела взгляд на такой же ключ в замке зажигания. Либо Эйджей отобрал дубликат у Ники, либо это тот, который он самолично забрал у Тори. Да и плевать, в общем-то. Тори использовала тачку Эндрю только потому, что кто-то должен был водить машину в его отсутствие.

Поездка на стадион, как обычно, не отняла много времени. Миньярд предпочёл остаться в машине. Тори ввела код, чтобы впустить остальных, и проследовала за ними в раздевалку. Ваймак и Эбби уже ждали их в холле. Эбби выглядела безмерно печальной, едва заметила плачевное состояние Тори, но не стала отчитывать её за то, что она сделала, и не стала выяснять, что же произошло. Может, она успела получить исчерпывающий ответ от Ваймака или, возможно, Ваймак присутствовал здесь именно для того, чтобы убедиться, что она не станет лезть не в своё дело. Тори была благодарна в любом случае.

— Поверить не могу, что ты позволила Дэвиду подлатать себя, — запричитала Эбби. — Этот мужчина едва ли справляется с мытьём посуды, что и говорить о таком деле, как наложение аккуратных швов.

— Цыц, женщина, — отмахнулся Ваймак. — Я был осторожен.

Эбби обеими руками поманила Тори, приглашая следовать за собой.

— Пойдём посмотрим на тебя.

Она прошла в медицинский кабинет и закрыла дверь, когда Тори зашла внутрь. Усесться на кушетке оказалось совсем не так больно, как ложиться на кровать. Тори приземлилась на край тонкого матраса. Пока она пыталась стянуть водолазку через голову, Эбби набрала марли и антисептика. Стиснув зубы, Тори сквозь боль попыталась выровнять дыхание, чувствуя, как огнём раздирает плечи и спину.

Эбби помогла ей с рукавами и аккуратно отложила свитер в сторонку. Тори пододвинулась к стене и сидела тихо, пока та работала. Эбби начала с головы, мягко водя пальцами вдоль линии роста волос, пытаясь обнаружить скрытые ушибы, и только потом проложила путь вниз. Ваймак ещё вчера проверял Тори, но Эбби всё равно сняла все повязки, кроме той, что находилась на скуле.

— Он рассказал вам о моей цифре, — констатировала Тори.

— И об этом, — Эбби скользнула большим пальцем по нежной коже под её глазами.

— И никаких вопросов не будет?

— Я давно поняла, что ты прячешься, Тори. У меня есть вопросы, но однажды ты уже попросила не вмешиваться.

Она сосредоточилась на работе, однако прошло немало времени, прежде чем она закончила. Когда Эбби наконец обработала торс, ей нужно было позаботиться ещё и о её ногах. Тёмные борозды на бёдрах, оставленные тяжёлыми клюшками, заставили её поджать губы в немом негодовании. Синяки проявлялись целыми слоями: свежие багряные и фиолетовые поверх выцветающих зелёных и жёлтых. Благодаря многократным падениям колени Тори выглядели не лучше.

— Тренер не разрешит мне играть, пока вы не приведёте меня в порядок, — сказала Тори. — Сколько это займёт времени?

Эбби уставилась на неё так, будто она неожиданно заговорила на суахили.

— Ты сможешь вернуться к тренировкам, как только перестанешь выглядеть так, словно тебя переехала многотонная фура.

— Мне уже лучше, — не сдавалась Тори. — Кроме того, в Эверморе я играла каждый день.

— Здесь не Эвермор. Я знаю, как для тебя важен сезон, но я больше не позволю тебе так рисковать собой или своим здоровьем. Тебе нужно немного притормозить и отдохнуть. Всего на неделю, — сказала она, повышая громкость голоса, когда Тори снова начала спорить. — В следующий вторник посмотрим и решим, можно ли выпускать тебя на поле. Если ты будешь нагружать себя в этот промежуток времени, я лично посажу тебя на скамейку ещё на неделю. Ты меня поняла? Используй эту неделю на отдых. И по возможности снимай повязки: ранам нужен воздух.

— Неделя, — глухо повторила Тори. — Это несправедливо.

— Да, — проговорила Эбби, мягко обхватив её лицо руками. — Несправедливо. Всё это.

Тихая боль, проскользнувшая в её голосе, задушила очередной аргумент на подступе к горлу. Эбби смотрела на неё, отстранённым взглядом очерчивая только заживающие раны.

