Глава 5
На следующий день рекруты вновь собрались у шкафчиков – уже в полной экипировке, с лицами, на которых слишком отчётливо читалась бессонная ночь.
Привычная серая форма сменилась чёрной. На поясе крепилось огнестрельное оружие, на бедрах – ножи. За спинами тянулись ремни кислородных баллонов: пять небольших капсул размером со ступню. Маски пока висели на шее, покачиваясь при каждом движении. К их фильтрам были подключены каталиты – компактные приборы переработки воздуха с тонкими пластинами солнечных батарей по бокам.
Где-то под полом ритмично гудели насосы, перегоняя очищенную воду по трубам бункера. Этот звук сопровождал их всю жизнь, но сегодня Скарлет почему-то слышала его особенно отчётливо. Она затянула ремни маски, проверила крепления баллонов и подняла взгляд.
Никто не выглядел как герои с агитационных плакатов. Кто-то нервно разминал пальцы в перчатках. Кто-то слишком часто поправлял оружие. Один из стажёров без конца проверял застёжки на рукаве, будто надеялся, что плохо закреплённый клапан окажется самой большой угрозой сегодняшнего дня.
Командир Морис медленно прошёл вдоль строя. Иногда он останавливался, чтобы поправить ремень или плотнее застегнуть защитный воротник. Одного из рекрутов коротко хлопнул по плечу. Другому молча поправил съехавшую кобуру. Возле Брут Морис задержался чуть дольше.
– Дыши ровно, – бросил он негромко. – Не позволяй страху думать вместо тебя.
Брут едва заметно кивнула.
Её трясло.
Она снова и снова проверяла предохранитель оружия, шёпотом повторяя правила безопасности. Слова сливались в едва различимый поток – будто если перестать говорить, паника сразу станет громче.
Грег заметил это почти сразу. Не выходя из строя, он обошёл нескольких стажёров и встал рядом с ней. Затем осторожно взял её за руку и спрятал их сцепленные ладони за своей спиной. Большой палец медленно провёл по тыльной стороне её кисти.
Простой жест. Но от него внутри почему-то стало тесно.
Брут никогда не говорила о чувствах. Иногда Скарлет вообще казалось, что та их прячет даже от самой себя. Зато Грег… Грег был слишком живым, чтобы что-то скрывать. Всё читалось у него на лице – тревога, привязанность, страх за неё.
И всё же Брут не оттолкнула его.
Скарлет неожиданно почувствовала странный укол где-то внутри. Совсем короткий. Почти детский страх остаться лишней рядом с людьми, которые однажды станут ближе друг к другу, чем к ней. Мысль мелькнула и тут же исчезла.
Это же Брут. Человек, который вытаскивал её после проваленных тестов по теории, объяснял ошибки до поздней ночи и заставлял зубрить снова, когда хотелось всё бросить. Если Скарлет и стояла сейчас здесь, в форме стажёра, то во многом благодаря ей.
Она шагнула ближе и взяла Брут за вторую руку.
– Мы рядом, – тихо сказала Скарлет, повторяя движение Грега. – Всё будет хорошо.
Брут сглотнула. Пальцы всё ещё дрожали, но уже слабее. Вчера её страх прятался за раздражением. Сегодня – оказался слишком большим, чтобы его скрывать.
И только сейчас Скарлет окончательно поняла разницу между ними. Она и Грег всё ещё смотрели на поверхность как на что-то далёкое и почти невероятное. Мир за стенами пугал, но вместе со страхом внутри жило любопытство. Желание наконец увидеть настоящее небо не на архивных записях.
Из рации Мориса раздался треск.
– Сэр, команда в сборе. Исследователи прибудут с минуты на минуту.
Командир коротко кивнул, будто собеседник мог его видеть.
– Построение по одному! Дистанция – один шаг! Следовать за мной!
Стажёры почти синхронно приложили руки к вискам и двинулись следом. Шаги гулко разносились по пустому коридору. Чем дальше они уходили от жилых секторов, тем тише становился бункер. Исчезали голоса, шум вентиляции, привычная жизнь.
Команда остановилась перед массивными автоматическими дверями.
– Закрепить маски. Включить каталиты.
Раздались щелчки креплений.
Скарлет подняла маску на лицо и почувствовала, как мир сразу стал другим – приглушённым, далёким. Каталит тихо загудел у виска. Воздух внутри фильтра был сухим и стерильным, почти безвкусным.
