Глава 240. Ритуалы прошлого
Гу Уцзи пересёк затянутый стелющейся дымкой тумана и заросший бурьяном двор и оказался перед коваными воротами некогда великолепного, но теперь полуразрушенного поместья. Вокруг правил зловещий покой, а в самом здании было темно. Не как в заброшенном доме — скорее, как в доме, где поселилось небытие.
Казалось, застывший ужас только и ждал момента, чтобы проснуться и всей тяжестью обрушиться на юношу.
Ещё во время своего первого посещения этой локации он узнал, что именно произошло в этом поместье. Много лет назад хозяин особняка, чтобы сохранить своё богатство и величие, пошёл на акт невероятной жестокости. Он решился принести в жертву злым духам своего собственного сына, замучив до смерти. А чтобы помешать тому после гибели обратиться мстительным призраком и отыскать своих мучителей, приказал выколоть несчастному глаза.
Однако никто из участников той кровавой трагедии не ожидал, что обида хозяйского сына окажется сильной настолько, что он сможет не только поглотить призванного во время жертвоприношения злого духа, но и превратится в ещё более жуткое существо, жестоко расправившись со всеми, кто причинил ему боль.
В прошлом Гу Уцзи мало что знал об этом, но сейчас уже мог предположить, что хозяин поместья, вероятно, поклонялся злому духу среднего или высокого уровня. Призрак, который родился после неудачного ритуала, вероятно, стал существом высшего уровня и теперь занимал место главного босса в сверхъестественном мире.
Все глаза, которые всё ещё могут видеть, в этой локации станут глазами этого злого духа. Призрак будет видеть то же, что видите вы, поэтому от него не спрятаться и не спастись.
А если вы столкнётесь лицом к лицу с самым главным призраком — ждите беды. Хотя Гу Уцзи доподлинно не знал, что именно произойдёт, природная интуиция подсказывала ему, что это будет нечто такое, о чём он сильно пожалеет.
Это была ещё одна причина, по которой Гу Уцзи не хотел, чтобы остальные игроки следовали за ним. Не зная всей правды об этом месте, они непременно стали бы с любопытством осматривать поместье, и это могло привести к ужасным последствиям... Даже если Гу Уцзи предупредит их об опасности, люди не всегда прислушиваются к чужим словам.
Юноша с горечью признался себе, что и сам не знал, что выйдет из этой затеи.
Само поместье с прилегающей к нему территорией, казалось, действительно было изолировано от любого внешнего вмешательства. Даже от той силы, что проникла к нему в сознание для того, чтобы помочь противостоять вампиру. Безоблачная тёмная подложка небес была испещрена серебристой шрапнелью звёзд, и, взглянув вверх, Гу Уцзи на миг почувствовал себя повисшим в пустоте — открытым всем ветрам.
Мимолётное отчаяние сдавило его сердце — полновесное, тяжкое, беспощадное. Гу Уцзи вынул из кармана чёрную атласную ленту, которую приготовил заранее, и завязал глаза. Лишь после этого юноша потянул на себя створку ворот и, медленно переставляя ноги, направился к поместью.
Затем, внезапно вспомнив о прямом эфире, он остановился и вслух предупредил тех, кто смотрел трансляцию прохождения в системном пространстве о том, что им лучше перестать смотреть в экран. Гу Уцзи не знал, могут ли зрители прямого эфира слышать его, но решил всё-таки попытать удачу.
За время прохождения своего первого квеста Гу Уцзи уже успел выучить внутренний двор поместья как свои пять пальцев, поэтому для него не составило труда передвигаться, не видя дороги.
До прихода Гу Уцзи в эту локацию единственное, что остальные игроки не успели исследовать, это место самого жертвоприношения, которое находилось в подвале, все этажи выше были изучены.
Гу Уцзи чувствовал, что если он собирался пройти это испытание, ему придётся спуститься в подвал, хотел он того или нет. А тот факт, что Система до сих пор даже не озвучила, что именно от него требовалось, заставлял его чувствовать себя очень неуютно.
