The Fatal Trajectory| MAX VERSTAPPEN

***

— Так, а теперь, пожалуйста, сделай вид, будто надеваешь шлем.

Лэйн послушно выполняла приказы парня, который снимал то самое интро для телеканалов о котором предупреждала Роуз накануне, и при этом стараясь сдержать себя от попытки бросить ему в голову шлем, каждый раз когда он просил больше уверенности и соперничества в глазах, Лэйн чувствовала, как по спине катится холодная капля пота. Роуз, наблюдавшая за спиной оператора, только ободряюще улыбалась, попивая свой латте.

В студии было слишком светло и слишком тихо после двухсот кругов в грохочущей утробе симулятора. Лэйн ощущала себя призраком которого зачем-то вытащили из места где грохочущий звук мотора заменял реальность. Каждый раз, когда она вновь поднимала руки, титановый шунт в плече напоминал о себе острой, тягучей болью, но продолжала смотреть в объектив тем самым «уверенным взглядом», который Роуз называла продающим.

— Вот и всё, закончили. Видео будет готово дня через два, а баннер уже завтра, — оператор повернулся к Роуз, зная, с кем здесь нужно говорить на самом деле.

Лэйн уже не слушала. Она медленно опустила шлем на столик, и звук пластика о металл показался ей оглушительным. Расстегнула молнию комбинезона, выпуская на волю жар, скопившийся под слоями огнеупорной ткани. Её пальцы слегка подрагивали — побочный эффект симуляторной болезни, когда мозг всё еще верит, что тело несется на скорости триста километров в час.

— Лэйн, это было идеально! — Роуз подошла ближе, потянувшись, чтобы поправить выбившуюся прядь её волос. — Мы сделаем из этого такой промо-ролик, что Редбулл и остальные подавятся своими скучными промо.

— Главное чтобы затем мы не глотали пыль от болидов, — голос Лэйн звучал хрипло. Она многозначительно взглянула на пиарщицу и стянула рукава комбинезона, завязывая их на талии узелком, и потянулась к своей старой кепке, лежащей на стуле.

— Ну-ну, не ворчи. Ты теперь — лицо Northstar, тебе не положено ворчать, — Роуз сделала глоток кофе, даже не взглянув на Лэйн, её внимание уже было приковано к монитору, где оператор щёлкал картинки выбирая самую удачную. Лэйн хмыкнула глядя ей в спину.

— Кстати, Шон просил передать, что ждет тебя в коридоре. Хотел что-то обсудить
Лэйн замерла. Шон. Последнее, что ей сейчас было нужно — это видеть его безупречное лицо. Она подхватила свой рюкзак, швырнув в него перчатки, и вышла из студии, надеясь, что кондиционеры в коридоре приведут её в чувство до того, как Шон вновь выбьет землю из под ног.

Но он уже стоял там. Прислонившись к белой стене, Шон Хайнс листал ленту в телефоне. На нем была свежая командная футболка, идеально отглаженная, и от него пахло чем угодно, только не потом и жженой резиной. Заметив сестру, он медленно убрал телефон в карман и окинул её взглядом — от растрепанных волос до все тех же грязных кроссовок.

— Двести кругов, Лэйн? — Шон иронично приподнял бровь. — Судя по твоему виду, ты проехала их на коленях, а не в кресле. Алекс сказал, ты трижды вылетела в седьмом повороте. Может, стоит попросить главного инженера установить тебе детские настройки стабилизации?

Лэйн блеснула злым взглядом, мысленно отсекая ему язык.
— Ты что, забыл как верещал в детстве когда я тебя лупила?
— Говори что хотел и вали отсюда, пока я не решила что хочу повторить, — брат усмехнулся, и эту усмешку Лэйн хотела размазать по идеальной штукатурке на стене.

— Как что, Роузи тебе ничего не сказала? — он выглядел искренне удивлённым, и этим раздражал и так уже до предела уставшую Лэйн ещё больше. — Со мной она не допускала таких оплошностей, — эта фраза сквозила пошлостью, и самодовольством, Лэйн закатила глаза и нетерпеливо фыркнула: — Ну, или ты сюда пришел обсудить работу Роуз?

