2. Все ради игры: Вороний король.

Глава девятая

Дом Эбби Лисы покинули в субботу около полудня, однако в общежитие компания Эндрю не поехала, вместо этого решив где-нибудь перекусить. Аарон, Ники и Кевин маялись похмельем, почти ничего не ели и только возили еду по тарелкам. Эндрю их состояние нисколько не трогало. К тому времени, когда они вышли из кафе, всем немного полегчало, поэтому Ники повез их в магазин товаров для праздника, расположенный в пятнадцати минутах езды от кампуса.

Хэллоуин в этом году выпадал на вторник, и это означало, что в «Райских сумерках» его будут отмечать в пятницу, за три дня до праздника. Тори знала об этом, потому что Ники ещё на прошлой неделе прожужжал ей все уши о вечеринке, но не думала, что они на неё поедут. Во-первых, в пятницу у них игра, во-вторых, праздник-то - детский, а все они уже не дети. Кевину двадцать, Эндрю и Аарону по двадцать исполнится в следующем месяце, а Ники стукнуло все двадцать три. Однако Тори, как выяснилось, переоценила уровень их зрелости.

- А мы не староваты, чтобы наряжаться в костюмы? - спросила она у Ники, выходя из машины.

- Являться на вечеринку в честь Хэллоуина без костюма - дурной тон, - ответил тот. - Кроме того, всем, кто в костюме, полагается бесплатная порция выпивки.

- Я не пью, - бросила Тори.

- Тогда отдашь свою порцию мне, жадная малявка, - засмеялся Ники. - Я помню, ты клялась, что больше никогда не пойдёшь с нами по магазинам, но имей в виду, тебе как раз повезло, что сегодня мы поехали вместе. Вряд ли ты захочешь, чтобы я сам выбирал тебе костюм, правда? Я бы нарядил тебя, к примеру, французской горничной. Так что идём.

Магазин пестрит украшениями, начиная с пачек паутины, заканчивая рюмками в форме черепа, цепляющихся на окна призраков и носов клоунов. Эндрю хочет бросить в голову Ники что-нибудь за «горничную», но его желание улетучивается как облако, когда он видит, как Лили небрежно задвигает чучело ворона подальше, ставя на его место блестящий череп. Что-то снова кусается под рёбрами, и Эндрю отворачивается.

Стеллажи в передней части магазина ломились от всевозможных украшений для дома, начиная от рулонов искусственной паутины и стопок под водку в форме черепа до наклеек на окна с изображением призраков. Стоявший на полке аниматронный ворон при приближении Тори захлопал крыльями и закаркал. Тори задвинула птицу подальше, поставив на ее место усыпанный блестками череп из пенопласта.

Обиженный грубым обращением ворон каркнул ещё раз, уже тише.

Тори миновала полки с париками, масками и огромный стеллаж с товарами для грима и яркого карнавального макияжа. Зал в глубине магазина целиком отводился под костюмы. Все пятеро Лисов принялись бродить между стойками с одеждой. Тори сомневалась, что сумеет что-то себе выбрать, но посмотреть было любопытно. От широкого ассортимента разбегались глаза; здесь висели наряды на любой вкус, хотя некоторые выглядели довольно нелепо.

- Такое ведь никто не берет, да? - спросила она, проводя рукой по костюмам коробки из-под хлопьев и гигантской губки.

Ники лишь недоуменно вздёрнул брови. Тори сняла со стойки другой костюм - молочный пакет с вырезом для лица и огромной надписью: «РАЗЫСКИВАЕТСЯ ЧЕЛОВЕК!»

- Прекрасный выбор, Лил, - подначил Эндрю. Тори метнула в него свирепый взгляд. Эндрю расхохотался и вытянул со стойки нечто пёстрое. - Ники, гляди, корова. Костюмчик специально для тебя.

- Коровьи титьки… - Ники с отвращением ткнул пальцем в резиновое вымя. - Я уж лучше наряжусь быком, и чтобы между ног тоже, как у быка, было. Ну, или как у Мэтта. У них примерно одинаково. Повезло же Дэн.

- Отойди от меня, я тебя не знаю, - заявил Аарон.

- Может, сменишь пластинку? - поинтересовался Ники.

- Давай уже бери что-нибудь, я не хочу весь день проторчать в магазине.

- Куда-то собрался?

- Мне к понедельнику надо сделать дэ зэ.

- Завтра сделаешь. По субботам положено бездельничать.

- Вот поэтому у тебя такие ужасные оценки.

Ники что-то пробормотал себе под нос и снова принялся изучать ассортимент. Взяв с первой попавшейся стойки какую-то длинную чёрную хламиду, Кевин пошёл обратно в первый зал рассматривать предметы декора. Эндрю проводил его взглядом, дабы убедиться, что тот не уйдёт далеко, а затем вернулся к поиску костюма.

В кармане у Тори завибрировал телефон. Вытащив мобильник, она увидела сообщение от Дэн: «вы где». Тори отправила ей название магазина, и та сразу же ответила: «напиши когда двинете домой это важно».

Тори закрыла раскладушку, но, прежде чем сунуть в карман, помедлила. Пока она думала о Дэн, у неё возникла идея, хотя она почти наверняка знала, как воспримут её остальные. Шансы добиться своего практически нулевые, но попробовать стоит. Спрятав телефон, Тори подняла глаза. Эндрю стаскивал костюмы с вешалок и продолжал швырять их на пол.

- Надо позвать с собой всю команду, - сказала Тори.

И это… неожиданно. Эндрю не ожидал такого от Лили, но именно из-за того, что это предложила она, идея становится интересной. Этого не должно быть, но приятное тепло в его животе заглушает моментальный отказ. Эндрю позволяет очередному костюму упасть на пол и молчит.

Ники изумлённо обернулся.

- Чего?

- Нет, - отрезал Аарон. - Мы с ними не тусуемся.

- Они нам нужны, - произнесла Тори, глядя на Эндрю. Тот продолжал своё занятие, однако Тори знала, что он слушает. - На одном таланте в полуфинал не пробьёшься, иначе вы сделали бы это ещё в прошлом сезоне. Вы должны прекратить раскалывать команду на два лагеря.

- Ничего мы не должны, - меланхолично сказал Эндрю.

- Я же не прошу становиться их друзьями, - продолжала Тори. - Речь идёт лишь о маленькой уступке.

- Дай им палец, они всю руку откусят, - хмыкнул Аарон.

