7.
После того случая в лесу Хари не видела Хёнджина уже несколько дней. И, если честно, её это даже немного успокаивало. Во дворце шептались, что герцог снова отправился в Нордскол — в своё училище, к ледяным крепостям и суровым тренировкам. Там, где вечные метели, древняя магия и силы, способные ломать разум слабым.
«Ну и ладно…» — решила Хари.
Без него город будто дышал легче.
Но спокойствие внутри неё всё равно не наступало.
Ханму, старшая сестра, первой заметила изменения. Она внимательно наблюдала за Хари последние дни — за тем, как у неё иногда светятся глаза, как волосы будто переливаются серебром при луне, как сама девушка становится всё более задумчивой.
— Хари… что с тобой происходит? — осторожно спросила она однажды утром. — Ты изменилась. Даже внешне. Я тебя будто… не до конца узнаю.
Хари замялась.
— Я… ну… понимаешь… — она хотела рассказать про источник маны, про тигра, про странные ощущения силы внутри. Но слова так и не сложились. — Ай, забудь. Всё нормально.
И, не дожидаясь новых вопросов, быстро вышла из дома.
Ей нужно было отвлечься. Поговорить с кем-то, кто не будет смотреть на неё так тревожно.
Поэтому она пошла искать Лию.
Найти друидку оказалось несложно — та, как обычно, была либо возле тренировочных площадок, либо у зелёных уголков города, где росли редкие растения. Когда они наконец встретились, напряжение сразу исчезло.
Они долго гуляли, болтали обо всём подряд — от нелепых слухов до выдуманных историй. Лия рассказывала смешные случаи со своих тренировок, Хари делилась ощущениями от жизни в Штормграде. Иногда они просто смеялись без причины.
И тогда Лия неожиданно предложила:
— Слушай… а не хочешь на пару дней со мной в Дарнас? Мне к тренеру нужно, подтянуть навыки. Заодно отдохнём.
Глаза Хари загорелись.
— Давай! Конечно хочу.
— А семья? Тебя же потеряют.
— Записку оставлю, — легко ответила она. — Ничего страшного.
Так она и сделала. Небольшая сумка, пара вещей, короткая записка сестре — и уже через день они плыли кораблём к ночному городу эльфов.
Когда перед ними вырос Дарнас — величественный, светящийся мягким фиолетовым светом, окружённый древними деревьями и тихими озёрами — Хари буквально замерла.
— Вау… — выдохнула она. — Он… невероятный.
Город казался живым. Лёгкий туман, сияние луны, шёпот листвы — всё создавалo ощущение магии, которая существовала здесь веками.
— Ха-ха, ты ещё в Экзодаре не была, — улыбнулась Лия. — Там вообще космос. Но ладно, мне к тренеру надо. Со мной пойдёшь?
— Конечно.
Они дошли до тренировочных площадок. Там ночных эльфов обучали самым разным искусствам: друидизму, охоте, жречеству, древней магии. Хари с интересом наблюдала.
Её удивило одно: тренеры иногда просто проводили рукой над учениками — и те будто сразу что-то понимали, словно знания вливались прямо в сознание.
«Странно…» — подумала она.
Лия ушла к своему наставнику, а Хари осталась ждать. Просто смотрела, слушала, впитывала атмосферу.
И тут рядом остановился пожилой ночной эльф.
— Деточка, а ты что здесь делаешь? — мягко спросил он.
— А… подругу жду.
Старик прищурился, словно рассматривая её ауру.
— А самой тебе к тренеру не нужно? В тебе много маны. Даже слишком много. И… любопытно… я чувствую силу жреца. Но и что-то от охотника тоже.
Хари растерялась.
— Что?..
— Пойдём со мной.
Она сама не поняла, почему согласилась. Просто пошла.
Они подошли к огромному древу — высокому, с серебристыми листьями. Наверху, на площадке среди ветвей, стояли наставники.
— Найт, это к тебе, — улыбнулся старик.
К ним подошёл мужчина средних лет. Чёрные волосы с красноватыми кончиками, уверенный взгляд, спокойная, но сильная аура.
— Привет, — сказал он. — Ты жрец, да?
— Наверное… я сама не уверена.
— Сейчас проверим. Встань передо мной.
Хари послушно встала. Найт сделал несколько плавных движений руками — словно собирал энергию в невидимый шар. Потом поднял ладони над её головой и резко отпустил.
На мгновение её окутал золотистый свет.
Тёплый. Спокойный.
— Теперь попробуй сама, — сказал он.
— Но что делать?
