ГЛАВА 7: НОВЫЕ ТЕНИ
Прошло пять циклов с того момента, как «Скиталец» коснулся посадочной платформы. Иакон, привыкший к размеренному гулу восстановительных работ, теперь гудел иначе — в нём слышались десятки новых голосов, вопросы, споры, детский смех и редкие, но уже случавшиеся ссоры. Беженцы, которых привёл Рив, постепенно расселялись по уцелевшим жилым модулям, и штаб автоботов, прежде казавшийся просторным, теперь напоминал растревоженный улей.
Вольт проснулся затемно. Не от шума — напротив, в медотсеке, где он ночевал последние циклы, было тихо. Просто внутри что-то щёлкнуло — какая-то внутренняя пружина, которая теперь будила его ровно за полцикла до подъёма Рэтчета. Он сел на своей платформе, привычно проверил датчики: уровень энергона в норме, сервоприводы не ноют, оптику не режет. Хорошо. Вчера был тяжёлый цикл — Нокаут устроил им с Глитчем экзамен по сортировке медикаментов, а потом пришлось помогать Рэтчету с диагностикой двух беженцев, у которых застарелые повреждения дали о себе знать после долгого перелёта.
Он натянул форменную нашивку — маленький знак, который Рив выдал всем, кто вызвался помогать автоботам на постоянной основе, — и вышел в коридор. Здесь уже было оживлённо. Двое скитальцев, которых он не знал по имени, тащили ящики с инструментами куда-то в сторону мастерской. Где-то внизу, из обеденного зала, доносился звон колб — Глитч, вне всяких сомнений, успел разбудить полштаба своими экспериментами с утренней порцией энергона.
— Вольт!
Он обернулся. Из бокового коридора вышла Люмия — высокая, серебристо-голубая, с неизменной мягкой улыбкой. За её спиной, чуть поодаль, стоял Крипт. Мальчик держался за край её брони, но смотрел на Вольта с живым любопытством.
— Доброе утро, — Вольт чуть склонил голову. — Вы уже освоились?
— Стараемся, — Люмия перевела взгляд на сына. — Крипт вчера весь вечер рассказывал, как ему понравилось в общем зале. Говорит, никогда не видел столько трансформеров в одном месте.
— Потому что мы на корабле всегда были поодиночке, — вставил Крипт, отпуская мать и делая шаг вперёд. — А здесь все вместе! И ещё тот жёлтый, Би, он мне показал, как зарядку делать. Сказал, если я хочу строить, то должен быть сильным.
— Би — хороший, — улыбнулся Вольт. — Он многому может научить.
— А ты? — Крипт поднял на него глаза. — Ты тоже учишься? На доктора?
— Учусь, — Вольт присел на корточки, чтобы оказаться с мальчиком почти на одном уровне. — Рэтчет и Нокаут — они знают столько, что мне и за тысячу циклов не выучить. Но я стараюсь.
— Мой дедушка говорит, что старание — это половина успеха, — важно произнёс Крипт.
— Твой дедушка мудрый, — Вольт выпрямился и посмотрел на Люмию. — Если нужна будет помощь с обустройством — обращайтесь. Я теперь почти всё здесь знаю.
— Спасибо, Вольт, — Люмия кивнула. — Мы… мы рады, что попали сюда. Что есть те, кто нас принял.
Она хотела сказать что-то ещё, но в этот момент из-за поворота выскочил Глитч, запыхавшийся и взлохмаченный.
— Вольт! Ты здесь! А я тебя везде ищу! Уилджек сказал, что сегодня будем настраивать новый передатчик, а мне нужен помощник, потому что одному с кабелями не справиться, а ты вон с кем-то разговариваешь… — он запнулся, увидев Люмию и Крипта, и его зелёные глаза расширились. — О! Привет! Я Глитч. Я техник. А вы… вы со «Скитальца», да?
— Да, — мягко ответила Люмия. — Это мой сын, Крипт.
— Круто! — Глитч уже переключился на мальчика. — А ты что умеешь? Я в твоём возрасте уже разбирал генераторы. Правда, потом не мог собрать обратно, но это детали.
— Глитч, — Вольт положил руку ему на плечо, — давай сначала поможем Уилджеку, потом будешь хвастаться.
— А я и не хвастаюсь! Я делюсь опытом! — возмутился тот, но послушно направился к выходу. — Ладно, пошли. Но потом ты мне поможешь с кристаллом памяти, а то он вчера завис, и я боюсь его один разбирать.
Они ушли, а Люмия, глядя им вслед, тихо сказала Крипту:
— Видишь? Здесь все помогают друг другу. И ты когда вырастешь — тоже будешь помогать.