- Вправду считаешь, что они способны откусить руку Эйджею? Ага, так он и позволит. - Аарон открыл рот, собираясь снова возразить, но Тори замотала головой. - Кевин пообещал Рико встречу в полуфинале. Я бы хотела, чтобы команда сплотилась как можно раньше. Это ведь разумно, согласны? А у нас ничего не выйдет до тех пор, пока мы не научимся хоть немного уважать и понимать друг друга. Почему бы не начать с этой вечеринки?

- Вряд ли они согласятся, даже если мы их пригласим, - заметил Ники. - Год назад мы вроде как сожгли все мосты.

- Ты про Мэтта? - Тори по очереди посмотрела на всех троих, а затем её карие глаза… карие неправильные глаза, останавливаются на Эндрю. И он ощущает, словно сидит на краю крыши, свесив ноги. О. Это не хорошо — Эбби упомянула об этом, когда я только приехала. Она не хотела, чтобы вы сделали со мной то же, что и с ним. Так что произошло с Мэттом?

- У него и спроси.

- Я спрашиваю тебя.

- Мне интересно послушать его версию. - Эндрю закинул на плечо полосатый костюм заключённого и двинулся мимо Тори в первый зал магазина. Тори хотела что-то ответить, но Эндрю взял её пальцем под подбородок и коротким движением закрыл ей рот. - Спроси его, а потом можешь позвать зануд с нами, если они, конечно, не очканут.

У Ники отвисла челюсть.

- Погоди, ты серьёзно?

Эндрю улыбнулся широкой, полной жалости улыбкой и снова обратился к Тори, будто и не слышал кузена:

- Это ничего не изменит; просто будет лучше, если ты сама убедишься.

Все старшекурсники, не считая Рене, не доверяют компании Эндрю, и совсем-совсем не верят Эндрю. И одна ночь в Сумерках вряд ли что-то изменит.

Ники и Аарон за его спиной озадаченно переглянулись. Ники по-птичьи наклонил голову набок в безмолвном вопросе - не померещилось ли ему? Аарон отрицательно качнул головой. Ники почесал затылок, ещё раз посмотрел вслед Эндрю и занялся выбором костюма. Тори тоже привело в замешательство быстрое согласие Эндрю, однако по большому счёту именно это ей и было нужно.

Все уже давно нашли себе подходящие наряды, и только Тори мешкала с выбором. В конце концов Ники догадался, что Тори просто тянет время. С тяжёлым вздохом Хэммик убрал её руки со стойки.

- Ладно, не парься. Что-нибудь тебе подберу.

- Пойду в костюме студента, - предложила Тори.

- Еще чего, - фыркнул Ники, сдвигая вешалки. - Ты у нас будешь ковбоем-зомби.

- Ага, щас.

- Так, тихо. - Ники снял со стойки костюм и повесил его на сгиб локтя. - Иногда ты бываешь абсолютно невыносима. Тебя надо пожизненно отлучить от походов по магазинам вместе с нами.

- В прошлый раз я сама пробовала отбиться от этого вашего шопинга. Не сработало, - заметила Тори.

На кассе она попыталась отвоевать свой наряд у Ники и расплатиться самостоятельно, однако Хэммик пнул её в голень и бросил костюм на ленту в кучу к остальным. Аарон добавил туда же парочку тюбиков краски для лица и пузырёк с искусственной кровью. По пути в машину Ники отдал ему часть пакетов с покупками. Убедившись, что через десять минут они будут в кампусе, Тори сбросила Дэн сообщение.

Найти свободное место на парковке перед «Лисьей башней» в разгар субботы оказалось сложно. Машину пришлось оставить чуть поодаль. Ребята поднялись на третий этаж, и, когда Тори прошла мимо комнаты кузенов, Ники тут же её сцапал.

- Ты куда? А костюмчик примерить?

- Надо показаться на глаза Дэн. Она писала, что хочет сообщить что-то важное.

- А знаки препинания ставила? - уточнил Ники.

- По-моему, она вообще никогда их не ставит.

- Ставит, когда злится. Думает, это придаёт её словам вес. Так ставила или нет? - Когда Тори проверила телефон и покачала головой, Ники снова потянул её за рукав. - Вот и отлично, значит, подождёт. Идём, примеришь по-быстрому.

- Лучше я по-быстрому к Дэн. - Тори вырвалась из хватки Ники и двинулась дальше.

Дэн моментально ответила на стук, однако не пригласила Тори войти, а вышла в коридор и закрыла за собой дверь. Перевела взгляд с Тори на Ники - тот не уходил, словно опасаясь, что Тори не вернётся, - затем посмотрела на открытую дверь в комнату кузенов.

- Закрой, - велела она. Ники нахмурился, но сделал как велено. Заговорила она только после того, как услышала щелчок замка. - К нам тут кое-кто приехал. Заходил недавно, искал Эндрю. Я попросила подождать в библиотечном кафе и набрала его, когда Тори написала, что вы едете. Странно, что он ещё не объявился.

- Кто-то важный? - спросила Тори.

- Да. - Дэн умолкла, услышав мелодичный сигнал остановки лифта.

Тори и Ники одновременно обернулись и увидели шагнувшего в коридор незнакомца. Тори напряглась. Мужчина был одет в джинсы и простую рубашку на пуговицах, но походка и манера держаться выдавали в нем полицейского. Слегка повысив голос, Дэн представила незнакомца:

- Это офицер Хиггинс из оклендского участка.

- Стоп, стоп. - Ники вскинул ладони в оборонительном жесте. - Окленд - это же в Калифорнии? Пальметто вроде не в вашей юрисдикции.

Губы Хиггинса дрогнули в полуулыбке. Никому из Лисов она не понравилась.

- Я тут неофициально. По крайней мере пока. Просто хочу поговорить с Эндрю, а то он вечно бросает трубку. Это важно. Он здесь?

Дэн жестом указала на соседнюю дверь и встала рядом с Тори. Ники переступил с ноги на ногу, словно желая преградить незваному гостю путь, но слишком замешкался. Хиггинс решительно постучал и прислушался. Тори не хотелось подходить ближе, и все же она сделала несколько шагов, чтобы лучше видеть вход в комнату кузенов. Хиггинс оглянулся, но его внимание отвлёк звук открывающейся двери.

Эндрю выкидывает сигарету в окно и с любопытством идёт открывать.

Ручка двери металлическая, она отдаёт прохладой на его тёплой коже. Эндрю кладёт на неё руку, раздвигает пальцы, чтобы повернуть её, и открывает дверь. А потом всё внутри него останавливается: мысли, постоянное жужжание чего-то в голове, фильтр цвета, так много цвета везде, куда смотрит Эндрю, останавливается, кроме секунды, когда он открывает дверь на полпути и видит, кто на другой стороне.

Затем плотина таблеток, сдерживающая его постоянную злость, трескается.