— То, что подсказывают сердце и мысли.
Она не поняла… но всё равно попробовала.
Закрыла глаза. Вдохнула.
И подняла руки.
Вокруг ладоней начала сгущаться энергия — мягкая, сияющая, почти живая. Она текла, слушалась её, будто всегда была частью Хари.
— Ого… — выдохнула девушка.
— Да, — спокойно сказал наставник. — Сила есть. И не слабая. У новичков обычно всё гораздо скромнее.
Эти слова странно согрели её.
Они ещё немного поговорили, потом попрощались. Найт посоветовал тренироваться каждый день — аккуратно, без спешки, слушая себя.
Когда Хари всё рассказала Лие, та чуть не подпрыгнула от радости.
— Я же говорила! У тебя точно есть силы!
Несколько дней пролетели быстро. Прогулки, тренировки, разговоры, ощущение нового этапа жизни.
А потом они вернулись в Штормград.
Корабль мягко причалил, ветер принёс знакомый запах моря и города. Девушки попрощались тепло, почти по-семейному.
И, расходясь по домам, Хари вдруг почувствовала:
Она уже не та, что была раньше. Магия внутри неё больше не казалась случайностью.
---
Тем временем Хёнджин находился в Нордсколе.
Холод там пробирал до костей. Даже закалённые солдаты говорили тише обычного, будто сама земля слушала их. Серое небо, колючий ветер, запах стали и снега — всё давило, не давая ни на секунду расслабиться.
Его вызвали сразу после прибытия.
Разговором это назвать было нельзя.
За его поведение его жёстко наказали — не словами. Солдаты избили его почти до потери сознания. Каждый удар отдавался тупой болью в рёбрах, в висках, во всём теле. Но Хёнджин даже не пытался просить пощады. Он знал — не имеет права.
Похоже, король уже сообщил обо всём.
И всё же… он улыбался.
Странно, болезненно, почти безумно. Будто боль только сильнее убеждала его, что он всё сделал правильно.
Позже ему сообщили ещё одну новость:
Его мать отправится вместе с ним в Штормград.
Вот это уже раздражало куда сильнее побоев.
Он ненавидел её. Да, она подарила ему жизнь — но тепла между ними никогда не было. Только холодные взгляды и вечное чувство долга.
Хёнджин ничего не сказал. Просто отвернулся.
Ветер завывал за стенами казармы, словно насмехался.
---
А у Хари жизнь текла совсем иначе.
Лия, хоть и была друидом, подрабатывала служанкой во дворце. Учёба требовала денег, а магия — особенно. Книги, тренировки, наставники — всё стоило монет.
Хари же пыталась разобраться со своей силой.
Но пока выходило плохо.
Максимум, что она могла — создать небольшой шар энергии. Тёплый, мерцающий, нестабильный. Он дрожал у неё над ладонями и почти сразу исчезал.
— Ничего, потом получится, я уверена, — мягко сказала Лия, подходя ближе. — Ты быстро учишься.
Но их разговор прервал знакомый смех.
Йеджи.
Она стояла чуть поодаль, наблюдая, и улыбалась неприятно — так, будто уже знала исход любой битвы.
— Ха. Какая же ты жалкая, — протянула она.
Хари выпрямилась.
— Я не вы, мисс. Не путайте.
Лия рядом заметно напряглась.
Йеджи медленно подошла ближе. Воздух словно стал тяжелее.
— Что ты сказала? — её голос стал холодным.
— То, что вы услышали, мадам.
На секунду всё стихло. Даже листья будто перестали шевелиться.
И вдруг Хари почувствовала давление на шею.
Невидимая сила сжала горло, лишая воздуха.
Йеджи даже не касалась её — магия делала всё сама.
— Не такая уж ты смелая, да? — спокойно произнесла она.
Хари судорожно пыталась вдохнуть. Перед глазами потемнело.
— Йеджи, что ты делаешь?! Отпусти её!
Голос раздался резко. Банчан появился словно из ниоткуда.
Йеджи фыркнула, но давление исчезло.
Хари согнулась, кашляя и жадно хватая воздух.
— А что такого? — безразлично сказала Йеджи. — Она всё равно всего лишь жалкая полукровка.
Банчан посмотрел на неё строго.
— Хёнджин вернулся. Иди к нему.
И будто ветром сдуло — Йеджи исчезла почти мгновенно.
---
— Кха… спасибо… господин… — прохрипела Хари.
Лия уже была рядом, поддерживая её под руку.
— Ты как? Пошли отсюда.