«Будем надеяться, что всё пройдёт хорошо».
Гу Уцзи наощупь вошёл в холл и что-то задел ногой, отчего по дому прокатился гулкий стук. Заброшенный особняк был таким пугающе тихим, что лёгкие шаги юноши казались оглушительными. По мере того, как он продвигался, старое здание, казалось, медленно просыпалось, отовсюду начали раздаваться тихие шорохи и отдалённое скрипение половиц — звуки, которые заставили Гу Уцзи заподозрить, что он там не один.
Иногда ему чудились отголоски чьих-то приглушённых разговоров и надрывного плача, но стоило лишь внимательнее прислушаться, и всё это начинало звучать как эфемерная иллюзия. Не было никаких сомнений в том, что призраков в этом месте обитало поразительно много.
Гу Уцзи по-прежнему сохранял предельное спокойствие, не реагируя на едва различимый шум и внешние раздражители. Следуя своим воспоминаниям о положении комнат и обстановке в особняке, он пересёк просторный зал и направился к лестнице.
Плавным шагом Гу Уцзи приблизился к двери, ведущей в подвал, и ни один призрак не появился, чтобы преградить ему путь. Гу Уцзи не знал, то ли причина крылась в том, что у местных привидений просто не доставало мужества напасть на него, то ли из-за того, что отпечаток высшего злого духа, который до сих пор незримо оставался на нём, пугал этих привидений до дрожи. А может в этом заключался замысел самого Короля призраков, обитающего в доме... Впрочем, Гу Уцзи решил не ломать над этим голову, сосредоточившись на основной задаче, которую ему следовало выполнить.
Он толкнул дверь, та оказалась заперта. Следуя правилам онлайн-квестов, ему следовало вернуться, чтобы найти ключ... Но когда Гу Уцзи вообще требовался ключ?
Юноша ударом кулака пробил дверную панель и потянулся рукой через пробитое отверстие, чтобы отпереть дверь.
«Похоже, невзирая на то, что это место изрядно ограничило мои способности, имеющейся силы более чем достаточно для того, чтобы справиться с этим препятствием». В глубине души Гу Уцзи вздохнул с облегчением: грубая сила не один раз его выручала, а если прохождение этого испытания затянется, кто знает, что вообще может случиться.
Не успела дверь распахнуться, в грудь юноше ударила волна холодного воздуха, словно гигантская ладонь, преграждающая дорогу.
В этот момент наконец раздался механический голос Системы, огласивший очередное задание:
[Снимите проклятие с заброшенного поместья.]
«Проклятие?»
Неужели над этим ветхим поместьем действительно довлеет многолетнее проклятие?
Сделав глубокий вдох, Гу Уцзи плотнее запахнул пиджак, после чего аккуратно осмотрел — вернее, ощупал — окрестности, отметив про себя, что пол под ногами похрустывал. Похоже, то были осколки мелких безделушек и предметов обихода, оставшиеся от мирной жизни в особняке, подобно мрачному напоминанию о случившейся трагедии. Как будто когда-то давно люди в спешке побросали всё, что у них было, спасаясь со всех ног от настигающего их ужаса.
Возможно, это те, кто много лет назад собирался принести в жертву сына хозяина, бежали, опасаясь за свои жизни, однако на оставленных вещах не было и следа пыли, к тому же, наощупь не удавалось определить, к какому временному промежутку они принадлежали.
Гу Уцзи медленно продвигался вперёд, ведя рукой вдоль стены, когда внезапно его ладонь коснулась чего-то тёплого и липкого.
Юноша спокойно отвёл руку назад, подошёл ближе и принюхался:
— Это кровь.
Одно только это открытие было способно заставить сердце любого человека пуститься вскачь. Откуда, чёрт возьми, на стене поместья взялась кровь, которая, к тому же, выглядела совсем свежей, как будто только что пролилась. Кто-то в доме получил травму и сбежал, или же кто-то, залитый кровью, только что вошёл через дверь?