— Иногда мне кажется, что эта работа меня просто прикончит, — пробормотала Эбби. — Наблюдать за тем, что люди сделали и продолжают делать с моими Лисятами. Как бы я хотела защитить тебя, но всегда появляюсь слишком поздно. Всё, что мне остаётся, это подлатать тебя после и надеяться на лучшее. Мне жаль, Тори. Мы должны были быть там, с тобой.

— Я бы не допустила этого, — честно ответила Тори.

Эбби аккуратно обхватила её руками и легко сжала в объятьях. Она пыталась быть осторожной и нежной, но избежать неприятных ощущений не получилось бы в любом случае. Тори замерла, но не из-за той боли, которая мучила её до сих пор, а из-за странной смеси неуверенности и неопределённости. Единственные люди, которые обнимали Тори, были её сокомандниками, и то делали это редко и только на эмоциях от удачной игры. Раньше мама бывало стискивала её в объятьях, но, это было в раннем детстве, очень давно. В остальных случаях Тори избегала прикосновений, любое самое лёгкое касание означало, что она не в безопасности. Тори не нужно было успокаивать. Неожиданно накатившая тоска накрыла с головой.

— Мне нужно идти, — тихо выдавила Тори. — Мы ведь закончили?

Эбби медленно отпустила её и помогла вновь одеться. Она могла и сама зашнуровать ботинки, но Эбби сделала это за неё. Тори молча позволила ей, сосредоточившись на разглаживании водолазки. Наконец Эбби отодвинулась в сторону, чтобы она смогла слезть с кушетки, и не стала её провожать.

Вместо того чтобы сразу направиться вниз по коридору к остальным, Тори вышла на стадион через заднюю дверь. Она словно не могла дышать, пока не оказалась в предигровой зоне, прижимая ладони к прохладному прозрачному ограждению, а затем первый, настоящий, глубокий вдох едва не разорвал её изнутри. Тори вспомнила всё, через что ей пришлось пройти в Эверморе. Она из последних сил цеплялась за настоящее, понимая, что неминуемо пойдёт на дно, если хоть немного поддастся воспоминаниям. Сердце сжало железными тисками, но каждый последующий вдох немного ослаблял хватку. Тори пошевелила дрожащими пальцами, пытаясь вернуть их в спокойное состояние, и направилась обратно в раздевалку.

Ваймак и Эндрю куда-то пропали, однако в отсутствие Тори появились Мэтт и девушки. Тори не хотела встречаться с ними взглядом, поэтому притормозила, окинув комнату в поисках свободной розетки. Вскоре она нашла одну за развлекательным центром и поставила телефон на зарядку. Когда на экране наконец высветились красные деления, Тори направилась к дивану. Вплоть до этого момента ей удавалось делать вид, что всё в относительном порядке. Но ничто не могло скрыть тот факт, с какой аккуратностью приходилось садиться на подушки.

Именно в этот момент терпение Дэн с треском лопнуло.

— Этот уёбок…

Она замолчала так резко, что Тори невольно посмотрела на неё. Успокаивающе сжимая плечо подруги, Рене улыбнулась, когда Тори перевела на неё взгляд.

— А мы как раз обсуждали, что заказать на ужин. Эбби сказала, что позвонит и заберёт наш заказ, так что доставку ждать не придётся. Есть какие-нибудь пожелания?

— Честно говоря, я не голодна, так что согласна на что угодно, — пожала плечами Тори.

Элисон скептично взглянула на неё.

— Ты жевать-то в состоянии?

— Да, — кивнула Тори, переводя тему. — Где Эйджей?

— Видели его по пути сюда, — поделился Мэтт. — Они с тренером что-то обсуждают на парковке. Видимо, заново знакомятся. Будем надеяться, что всё пройдёт лучше, чем при их первой встрече.

— Я, вообще-то, всё ещё с тобой разговариваю, — беззлобно возмутилась Элисон.

В ответ на подобное упорство Тори снова слилась с темы:

— Уже видела плакат с Сетом?

Потребовалось некоторое время, чтобы до неё дошёл смысл сказанного, а потом Рейнольдс подорвалась из кресла и на двенадцати сантиметровых каблуках бодро зацокала к выходу на поле. На мгновение показалось, что Дэн пойдёт за ней, но, встряхнув головой, она передумала.

— Сэндвичи или китайская кухня? — спросила она, обращаясь к Тори.

— Любое сойдёт.

— Согласен с Элисон насчёт жевания, — Ники обвёл рукой своё лицо в тех местах, где синяки покрывали подбородок и скулы Тори. — Лапша и рис по-любому мягче, чем бутерброды. Закажем Китай.