Шон, вздохнул, будто она не дала ему блеснуть собственным чувством юмора.
— У нас будет общая съёмка, на Сильверстоуне, типа промо-ролика для спонсоров, — она не успела послать его к черту, услышав ритмичный стук каблуков, Роуз вышла из кабинета который стал для Лэйн очередным испытанием, камерой и умением играть взглядом.

— Постарайся ничего не испортить, — быстро бросил Шон.

— Едем сейчас? — Шон мгновенно переключился на пиарщицу, сделав вид что Лэйн снова не существует.
Хайнс сквозь зубы выдохнула.

— Черт, прости Лэйн, я не внесла эту съёмку в график, мне поздно позвонили.
— Если коротко — это промо-ролик нашему бренду экипировки, будет что-то вроде предпоказа Шанхайской ливреи, — она нервно копалась в своей сумке, и на секунду Лэйн показалось, что Роуз и сама не знала, что хочет найти. — Кстати, в этом году, Брэлл даже раскошелился на ливрею для болидов их тоже обклеят в китайских традициях.

Но, Лэйн вновь почти не слушала, она позволила себе наполненный недовольством стон, представляя какой будет эта съёмка с Шоном. Несколько часов в его обществе.

Черт.

***

Сильверстоун встретил их не привычным ревом моторов, а стерильной тишиной огромного съемочного павильона, затянутого черным бархатом. В воздухе пахло озоном от мощных софитов и тонким, едва уловимым ароматом дорогой полироли.
Когда Лэйн зашла за ширму в раздевалку, её недовольство Шоном внезапно испарилось, уступив место детскому, почти забытому трепету. На вешалке висел её новый парадный комбинезон. Он пах, так как пахли только новые вещи — смесью свежего текстиля и типографской краски спонсорских логотипо, которые теперь красовались на груди, как знак «принята».

Ткань на ощупь была прохладной и невероятно легкой, совсем не похожей на ту тяжелую броню, к которой она привыкла в IndyCar.
Лэйн, трепетно провела ладонью по белой груди комбинезона. Northstar Racing. Лэйн Хайнс. Её имя. Настоящее.

  А рядом, на столе, стоял он. Кроваво-красный шлем. Лэйн взяла его в руки, чувствуя приятную тяжесть углепластика. Лакированная поверхность блестела под светом ламп, отражая её лицо. Белые вставки складывались в агрессивный узор, а на затылке, среди спонсорских наклеек, затаился Ёкай — древний дух с оскаленной пастью, её личный оберег в этом мире чистых лиц и грязных игр.

Лэйн натянула подшлемник. Щелчок — и шлем встал на место. Внутри воцарилась тишина, нарушаемая только её дыханием. Визор опустился, мир окрасился в легкий янтарный оттенок. Она посмотрела в зеркало и не узнала себя. Это была не Лэйн из Формулы-2, и даже не та из коридора штаб-квартира час назад, с уставшим взглядом и дрожащими пальцами после симулятора.

— Идеально. Просто идеально, - произнесла Роуз окинув ее оценивающим взглядом, когда Лэйн покинула раздевалку.

В центре павильона, под перекрестным огнем софитов, стоял болид Northstar. Лэйн замерла. Она видела много машин, но эта... Дракон, выполненный в традиционном китайском стиле, облизывал обтекатели, будто сжимая своим чешуйчатым телом весь болид. Его морда с раскрытой пастью украшала нос машины, и в свете ламп казалось, что чудовище дышит. Кроваво-красный с белым - это было дерзко, агрессивно и чертовски красиво.
Это была машина-убийца. И она принадлежала Лэйн.