Они медленно направились к её маленькому домику. Лия всё ещё выглядела испуганной — она прекрасно понимала, насколько Йеджи сильнее их обеих.
А Банчан остался стоять на месте. Просто смотрел им вслед, будто о чём-то размышлял.
---
Позже, уже в тишине, Хари вдруг поймала себя на мыслях.
Он вернулся?
Когда?
С ним всё нормально?
Она резко мотнула головой.
— Так, стоп… — пробормотала она сама себе. — О чём ты вообще думаешь? Фу.
Но почему-то сердце всё равно билось чуть быстрее.
---
Лия должна была идти работать во дворец. Учёба требовала денег, а жить только на энтузиазме было невозможно. Хари сначала просто собиралась проводить подругу, но в итоге сама решила тоже попробовать устроиться — хотя бы на время. Лишние монеты ей сейчас явно не помешают.
Во дворце в тот день царило необычное оживление. Причина быстро стала понятна: Хёнджин вернулся вместе с матерью, и в честь этого устроили небольшой приём. Музыка, свечи, дорогие ткани, аромат духов и вина — всё выглядело роскошно, но Хари почему-то чувствовала под этим праздником странную тяжесть.
Особенно когда увидела их.
Мать Хёнджина говорила с ним резко, почти шипя. Улыбка на её лице была холодной, а слова — ещё холоднее. Она словно намеренно унижала его перед остальными. Хёнджин стоял неподвижно, с каменным лицом, но по напряжённой линии челюсти и потемневшему взгляду было видно — внутри у него всё кипит.
Хари неожиданно стало больно это видеть. Слишком знакомо. Слишком похоже на то, что когда-то переживала её бывшая хозяйка Мина. Такое унижение никогда не проходит бесследно.
После приёма Хари решила прогуляться по дворцу — немного прийти в себя. Огромные залы сияли золотом, витражи переливались мягким светом, мраморные статуи смотрели свысока. Всё было красиво… но холодно.
И вдруг раздался глухой удар.
Она повернула за колонну — и увидела его.
Хёнджин стоял посреди галереи, тяжело дыша. Одна статуя уже лежала разбитой у его ног. Руки дрожали, плечи напряжены, в глазах — буря. Гнев, отчаяние, усталость… и что-то ещё, более болезненное.
Он занёс руку — ещё одна статуя с грохотом рухнула вниз.
— Господин! Что вы делаете? Остановитесь! — Хари подбежала ближе, голос дрожал.
— Не лезь! — резко бросил он, даже не оборачиваясь.
Но она уже видела: на его спине сквозь одежду проступала кровь. Свежие раны. Следы наказания.
Сердце болезненно сжалось.
Хари не стала больше говорить. Просто подошла и обняла его со спины, крепко, насколько хватило смелости.
— Пожалуйста… остановитесь. Вам больно. Вы же едва стоите…
Он замер.
Словно заклинание сработало.
Медленно повернулся. Их лица оказались совсем близко. Хари впервые увидела его так — без привычной холодной маски. В глазах блестела влага, дыхание было тяжёлым, а в этом взгляде — столько уязвимости, что у неё перехватило дыхание.
А он смотрел на неё так, будто видел впервые.
Лунный свет из окна падал прямо на её лицо. Глаза казались почти светящимися, тревожными, искренними. В них не было страха перед ним — только беспокойство.
Это, кажется, окончательно его сломало.
— У вас спина вся в крови… — тихо сказала она. — Нужно обработать раны…
Он будто не слышал слов.
Руки медленно поднялись и коснулись её лица — осторожно, почти благоговейно. Тёплые ладони на её щеках. Хари вздрогнула, но не отстранилась.
В воздухе будто вспыхнула искра.
Тишина между ними стала слишком плотной.
И вдруг он поцеловал её.
Не грубо. Не резко. Скорее отчаянно — словно это был единственный способ удержаться, не развалиться окончательно. Поцелуй вышел горячим, немного дрожащим, сдержанным… но таким искренним, что у Хари на секунду всё внутри перевернулось.
Она замерла, сердце колотилось где-то в горле. Мысли исчезли. Осталось только ощущение его тепла, его дыхания, этой странной, почти болезненной близости.
А потом всё закончилось так же внезапно.
Хёнджин пошатнулся. Силы, видимо, окончательно его покинули.
Он потерял сознание прямо у неё на руках.
— Господин!.. — испуганно прошептала Хари, пытаясь удержать его.
И только теперь она осознала, как сильно дрожат её собственные руки.
И как громко бьётся сердце.