Поднявшись, Мэтт пошёл сообщить коллективное решение Эбби. Он уже возвращался обратно, когда входная дверь гулко хлопнула. Дэн ощутимо напряглась и выпрямилась, посылая многозначительный взгляд Рене. Та уронила руки на колени, крепко переплетя пальцы. Видимо, это была не та реакция, которую ждала Дэн, судя по её разочарованному, хмурому взгляду, но она не успела развить тему, потому как на пороге появился Эндрю.

Бойд совершил серьёзную ошибку, остановившись, чтобы посмотреть на него. Не задумываясь и не колеблясь, Миньярд ударил Мэтта с достаточной силой, чтобы сбить того с ног. Опрокинуть Бойда казалось практически невозможным: он был почти на тридцать сантиметров выше близнецов и, к тому же, жал самый большой вес в зале. Однако на стороне Эндрю был эффект неожиданности, он не остановился, даже когда Мэтт упал. Едва Бойд коснулся пола, Миньярд снова, не сдерживаясь, ударил ему в лицо.

В мгновение ока Дэн вскочила на ноги, но каким-то образом именно Тори первой оказалась рядом с Эндрю. Она даже не заметила, в какой момент решила вмешаться. Сыграв на инерции, Тори отпихнула Миньярда. Она ожидала, что Эндрю упрётся на месте, но тот позволил оттолкнуть себя в сторону, успев полоснуть Тори равнодушным взглядом. Тори развела руки между парнями на случай, если Эндрю попытается продолжить.

— Хватит, — потребовала Тори. — Мэтт не сделал ничего плохого.

Эндрю недовольно прищёлкнул пальцами.

— Он знал, что произойдёт, если он тронет Кевина, но оказался настолько тупым, что сделал это аж дважды. Если это повторится, я уже не буду таким дружелюбным.

— Ты ведь не всерьёз угрожаешь ему? — недоверчиво возмутилась Дэн. — Кто, по-твоему, оплатил залог Аарона? Если бы не Мэтт, Аарон сейчас торчал бы в тюрьме, ожидая суда.

— Ну и что, — спокойно отмахнулся Аарон, по-прежнему сидя в своём кресле.

Вчера, предупреждая Мэтта залечь на дно, Ники выглядел виноватым. Сегодня он безоговорочно встал на сторону братьев, пожав плечами в сторону Дэн.

— Поступив так, Мэтт помог Аарону, а не Эндрю. Вы не можете засчитать помощь одному из них как услугу им обоим только потому, что они близнецы, вы ведь знаете. Это жульничество чистой воды.

— Рад снова видеть тебя, чудовище, — поморщившись, просипел Мэтт. Когда Бойд встал на ноги, Тори обернулась, впившись взглядом в скучающего Эндрю. Мэтт вытер рукой кровь из носа, сделал глубокий вздох и снова поморщился, ощутив привкус железа на языке. — Рад видеть, что ты по-прежнему ёбнутый на всю голову.

— Не удивляйся, — посоветовал Аарон. — Очевидно, проблема была не в таблетках.

— Здравствуй, Эндрю, — мирно вмешалась Рене.

Ничего не ответив, Миньярд скользнул бесстрастным взглядом в её сторону. Довольная улыбка изогнула губы Рене, девушка коротко кивнула, словно признавая и принимая то, что успела заметить в тяжёлом, пристальном взгляде Эндрю. Всё их воссоединение состоялось в этом странном двухсекундном обмене взглядами. Едва Рене насмотрелась, Миньярд вернул своё внимание Тори.

Секундой позже вошла Эбби, замерев на пороге с наполовину закинутой на плечо сумочкой. Её взгляд переместился от очевидно злой Дэниэль к заметно напряжённому, истекающему кровью Мэтту. Она быстро сложила вместе все кусочки пазла и взглянула на Миньярда.

— Эндрю, — вместо приветствия сказала Эбби. — С возвращением. Без тебя всё было иначе.

Миньярд молча сверлил её взглядом. Эбби подождала пару секунд, а потом, когда поняла, что не получит ответа, неловко обернулась к остальным Лисам.

— Думаю, к моему приезду еда будет уже готова. Скоро вернусь, ладно? Постарайтесь не переубивать друг друга, пока меня нет.

— Спасибо, — искренне отозвалась Дэн.

Бросив последний короткий взгляд на Эндрю, Эбби ушла. Едва за ней закрылась дверь, объявился Ваймак. Тори всерьёз задалась вопросом, тренер действительно просто курил или специально тянул время, чтобы дать команде возможность самостоятельно акклиматизироваться к возвращению Эйджея и травмам Тори; точно так же, как он поступил в сентябре, оставив их наедине с горем Элисон. Вздёрнув бровь, Ваймак посмотрел на Мэтта, а затем перевёл взгляд на Тори и Эндрю.