— Я уже большой! — Крипт надулся. — Я могу тащить маленькие ящики. И слушаться. И не мешать.
— Это уже много, — Люмия погладила его по шлему. — Пойдём, дедушка, наверное, уже проснулся.
В командном центре Магнус заканчивал утреннее совещание. Перед голографическим столом стояли Флэр, Арси, Бамблби и Рив. Ультра Магнус, как всегда, говорил коротко и по делу, но в его тоне, если прислушаться, проскальзывали нотки, которых не было ещё несколько циклов назад — чуть меньше стали, чуть больше… не теплоты, нет, но хотя бы признания, что он не один.
— Западный сектор, — он ткнул пальцем в карту, где загорелась жёлтая метка, — вчера Балкхэд и Гир закончили укрепление магистрали. Сегодня туда пойдёт бригада скитальцев для прокладки временных линий. Флэр, обеспечь прикрытие. Там рядом старые шахты, могли забрести скраплеты.
— Понял, — кивнула Флэр. Она стояла, скрестив руки на груди, но её поза была не вызывающей, а скорее сосредоточенной. — Я возьму с собой Спарквей. Ей нужна практика в полевых условиях.
— Хорошо. Арси, Бамблби — вы сегодня в северный сектор. Проверьте старые складские помещения, которые мы не успели осмотреть раньше. Рив сказал, что по документам там могли остаться припасы.
— Есть, — ответил Бамблби. Его голос, восстановившийся после падения в киберматерию, теперь звучал уверенно, хотя иногда он всё равно ловил себя на том, что хочет ответить привычным бип-бип. Старые привычки умирали с трудом.
Арси молча кивнула. Она бросила быстрый взгляд на Уилджека, который стоял у стены, перебирая какие-то детали, но тут же отвела его. Никто, кроме, возможно, самой Арси, не заметил этого мгновения.
— Рив, — Магнус перевёл взгляд на капитана «Скитальца», — как продвигается инвентаризация ваших запасов? Нам нужно знать, чем мы располагаем.
— Уже почти закончил, — ответил тот. — Завтра предоставлю полный список. Кое-что можно использовать для ремонта, кое-что — для медотсека. Есть даже несколько уцелевших генераторов, правда, старых.
— Передайте их Уилджеку. Он разберётся.
Когда совещание закончилось, и все разошлись, Флэр задержалась на мгновение. Она посмотрела на Магнуса, который уже склонился над отчётами, и тихо сказала:
— Вы сегодня рано начали. Не спали?
— Не до сна, — ответил он, не поднимая головы. — Слишком много дел.
— Дела не кончатся никогда, — заметила она. — А вы — один. И вам нужен отдых. Даже командирам.
Она не стала дожидаться ответа — развернулась и вышла, оставив Магнуса смотреть ей вслед. Он провёл рукой по шлему, снимая несуществующую усталость, и вернулся к работе. Но в его мыслях засела фраза: «Вы — один». Он не один. Он знал это. Но иногда чувствовал себя именно так — одиноким на посту, который никто больше не мог занять.
На стройке в западном секторе уже вовсю кипела работа. Балкхэд, стоя по пояс в траншее, руководил установкой нового энергонного коллектора. Рядом с ним Гир, огромный и молчаливый, держал на весу тяжёлую балку, пока двое скитальцев прикручивали её креплениями.
— Левее! — скомандовал Балкхэд. — Нет, правее! Так, стоп. Опускай.
Гир медленно опустил балку точно в пазы. Даже не запыхался.
— Ты сегодня в ударе, — заметил Балкхэд, выбираясь из траншеи. — Словно и не было вчерашнего обвала.
— Я просто делаю то, что нужно, — ответил Гир. Его голос, низкий и спокойный, звучал ровно, но в маленьких жёлтых глазах мелькнула искра удовлетворения. — И мне нравится. Строить. Чувствовать, что результат остаётся.
— Это правильные слова, парень, — Балкхэд хлопнул его по плечу. — Очень правильные.
Они отошли в сторону, чтобы дать бригаде закончить монтаж. Гир оглянулся на руины, которые постепенно превращались в новые стены. Ещё цикл — и здесь появится первый этаж жилого модуля. Потом второй. Потом крыша. И кто-то сможет войти внутрь и сказать: «Это мой дом».
— Балкхэд, — начал он после недолгого молчания, — а вы… вы верите, что Шоквейв всё ещё там? Под землёй?