Вскоре Гу Уцзи достиг первой ступени лестницы, ведущей вниз, рука юноши всё ещё оставалась на стене. Его совершенно не беспокоило, почувствует ли он снова кровавые разводы, такого рода тривиальные вопросы никогда его не волновали. В то же время он всё ещё пытался мысленно выстроить схему здания, чтобы облегчить себе возможный побег, который мог ему понадобиться позже.
Спустя несколько минут Гу Уцзи понял, что его решение придерживаться стены было верным — ботинок угодил в что-то скользкое и мокрое. Юноша чуть не поскользнулся и не упал с лестницы, но, к счастью, его рука всё ещё держалась за неровную кирпичную кладку, помогая сбалансировать тело. Чтобы определить природу жидкости Гу Уцзи присел на корточки, обмакнул кончик пальца, после чего поднёс к лицу — в нос ударил резкий металлический запах, это снова была кровь.
«Вся эта кровь как будто пролилась не так давно... В доме до сих пор ещё остались живые люди? И что же на самом деле ожидает меня там, внизу?»
Разумно было бы предположить, что подсознание Гу Уцзи уже должно было вовсю сигнализировать об угрозе, настаивая, чтобы он поскорее покинул это опасное место, однако на удивление юноша чувствовал себя вполне умиротворённо.
В этот момент откуда-то снизу донеслись приглушённые голоса. Сначала отголоски чужого разговора едва достигали его ушей, но с каждой минутой голоса становились всё громче и отчётливее, как будто внизу действительно собралось несколько живых людей, бурно что-то обсуждая. Гу Уцзи остановился и прислушался.
— Вы уверены, что с этим ритуалом всё будет в порядке? Мне он кажется довольно опасным.
— Чего тут бояться, тем более, это далеко не первый раз. Десятилетия назад мы тоже переживали, но лишь благодаря той церемонии удалось сохранить благосостояние нескольких наших кланов, не так ли? Разве вы не помните, что в те годы ваша семья почти обанкротилась?
— Вы меня не так поняли, я сомневаюсь вовсе не в успехе ритуала! — судя по голосу, собеседник был не на шутку встревожен. — Я просто думаю, что этот мальчик... Что-то с ним не так, верно? Как кто-то вообще может оставаться таким спокойным, когда его с минуты на минуту собираются принести в жертву! Если бы мы только что не вырубили его, я бы не осмелился посмотреть ему в глаза!
— Не задумывайся над этим слишком много, этот уродец был таким с самого детства, — судя по всему, человеком, который отвечал, был сам хозяин поместья, и в чужом голосе отчётливо слышался затаённый страх. — Хотя он мой сын по крови, у меня всегда от него мурашки бежали по коже. Не сомневаюсь, что он — именно тот, кого нам суждено принести в жертву нашему господину.
— Хорошо. Надеюсь, господин будет доволен.
На этом разговор завершился. Затем послышалась какая-то возня, и раздался звук шагов — похоже, люди приступили к церемонии ритуала жертвоприношения.
— Я переместился назад во времени? — предположил Гу Уцзи. — Нет, нет, в этой локации вообще не существовало элемента времени, невозможно просто так ни с того ни с сего вернуться в прошлое. Похоже, злой дух этого дома просто хотел, чтобы я увидел эту сцену, поэтому намеренно показал мне, что тут произошло, вероятно, пытаясь заманить меня в ловушку...
И если верить словам этих людей, с финальным боссом этой локации, похоже, было что-то не так с самого начала, с тех пор, когда он всё ещё был жив.
Несмотря на терзающее его любопытство, Гу Уцзи не снял чёрную повязку с глаз. Юношу не покидало ощущение, что он не должен был смотреть на происходящий ритуал.
