Жизнь не спрашивает, есть ли у тебя силы.
Кывылджим села в такси. Откинулась на сиденье, закрыла глаза. Голова гудела.
Почему все проблемы находят меня?
Перед глазами стояли лица. Салкым с её фальшивой улыбкой. Ниляй с её шёпотом. Бадэ, влетевшая, как фурия, с телефоном наперевес.
Когда-нибудь это кончится?
Она сжала пальцами переносицу, пытаясь унять пульсацию в висках.
Почему я вынуждена общаться с этими людьми? Вторая моя дочь вышла замуж — и теперь я опять связана с ними. Навсегда. Через детей. Через внучку. Через эту дурацкую родню. Через их традиции, которые душат.
Такси свернуло, её качнуло. Она даже не заметила.
И эта сумасшедшая Бадэ. Беременная, истеричная, с горящими глазами. Ворвалась, орала, показывала видео. Почему она не пошла с этим к Омеру? Что он ей скажет? А меня это должно интересовать? Нет! Нет!
Она почувствовала, как внутри всё опускается. Куда-то глубоко, на самое дно.
Господи. Я сойду с ума от всего этого.
Она посмотрела на свои руки. Они лежали на коленях безжизненно, как чужие.
Я как выброшенная медуза на берег.
Она попыталась вдохнуть глубже и шумно выдохнула.
У меня кончаются силы. Или уже не осталось...
За окном мелькали огни большого города. Равнодушные. Чужие. Ей хотелось просто лечь и не двигаться. Не думать. Не чувствовать.
Такси везло её домой. К сыну. К жизни, которая не спрашивает, есть ли у тебя силы.