Мы слабые в своей любви.
Она зашла в спальню, закрыла за собой дверь и опустилась на кровать. Руки легли на колени, голова опустилась вниз. Слёзы потекли, капая на руки, не останавливаясь.
Что мама сказала? Всё?! У него не будет другого ребёнка? И эта новая семья, совсем не нужная ему семья... её тоже больше нет?
Через что я прохожу? Я не понимаю... Что сейчас с ним? Что он переживает?
Она выдохнула, будто сама испугалась этой мысли, и закрыла лицо руками.
Кто мы друг другу теперь?
Она не успела найти ответ — мысли сами потекли в прошлое.
Как всё у нас начиналось? Мы же сразу вспыхнули, как спички, и испытали невероятное притяжение друг к другу. Сразу весь мир сузился до нас двоих. И всегда, как мне становилось плохо, я обращалась к нему. И он сразу прилетал, бросая всё.
Она вспомнила, как когда-то на неё напал мужчина у подъезда. Она тогда сразу набрала его. И он приехал, не раздумывая, спасать. А потом они шли и разговаривали. И он пошутил, что ощущает себя кнопкой экстренного вызова. Но ведь так и есть.
И он для меня, и я для него. Всегда тот человек, который независимо от того, в каких мы отношениях, бросится на помощь. Я тогда сказала: я доверяю тебе. И я действительно верила ему. А сегодня? Сегодня я доверяю ему?
Она подняла голову вверх.
Я ничего не понимаю. Я запуталась. Но с тестом ДНК от кого я жду поддержки? От него. Конечно, от него. И даже не потому, что он отец Кемаля, а потому, что он ощущает мою боль. Всегда ощущал. И в этот момент он самый близкий для меня человек, хотя и так далеко сейчас от меня. И я должна быть честной. Когда мы с ним были вместе, мы всегда были единым целым. Понимали друг друга без слов, ощущали, наслаждались. Мы жили вместе и дорожили друг другом. Это ведь было. А сейчас? Сейчас это возможно?! Почему такая сильная любовь не выдерживает испытаний? И рушится, сгорает дотла. Почему жизнь не оставляет нас в покое? И почему мы сами не можем справиться с тем, что между нами?
Почему так сильно раним? Почему мы оба в обиде такие непримиримые? Почему мы, любя друг друга, не можем простить? И сразу отказываемся и от нашей любви, и от нас.
Омер, почему ты так легко отвернулся от меня?
Она опять прижала руки к лицу, вдавливая глаза.
Откуда я решила, что легко? Почему я всегда решаю за него? Понимаю ли я до конца, что с ним происходило?
А я сама. Я как от него отрекалась? Всё у нас через боль... через невероятную боль. Почему эти обиды сжирают нас? Ни я, ни он не можем справиться. И вычёркиваем друг друга из жизни. Не видимся, не общаемся. Но любовь всё равно держит нас, борется за нас — даже тогда, когда мы сами отказываемся.
Она легла на кровать на бок, пытаясь взять паузу. Но мысли не отпускали.
Когда я пришла к нему без предупреждения и он наконец-то вынужден был со мной говорить, в нём было столько злости, столько ярости, столько нетерпения. Но что он мне сказал? Что он боится моего запаха. А что значит «боится»? Он просто знает, что любит меня. И так же я — каждый раз уходя от него, знаю, что моё сердце не в состоянии его вырвать. И проходит время, и каждый из нас ждёт, что мы простим, что вернёмся друг к другу, что мы нужны друг другу. Ведь это же правда. Но мы не признаёмся в ней. Чего я ждала полгода? Его ведь ждала. А почему ждала? Потому что уверена, потому что знаю: во мне живёт любовь к нему. Надо признаться себе в этом. И ему надо признаться... В нём тоже живёт любовь. И она сильнее нас, и мы не в силах сопротивляться ей, да и, наверное, не можем. Он же сказал: стоит ему прикоснуться ко мне — и всё. Он бессилен. А я? Я разве отличаюсь от него? Он пришёл позавчера ко мне, дотронулся до меня. И я поняла: мне только этого и надо. И вся наша броня падает. Это правда, с которой мы живём, но не принимаем её.
Она вытерла слёзы, которые уже залили всё лицо.
Что со мной? Я не понимаю, что испытываю. Но я знаю только одно. Я люблю его.
Она провела руками по своим плечам, вспоминая недавнюю ночь. Почувствовала, как кожа помнит его прикосновения. Пальцы дрожали, словно тело знало больше, чем разум был готов признать.
Сколько раз за жизнь нас посещает любовь? Один, два, три раза... Если повезёт. Но у меня и у него — только один.
Но почему наша любовь такая болезненная? Почему мы всё время страдаем? Как я должна была пережить, что у него родится новый ребёнок, новая семья, что я потеряю его навсегда. И что теперь? Этого ребёнка больше нет...
Она замерла, не позволяя себе додумать до конца. Резко вздохнула и зажмурилась. Она испугалась этой навязчивой мысли.
Почему у нас нет чувства вины за то, что он изменил ей со мной?
Да, мне стыдно, что все об этом узнали.
Но для меня это не так. Я это по-другому чувствую.
Это он изменил нашей любви — тогда, когда жил с Бадэ, когда женился на ней.
Внутри всё сжалось. Мысль вдруг стала ясной до жестокости:
Это он предал нас!
Мы оба понимали, что делаем. Ни он, ни я не забывали, что он женат.
Но в тот момент мы были честными.
Мы любим друг друга.
И принадлежим друг другу.
И это невозможно изменить.
Она закрыла глаза.
И что нам делать с этими обидами, предательствами?!
Мы слабые в своей любви...