Теперь открытой кожи не осталось. Под верхней формой скрывался герметичный комбинезон из плотной ткани, не пропускающей влагу и воздух. В бункере говорили: вирусу достаточно одной ошибки, одной трещины, одного вдоха.
По одному стажёры проходили через узкий шлюз.
Сначала сверху ударял поток ледяной воды с резким запахом дезинфицирующего раствора. Затем включалась мощная сушка – воздух бил так сильно, что одежда прилипала к телу. Только после этого открывалась следующая дверь.
Скарлет шагнула наружу – и замерла.
Станция главных ворот оказалась огромной. Ни один тренировочный сектор не мог подготовить к её масштабам. Потолки уходили вверх метров на пятнадцать. По стенам тянулись толстые трубы и ряды тусклых сигнальных ламп. А впереди возвышались сами ворота – гигантские, многослойные, покрытые старыми царапинами и следами ржавчины, будто за ними десятилетиями пыталось прорваться что-то живое, или наоборот – что-то удерживали внутри.
До этого момента поверхность всё ещё казалась чем-то почти ненастоящим. Теперь между ними и внешним миром оставалось только несколько слоёв металла.
Исследователи появились почти сразу после стажёров. Их тёмно-зелёная форма резко выделялась среди чёрной экипировки вылазчиков – слишком чистая, слишком аккуратная для людей, которым предстояло выйти наружу. В руках они несли компактные кейсы для образцов.
Разговоры среди стажёров почти сразу стихли. Скарлет быстро пробежалась взглядом по группе. За затемнёнными масками различить лица было невозможно, но Виктора Бейли она узнала раньше остальных – не по внешности. По тому, как изменился Морис.
Командир шагнул ему навстречу первым и протянул руку. Без привычной жёсткости, почти по-дружески. С остальными исследователями он держался сухо, но сейчас в коротком рукопожатии чувствовалось уважение людей, которые слишком многое пережили вместе.
Грег едва заметно толкнул Скарлет локтем.
– Это он, да?
Скарлет кивнула, не отрывая взгляда.
Бейли двигался спокойно, без лишней суеты. Пока остальные исследователи проверяли оборудование и переговаривались между собой, он уже осматривал строй — внимательно, будто запоминал каждого. Когда его взгляд задержался на Скарлет, она невольно выпрямилась. И только потом Бейли коротко кивнул ей.
По строю сразу прокатился шёпот.
Морис быстро расставил группы по позициям. Исследователей – в центр. Впереди и по бокам поставили стажёров, за ними – опытных вылазчиков, образующих плотный защитный контур. Всё выглядело отточенным до автоматизма. Будто каждый уже заранее знал, кого именно придётся закрывать собой в случае опасности.
Три оглушительных сигнала прокатились по станции. Ворота начали открываться медленно, с тяжёлым металлическим скрежетом. Где-то сверху посыпалась пыль. Узкая полоска света прорезала полумрак станции – сначала тонкая, потом всё шире.
Скарлет замерла.
Настоящий солнечный свет. Не лампы бункера. Не экранные записи. Не архивные видео. Живой. Он ударил по стеклу маски так резко, что она невольно ахнула.
Несколько исследователей тут же обернулись на неё с плохо скрываемым раздражением, но Скарлет было всё равно. Слишком долго она представляла этот момент, чтобы сейчас делать вид, будто не восхищена.
За воротами тянулся другой мир. Разрушенные здания уходили вдоль пустых улиц. Окна давно превратились в чёрные провалы, стены покрывала плесень и потёки времени. Асфальт треснул, будто город пытался разломать сам себя изнутри, а между расколовшимися плитами пробивались тёмные растения. Даже воздух здесь ощущался иначе. Тяжелее. Грубее.
– Дистанция полтора метра, – голос Мориса мгновенно вернул всех в строй. – Не ломаем построение.
Отряд двинулся вперёд. За спиной медленно закрывались ворота бункера. Их гул прокатился по улице, как окончательная точка. Скарлет невольно обернулась.
«Я скоро вернусь.» – мысль вспыхнула сама собой – детская и почему-то очень упрямая.
Страха почти не было. Только чувство, будто вся её жизнь до этого момента существовала ради нескольких первых шагов по поверхности.
Скарлет поймала взгляд Грега. Сквозь стекло маски всё равно читалось его восторженное возбуждение. Он подмигнул ей совсем по-мальчишески, и она едва не рассмеялась.