— Разве мы не договаривались о том, что нельзя убивать своих товарищей по команде? — уточнил Ваймак. Эндрю сделал вид, что не услышал его, поэтому тренер огляделся по сторонам. Ему потребовались доли секунды, чтобы понять, что одной Лисицы не хватает. — Элисон только что была здесь. Куда она делась?

— Она пошла посмотреть на плакаты чемпионата, — пояснила Тори.

— Вернётся, когда наплачется, — добавил Ники.

— Она не плачет, — возразила Тори.

Ники усмехнулся:

— Пять баксов, что плачет.

Это была грубая, топорная попытка поднять всем настроение. Это никак не должно было задеть Тори. Возможно, ещё месяц или два назад и не задело бы. Она знала, что все Лисы были одержимы разного рода спорами и пари; они ставили буквально на всё: от итоговых оценок Эндрю и его несуществующих отношений с Рене до того, кто первым кинется с кулаками в том или ином конфликте. То, что эти люди спокойно гребли бабло на чьей-то психологической травме, не стало для Тори новостью или неожиданностью, но сегодня она была совсем не в настроении мириться с этим. Встреча с Эбби и так порядком истощила нервы, поэтому сейчас она едва держала себя в руках перед командой. Едкий запах сигарет, который Эндрю принёс с собой на воротнике пальто, стал последней каплей.

А потом происходит что-то интересное.

Что-то суровое и жёсткое проникает в тёплые солнечные глаза Лили, и оно заставляет зелень ярких глаз потемнеть, а плечи напрячься. Её губы сжимаются в тонкую линию, а в тоне легко распознаётся гнев, когда она отвечает:

— И не стрёмно тебе делать ставки на чужое горе.

— Воу-воу, — Ники вскинул перед собой руки словно защищаясь. — Не хотел никого обидеть. Не заводись. Я просто попытался облегчить ситуацию.

— Лучше облегчи свой стул и сходи проверь, как у неё дела, — потребовал Ваймак. — Нам предстоит многое обсудить сегодня, и я не могу начать, пока она не вернётся. Поверь мне, она будет злее, если мы начнём без неё, чем если ты просто нарушишь её одиночество. И да, я имею в виду тебя, Хэммик. Не хочу, чтобы Тори двигалась больше, чем нужно.

— Я спокойно могу ходить, — возразила Тори.

— Безмерно горжусь тобой, — отмахнулся Ваймак, — но тебя не спрашивал.

Тяжело вздохнув, Ники выпихнул себя из кресла и вышел.

Эндрю впился кончиком пальца в ямочку над ключицами Тори, требовательно привлекая к себе внимание.

— Сядь и успокойся.

Отмахнувшись от руки Миньярда, Тори вернулась на диван. Эндрю сел посередине, поэтому Тори заняла свободное место по левую руку от него. Тело уже начало жалеть о необдуманном вмешательстве в эту драку, но когда Тори встретилась взглядом с Мэттом, тот благодарно кивнул в ответ. Тори посмотрела на Эндрю, пытаясь оценить нынешнее настроение, а затем проследила за его сосредоточенным взглядом вниз. Вытащив маленький нож, Эндрю ловко и уверенно вертел его в руке. Это был один из тех, что Миньярд прятал под своими повязками, но Тори совсем не удивилась тому, что не узнала его. Она практически никогда не видела один и тот же нож дважды.

— Это вовсе не так интересно, — скучающе заметил Эндрю.

— Нет, — согласилась Тори.

Она не знала, как объяснить ту сложную эмоцию, которую вызывало заточенное, быстро мелькающее лезвие. Тори не любила оружие, потому что знала, что если возьмёт его в руки, точно пустит в ход. Свою жизнь она ценила выше, чем чью бы то ни было. Становиться убийцей не хотелось. Несколько лет назад один знакомый учил её, как правильно держать нож, как обращаться с холодным оружием, но Тори так и не прониклась. Может быть сказалась детская травма, однажды Тори довелось увидеть как быстро можно порезать человека на куски. Топор в руках Натана Веснински произвёл на неё в своё время неизгладимое впечатление.

— Просто… — подбирая слова, Тори заметила, что разговоры в комнате заметно притихли.

Старшекурсники пытались незаметно подслушивать. Тори выбрала самое смутное и расплывчатое пояснение.