Дверная ручка скрипит под его сжатым кулаком.

— Глазам своим не верю! — говорит Эндрю вслух, хотя он абсолютно уверен, что это не галлюцинации от таблеток, и офицер Хиггинс из полиции Окленда на самом деле стоит по другую сторону двери. Он даже одет в повседневную рубашку на пуговицах, которая ужасно смотрится с его джинсами вместо униформы, и это заставляет Эндрю улыбаться от гнева, который все ещё горит в животе. — Кабан Хиггинс, далековато же ты забрался от дома.

— Эндрю, — зовёт Хиггинс, и Эндрю очень ненавидит тон, которым офицер это говорит. — Надо поговорить.

Это новость для Эндрю, потому что в последний раз он помнит, что они действительно разговаривали, и Эндрю послал его, поэтому он наклоняет голову в сторону.

— Так мы уже поговорили, забыл? Я просил оставить меня в покое.

— Ты просил не звонить, — уточняет полицейский и скрещивает руки. — Дай мне пять минут в знак старой дружбы, — говорит он так, как будто они действительно были друзьями когда-то. — Я специально притащился сюда ради нашего разговора. Разве не сделаешь на это скидку?

Эндрю фыркает из-за горячего чувства, распространяющегося по его телу, как вирус, и качает головой, потому что нет, это действительно тупо.

— Ты приехал не ради меня, — говорит Эндрю. Ведь нет другой причины, учитывая их недавний телефонный разговор. — Ты решил устроить охоту на ведьм, и в этом, повторяю, помощи от меня не жди. А теперь назови хоть одну причину, по которой мне не стоит вспарывать тебе глотку.

Кто-то в коридоре громко вздыхает, и Эндрю оборачивается и не удивляется, завидев Дэн, Ники и Лили, смотрящих на него большими глазами. Миньярд бы поздоровался, но гнев, жаждущий разрушения, заставляет его пальцы чесаться в желании вытащить нож.

Хиггинс выглядит слишком невозмутимо для человека, которому угрожали.

— Я ошибался, — говорит он, и Эндрю сдерживает желание сказать «я же тебе говорил» и рассмеяться. — И теперь это понимаю. Мы на него ничего не нарыли.

— А я предупреждал, — говорит-таки Эндрю и моргает. Улыбка на его лице растёт, демонстрируя всё больше и больше зубов. Он позволяет ей превратиться во что-то опасное.

— Мы подозревали не того человека, — Хиггинс выставляет руку между ними так, словно не даёт Эндрю хлопнуть дверью перед его лицом. Эндрю испытывает желание хлопнуть его лицо о дверь. — Сейчас я чую, что на верном пути, но нам нужен свидетель, готовый дать показания.

Злость потухает, как малюсенькое племя, но внутри него есть ненависть. Она тёмная, зловещая.

— Других детей не разговорить, они мне не доверяют. Ты — всё, что у меня есть.

Внимание Эндрю полностью концентрируется на Хиггинсе, заталкивая на второй план желание разбить лицо офицера о дерево или достать ножи.

— Детей? — переспрашивает медленно он. — Во множественном числе? В прошлый раз, Кабан, ты упоминал одного. Так сколько их? Сколько детей ей успели отдать?

— Тебя бы это не волновало, если бы тебе нечего было сказать, — тихо и обвиняюще говорит Хиггинс, как будто это Эндрю здесь кругом виноват, как будто он не пытался раньше назвать это имя. — Просто «да» или «нет», Эндрю, мне этого достаточно. Я назову имя, ты дашь ответ. Обещаю, после этого я уберусь.

— Обещаешь? — повторяет Эндрю, веселясь. Ему смешно, ведь Хиггинс думает, что его слова что-то значат для Эндрю, после всех нарушенных обещаний от него. — Не надо мне втирать, Кабан. Не пройдёт и недели, как ты нарушишь своё обещание. Сам уйдешь или тебя проводить до…

Но затем Хиггинс произносит так же тихо, как и несколько секунд назад:

— Дрейк.

И остальные слова умирают на языке Эндрю, словно в мгновение у него в горле застревает острый камень.

Снова появляется чувство ненависти, тёмное и уродливое, острое и холодное. Оно погружает свои когти в Эндрю, разрывает его изнутри и распространяется по телу, как пожар. Облака из его лекарств недостаточно, чтобы заглушить воспоминания.

По позвоночнику пробегают мурашки, а фантомные мерзкие руки на его теле вызывают тошноту.

— Сколько было детей, Кабан?

— После тебя — шестеро, — говорит Хиггинс, и Эндрю толкает мужчину с пути, выскакивая на лестничную площадку. Он летит вниз по этажам, перепрыгивая ступеньки. Ему нужно двигаться. Он должен выплеснуть энергию. Должен быть на одной скорости с мыслями.

Воздух снаружи свежий и прохладный, ветер мгновенно даёт пощёчину по лицу и забирается под одежду. Напоминает. Мерзко. Эндрю достаёт сигарету из пачки и поджигает, игнорируя Хиггинса, остановившегося достаточно далеко, чтобы Эндрю мог поджечь его.

Случайно, конечно.

— Расскажи мне, — просит мужчина, как будто Эндрю действительно может сделать это. Смешно. Вся эта ситуация — абсурдный цирк.

— Да, нет, может быть, возможно, не сегодня, — говорит Эндрю, понимая, что это не то, чего ждёт офицер. Но Эндрю так же знает, что Хиггинс не готов услышать его. Воспоминания прокручиваются снова и снова.

Нет. Хиггинс не готов его услышать. Эндрю поднимает голову и смотрит на облака, замечая одно, похожее на пальму. Не потому что он и Дрейк в прошлом были хорошими друзьями. Хиггинс в отчаянии, раз пересёк страну за свои деньги, чтобы поговорить.

Но этого недостаточно, чтобы заставить Эндрю произнести это вслух. Потому что он знает, что это будет пустой тратой времени, ведь Хиггинс всё равно не поверит. Как будто Эндрю когда-либо действительно лгал, когда у него спрашивали.

— Что?

Эндрю моргает и оглядывается на офицера, отодвигая от губ сигарету.

— Слушай. Слушай меня внимательно, — говорит Эндрю, ухмыляясь. Хиггинс наклоняется немного к нему ближе. — Я без колебаний разрежу тебя сверху вниз и утоплю на дне океана, если ты снова появишься здесь. Ты не найдёшь тут, чего ищешь. И я очень, очень не люблю повторять. Так что иди нахуй.

Затем Эндрю кидает в него недокуренную сигарету и возвращается внутрь. Хиггинс тупой, но даже он не мог не услышать в его тоне правду, поэтому не преследует. Когда парень поднимается на третий этаж, остальные всё ещё пасутся у двери в его комнату.