Только Брут выглядела иначе. Она шла чуть позади, слишком крепко сжимая рукоять пистолета, будто ожидала нападения из каждой тени. Даже через перчатки было заметно напряжение её рук, готовых в любой момент выхватить пистолет из кобуры.
До ботанического сада они добрались без происшествий. Постепенно бетон и ржавый металл начали уступать место зарослям. Сначала редким, потом всё более густым. Искривлённые деревья тянулись вверх сквозь руины, их кора была покрыта серо-зелёной плесенью, а тёмная трава пробивалась через асфальт так густо, будто природа медленно забирала город обратно.
Один из исследователей достал прибор-индикатор. Оранжевый свет на панели тревожно пульсировал почти у красной отметки, а из динамика вырывались короткие приглушённые сигналы.
– Высокая импульсивность аномалии, как и предполагалось, – обратился он к Бейли.
– Нам это только на руку, – спокойно ответил тот. – Выключите звук. Если заражённые услышат писк раньше нас – далеко мы не уйдём.
Исследователь тут же убрал сигнал. Бейли перевёл взгляд на заросли впереди.
– Собирайте образцы почвы в местах с максимальной частотой. Я займусь растениями. Командир Морис, мне понадобится сопровождение.
Морис нахмурился.
– Разделяться сейчас – плохая идея. И в протоколе мы это не фиксировали.
– Согласен. – Бейли кивнул неожиданно легко. – Но это исследование слишком важно. Либо я пойду один, либо под вашей защитой.
Несколько секунд Морис молчал. Он окинул взглядом строй, явно прикидывая риски.
– Вы, вы и вы – идёте с Бейли. – ткнул он пальцем на троих опытных вылазчиков и перевел взгляд на стажеров. – Грег. Скарлет. Вы держались увереннее всего. Пойдёте с ними.
Грег едва не просиял прямо за маской. Он сразу повернулся к Брут, будто хотел разделить радость, но та лишь крепче сжала ремень оружия. Даже отвечать не стала. Скарлет заметила, как напряглись её плечи. И вдруг поймала себя на странном чувстве – усталости. Последние дни всё вокруг будто вращалось вокруг тревоги Брут. Вокруг её страха, её раздражения, её молчания. От этой мысли стало стыдно почти сразу.
– Брут, всё будет нормально, – сказала Скарлет мягче. – Самое опасное обычно ближе к улицам. Здесь спокойнее.
– Да и мы ненадолго, – подхватил Грег. – Даже соскучиться не успеешь.
Брут коротко фыркнула. Но когда Грег на секунду коснулся её локтя, всё-таки едва заметно кивнула.
– Не отставайте, – бросил Бейли.
Грег тут же подскочил к нему:
– Хотите, я понесу кейс?
Бейли тихо усмехнулся.
– Спасибо. Но откажусь.
Это прозвучало спокойно, но кейс он перехватил куда крепче. Он поправил ремень на плече и первым двинулся вглубь зарослей. Остальные последовали за ним.
Ботанический сад оказался куда больше, чем Скарлет представляла по схемам. Заросли поднимались стенами по обе стороны, переплетённые ветви почти полностью скрывали небо. Свет сюда пробивался редкими тусклыми полосами, и от этого всё вокруг казалось чужим — слишком тихим, слишком живым.
Под ногами тянулись толстые корни. Иногда они уходили прямо под потрескавшийся асфальт, разламывая его, будто город медленно зарастал сам собой.
Никто не разговаривал. Даже Грег притих. Слышались только шаги, едва различимое гудение каталитов и тихий шелест листвы где-то наверху.
Скарлет всё сильнее ловила себя на странном ощущении – поверхность не выглядела мёртвой. Наоборот. Слишком живой. Будто мир наверху давно научился существовать без людей.
– Пришли, – наконец произнёс Бейли.
Он остановился возле растения, которое сразу выбивалось из общей массы. Оно было ярче остальных. Почти не тронутое серой плесенью. Прямой крепкий стебель тянулся вверх, а листья оставались насыщенно-зелёными – такими Скарлет видела растения только на фермах внутри бункера.
Бейли медленно опустился рядом. Осторожно коснулся листа кончиками перчаток.
– Один из тысячи, – тихо сказал он. – А может, и реже.
Он достал индикатор. Стрелка почти сразу дёрнулась к пределу шкалы. Грег присвистнул.
– Оно же не выглядит заражённым. – заметила Скарлет.
– Именно, – Бейли не сводил взгляда с растения. – Это и интересно.