— Я никогда не понимала, почему он так любит ножи.

Такие простые слова не должны были вызвать ту необъяснимую реакцию, которую вызвали. Неожиданно замерев, Эйджей поднял взгляд, но посмотрел не на Тори. Он смотрел на Рене, поэтому и Тори тоже взглянула на неё. Рене замолчала на полуслове, уставившись на Тори, сейчас на неё смотрела не всеобщая любимица Лисов. Её привычная милая улыбка исчезла, а отстранённость во взгляде чём-то напоминала нечитаемое выражение Эндрю. Тори невольно внутренне напряглась, однако, прежде чем она поняла как реагировать, Рене уже перевела взгляд на Эндрю.

Они просто молча пялились друг на друга, по-прежнему не обращая внимания на недоумённые взгляды остальных. Эндрю не отводил взгляд, Рене вздёрнула подбородок. Промурчав что-то неразборчивое в ответ, Миньярд убрал лезвие.

— Разлюбит, как только сам напорется на нож, — наконец отстранённо отозвался Эндрю.

Тори взглянула на Рене как раз вовремя, чтобы заметить, как другая Рене исчезает. Незнакомое убийственное выражение сменилось маской спокойствия, и девушка продолжила беседу с того же места, где остановилась.

Она не обратила внимание ни на то, что произошло, ни на очевидное замешательство, промелькнувшее на лице Дэниэль. Рене ненавязчиво развила тему, приглашая друзей присоединиться к беседе.

Элисон и Ники вернулись вместе. Когда Элисон снова заняла своё место, её щёки были сухими, а в глазах горела убеждённая решительность. Рене обнадёживающе улыбнулась, и Дэн ухмыльнулась в знак одобрения. Нетерпеливо постучав ноготочками по подлокотнику, Элисон выжидательно уставилась на Ваймака.

— Ну, кого мы устраним первыми?

— Первый тур: юго-восток против юго-запада, — Ваймарк поднял планшет, пробежавшись взглядом по первой странице. — В этом году нечётные команды играют по четвергам, поэтому нам остаются пятницы. Двенадцатого января выездная игра против Техаса. Хорошая новость в том, что Остин находится в паре тысяч километров отсюда, поэтому перелёт нам оплатят. Девятнадцатого играем дома, реванш с Бельмонтом. Двадцать шестого опять выездная против Арканзаса. Чтобы перейти к отборочным, нам надо минимум две победы из трёх. Бельмонт засел в четвёртом ранге, вы помните, какими они были прошлой осенью. Арканзас тоже в четвёртом. А вот Техас во втором, и они удерживают своё место на протяжении последних пяти лет.

Ваймак замолчал буквально на пару секунд, чтобы дать время переварить информацию, и продолжил:

— Все три команды уже бывали на Весеннем чемпионате. Они знают, что делают. Они знают, каких усилий стоит отборочный этап. На их фоне мы — очевидно слабое звено. Это не значит, что нас разобьют. Это значит, что нам придётся вкалывать в два раза больше, чтобы не отставать. И, если вы готовы, то шанс есть.

С этими словами Ваймак отцепил от планшета стопку бумаг и передал их Бойду. Тот поднялся и быстро раздал листы остальным. Ваймак собрал для них полный комплект документов по отборочному этапу. На первой странице было расписание осенних игр сборной Техасского Университета с результатами и краткой статистикой. Комментарий внизу детально описывал успехи команды на Весеннем чемпионате за последние семь лет. В течение трёх лет им удавалось дойти только до третьего тура, прежде чем их выбивали. Тори перелистнула страницу и пробежалась взглядом по текущему составу команды. Следующие четыре листа таким же образом описывали сборную Бельмонта и Арканзаса.

— В понедельник поподробнее разберём их стиль игры и определимся со стратегией, — продолжил тренер. — К тому моменту у меня уже будут записи осенних игр на диске. Если интересно, можете отсмотреть их в своё свободное время. Но учтите, я не собираюсь тратить тренировочное время на полный разбор, максимум — остановимся на паре особенно ярких моментов.

Ваймак замолчал, вспоминая, что ещё собирался сказать:

— Между первым туром и играми на выбывание будет недельный перерыв. Плохая новость в том, что мы до сих пор не знаем противников на февраль. Хорошая новость: в этом году вся Большая тройка в нечётной подгруппе. Им придётся встретиться друг с другом в третьем туре. А это значит, что впервые за шесть лет одна из этих команд вылетит ещё до полуфинала.