Дэн прислонилась к стене со скрещёнными руками, а Лил стояла рядом.

— Святая инквизиция вышла меня встретить?

Эндрю хочет зайти в комнату и выкурить ещё три сигареты, но Дэн становится у прохода. Парень останавливается, не желая ссориться сейчас, но хватает её за плечи в предупреждении: коктейль из ненависти и ярости всё ещё кипит в нём, он горячий и опасный. Эндрю без проблем вышвырнет их капитана, если она наступит на бомбу.

— Зачем ты понадобился копам? — спрашивает девушка, как будто ожидает услышать правду. Как будто они друзья.

Честно говоря, это смешно.

— О, капитан, мой капитан. Ладно, расслабься. Просто тупой кабанюга не может справиться с делом без посторонней помощи. Только не суй в это свой носик, договорились? Я всё равно тебе не позволю.

— Сделай так, чтобы это не повлияло на мою команду, и мне не придётся никуда совать нос, — о, Эндрю обязательно будет держать команду и свою компанию (и Аарона) как можно дальше от этого. Дэн отступает в сторону. — Рене позвать?

Ха. Дэн в самом деле плевать на его состояние, потому что он большой плохой волк, но она сделала ставку на Рене и Эндрю. Они так глупы, если думают, что он встречается с Рене.

Эндрю распахнул дверь, шагнул в коридор, грубо задев плечом Хиггинса, и направился к лестнице. Визитер поспешил следом. Дверь на лестничную площадку за ними захлопнулась.

Дэн вперила глаза в Ники:

- Ты же говорил, проблем не будет.

Тот бросил на неё беспомощный взгляд.

- Я говорил, если что, Эндрю сам разберётся.

- Так он, по-твоему, разбирается? - возмутилась Дэн. - Кто такой Дрейк?

- Никогда о нем не слышал, - сказал Ники. - Клянусь, - прибавил он под её испытующим взором. - Чем хочешь клянусь. И хватит уже метать в меня молнии, а?

Скрестив руки на груди, Даниэль прислонилась к стене и стала дожидаться Эндрю. Тори, которую разбирало любопытство, тоже не уходила. Ники скрылся в комнате - пересказать разговор Кевину с Аароном. Дэн и Тори ждали молча, и эта напряжённая тишина ещё больше действовала на нервы и без того хмурой Дэн. Когда через пару минут Эндрю вернулся, она со злостью сверкнула глазами.

- Святая инквизиция вышла меня встретить? - осведомился Эндрю.

Он хотел юркнуть в свою комнату, однако Дэн преградила ему путь. Миньярд послушно остановился, но при этом крепко взял её обеими руками за плечи, явно предупреждая: если она не уйдёт, он не постесняется отшвырнуть её с дороги. Дэн набычилась, но с места не сошла.

- Зачем ты понадобился копам?

Наклонившись ближе, Эндрю ухмыльнулся ей в лицо.

- О, капитан, мой капитан! Ладно, расслабься. Просто тупой кабанюга не может справиться с делом без посторонней помощи. Только не суй в это свой носик, договорились? Я все равно тебе не позволю.

- Сделай так, чтобы это не повлияло на мою команду, и мне не придётся никуда совать нос. - Дэн подвинулась в сторону и спросила: - Рене позвать?

- Ох, Дэн… - со снисходительной жалостью протянул Эндрю. Шагнув за порог, он оглянулся. - Не надо никого звать, мне никто не нужен. До встречи.

Он закрыл за собой дверь и запер её на ключ. Постояв ещё секунду-другую, Дэн что-то сердито пробормотала себе под нос, потом повернулась к Тори.

- Идем.

Элисон, Рене и Мэтт кружком сидели в гостиной девушек и жевали сэндвичи. Дэн махнула рукой в сторону кухни, призывая Тори без стеснения порыться в холодильнике, и подсела к Мэтту. Тори уже поела, поэтому не пошла на кухню, а уселась между Элисон и Рене.

- Ну и что там было? - поинтересовался Мэтт.

- Хиггинс говорил, типа, Эндрю ему нужен в качестве свидетеля, - сообщила Дэн. - По какому делу, не сказал. Эндрю молчит как рыба, только предупредил, чтобы мы не лезли.

Тори она вопросов не задавала, очевидно, полагая, что она не в курсе дела. Подробностей она действительно не знала, но пару недель назад спрашивала Эндрю о звонке Хиггинса. Служба опеки начала расследование в отношении бывшего приёмного отца Эндрю. Миньярд сразу сказал, что они ничего не найдут, но скромно помалкивал о том, что дело просто завели не на того.

Тори понятия не имела, каким образом Дрейк связан с Эйджеем и что он натворил, однако, назвав это имя, Хиггинс явно задел его за живое. Тори это очень не понравилось. Решит ли Эйджей помочь полиции добровольно, или у Хиггинса есть способы его заставить, Тори не представляла, но дело, видно, было серьёзное, если Хиггинс не поленился за собственные деньги пересечь полстраны, только чтобы убедить Эйджея. Впрочем, обо всем этом Тори сейчас тоже умолчала. Эйджей не выдал её секретов, значит, и она отплатит ему той же монетой.

Она сочла за лучшее сменить тему:

- Кстати, чуть не забыла: Эйджей просил передать, что вы приглашены отпраздновать с нами Хэллоуин. Двадцать седьмого, в «Райских сумерках».

Сэндвич Мэтта смачно шлепнулся на тарелку.

- Да ты гонишь.

- Эндрю с нами не общается, - поддержала Дэн.

- Он сделал исключение, - пожала плечами Тори. - Думает, что вы вряд ли согласитесь, но, если решите поехать, он не против. Знаю, в пятницу у нас игра, но матч домашний, так что в Колумбии мы будем где-то в начале одиннадцатого. Так что скажете?

Дэн и Мэтт недоверчиво переглянулись.

- Я еду, - заявила Рене. - Элисон, ты как?

- Хотите оттянуться с чудовищами? - переспросила Элисон. Рене лишь улыбнулась. Элисон щёлкнула наманикюренными ноготками и задумалась, потом неопределённо дёрнула плечом и снова взялась за сэндвич. - А что, может, и прикольно будет. Хэллоуин в кампусе надоел мне ещё два года назад. Дэн, мы едем.

- Как, блин, ты сумела уболтать Эндрю? - удивлённо вытаращилась на Тори Даниэль.

- Просто попросила.

- И он просто согласился? - скептически вскинул бровь Мэтт.

- Он намекнул, что ты будешь сопротивляться больше остальных.

- А, они рассказали тебе ту историю?