— Лэйн, Шон, встаньте по обе стороны от носа болида, — скомандовал режиссер.
Лэйн встала слева. Шон — справа. Их шлемы были опущены, скрывая лица, и на мгновение мир вокруг них схлопнулся до размеров этого красного дракона.
Шон, напарник, который секунду назад издевался над ней в коридоре, вдруг оказался на своем месте. Камеры начали ритмично щелкать, дым-машина пустила струю белого тумана вокруг колес болида.
Они двигались синхронно. Без слов. Шон положил руку на обтекатель, Лэйн — на переднее антикрыло. Они играли напарников, играли команду, и эта иллюзия была настолько сильной, что Лэйн поймала себя на мысли: «А вдруг так может быть и на трассе?».
Но тут же тряхнула головой: «Нет, не может.»
Камеры любили Шона. Он знал это и умел позировать, его движения были плавными, отточенными. В то время как Лэйн выглядела более... функциональной. Сжатые кулаки, напряженная поза. Это был контраст, который операторы смаковали.
Шон даже несколько раз поправил её - один раз коснулся её локтя, чтобы она встала ровнее, другой — указал взглядом, куда смотреть. Это не было похоже на его обычную снисходительность. Сейчас, под светом софитов, он хотел, чтобы картинка была идеальной. И эта картинка требовала её, Лэйн, в её кроваво-красном шлеме с Екаем на затылке.

— Так, теперь переместимся на трассу. Нужно снять болид в движении. Вы, ребята, немного покатаетесь сегодня, — голос режиссера прозвучал как команда к старту, и это было единственное, что Лэйн была по-настоящему рада слышать.
Вдавить педаль газа в пол и выплеснуть всё — вот что ей было нужно.

На улице, Сильверстоун встретил их резким, холодным ветром, который пробирал до костей даже сквозь комбинезон. Но Лэйн этого не замечала. Её взгляд был прикован к двум болидам, прогревающим моторы в боксах. Звук двигателя — низкий, рокочущий, знакомый, вибрирующий в самой груди — вытеснил из головы назойливый голос Роуз и издевки Шона.

Это был её настоящий дом. Не студия с софитами, а этот серый абразивный асфальт.

— Слушайте внимательно, — режиссер подошёл ближе к ним, накинув куртку поверх своей футболки с логотипом команды. — Это съёмочный день, а не квалификация. Дистанция — два корпуса. Идите плотно, чтобы оператор дрон смог захватить обоих. Шон, ты ведешь. Лэйн, ты на хвосте, на выходе из Эбби перекрещиваешь траекторию для эффектного кадра. Никаких опасных маневров.

  Лэйн только коротко кивнула, натягивая перчатки. Шон уже запрыгивал в свой болид, делая это с той же легкостью, с которой обычные люди садятся в кресло.
Когда механики помогли Лэйн занять место в кокпите и затянули ремни так сильно, что стало трудно дышать, она почувствовала, как мир сузился. Стенки болида плотно обхватили её тело, становясь продолжением её собственных костей. Она щелкнула тумблером, и дракон под её руками ожил, отзываясь яростным рыком.

Они выехали на пит-лейн. Впереди маячил задний спойлер Шона.
На трассе всё изменилось. Тяжесть болида, сопротивление руля, перегрузки в поворотах — это была та самая тяжесть, о которой она мечтала. Дрон-оператор уже взмыл вверх с тихим шелестом своих лопастей, но Лэйн видела только красную точку впереди.
Шон вел чисто. Слишком чисто. Как по учебнику.

Лэйн чувствовала, как внутри закипает драйв. Она притерлась к его диффузору так близко, что видела, как дрожит антикрыло его машины. Запах раскаленного масла и паленой резины ударил в нос, опьяняя лучше любого вина.
В повороте Мэгготтс она специально пошла шире, ловя поток ветра, и на мгновение они сравнялись. Два красных дракона, летящие по серой ленте асфальта. Сквозь золотистый визор шлема она увидела, как Шон повернул голову в её сторону. Это не была «съёмка для спонсоров». В этот момент, на скорости под двести пятьдесят, они снова были теми детьми, что делили одну игрушку на двоих.