— Ох, чёрт, — поражённо выдохнула Дэн. — Вот это повезло.

— Ставлю на то, что Пенсильвания сольётся, — не растерялся Хэммик.

— Нет, — вклинился Кевин, прежде чем остальные успели принять ставку. — Неважно, кто из них вылетит. Мы и близко не готовы к тому, чтобы выйти против них на поле. Сколько Тори сидеть в запасных?

— Неделю, — кисло отозвалась она. — Эбби сказала, что до следующего вторника точно.

— Ещё по-божески, — заключила Дэн. — Будь моя воля, ты бы весь первый тур просидела.

— Я в состоянии играть, — отмахнулась Тори.

— Я в состоянии играть, — говорит Лили, и это ни что иное, как ложь. Потому что Эндрю видел, как белые бинты уходят под её рукава и поднимаются вверх. Кто знает, как далеко.

А затем Кевин тянется за Эндрю, чтобы ударить Лили по затылку.

— Я уже предупреждал тебя однажды: нельзя врать насчёт здоровья, — говорит Кевин ссылаясь на момент, когда Эррера впечатал Лили в стену поля в первой половине игры против Черепах. Эндрю как сейчас помнит, как это происходит. Слышит удар тела о заграждение. — Ты нужна нам на поле, но только если не потянешь всю команду за собой на дно. А с учётом формы, в которой ты сейчас находишься, это просто пустая трата нашего времени.

— Я не подведу, — упрямится Лили. — Выпусти меня на поле, и я докажу это.

— Заткнитесь оба, — вмешивает тренер и вздыхает. — Как только на тебе останется меньше пятидесяти швов, я подумаю, выпускать ли тебя на поле. А до тех пор, если я увижу, что ты хотя бы посматриваешь в сторону экипировки, отстраню ещё на неделю. Просто из принципа. Ты меня поняла?

— Но…

— Хочу услышать: « Да, тренер».

— Тренер…

Эндрю устаёт от этого. Устаёт слушать, как Лили спорит о чём-то, о чём не следует спорить. Потому что все в этой комнате понимают, что Лил не сможет играть. Поэтому да, Эндрю устаёт от того, что Лили делает его жизнь сложнее, не давая своему телу исцелиться. Поэтому он протягивает руку и обхватывает чужое запястье.

Он сжимает его, отрезвляя и затыкая Лили. И девчонка вскрикивает, отбирая руку и прижимая её к животу, баюкая и защищая от посягательств.

— Спасибо, — кивнул тренер, обращаясь к Миньярду. — К слову о тебе, Эндрю. Что-то не припомню, чтобы Истхейвен славился своим тренажёрным залом.

— Его там не было, — согласился Миньярд. — Пришлось импровизировать.

— Хочу ли я знать как? — вслух задумался Ваймак и сразу же ответил на свой вопрос. — Нет, не хочу, если, конечно, это никак не связано с судебным разбирательством, о котором мне придётся узнать. Так… ну, утренние тренировки снова в силе. Тори, до возвращения на поле будем по утрам встречаться здесь. Посажу тебя отсматривать записи игр и исследовать слабости обороны Техасской сборной. Завтра днём у вас плановая встреча с Бэтси перед началом семестра. Вы знаете правила: нельзя идти с тем, кто играет на той же позиции. Дэн разобьёт вас по парам и распределит время посещения с максимальной выгодой для тренировки. Договорились?

— Сделаем, — кивнула Дэн.

— И последнее официальное распоряжение от меня: контролируйте себя и старайтесь не навредить команде, — напомнил Ваймак. — Мы на всеобщем обозрении. Напряжённый сезон и трагические обстоятельства сделали из нас просто какую-то притчу во языцех, и в этом году народу может понравиться болеть за вечных неудачников. Оргкомитет доволен и поощряет подобную огласку в прессе. Готовьтесь к повышенному вниманию: больше журналистов на играх, больше интервью, больше шумихи в целом. Хотел бы я иметь возможность зашить некоторым из вас рты, но, к сожалению, это не в моих силах. Короче говоря, постарайтесь вести себя хорошо, без ущерба для имиджа команды. Справитесь?

— С вами как-то не весело, тренер, — пробубнил Ники.

— Я совсем перестану быть весёлым, если вы выставите нас идиотами, — отрезал Ваймак. — Но сейчас меня куда больше беспокоит наша местная боксёрская груша и её длинный язык. У кого-нибудь есть идеи, как сделать Тори менее похожей на избитую женушку?

— Всё под контролем, — отмахнулась Элисон и перевела взгляд на Тори. — Зайди к нам в комнату после собрания.