Балкхэд замер. Имя Шоквейва всегда действовало на него, как удар током
— Верю, — ответил он, помрачнев. — Такие, как он, не исчезают просто так. Они прячутся, выжидают, копят силы. И рано или поздно дают о себе знать. Вопрос только — когда.
— И мы готовимся к этому, — кивнул Гир. — Строим не только дома, но и укрепления. Уилджек вчера показывал мне чертежи оборонительных башен.
— Уилджек всегда думает на шаг вперёд, — усмехнулся Балкхэд. — Иногда на два. Потому и жив до сих пор.
Гир хотел спросить что-то ещё, но в этот момент со стороны траншеи раздался крик. Один из скитальцев поскользнулся и упал в яму, повредив ногу. Гир, не раздумывая, прыгнул следом и, подхватив пострадавшего, вытащил его на поверхность.
— Живой? — спросил он, осматривая повреждение.
— Царапины, — ответил скиталец, морщась. — Спасибо. Ты… ты быстрый для такого крупного.
— Это не скорость, это реакция, — ответил Гир, помогая ему встать. — Балкхэд, ему нужен Рэтчет?
— Поведу сам, — отозвался зелёный гигант. — А ты… ты тут главный пока. Не дай балкам развалиться.
Гир кивнул и вернулся к работе. Ему нравилось, когда ему доверяли. Даже если это было всего на несколько микроциклов.
В медотсеке Рэтчет ворчал, как обычно. Но сегодня его ворчание было адресовано не Нокауту, а новому оборудованию, которое Уилджек и Глитч притащили с «Немезиды» — старому, капризному, но всё ещё работающему.
— Кто придумал ставить сюда эту панель? — бормотал он, ковыряясь в проводах. — Она несовместима с нашими сканерами. Придётся перепаивать половину цепей.
— Ты бы лучше радовался, что она вообще работает, — заметил Нокаут, протирая свой корпус мягкой тканью. — На «Немезиде» всё держалось на честном слове и страхе перед Мегатроном.
— Ты предлагаешь мне бояться панели управления?
— Я предлагаю тебе быть благодарным, что у тебя есть руки, чтобы её перепаивать, — усмехнулся Нокаут. — Некоторые, знаешь ли, лишились конечностей в этой войне.
Рэтчет хмыкнул, но спорить не стал. За последние циклы он привык к присутствию бывшего десептикона. Не то чтобы простил ему всё — нет, рубцы на Искре не заживают так быстро. Но признал, что Нокаут полезен. И, возможно, даже не так противен, как казалось вначале.
В дверях появился Вольт с подносом, на котором стояли три колбы.
— Рэтчет, Нокаут, я принёс энергон. Вы не завтракали с утра.
— Умный мальчик, — Нокаут взял свою колбу. — В отличие от некоторых, думает о других.
— Я думаю о пациентах, — огрызнулся Рэтчет, но колбу принял. — Вольт, как там тот скиталец с повреждённым плечом? Которого вчера привели?
— Стабилен, — ответил Вольт. — Я сменил ему повязку и ввёл стимулятор. Сказал, чтобы два цикла не нагружал.
— Хорошо. Ты справляешься.
Это была высшая похвала от Рэтчета. Вольт, стараясь не показать, как он польщён, кивнул и принялся разбирать инструменты.
Нокаут, наблюдая за ним, отставил пустую колбу и сказал:
— Вольт, после обеда зайди ко мне. Покажу, как работать с регенерационным полем. Это не сложно, но требует аккуратности.
— Спасибо, Нокаут! — глаза Вольта загорелись. — Я приду.
— Не благодари, — отмахнулся тот. — Мне нужен помощник, который не перепутает плюс с минусом. А ты не перепутаешь.
К полудню патруль Флэр, Арси и Спарквей выдвинулся в западный сектор. Им предстояло проверить старые шахты, которые Балкхэд и Гир расчистили накануне. Флэр шла впереди, Арси прикрывала тыл, а Спарквей, сжимая клинки, держалась посередине.
— Спарквей, — не оборачиваясь, сказала Флэр, — ты слишком напряжена. Расслабь плечи. И дыши ровнее. Твои сенсоры должны быть открыты, а не сжаты в ожидании удара.
— Я… я стараюсь, — ответила та. — Просто не хочу подвести.
— Ты не подведёшь, — вставила Арси. — Мы здесь, чтобы учить тебя. И чтобы защищать. Но и ты должна учиться защищать себя.
Они вошли в туннель. Свет фонарей выхватывал из темноты стены, покрытые слоем древней пыли. Ничего живого — только эхо их шагов и далёкое, едва уловимое гудение вентиляции.