Мэтт произнёс это спокойно, и все же Тори ответила:

- Нет. Эйджей сказал, ему интереснее, чтобы ты изложил свою версию. Но я не собираюсь допытываться, не моё это дело.

- Почему? Ты единственная, кто еще не в теме, ну, а это ты уже видела. Не назвал бы их незаметными. - Мэтт завернул рукав, демонстрируя следы от уколов.

Тори они бросились в глаза с первых же секунд знакомства с Бойдом, да Мэтт их никогда и не скрывал. Эти шрамы он получил в сражении, которое выиграл, причём выиграл давно. Тори лишь скользнула по ним взглядом и коротко кивнула. Мэтт провёл по руке пальцами, потом взял с тарелки сэндвич.

- Мой отец любил тусить с другими богатенькими говнюками из Нью-Йорка, - начал Мэтт, - но больше всего любил наркоту. Он разрешал, точнее, даже предлагал мне пробовать все подряд, чтобы я влился в компанию. Когда мама об этом узнала, она прервала все свои соревнования и увезла меня на реабилитацию. Мы думали, что я окончательно справился с этим дерьмом, но потом я поступил в универ. Первогодки, которые тогда были в команде, сидели на тяжёлых штуках, ну, и меня тоже потянуло. Чтобы не сорваться, приходилось от них прятаться.

- Ага, и весь первый курс ночевать у нас на диване, - вставила Элисон.

Мэтт не смутился, но состроил виноватое лицо.

- Я же извинился.

- Проехали, - махнула рукой Элисон.

Откусив сэндвич, Мэтт продолжил:

- В прошлом году к команде присоединились чудовища. Эндрю две недели присматривался ко мне, пока не сообразил, что со мной не так, и решил собственноручно все исправить. Они взяли меня с собой в Колумбию. Там Эндрю подкинул мне спидбол.

У Тори ёкнуло в животе.

- Что?

- Он не заставлял меня силой, - поспешно прибавил Мэтт. - Просто предложил, а я, бухой дебил, и рад был согласиться.

- За такое его надо было отчислить из команды, - возмутилась Тори.

- Надо было, только, как оказалось, Эндрю заранее перетёр это с матерью Мэтта, - вмешалась Дэн. Она крепко сжала челюсти - всколыхнулась старая злость. - Она знала, что Мэтту здесь адски тяжело, и хотела, чтобы он покончил с наркотой раз и навсегда. Эндрю пообещал в этом помочь, и она его благословила. Летом она прилетела сюда. Не отходила от Мэтта все время, пока он не справился с синдромом отмены, и просила не наказывать Эндрю, даже пыталась заплатить Ваймаку.

- Но…

- Нет ущерба - нет наказания, - небрежно бросила Элисон. В ответ на озадаченный взгляд Тори она ткнула пальцем в Мэтта. - Ты не можешь судить, тебя здесь не было. Видела бы ты тогда Мэтта. Жалкое зрелище. Он даже в глаза нам смотреть стыдился. Зато погляди на него сейчас. Конечно, метод чудовища выбрали жестковатый, зато сработало.

- Но ты ведь им этого не простил? - обратилась Тори к Мэтту. - Что, если бы ты увяз по второму кругу? Если бы не выбрался?

— А ты? — Мэтт внимательно посмотрел на Тори, — Чтобы не случилось, тогда с тобой в Колумбии, это было не просто похмелье.

Тори смущённо отвела взгляд, но промолчала. После непродолжительного молчания продолжила Рене:

- Эндрю как следует вложился в результат Мэтта. Он просто не дал бы ему сорваться, - медленно, тщательно подбирая слова, произнесла она. Зная об их дружбе, Тори догадывалась, что ей как никому другому известны мотивы Эйджея. - Не знаю, рассказывали тебе историю Аарона или нет, но как минимум ситуацию Эндрю ты понимаешь. Ему запрещено слезать с таблеток, бороться со своей зависимостью. Ломка Мэтта тяжело далась обоим.

Сперва Тори не поняла, к чему она сказала про Аарона, но затем вспомнила: во вторую поездку в «Райские сумерки» она спросила у Эйджея, зачем ему дрянь вроде «крекерной пыли», и тот ответил, что вся компания подсела на неё ради Аарона. А еще буквально на прошлой неделе Ники упомянул, что Аарон таскал наркотики у матери, хотя сильно об этом не распространялся. Видимо, «крекерная пыль» служила минимальной заменой той наркоте. Глядя на Мэтта, не устоявшего перед искушением, Аарон, должно быть, и сам испытывал дикий соблазн взяться за старое. Эти размышления заставили Тори усомниться в том, что Эйджею так уж безразлична судьба его близнеца.

Мэтт истолковал молчание Тори по-своему.

- Если ты злишься на них из-за меня, то на годик опоздала. Поверь, Тори, я в порядке. Более того, у меня все зашибись. В первый раз на реабилитации мне было худо, но во второй я чуть не сдох. После этого как отрезало. Я окончательно завязал и чувствую себя замечательно.

Тори требовалось время, чтобы обдумать слова Мэтта, но, поскольку ей хватало и своих проблем, она лишь сказала:

- Это твой выбор.

Мэтт улыбкой поблагодарил её за понимание.

- Слушай, раз мы едем с вами, нам понадобятся костюмы. Стоит поторопиться, пока все приличное не разобрали. Давай, рассказывай, в кого вы там нарядились, чтобы мы не купили то же самое.

- Я спрошу, - пообещала Тори.

- А ты не знаешь? - удивилась Дэн.

- Надеюсь, Ники пошутил. - Тори поднялась из-за стола. - Сейчас вернусь.

Как выяснилось, Ники не шутил, хотя, если подумать, ковбой-зомби - это все же лучше, чем молочный пакет или корова. По крайней мере там штаны, и он закрытый.

* * *

Поскольку на этот раз собралась вся команда, Эндрю пришлось заранее бронировать столик в ресторанчике «У красотки», несмотря на то что приехали они туда в половине одиннадцатого. У стойки администратора маялась в ожидании небольшая толпа, однако на угловой кабинке в дальнем конце зала висела табличка «зарезервировано». Рассчитана кабинка была на восемь человек, а никак не на девять, да ещё в маскарадных костюмах, но благодаря миниатюрному сложению близнецов поместиться за столом смогли все. Сидя впритык друг к другу, Лисы принялись изучать меню.

Обычно компания Эндрю ограничивалась мороженым и «крекерной пылью», но сегодня Лисы не ели уже больше шести часов, а ночь впереди ждала долгая. Кроме того, за едой проще всего найти общий язык. Встречаясь только на тренировках и командных мероприятиях, Лисы ещё ни разу не проводили вместе свободное время и не особо представляли, как вести себя друг с другом, когда дело не касается экси.