Она видела, как он напрягся. Его машина дернулась, он прибавил газу, не желая давать ей даже этот призрачный шанс на обгон в «киношном» заезде.
Лэйн усмехнулась под шлемом. Плечо ныло, титан под кожей словно раскалился, но ярость, которая копилась в ней всё утро, наконец нашла выход. Она не просто каталась. Она приручала этого красного зверя, заставляя его облизывать поребрики так агрессивно, что режиссер восхищенно вскрикнул в радио:
— Хайнс-шестая! Держи этот угол! Это будет самый эпичный кадр сезона!
В этот момент Лэйн было плевать на баннеры и промо. Она просто жила. Впервые за три года она снова чувствовала себя не сломанной деталью, а сердцем этой чертовски быстрой машины.

Когда болиды наконец поравнялись, оттормаживаясь на пит-лейне, Лэйн рассмеялась — громко, искренне, впервые за долгое время в компании Шона. Адреналин всё еще бурлил в венах, вымывая остатки горечи. Она вытянула руку в сторону соседнего кокпита, и Шон, помедлив долю секунды, как в старые добрые времена, ударил своей перчаткой по её ладони.
Звонкий хлопок утонул в затихающем гуле моторов.

— Надо же, ты можешь не быть засранцем! — крикнула Лэйн, поднимая визор шлема.

Ухватившись за гало над головой, она ловким, привычным движением выбралась из болида. Ноги на мгновение показались ватными от вибрации, но она твердо стояла на асфальте.

— Это ненадолго, — буркнул Шон, тоже поднимая стекло.

Он не смотрел на неё, возился с ремнями, но характерные морщинки в уголках его глаз, заметные даже сквозь подшлемник, говорили о том, что он улыбается. Вот они — снова просто брат и сестра, которые могут спокойно стоять рядом и не желать перегрызть друг другу глотку. Всего на миг тень Монцы и призраки последних трех лет отступили, оставив их в этом солнечном пузыре Сильверстоуна.
Из боксов, сияя как начищенный кубок, вышел режиссер команды. Он вытирал пот со лба, но взгляд его был восторженным.

— Ребята, это было нечто! — он замахал руками, подзывая операторов. — Тот кадр в «Мэгготтс», где вы идете колесо в колесо... боссы команд обрыдаются от зависти. Это будет лучший показ китайской ливреи в этом году!
Химия просто сумасшедшая! Вы выглядите как идеальная команда. Отличная работа, Хайнсы!

Шон только коротко кивнул, уже принимая от механика бутылку воды и снова превращаясь в ту самую «диву», которой его привыкла видеть Лэйн. Он развернулся и не спеша направился в сторону моторхоума, его походка снова стала безупречно-ровной, медийной. — Тот угол, был невероятным! — режиссер потрепал Лэйн по левому плечу, и на секунду боль раскрылась на ее лице, Лэйн поспешила скрыть ее за улыбкой, и уважительным «спасибо».

Лэйн смотрела ему в спину, чувствуя, как магия момента начинает таять. Она потянулась к затылку, нащупывая Екая на своем шлеме. Идеальная команда. Если бы они только знали.

Её догнал быстрый, ритмичный стук каблуков. Роуз, выглядевшая так, будто она только что вышла из салона красоты, а не провела три часа на ветру у трассы, возникла рядом.
— Это было приемлемо, Лэйн. Даже очень, — она заглянула в свой планшет, помечая что-то. — Спонсоры будут в восторге от этого семейного вайба. Давай, снимай это всё, переодевайся и поехали обедать. Я умираю с голоду, а у нас впереди еще обсуждение твоего графика интервью в Шанхае.
Лэйн вздохнула, чувствуя, как к плечу возвращается привычная ноющая боль.

— Обед звучит как лучший, оставленный тобой план на сегодня, Роуз. И лучшее, что ты могла сказать, за весь сегодняшний день.

Она еще раз оглянулась на свой кроваво-красный болид с драконом на носу. Он стоял на пит-лейне, остывая и пощелкивая разогретым металлом. Лэйн знала: через неделю в Китае не будет ни режиссеров, ни постановочных кадров. Будет только эта жажда скорости и брат, который снова станет её главным препятствием.
Но сейчас... сейчас можно было просто съесть этот чертов обед.

P.S Спасибо всем кто оказался здесь 🤙🏻
А если кому-то интересно, как выглядели болиды, то можете взглянуть на них в прикрепленной фотографии вначале главы.