— Здесь чисто, — сказала Флэр, останавливаясь. — Но я чувствую запах… старого энергона. Пролитого. Возможно, была утечка.
— Или драка, — добавила Арси. — Посмотрите на стены. Следы от выстрелов. Старые, но отчётливые.
Спарквей подошла ближе и провела пальцем по царапине на металле.
— Здесь сражались. Давно. Может быть, ещё до того, как мы улетели на «Скитальце».
— Возможно, — согласилась Флэр. — Но сейчас здесь никого нет. Идём дальше. Нужно проверить нижний уровень.
Они спустились по лестнице, которая вела в ещё более глубокий туннель. Здесь было темнее, и воздух казался тяжелее. Спарквей поёжилась, но не подала виду. Она помнила, что Ког учил её: «Страх — это нормально. Главное, чтобы он не управлял тобой».
Внизу они нашли старый, полуразрушенный генератор. Он всё ещё гудел — слабо, едва слышно, но гудел.
— Этот генератор нужно отключить, — сказала Флэр. — Он потребляет энергию, которую мы могли бы использовать для города. Арси, поможешь?
— Сейчас, — Арси подошла к панели управления и, достав инструменты, принялась за работу.
Спарквей стояла на страже, вглядываясь в темноту туннеля. В какой-то момент ей показалось, что там, в глубине, что-то шевельнулось. Она напряглась, сжала клинки, но ничего не произошло.
— Всё чисто, — сказала она, когда Арси закончила, и генератор затих.
— Молодец, — кивнула Флэр. — Твои сенсоры не обманули. Там, внизу, действительно что-то есть. Но оно не движется. Возможно, просто обломок.
— Или спит, — тихо добавила Арси.
Они выбрались на поверхность, и Спарквей с облегчением вдохнула свежий воздух. Ей ещё многое предстояло узнать. Но каждый цикл она чувствовала себя увереннее.
Вечером, после ужина, в общем зале собрались почти все. Балкхэд и Гир, перепачканные смазкой, сидели за одним столом. Рядом с ними устроились Глитч и Вольт, обсуждая какой-то технический вопрос. Уилджек, отдельно, потягивал энергон и смотрел на Арси, которая сидела напротив. Их взгляды встретились, и оба отвели их почти одновременно.
Флэр и Магнус, по привычке, стояли у окна. Они не разговаривали — просто смотрели, как зажигаются первые звёзды. Их молчание было красноречивее любых слов.
— Завтра, — наконец произнесла Флэр, — я возьму Спарквей в дальний патруль. На границу восточного сектора. Там, по словам Рива, есть старые подземные коммуникации, которые мы ещё не проверяли.
— Хорошо, — ответил Магнус. — Будьте осторожны. Если что-то пойдёт не так — сразу вызывайте подкрепление.
— Вызывать подкрепление — это ваша работа, командующий, — усмехнулась она.
— Моя, — согласился он. — Поэтому я и говорю: вызывайте.
Она чуть заметно улыбнулась и отвернулась к окну. Магнус, глядя на её отражение в стекле, подумал: «Она меняется. И я меняюсь. Может быть, это и есть то, что Оптимус называл „новым началом“».
В другом конце зала Спарквей сидела рядом с Гиром. Он, как всегда, был молчалив, но его присутствие успокаивало. Она чувствовала, что может не говорить — и он поймёт.
— Гир, — тихо сказала она, — сегодня в туннеле мне показалось, что там кто-то есть. Флэр сказала, что это просто обломок. Но я не уверена.
— Если ты не уверена — значит, есть повод проверить ещё раз, — ответил он. — Завтра я пойду с Балкхедом в тот же сектор. Посмотрю.
— Ты не обязан…
— Я знаю, — перебил он. — Но я хочу. Чтобы ты не волновалась.
Она благодарно кивнула и, не говоря больше ни слова, положила голову ему на плечо. Гир замер на мгновение, потом осторожно обнял её. Это был жест, который говорил больше, чем тысяча слов.
А где-то в глубине, под руинами Иакона, в подземной лаборатории, где не было ни света, ни звука, кроме монотонного гудения приборов, Шоквейв склонился над своим новым творением. На столе перед ним лежала протоформа — неполная, искажённая, но живая. Она дышала. Она ждала.
— Скоро, — прошептал он своим монотонным, лишённым эмоций голосом. — Скоро вы увидите, что истинный ужас — это не Тёмный Энергон. И не армия террорконов. А то, что рождается из хаоса и боли.
Он ввёл в протоформу очередную дозу модифицированного CNA. Она дёрнулась — и замерла. Эксперимент продолжался.