— Я собиралась сегодня закупить учебники, — ответила Тори.

— Меня не волнует, — обронила Элисон. — Можешь пойти за ними после того, как я с тобой закончу, если, конечно, не хочешь повеселить окружающих своим видом.

— Мы не будем спрашивать о Рождестве, — пообещала Рене. Либо она не заметила раздражённого взгляда Элисон в свою сторону, поскольку только что убила их шанс получить хорошие сплетни, либо решила не обращать на него внимание. — Думаю, это займёт всего пару минут.

Тори не верила, что Элисон не станет спрашивать, но верила, что Рене вмешается, если подобное случится.

— Ладно.

— Мне тоже надо закупиться, — вспомнил Ники. — Можем сходить вместе, когда они с тобой закончат.

Кивнув, Ваймак пробежался взглядом по Лисам.

— У кого-нибудь осталось, что добавить по делу?

— Нам понадобится полка или что-то типа того, чтобы поставить наш весенний кубок, — заметила Дэн. — Можно это организовать?

— Комитет не одобрит покупку, пока мы не отыграем по крайней мере два отборочных матча в плюс, — осадил Ваймак. — Хорошая попытка.

— Кому нужно разрешение Комитета? — отмахнулась Элисон. — Я сама куплю, Комитет слишком жаден. Мы заслуживаем чего-то непристойно дорогого. Мэтт, измерь параметры грузовика. Мне нужно знать, что я смогу привезти, прежде чем возьмусь за поиски.

— Молода и богата до неприличия, — протянул Хэммик. — Должно быть, здорово.

Элисон окинула идеально наманикюренные ногти скучающим взглядом.

— Так и есть.

Ники закатил глаза, но тему развивать не стал.

— Что-нибудь ещё? — уточнил Ваймак. Входная дверь гулко хлопнула, оповещая о возвращении Эбби, и тренер качнул головой. — Забудьте. Еда уже здесь. Набивайте свои животы и проваливайте уже из моей раздевалки. Если понадоблюсь, буду у себя копаться с документами.

Тренер соскользнул с насиженного места и исчез в кабинете. Эбби накрыла на журнальном столике, практически полностью заставив поверхность контейнерами с едой, и раздала одноразовые тарелки. Закончив, она задержалась только для того, чтобы ещё раз с искренним теплом поприветствовать Лисов после каникул. Тори показалось странным, что она не стала спрашивать о том, как все провели время. Но тот неловкий взгляд, которым она окинула их с Эндрю по пути в кабинет тренера, окончательно убедил в том, что Эбби просто пыталась пощадить их чувства. Это была излишняя предосторожность. Эндрю в принципе не волновало, что остальные провели время лучше, чем он сам, а Тори никогда не завидовала счастью Лисов.

Обед прошёл в тишине, Тори есть не хотелось, и она для виду поковыряла свою порцию.. По пути назад Тори сняла раскладушку с зарядки, Эйджей пообещал, что не пустит её в машину, пока телефон не окажется полностью заряженным. Команда добралась до Лисьей башни на двух машинах, и затем Тори проследовала за девушками в их комнату. Элисон велела ей сесть боком на диване, пока сама копалась в чемодане. Она вернулась с пластиковой косметичкой и села так близко, насколько это было возможным. Тори смотрела, как она раскладывала средства для макияжа в пространстве между ними.

— Я так понимаю, своей косметики у тебя нет. Было бы проще, если бы ты пошла в магазин с нами, — заметила Элисон. Прозвучало как откровенный упрёк, хотя Тори никто и не предупреждал о подобных намерениях. Она задумалась, стоит ли ей извиниться. Прежде чем она успела принять решение, Элисон уже замяла тему. — Неважно, я скупила всю палитру. Рано или поздно всё это пригодится. Смотри прямо перед собой и не мешай мне работать. И ничего не говори, пока я не спрошу.

Она одновременно поднесла два маленьких тюбика по обе стороны её лица, подбирая нужный тон. Некоторые оттенки она откладывала сразу, другие оставляла для повторного отбора. Наконец, Элисон осталась с тремя тюбиками и приступила к работе, выравнивая синяки на шее и лице. Рене и Дэниэль стояли позади неё, наблюдая за работой. Тори не рискнула злить Элисон, поэтому смотрела прямо перед собой, но, казалось, она могла расслышать, как Дэн до скрежета стиснула зубы.

— Зачем? — не выдержала Дэн. — Чего он хотел этим добиться? Зачем он это сделал?