Близнецы явно не собирались создавать дружелюбную атмосферу. Аарон упорно отказывался разговаривать со старшекурсниками, даже когда те обращались к нему напрямую. Зажатый между Ники и Тори, он кипел тихой злобой. Тори это расстраивало и поражало одновременно. Зная, что на поле Аарон вполне нормально взаимодействует с товарищами по команде, Тори не могла взять в толк, отчего он так пыхтит сейчас.

После того как тренер вернул Рене на её законное место в воротах, Эндрю требовалось продержаться без таблетки только первый тайм. Он принял лекарство в перерыве, и его действие ещё не закончилось. Бо́льшую часть бурной энергии Эндрю тратил на свою же компанию и на Рене. В отличие от брата, он удостаивал ответами Мэтта или Даниэль, когда те о чем-то его спрашивали, однако отвечал односложно, почти грубо и неизменно переводил стрелки на кого-нибудь другого.

Если бы не Николас, этот ужин стал бы самым неловким в мире. Угрюмость кузенов приводила Ники в отчаяние, и он изо всех сил старался подружиться с остальными членами команды. Он болтал без умолку, как будто у него внезапно проявилась аллергия на тишину. Едва разговор угасал, Ники подбрасывал новую тему. Рене, Дэн и Мэтт с удовольствием ему подыгрывали, а вот раскрутить Кевина и Элисон оказалось сложнее. Тори предпочитала молча наблюдать за всеми со стороны, но, поскольку идея общего праздника принадлежала ей, она чувствовала себя обязанной хоть как-то помогать Ники.

Лисы уже перешли к десерту, когда запал Эндрю начал заметно иссякать. От Тори не укрылись любопытные взгляды, которые старшекурсники бросали на Миньярда. Конечно, они знали про синдром отмены, но всегда видели его сквозь дымовую завесу игры. Сейчас от медленного перехода Эндрю в состояние ломки их не отвлекало ни поле, ни соперник. Элисон ещё в середине недели предсказала, что Эндрю не продержится без таблеток до утра, поэтому Тори решила предупредить товарищей о его пристрастии к «крекерной пыли». В сочетании с алкоголем она смягчала ломку, но вести себя Эндрю начинал ещё жёстче и агрессивнее, чем обычно.

Заметив внимание старшекурсников, он хитро ухмыльнулся и двинул Кевина локтем в бок. Тот поёрзал на сиденье и сунул руку в карман. Таблетки в пластиковом пузырьке перекатывались так тихо, что Тори и не расслышала бы звука, если бы не реакция Эндрю. Взгляд, которым он сверлил руку Кевина, буквально прожигал насквозь, так что Тори захотелось отодвинуться. С явным усилием Эндрю поднял глаза и посмотрел Кевину в лицо. Медленная улыбка, искривившая его губы, подсказывала, что мутный морок лекарства рассеивается, а от предложения Кевина он не в восторге.

- Не заставляй меня делать тебе больно, - предупредил он. - Не хочу залить мороженое кровью.

Кевин пожал плечами и вытащил пустую руку из кармана. Старшекурсники по другую сторону стола молчали. Что произошло, они не поняли, но отчётливо расслышали угрозу Эндрю. Ники посмотрел на Кевина с укором - дескать, зачем все усложнять - и отвлёк Мэтта болтовней о новом фильме.

Тори слушала вполуха. Она только что вспомнила вопрос, мучивший её все эти месяцы. Взвесила шансы получить от Эйджея честный ответ в присутствии всей команды, подумала было перейти на немецкий, но решила, что отмазка вместо ответа ей не нужна. Между Эндрю и Тори сидел Кевин, поэтому незаметно заговорить с ним не составило труда. Толкнув Дэя коленом, Тори тихо спросила по-французски:

- Почему его таблетки у тебя?

- Я ношу их, когда он меняет обычный распорядок приёма, - ответил Кевин. - В дни матчей или в такие вечера, как сегодня, когда он хочет пропустить таблетку, лучше, чтобы лекарство было у кого-то другого, иначе он не удержится и примет дозу. Просто не справится с собой.

Кевин говорил не громче Тори, но иностранная речь привлекла внимание остальных. Тори проигнорировала любопытные взгляды Мэтта и Дэн и снова взялась за еду. Кевин опять посмотрел на Эндрю, но тот, опустив голову, вытаскивал из кармана телефон.

Заметив это, Ники жалобно застонал:

- Только бы не тренер! Это же не он, да? Мы сегодня выиграли, он не имеет права дёргать нас.

- Это Би, - сообщил Эндрю. - У неё, видно, свербит. У Би свербит, ха! Смотрите.

Эндрю перебросил телефон Ники. Тот, бросив взгляд на экран, засмеялся, потом перегнулся через Аарона и протянул телефон Тори. На командного мозгоправа ей было плевать, и все же она послушно посмотрела на отправленное фото. Зернистая картинка отображала Бетси Добсон в костюме пчелы. Ники сделал паузу, ожидая реакции Тори, потом сообразил, что ждать бесполезно, и через Тори с Кевином вернул Эндрю мобильник. Эндрю тут же набрал ответ.

- Она с тренером? - поинтересовалась Дэн.

- Да, тренер и Эбби её пригласили, - буркнул Эндрю, не поднимая глаз.

- Почему она тебе написала? - спросила Тори.

- Ну, она иногда так делает, - небрежно отозвался Миньярд.

О его обязательных еженедельных консультациях с психологом Тори, конечно, знала, но была уверена, что такому человеку, как Эндрю, эти встречи сильно не по душе.

- И ты ей позволяешь? - удивилась она.

- Она не всех бесит, - мягко заметила Рене.

- Что ты имеешь против Бетси? - с удивлением спросила Дэн, глядя на Тори.

- Она копается у людей в головах, - ответила она. - Я не доверяю ей в принципе.

- Дай ей шанс, - добродушно произнёс Мэтт. - Она хорошая тётка.

- Ты хотел сказать, она чертовски крутая тётка, - вставил Ники. - Я всерьёз переживал за неё, когда мы, - большим пальцем он указал на себя и Аарона, - шли к ней в первый раз. А Эндрю мозгоправов навещает с такой регулярностью, как будто мировой рекорд хочет поставить. Би у него как минимум восьмая по счёту.

- Тринадцатая, - поправил Эндрю. - Она еще уточняла, не суеверен ли я.

- Охренеть, сколько их было, - заметил Ники. - Но когда Эндрю вышел из её кабинета после первой консультации, то чуть ли не приплясывал, а она высунулась следом - спокойная как танк. Впечатляет, а?