Снизу раздался звук волочения чего-то тяжёлого, а также звяканье металла — должно быть, кто-то поднял с железного блюда металлический нож. В следующий момент раздался испуганный, на грани паники, мужской голос:
— Что происходит, почему он двигается?! Ребята, быстрее, держите его!
— Так странно, очевидно же, что он всё ещё без сознания, откуда в нём взялась такая нечеловеческая сила, это ненормально...
— Посмотрите на его глаза, они красные!
— Монстр! Отправляйся в ад...
Нестройный хор панических голосов напуганных людей прорезал металлический лязг ножа, с силой врезающегося в человеческую плоть.
В этот момент Гу Уцзи, даже с завязанными глазами, увидел кровавую картину творящейся бойни, как наяву — сцена происходящего вспыхнула в его сознании, словно кто-то транслировал кадры слайдов на невидимый экран.
«Так ты на самом деле хотел, чтобы я это увидел?»
На вспыхнувших перед мысленным взором кадрах Гу Уцзи видел тёмный подвал, на полу начертан магический массив, обагренный кровью. Пятна крови были засохшими и бурыми, местами почти чёрными, наводя на мысли о многочисленных жертвах, встретивших свой конец в этом подземелье.
Юношу, на вид шестнадцати или семнадцати лет, прижали к земле несколько крупных мужчин, а рядом ещё один человек с искажённым от панического ужаса лицом, судорожно вцепился в клинок, торчащий из груди мальчика.
Подросток не произнёс ни слова, его единственный широко распахнутый глаз был налит кровью, второй выколотый глаз вытек, зияя на бледном лице окровавленной чёрной глазницей. От начала и до конца происходящего юноша лишь безмолвно смотрел на собственных палачей равнодушным взглядом, как будто разглядывал неизвестных существ, которых видел впервые.
Хозяин поместья с клинком в руках с нескрываемым ужасом смотрел на юношу перед собой. Несмотря на терзающий душу страх, безумие вконец овладело им, заставляя раз за разом обрушивать занесённый нож, безжалостно нанося удар за ударом. Брызнула кровь — второй налитый кровью глаз стёк по щеке.
Гу Уцзи, против воли вынужденный наблюдать за происходящим, чувствовал чужую боль, как свою собственную. Если бы он не знал, что это всего лишь воспоминание, он бы никогда не смог просто стоять в стороне и смотреть на творящееся безумие.
Лишь когда эти люди больше не могли видеть пару красных глаз, они наконец успокоились и отступили на несколько шагов, что-то неразборчиво бормоча. В этот момент в одном из тёмных углов внезапно появилась полупрозрачная тень, являя из мрака ужасающий лик озлобленного призрака.
Наблюдающий за происходящим буквально «с первых рядов» Гу Уцзи смог во всех подробностях рассмотреть крупный план злого духа, вплоть да разлагающейся плоти и отвратительных трупных пятен на лице. Если бы за спиной Гу Уцзи не числился богатый опыт общения с призраками, вряд ли он смог бы сохранить ясность ума от такого зрелища.
«Аура этого существа принадлежит высшему призраку, могло ли проклятие как-то быть связано с ним?» — задумался Гу Уцзи. Он принялся наблюдать, пытаясь найти какие-нибудь зацепки, но весь облик злого духа скорее напоминал сгнивший труп, не позволяющий обнаружить ничего важного.
Увидев, что призрак собирается поглотить подростка, Гу Уцзи судорожно втянул носом воздух. Он не знал, что ему теперь делать. Стоит ли оставаться лишь сторонним наблюдателем или спуститься вниз, чтобы остановить происходящее?
«Я могу положиться только на свои инстинкты! Не стоит забывать, что всё это может оказаться ловушкой...»
Подумав так, Гу Уцзи снял с глаз чёрную повязку. Последние события наглядно демонстрировали, что эта предосторожность совершенно бесполезна, и местный злой дух способен транслировать изображение прямиком в его сознание.