— Дэн, — тихо запротестовала Рене. — Мы ведь обещали.

— Ты обещала, — поправила Дэн.

Тори позволила бы им решить этот вопрос самостоятельно, но сейчас Дэн не упрекала её, а просто пыталась понять.

— Чтобы добраться до Кевина, — пояснила Тори, и Элисон отвела руку от её лица. — Вы не знали? Кевин с Лисами уже почти год, но в Гнезде у него до сих пор есть своя комната. Рико даже его домашку не выбрасывает. Интересно, не правда ли? Рико угрожает ему и распускает руки при первой удобной возможности, но всё ещё не может отпустить его. Он будто одержим Кевином, точно так же, как Кевин им.

Тори задумалась и добавила:

— А теперь Кевин начинает забывать его. Когда мы встретились с Воронами в октябре, Дэй волновался о нас больше, чем о Рико, стоявшем прямо за спиной. В тот день Кевин выбрал нас, и Рико не простит ему этого. Рико — король. Он не позволит другим отвергать, унижать или обыграть себя. Поэтому он пытается забрать людей, на которых Кевин может положиться. Он хочет, чтобы мы боялись его, а у Кевина появились сомнения и опасения.

Дэн возмущённо фыркнула:

— Что за бездарный мудила.

— Спасибо, — тихо кивнула Тори. Дэн растерялась, поэтому пришлось пояснить. — Что не спрашиваешь, получилось ли у него.

— Конечно не получилось, — на этот раз фыркнула Элисон. — Ты не боишься Эндрю. С чего бы тебе бояться Рико? Он просто ещё один крикливый, избалованный ребёночек, не умеющий контролировать собственные эмоции. А теперь смотри прямо и не мешай мне работать. Я предупреждала тебя не вертеться.

Тори замерла, не шевелясь до тех пор, пока она не закончила. Элисон отклонилась в сторону, чтобы ещё раз окинуть её внимательным, цепким взглядом, а потом встала и взяла со стола зеркало. Внутри всё неприятно сжалось, когда она вернулась. Тори взяла зеркало и положила его себе на колени. Элисон жестом предложила ей взглянуть, но Тори только покачала головой.

— Если ты считаешь, что получилось хорошо, я тебе верю.

— Не боишься Рико, но пугаешься собственного отражения? — Элисон скрестила руки на груди, окинув её жалостливым взглядом. — Странный, запутавшийся ребёнок. Ты от рождения такая или родители постарались? Кстати мне нравятся твои волосы, возможно ты перестанешь наконец уродовать себя.

Дэн подскочила прежде, чем Тори успела среагировать:

— Выглядит здорово. С близкого расстояния, конечно, можно заметить, что ты накрашена, но не думаю, что кто-нибудь станет спрашивать. Вот отсюда даже не видно. Просто заходи к нам после утренних тренировок, чтобы припудриться перед занятиями, пока основной ужас не сойдёт. У тебя есть утренние пары в этом семестре?

— Нет, отказалась от них ещё осенью, — Тори перевела взгляд на Элисон. — Спасибо. Я бы не додумалась до этого. Считала, что это не сработает.

— Ещё как сработает. Научилась этому, чтобы скрываться от репортеров, когда только начала играть. Теперь в этом уже не нуждаюсь, но сам по себе навык полезный, — Элисон пожала плечами. — Вот пойдёшь покупать учебники и опробуешь. Желательно, прямо сейчас. Дэн ждёт не дождётся, чтобы ты испарилась из комнаты.

— Меня интересует не комната, — парировала Дэн.

Тори отложила зеркало в сторону и встала с дивана.Дэн интересовал Мэтт, который старался не оставлять Тори одну.

— Я пошла.

— Слушай, Тори, — окликнула Дэниэль, когда та была уже у двери. Тори разжала пальцы, отпуская ручку, и обернулась к ней. — Если захочешь поговорить об этом или о чём-нибудь ещё, или…Она неопределённо взмахнула рукой :

— Ты ведь знаешь, что мы всегда рядом, правда? Только скажи.

— Знаю, — кивнула Тори. — Может быть, позже. .

— Может быть, позже, — повторила Дэн её слова, — а может и нет.

Тори качнула головой и вышла. Закрыв за собой дверь, она зашагала по коридору. Тори устала, раны ныли, ей не попасть на поле ещё как минимум неделю, но в данный момент всё это не имело значения.

— Мы в порядке, — прошептала она в пустоту перед собой. — С нами всё будет в порядке.

По крайней мере, с Лисами всё будет в порядке, и этого более чем достаточно.