- Нет, - возразила Тори.

Ники вздохнул.

- Доедай мороженое, идиотка.

Поборов желание раздражённо закатить глаза, Тори уткнула нос в креманку. Выходя, Эндрю забрал со стола стопку салфеток. Спрашивать зачем не было нужды. Сколько официантов в этом ресторане приторговывают «крекерной пылью», Тори не знала, но пакетики всегда прятали между салфетками - этот способ передачи был простым и надёжным. После того как Кевин занял своё место на переднем пассажирском сиденье, Эндрю кинул стопку ему на колени, чтобы тот раздал «пыль» по пути в «Райские сумерки». К тому времени, когда они добрались до заведения, улыбка Эндрю исчезла без следа.

«Райские сумерки» представляли собой двухэтажный ночной клуб неподалёку от центра Колумбии. Пока близнецы заканчивали старшую школу, Ники работал здесь барменом, а Эйджей, как подозревала Тори, неофициально ему помогал. Поступив в университет, все трое переехали из Колумбии, но возвращались сюда так часто, как позволяло расписание игр. Старые рабочие связи Ники и щедрые чаевые Эндрю в любое время обеспечивали им беспрепятственный вход и солидные скидки на выпивку.

Старшекурсники приехали на машине Элисон. Когда Ники остановился у тротуара напротив «Райских сумерек», Элисон припарковалась рядом, чтобы выпустить пассажиров. Эндрю забрал у охранника вип-жетоны на парковку. Кевин передал один жетон Элисон и коротко объяснил, как вырулить на клубную стоянку, если вдруг она потеряет Ники из виду. Элисон кивнула и уехала.

Вышибала на входе слегка удивился количеству народа, которое привёл с собой Эндрю, однако без лишних вопросов махнул рукой, пропуская их внутрь. Эндрю распахнул вторые двери и провёл Лисов в клуб.

Войдя, они оказались на полукруглом возвышении, заставленном столиками. Здесь же находился основной бар. С двух сторон ступеньки вели вниз, на переполненный танцпол. Лестница, расположенная посередине между входными дверями и баром, вела на второй этаж. Тори наверху ещё не была - балкон предназначался для частных вечеринок. Эндрю с лёгкостью провёл бы компанию и туда, но Роланд - бармен, у которого Миньярд предпочитал заказывать выпивку, - работал в главном баре внизу.

Отыскать свободный столик в битком набитом зале оказалось непросто. Когда же он нашёлся, выяснилось, что есть всего два стула. Эндрю счёл это пустяком: он был уверен, что рано или поздно почти все Лисы переместятся на танцпол. Оставив товарищей по команде охранять столик, он потащил Тори сквозь толпу за спиртным.

У стойки пришлось подождать: занятый по горло Роланд принял заказ не сразу. Всем, кто пришёл на сегодняшнюю вечеринку в карнавальных костюмах, полагалась бесплатная порция выпивки, поэтому Эндрю просто показал большим пальцем на их столик. Роланд всмотрелся в толпу. При виде трёх незнакомых лиц рядом с Кевином и Аароном он удивлённо вскинул брови.

- Ты повзрослел и решил завести друзей? Вот уж не думал, что доживу до этого дня.

- Получишь двойные чаевые, если прекратишь говорить глупости.

Роланд ухмыльнулся, ещё раз пересчитал Лисов по головам и начал наполнять бокалы. Кому что наливать, он не спрашивал: предпочтения кузенов Роланд изучил давно, а для старшекурсников просто приготовил популярные в заведении коктейли. Разумеется, бармен посчитал и отсутствующего Ники, а вот про Элисон знать не мог. Тори промолчала, решив, что отдаст ей свою порцию, однако на восьми бокалах Роланд не остановился, а поставил на поднос все двадцать.

- Сколько человек не пьёт? - уточнил он.

- Двое, - ответил Эндрю.

Роланд добавил две банки с газировкой и толкнул поднос к Эндрю. Тори двинулась обратно к столику, освобождая Эндрю путь. Миньярд доставил выпивку, не пролив ни капли. Одну банку с газировкой он передал Рене, вторую оставил для Тори. Пить начали, только когда подошли Элисон и Ники. Количество заказанного алкоголя определённо впечатлило Элисон.

Очень скоро все бокалы опустели. Эндрю составил их обратно на поднос и пошёл за второй порцией. На этот раз его сопровождала Рене. Дэн проводила их взглядом, а потом, стараясь перекричать музыку, спросила у Ники:

- Вы уверены, что это безопасно?

- А? - не расслышал тот.

- Ну, то, что Эндрю всю ночь без таблеток? - пояснила Дэн. - Трезвый Эндрю - это вообще хорошая идея, плохая или из разряда «сдохнем и не успеем пожалеть»?

Ее недогадливость привела Ники в замешательство.

- Он не трезвый. И никогда им не бывает. Да, вы видели, как его ломает на матчах, и нам, - он жестом указал на оставшихся членов их пятёрки, - иногда приходится терпеть его таким, как сейчас, но трезвым Эндрю не был уже несколько лет. Он всегда чем-нибудь закидывается, чтобы не приходить в сознание. Поверь, будь он чист, ты бы заметила. Он, гм… - В поиске нужных слов Ники перевёл взгляд на Аарона, но тот лишь молча смотрел на него, не желая подсказывать. Хэммика это не смутило, и он закончил фразу: - Тут не ошибёшься. Хочешь не хочешь, а следующим летом сама увидишь. Терапия заканчивается в мае, и к началу тренировок в июне Эндрю уже должен пройти реабилитацию.

- Скорее бы, - недовольно вставил Кевин.

- Ясное дело, ты этого ждёшь не дождёшься, - фыркнул Ники. - Между прочим, любопытство сгубило кошку. То есть Лиса. Без разницы. Надеюсь только, что три года приёма лекарств и посещения психолога хоть немного его смягчат.

- Новое правило в команде. - Мэтт стукнул кулаком по столу, изображая судейский молоток. - Никогда не употреблять слова «смягчить» и «Эндрю» в одном… Ох, боже мой.

- Это считается богохульством? - поинтересовался Ники, кивнув на костюмы греческих богов, которые Дэн и Мэтт выбрали для сегодняшнего праздника. Он проследил за взглядом Мэтта: мимо прошел один из гостей вечеринки в костюме кислотно-желтой прихватки для горячего. Физиономия Ники изумлённо вытянулась, и он расхохотался так, что едва не упал со стула. - Этот точно получит главный приз, ребятки. По шкале фриковости всех обойдёт.