Он говорил уже скорее себе, чем остальным.
– Частота вокруг слишком высокая. Любое другое давно бы погибло или исказилось, как остальные.
Скарлет заметила, как изменился его голос. Впервые за всё время в нём появилось что-то живое. Настоящий интерес. Почти восхищение.
– Думаете, это может помочь создать антидот? – осторожно спросила она.
Бейли ненадолго замолчал.
– Думаю, природа гораздо упрямее людей.
Он аккуратно срезал один из листов и поместил в прозрачный контейнер.
– Мы всё время пытаемся победить эпидемию. А, возможно, выживают не те, кто борется с ней, а те, кто научился рядом существовать.
Несколько секунд никто ничего не говорил.
– Тогда почему просто не забрать растение в бункер? – Грег не выдержал и полюбопытствовал.
Бейли тихо усмехнулся.
– Уже пробовали. – он поднялся на ноги. – Такие образцы погибают почти сразу.
Грег нахмурился.
– Но почему?
Бейли посмотрел куда-то в заросли впереди.
– Не знаю.
И впервые за всё время прозвучал уставшим.
– Возможно, некоторые вещи слишком долго учились выживать в жестоких условиях. А потом уже не могут жить без них.
Скарлет почему-то сразу вспомнила Аврору.
Бейли прямо на месте начал проводить анализ собранного образца. Остальные невольно наблюдали за его движениями — точными, уверенными, почти завораживающими. В отличие от большинства исследователей, он не раздражался на чужое любопытство. Иногда даже сам пояснял, что делает, будто действительно считал их частью происходящего.
– Если аномалия продолжит мутировать с такой скоростью, – тихо произнёс он, рассматривая реакцию вещества в колбе, – поверхность через несколько десятилетий станет непригодной даже для кратковременных вылазок.
Грег хотел что-то спросить, но Скарлет уже перестала слушать. Где-то позади послышался шорох. Очень тихий. Будто кто-то медленно тащил что-то по сухой листве.
Скарлет резко обернулась. Один из вылазчиков напрягся почти одновременно с ней. Его рука уже лежала на рукояти пистолета.
– Что-то не так… – едва слышно выдохнул он.
Скарлет поймала Грега за плечо и приложила палец к стеклу маски. Тот мгновенно замолчал.
Шорох повторился.
Ближе.
Листья дрогнули. Потом снова тишина. Такая плотная, что Скарлет начала слышать собственное дыхание внутри маски. Размеренное гудение каталита вдруг стало казаться слишком громким.
Один из вылазчиков медленно подошёл к Бейли и жестом показал сворачивать оборудование. Никто не двигался резко. Никто не говорил. Даже ветер будто стих.
Скарлет чувствовала, как под перчатками становятся влажными ладони. Сердце билось тяжело и медленно, удар за ударом. Перед глазами вспыхнули лица родителей. Настолько ясно, будто она снова стояла дома, а не посреди заражённого сада.
«Только бы не сейчас.»
Бейли коротко кивнул вылазчику и медленно поднялся. И в этот момент из зарослей показался заражённый.
Когда-то это действительно был человек. Теперь – вытянутое, неестественно гибкое существо с мутными глазами, затянутыми серой пеленой. Позвоночник уродливо выгибался под тканью кожи, из-за чего заражённый постоянно сутулился, будто готовился к прыжку. Удлинённые руки почти касались земли, но двигался он при этом слишком легко – плавно, бесшумно, с хищной осторожностью.
За первым силуэтом появился второй. Потом третий.
Скарлет перестала дышать. Заражённые бродили совсем рядом.
Один остановился буквально в нескольких шагах от Грега и медленно втянул воздух. Его голова дёрнулась в сторону. Но запаха не было. Костюмы держали. Пока держали.
Опытный вылазчик молча указал Скарлет на сигнальную кнопку у пояса, а затем выставил два пальца.
«Опасность. Отступление.»
Скарлет нажала кнопку дважды. Почти сразу беззвучные сигналы отправили остальные. Вылазчики начали медленно отходить назад, шаг за шагом. Осторожно. Не отрывая взглядов от заражённых.
Бейли вдруг остановился. Его взгляд скользнул к растению. Потом – к раскрытому чемодану с образцами. Скарлет почувствовала, как внутри всё похолодело.
«Нет…»
Бейли медленно присел. Очень медленно. Пальцы легли на крышку кейса.
Щёлк.