Гу Уцзи быстрым шагом преодолел несколько последних ступенек, а после бросился прямо к месту, где проводилась церемония жертвоприношения.
Никто из палачей не заметил прибытия Гу Уцзи. Как он и предполагал, это просто воспоминание. Преступление, совершённое этими людьми, уже произошло однажды и теперь лишь проецировалось в этом времени и пространстве.
Но высший дух, который появился в подвале, отличался от остальных, он явно воспринимал Гу Уцзи как полноправного участника событий.
«Проблема, должно быть, кроется в этом призраке.»
Гу Уцзи бросился к внешнему кругу нарисованной магической формации, поймал взгляд жуткого существа и, не теряя времени, применил свою технику очищения.
Даже высшие духи мгновенно обретали успокоение под действием техники очищения Гу Уцзи, будто наконец получали долгожданное освобождение от долгих страданий. Однако этот призрак лишь посмотрел на Гу Уцзи безучастным взглядом, который, казалось, нёс в себе отголоски дежавю.
В этот самый момент воспоминание о том, кем злой дух когда-то был, острой иглой пронзило сознание Гу Уцзи.
Этот призрак когда-то в прошлом тоже являлся членом этой семьи, однажды он использовал запрещенную магию, чтобы получить несметное богатство и власть. Однако всякое колдовство имеет свою цену, и рано или поздно за полученные блага приходилось платить сторицей. И всё же, прошли годы, и этот человек не захотел вносить обещанную плату, в результате чего всё полученное богатство обратили вспять, виновник погиб, а на его семью пало страшное проклятие. Призрак погибшего стал существом, неразрывно связанным с поместьем, но главная насмешка судьбы заключалась в том, что пока ему приносили в жертву потомков, он обладал магической силой поддерживать благополучие собственной семьи.
Разумно было бы предположить, что члены этой семьи, наученные горьким опытом, должны были сделать всё, чтобы не дать трагедии повториться, но ради возможного богатства и могущества, жертвоприношения продолжились и спустя много лет.
От кадров, что проносились перед мысленным взором Гу Уцзи, в желудке возникла давящая, холодная, гулкая пустота. Сердце билось как сумасшедшее – так звучит грозная барабанная дробь в цирке перед самыми опасными трюками. Однако, увидев последующие воспоминания, он уже почувствовал, что во всём происходящем что-то не так.
В следующей сцене Гу Уцзи увидел посреди подвала самого себя. Нет, не себя из настоящего времени, а себя из своей прошлой жизни.
Гу Уцзи, словно наяву, наблюдал за тем, как в своей предыдущей жизни он усмирил призрака. Неизвестно, какие магические артефакты юноша использовал, но ему удалось вернуть духу человеческий облик, а после он сообщил, что в семье родится ребёнок, ставший реинкарнацией призрака. Этот мальчик мог показаться остальным странным и нелюдимым, однако Гу Уцзи из прошлого выразил надежду, что злой дух будет хорошо охранять этого ребёнка и позволит ему прожить эту жизнь как обычному человеку. Если всё получится, в награду проклятие с его семьи будет снято раз и навсегда.
Гу Уцзи также услышал, как, покидая локацию, он из своей предыдущей жизни тихо пробормотал себе под нос: «Хотя это дело должно было разрешиться одним махом, такую мощную силу не получится перевоплотить напрямую... Её можно только насильно отделить. До тех пор, пока часть этого существа продолжает существовать после его смерти, он никогда не должен становиться тем, каким был когда-то».
Сердцебиение Гу Уцзи внезапно ускорилось: «Что всё это значит?»
Чужие слова прозвучали как гром среди ясного неба, и юноша почувствовал, как земля уходит из-под ног. Каким образом этот финальный квест связан с его прошлой жизнью?
Внезапно Гу Уцзи почувствовал, словно нечто, что он всё это время упрямо старался не замечать, бурным потоком хлынуло в его сознание.