По всей видимости, он был прав, но Лисы все равно вывернули шеи, стараясь разглядеть другие нелепые костюмы. Они успели отпустить парочку нелестных комментариев, и тут вернулись Эндрю с Рене. Прибытие новой порции спиртного несколько замедлило темп беседы, но, когда Кевин выложил на стол пакетики с «крекерной пылью», разговор и вовсе сошёл на нет.

Мэтт, Рене и Тори отказались сразу; Эндрю разделил пакетики между остальными, придержав значительную часть для себя, поскольку его организму требовалась бо́льшая доза. Дэн взяла всего один пакетик и половину порошка высыпала в бокал Элисон. Ники сосчитал от трёх до одного, и Лисы одновременно опрокинули содержимое пакетиков в рот. По третьему и четвёртому кругу пили на скорость, а потом пошли танцевать. Рене пообещала Элисон, что тоже выйдет на танцпол, как только допьёт газировку, и осталась в компании Эндрю, Тори и Кевина.

Эндрю поставил пустые бокалы на поднос и снова направился в бар. Напитки он заказывал только для себя и Кевина, поэтому помощь ему не требовалась,поднос почти полон, когда Лил вклинивается в пространство между ним и стойкой. И она достаточно близко, чтобы Эндрю ощущал её тепло и запах.

Это глупо и интересно одновременно. Проблематично. Вокруг полно незнакомых людей, а Эндрю заводится из-за такой глупости.

Тем не менее он сохраняет лицо и немного наклоняется к Лили.

— Хватит бегать от них. Идея собрать всю команду была твоя. Теперь разбирайся с последствиями.

— Это не так просто, — говорит Лил, словно это что-то объясняет.

У Лили в глазах… в её светлых глазах есть взгляд, который Эндрю знаком. Он видел его, когда они стояли в доме в Колумбии, а ещё когда они сидели напротив друг друга на скамейке, соприкасаясь коленями. Эндрю не может отвести взгляд, и это очень-очень опасно, судя по спускающимся вниз мурашкам.

— У меня ни разу в жизни не было возможности с кем-то сблизиться, — пытается объяснить Лил. — Знаю, я должна доверять команде, если хочу, чтобы мы достойно провели сезон, но останься все они просто именами и лицами, мне было бы куда проще. Как у тебя получается столько времени держаться отдельно от всех?

Ответ на этот вопрос, честный и быстрый, заключается в том, что Эндрю не заинтересован ни в одном из них, потому что они наклеивают на него ярлык. Они видят то, что хотят видеть, и заботятся только о своей стороне истории. Эндрю не помещается ни в одну из их коробок, он никогда не впишется в такую компанию. Но он не говорит всего этого.

— Они не настолько интересны, чтобы я обращал на них внимание.

— Но Кевин-то интересен. И твой брат, очевидно, тоже, — это правда, поэтому Эндрю не тратит усилий на возражения. А потом Лил сужает глаза. — И что насчёт Рене?

И, о. Вот оно.

- А что насчёт неё?

- Она тоже неинтересна?

- Она полезна.

- И только?

- А ты ждала другого ответа?

- Может быть. - Тори умолкла, потому что к стойке наконец подошёл Роланд. Бармен, однако, возле них не задержался, только забрал поднос. Тори снова посмотрела на Эндрю, на его прохладную улыбочку. Миньярд явно над ней издевался, только Тори пока не могла разобрать почему. - Почти все ждут, когда между вами наконец перещелкнет. Даже Ники уверен, что это рано или поздно случится. Но Рене сказала Элисон, что из этого все равно ничего не выйдет, и то же самое Элисон говорила Сету. Почему?

- Разве это важно?

Эндрю спрашивает, потому что это не должно иметь значения для Лили. Потому что этот внезапный интерес, который испытывает Лил, кажется ещё интереснее Эндрю. Потому что Эндрю понимает, что опасно чувствовать, как перехватывает дыхание от случайных соприкосновений. Понимает, что это электричество, распространяющееся по телу исчезнет, когда он протрезвеет навсегда.

Тори нервно дёрнула плечами.

- Важно, неважно… Нет, вообще это не должно иметь… Не имеет значения, но… - Она замялась, однако Эндрю упорно молчал, не желая хоть чуточку облегчить ей задачу. Тори полагалось бы уже привыкнуть к такому поведению Миньярда, и тем не менее в ней вспыхнула злость. - Я просто пытаюсь понять, как то так получилось,что мне интересно.

- Иногда с тобой бывает интересно, а иногда ты так дико тормозишь, что смотреть тошно.

Тори с досадой скривилась.

- Ладно, забудь. Спрошу у Рене.

- Сперва перестань от нее шарахаться.

Тори не стала тратить время на оправдания. Через пару минут Роланд поставил перед ними нагруженный поднос, и они направились обратно к столику. Рене допила свою газировку, но продолжала сидеть с Кевином, ожидая их возвращения. Как только Эндрю плюхнулся за столик, она посмотрела на Тори.

- Ты идёшь?

- Нет, - ответила она.

Кивнув, Рене пошла искать на танцполе остальных. Два имеющихся стула занимали Кевин и Эндрю, поэтому Тори просто молча стояла между ними. Лил стоит между стульями Эндрю и Кевина, как живая печь. Почему такая горячая?

Эндрю опрокидывает в себя очередной шот и ставит пустой стакан на стол, ощущая жжение в горле. Тогда он снова думает об этом. О том, что это действительно не должно иметь значения; то, как он, кажется, горит изнутри интересом к Лили.

Потому что этот интерес опасен и плох, и Эндрю должен прекратить это, прежде чем он в конечном счёте сломается. Прежде чем он станет трезвым, и всё это окажется побочным эффектом, о котором его не предупреждали.

Когда Тори надоело смотреть, как они поглощают спиртное, она отошла к перилам, за которыми открывался вид на танцпол. Поверхность металлических поручней была липкой - то ли от пота, то ли от пролитой выпивки, - но она все равно опёрлась о них локтями и стала смотреть вниз, на извивающуюся массу.

Разглядеть Лисов среди толпы было бы сложно в любом случае, но сейчас, в свете разноцветных вспышек прожекторов и в мельтешении карнавальных костюмов, это оказалось просто невозможно. Вон то красное пятно могло быть капюшоном Рене, одевшейся Красной Шапочкой, а та серебряная полоска, сверкавшая, как пайетки, - формой астронавта, которую выбрал Ники, однако утверждать наверняка Тори бы не взялась. Оставалось лишь надеяться, что все они веселятся там, на площадке, и им ничего не угрожает. Роль наблюдателя Тори вполне устраивала; она просто смотрела и представляла. В одиночестве, да, но с этим ничего не поделаешь.