Воспоминания, которые пробудились в этот момент, переворачивали всё с ног на голову. Похоже, в его предыдущей жизни всё прошло не так гладко, как рассчитывал Гу Уцзи. По всему выходило, что призрак должен был успокоиться, но в действительности всё оказалось совсем не так. Неизвестно, какая сила повлияла на него, заставляя медленно терять рассудок, пока злой дух наконец окончательно не обезумел.
К этому моменту некогда влиятельная семья также начала приходить в упадок, а хозяин дома всё больше был недоволен своим сыном, который всегда казался не от мира сего, держась особняком среди своих ровесников. Хотя внешне ребёнок ничем не отличался от остальных и для посторонних людей выглядел вполне нормальным, члены семьи ясно видели, что между ребёнком и легендарным призраком их рода, похоже, существовала какая-то неразрывная связь. Со временем смутные подозрения переросли в настоящий суеверный страх, и обитатели дома принялись намеренно избегать хозяйского сына.
Судя по всему, в какой-то момент терпение главы семьи лопнуло. Он сверился с оккультными трактатами, которые в их семье передавались из поколения в поколение, и наконец решился провести церемонию жертвоприношения, чтобы вернуть былую славу клана, а заодно избавиться от ребёнка, который всегда доставлял ему лишь неудобства.
Вместо того, чтобы быть поглощённым призраком, скрытым в теле подростка, вызванный ритуалом злой дух оказался заперт в ловушке в этом подвале.
До тех пор, пока прибытие Гу Уцзи... не освободило его от проклятия.
— Не может быть! Это было бы чересчур.
От одной только мысли об этом Гу Уцзи бросило в холод. Разве мог он так небрежно, буквально мимоходом, снять проклятие со всей семьи? Он ведь просто использовал свою технику очищения! Однако от начала и до конца на его пути не встретилось никаких призраков, которые могли бы остановить его, с каждым мгновением всё происходящее всё больше походило на коварную западню.
Призрак, вот-вот готовый рассеяться лучами света, бросил на Гу Уцзи прощальный взгляд и с сожалением покачал головой:
— Я наконец-то покидаю этот мир, но с моим уходом печать этого места будет снята, и он станет свободным... Снаружи будет поджидать опасность... Но так как это ты... надеюсь, у тебя получится...
Прежде чем злой дух успел закончить фразу, он рассеялся, не оставив и следа.
В этот момент Гу Уцзи понял, что всё это время он играл роль марионетки в чужих руках. Его действительно использовали! Но задание ему озвучила Система, и до этого момента он всегда следовал её указаниям, означает ли это, что Система заодно с призраком?
— Но если сосредоточиться на положительных моментах, вряд ли существовал другой путь... Это заключительный квест, и если финальный босс по-прежнему останется запертым в подвале, всё это просто не будет иметь никакого смысла.
Более того, он вернул себе часть собственных воспоминаний о прошлой жизни и сопутствующие знания, Гу Уцзи подсознательно чувствовал, что главный призрак, обитающий в этой локации, до сих пор не подозревал об этом.
Гу Уцзи огляделся — о том, что здесь когда-то проводились оккультные ритуалы, сейчас напоминали разве что горстки пепла на кирпичной кладке да остатки мусора. В этот момент свечи, бросающие тусклые блики на каменные стены подземелья, потухли, погружая подвал в кромешную темноту. Раздался оглушительный грохот — стены, некогда крепкие и надёжные, затрещали от натиска времени и прошедших эпох. Потолочные балки с хрустом надломились, поднимая облака пыли, которые продолжали кружиться в воздухе, подобно призракам забытых воспоминаний. Появление каждой трещины, разрывающей стены, сопровождал треск старого дерева и камня, словно крики покинутых душ, что когда-то нашли укрытие в этом месте.
Застыв посреди подвала, Гу Уцзи поискал глазами путь на первый этаж. Хоть глаз выколи — кругом мрак. Наконец разглядев смутные очертания ступеней, он не стал дожидаться, когда от поместья останутся лишь руины, и поспешно бросился вверх по лестнице.
Как раз в тот момент, когда юноша перешагнул последнюю ступень, лестница за его спиной обрушилась, погребая под собой образы полузабытых воспоминаний, окончательно канувших в реку забвения. Первый этаж дома выглядел не намного лучше — заброшенное поместье в одночасье превратилось в шаткую и опасную постройку.
Тусклый уличный свет хаотично пробирался в глубину полутёмного помещения сквозь разбитые окна и трещины в стене и огибал высокие деревянные колонны — подпорки для балкона второго этажа, обвитые диким плющом. Теперь Гу Уцзи видел, что весь пол оказался завален грудой камней и старой мебели, устлан мхом и грязью, как пёстрым ковром.
К счастью, юноша обладал быстрой реакцией: ловко маневрируя между падающими обломками потолка и полусгнивших балок, он поспешил через главный зал во внешний мир.
В тот момент, когда он пересёк порог поместья, особняк полностью рухнул, складываясь, будто карточный домик, поднимая в воздух шапку из пыли и песка. Падая, дом странным образом не издал ни единого звука, как будто теперь это действительно был всего лишь мираж.
Небо к этому времени уже успел тронуть рассвет, линия горизонта отливала слабым красным свечением, напомнившим Гу Уцзи о сне, который он видел когда-то давно.
Одновременно Гу Уцзи почувствовал, как его сила, которую что-то ограничило во время его нахождения в особняке, вернулась. Также юноша отчётливо ощутил, что два злых духа, которые ранее были запечатаны в его теле, теперь находились неподалеку. В некотором смысле это даже успокаивало... Гу Уцзи оставалось лишь надеяться, что жизням остальных его товарищей ничего не угрожало.
В этот момент раздался звуковой сигнал Системы.
[Игроку удалось снять проклятие с поместья, но в то же время он выпустил на волю самого ужасающего злого духа, обитающего в нём. Никто не мог себе представить, что проклятие этого особняка на самом деле было призвано удержать внутри кошмарного призрака, и теперь, когда он освободился, что же произойдёт? Этого не дано знать никому. Возможно ли, что в этом случае бегство ради собственной безопасности — лучший выбор?]
Гу Уцзи напряжённо хранил молчание. Разве пристало Системе напрямую советовать игроку сбежать?
Однако вариант с бегством Гу Уцзи даже не рассматривал. Если он сбежит сейчас, тогда всё, через что ему пришлось пройти, будет впустую. Все его усилия и жертвы окажутся напрасны.
Гу Уцзи судорожно вдохнул, приготовившись к худшему, и холодный воздух обжёг лёгкие. Он не стал повязывать ленту на глаза, теперь в этом уже не было смысла.
Оглянувшись, он бросил взгляд на руины, оставшиеся от некогда величественного поместья, посреди которых бесчисленные призраки, стоя на коленях, склонили головы почтительно и боязливо. Гу Уцзи даже смог рассмотреть несколько знакомых фигур, которых он встречал в прошлом, когда впервые посетил эту локацию.
А посреди толпы полупрозрачных духов стоял молодой человек, расслабленный и уверенный в себе, как и подобает Королю призраков. По человеческим меркам он обладал неземной красотой, даже невзирая на то, что его лицо казалось слишком бледным. Не считая восковой бледности, он мало чем отличался от живого человека.
Однако, несмотря на идеальные черты лица, одна деталь всё-таки портила впечатление — вместо глаз зияли пустые провалы глазниц. Любой, увидевший его, неминуемо почувствует укол жалости — каким же совершенным мог быть этот человек, если бы кто-то не ослепил его таким бесчеловечным способом.
Молодой человек, казалось, почувствовал взгляд Гу Уцзи и наклонил голову, чтобы мягко улыбнуться так, как будто они были хорошим друзьями, которые давно не виделись...
Нет, вернее было бы сказать — «возлюбленными».